Предыстория «Искусителя»

      Я проснулась после этого конечно же, не одна. Рядом лежало тело в наушниках, с моим же, между прочим, айпадом.       — Привет. Голова не болит? — Улыбнулся Костян.       — Хенесси — это напиток, врачующий душу. Он не может травить тело. — Ворчу я. — Вчера что-то интересное было?       — Ты о чем сейчас? Вчера много, чего было… — Довольно ухмыльнулся он.       — А у нас?       — Мы целовались. Ты была настолько пьяна, что не помнишь и этого? — Возмущается он.       — Нет, я рисуюсь. Отвернёшься?       — Ты спишь одетой. Если впредь, надо будет раздеть, то ты только скажи. — И не пошевелился Костян.       — Я помню, что мы целовались. Ты что, не мог противостоять пьяной женщине?       — А я не хотел! — Ухмыльнулся он.       — Будем считать, что потренировались, для убедительности… — Я всё же вылезла из кровати и посмотрела на себя в зеркало.       — То есть, ты не хочешь принять всерьёз нашу возникшую симпатию? — Проговорил он в мою спину.       — Нашу обоюдно пьяную, не настоящую симпатию? — Уточнила я, на всякий случай.       — Я был настоящим. Если что. К слову, говоря! — Он вытащил наушники из ушей, поднялся с кровати и уставился в окно. — Я побегаю немного. Площадь имения позволяет.       — А меня с собой возьмёшь?       — Хорошо.       Мы бегали безрадостно, но довольно долго. После ночных дебошей все спали почти до вечера, и дом пустовал. Возникшая утром между нами стена потихоньку таяла, после бега, совместной растяжки, а потом налёта на кухню. Дружить было чуть легче, чем сторониться друг друга. Но, пока не было зрителей, мы и держались как друзья, а не как влюблённые.       Хозяин дома затопил баню. Русскую, с вениками берёзовыми и дубовыми. Ветками сосновыми, чтоб выгонять токсины из перепивших тел гостей.       Мыслей ни о каком разделе, кроме как, по парам, ни у кого, естественно, и не возникло. Я не знала, как и выйти из этой ситуации, куда глаза спрятать. Ведь откосить тоже был не вариант. Как самая слабая на голову, о чем знали даже два моих мужчины, я и пошла первой. С Костяном, конечно же! Хотя, такое впечатление, что с Саней могло быть безобиднее.       — Вот это встряли! Я на это не подписывалась: с чужим мужиком вдвоём париться! Это уже не поцелуйчики по клубам! — Бурчала я.       — Да ладно! Я обещаю не смотреть! Возьмёшь лишнее полотенце!       Лишних полотенец не было в принципе, и я раздраженно сбросила с себя всё, не дожидаясь реакции Костяна. Он, похоже, лишней робостью тоже не страдал, гордо шествуя в одежде Адама следом, не забыв и про веники.       — Ну, побьёшь меня? Или я первый? — Прикрылся он одним из них.       — На трезвую голову! С тобой, нагишом!.. — Продолжала я возмущаться. Соблазнить или соблазниться — в моих планах не было.       — Меньше думай! Я обещаю, что тебе ничего не угрожает!       — …Сказал дядька двух метров роста, с центнером живого веса!       — Это ты сейчас так шутишь?!       — Нет, блядь, я всерьёз! — Продолжила я отворачиваться.       — Я в состоянии держать себя в руках! Тем более, мы в сауне были уже. Просто в компании твоей, и в сауне вашей…       Вот именно, что на моей территории было, и я рулила ситуацией! Камер нет тут? А то, может понатыкали?       К. внимательно всё оглядел, не забывая прятать за два веника и зад и перед. Я даже начала за этим подглядывать, забывая и себя лишний раз прикрывать.       — Грудь у тебя просто фантастИк! Я конечно же, думал, что ты носишь как все, пуш ап, но она в реале… — Он замолчал на полуслове, а меня будто ошпарило кипятком от его взгляда. Руки потянулись скрыть то, что не очень скроешь, и он тоже отвёл глаза. — Ты первая начала! Я вернул тебе комплимент за кубики… — Застеснялся он.       — Охрененные кубики, ты ведь об этом знаешь! — Я перевернулась на живот.       — Ты тоже знаешь о груди… — Продолжал пялиться он, — И о бёдрах, наверняка, тоже…       — Давай сменим тему… У тебя такие нотки в голосе…       — Да! А давай, я лучше тебя веничком?       Сначала я была скована, но потом расслабилась. Мы стегали друг друга изо всех сил, а потом сидели, спина к спине и лениво болтали.       С ним вдвоём мне становилось нереально жарко, и я всё чаще погружалась в думы о том, то ли я увлечена, то ли голодна, то ли то и другое, сразу!       — Знаешь, Костян, я созрела попросить об ответной услуге… — проговорила я, когда мы опять очутились в парной вдвоём.       — Что ты хочешь попросить? — Напрягся он.       — Да все то же: ты везде со мной, как мой любимый мужчина. Пока у меня не появится настоящий. Независимо от того, как скоро ты закроешь — кого ты там закроешь — я хочу, чтобы ты распугивал хрень всякую от меня! Чтобы я чувствовала себя надёжно защищённой, как сейчас! Как в этом месяце…       — Согласен! — Едва дал он мне договорить.       — Это же в ущерб тебе, если что! Может, ты захочешь футбол посмотреть вечером, или встретишь наконец, девушку…       — Да согласен я! — - Толкнул он меня в плечо. — Достаточно! Только рога мне не к лицу, если что…       — Да понятное дело!       — Это был отсыл к Сашке.       — Никакого Сашки!       — Ты вчера с ним пол ночи выпивала. — Съехидничал он. — Я всерьёз думал помешать вам уединиться в его спальне!       — И совести бы хватило? — Возмутилась я.       — Конечно! Здесь весь фарс разыгран не для вашего воссоединения! — Буркнул он.       Тут в двери вежливо постучали, и парную пришлось освободить. Пока никого не было, мы так же, нагишом, купались в бассейне. Пока не были спугнуты другими людьми!       — Эпатаж в чистом виде… — Вздохнула я, прижимаясь к грандиозной спине, чтоб согреться…       — Это я мечу территорию, по максимуму! — Зашептал он в ответ.       — А есть смысл? — Легонько ущипнула я.       — Ты правда, ничего не видишь? — Откинул он голову назад.       — Я ничего к нему не чувствую, потому и не вижу! Устроит такой ответ?       — Вполне. Если это правда!       — Ты ревнуешь что ли? — Толкнула я его в затылок.       — Естественно! С моей женщины не сводит глаз её бывший… — Обернулся он.       — Ну мы же здесь вдвоём, можешь не играть!       — А я и не играю!       — Ты не имеешь права, меня ревновать, я же не твоя…       — Моя. Ты сама об этом просила менее часа, назад…       — Я начинаю путать: когда ты шутишь, а когда серьёзен…       — Я сам уже запутался. Сам уже почти поверил, что у нас любовь…       — Костик, вроде же мы не пили сегодня… Что ты несёшь?       — Ну, если не хочешь меня услышать, то считай, что я перегрелся. — Надулся он.       — Надо выходить?       — Ты у нас выключаешься в парилке, командуй!       — Не хочешь снова нести меня на руках?       — Отнесу. Одевайся!       Это было слишком горячо, но он понёс меня на руках, и держал потом, всё так же, только на своих коленях. Я приняла игру, и вовсю потешалась: гладила его по лицу, по затылку, и по грандиозным бицепсам… Наплевав на возможные последствия, или на то, что всё у нас, вроде как, понарошку.       Костя наверняка, тоже был в замешательстве: то ли я его заводила, то ли просто вошла в роль. Он начал давать мне выпить из своего стакана, и рамки упали ещё ниже. Его рука давно держала меня под полотенцем, а не поверх.Мы плавились друг от друга, не давая себе подумать об этом всерьёз.       По крайней мере, я не воспринимала все это всерьёз, считая повышением уровня актёрского мастерства. А что думал он — мне было наплевать: провоцировала я его или просто, соблазняла в полный рост.       Оздоровительные банные процедуры сменились второй попойкой, к которой все должны были слегка одеться, или совсем раздеться, чтоб то и дело, не подвязывать сползающие полотенца.       — Ты меня на руках обещал носить… — Прошептала я, и лизнула его ухо.       — Прости, с меня сползёт одежда. Ты хочешь, чтобы я шёл нагишом?       — Ну уж нет… Показывать всем не обязательно…       — Чего-чего ты сказала?       — Все, отпусти! Если ты не высунешь руку, голой окажусь я! Все будут пялиться!       — Ну уж нет! — Повторил он мою реплику. Потом освободил из нежных объятий, а я слезла с его нагретых коленей. Мы оба устремились в комнату.       Костян просто сбросил на пол полотенце, и пошёл нагишом к шкафу с вещами. Мне оставалось беззастенчиво доразглядеть всё то, что я не разглядела раньше.       — Что? — Воскликнул он, заметив мой взгляд. Потом, совершенно спокойно надел трусы.       — Я понимаю, что в бане мы были голыми, но… что же, так и будешь теперь, товар лицом показывать? Мне так же себя вести?       — А я не против. — Он взял свежую рубашку и не застёгивая её, влез в джинсы. — Ты будешь одеваться? — Не дождавшись ответа, он сел, отвернулся к окну. — Не смотрю я!       Я надела платье. Хоть и был договор на пижамные вечеринки, но на всякий случай, я была готова к любому развитию событий. Например, к спонтанной вечеринке в одежде.       — Застегнешь, любимый? — Подошла я вплотную, к мужчине.       — Конечно! — Он с готовностью вскочил на ноги. Ловко застегнул молнию сзади, но не отпускал ладошек от моей спины. — Платье, в котором ты без лифчика… Для меня, или для него? — Замурлыкал он на ушко.       — Ну, скажем, если ты о Санечке, то он все видел в подробностях и много сотен раз. Он не нуждается!.. — Я попробовала избегнуть этого обжигающего шепота.       — Для меня, что ли? — Он мягко не позволил отпрянуть, потому что привлёк меня к себе, и вырез на спине моего платья соприкоснулся с его обнаженной грудью. Да и ладошки были не холодными, на талии, это ощущалось даже сквозь ткань платья.       — Для натуральности, а то напридумываешь себе, черт знает что… — Сделала я вялую попытку вырваться. — Ты не слишком крепко меня держишь?       — Я наслаждаюсь… Твои волосы пряно пахнут банными травами… — Уткнулся он носом мне в макушку.       — А задницей я ощущаю, насколько ты искренен в своих словах…       — Это так плохо? — Он ничуть не ослабил объятий, будто сильнее вжимая меня в себя.       — Здесь нет камер, я надеюсь. Можно не играть? — Оглянулась я.       — Я не играю, я искренне вожделею… — Прошептал он мне в макушку.       — Это ты брось! Я все равно, не верю! — Слукавила я, потому что волны жара давно окатывали с головой, как только наши тела соприкасались. А за последние пару суток, они чаще соприкасались, чем размыкались.       — Почему? — Прошептал он.       — Потому, что так тебе проще! Затащить меня в постель: и я буду натуральнее, и тебе не голодно… — Сказала я лишь для того, чтобы себя отрезвить, а не его отвадить.       — Ты так считаешь? — Замер он за моей спиной.       — А ты, нет?       — Вообще-то, нет… — Убрал он руки, и я сделала шаг от него, к благоразумию.       — Готова поспорить, что когда ты закончишь расследование, то сразу попробуешь от меня отделаться…       — А разве, я не обещал тебе сейчас обратное, когда бил веником? — Возмущался он, продолжая стоять как вкопанный.       — Ну, мало ли, что ты обещал… — Развернулась я, начав застегивать его рубашку.       Руки и так, слишком давно тянулись к «сиськам», и вожделенным кубикам. Здравый смысл и я — сегодня вещи несовместимые. Поэтому, я снова нагло их ощупала перед тем, как застегнуть рубашку наглухо.       — Ты сейчас меня провоцируешь? — Воскликнул он.       — Ты задаёшь много ненужных вопро… — Меня заткнул поцелуй. Неожиданный, искренний, дикий и необузданный в своей страсти. Нас будто прижало друг к другу, включённым гигантским электромагнитом. Мне не хватало дыхания, хотя нос был вовсе не при чем.       — Мы пойдём, или здесь останемся? — Выдохнул он, нежно поглаживая мне спину.       — Мммм? — Не открывала я глаз.       — Ну, мне снова искать молнию, чтоб стянуть все это с тебя, или обождать?..       — Ну, ты это… не торопи события…       — Да что такое? — Возмутился он, крепко прижимая мои бёдра к своим. Все было весьма красноречиво, и без слов…       — Там обещали суши… — Хихикнула я, вспомнив о вредности своего характера.       — Ты издеваешься? — Раскинул он руки в стороны от возмущения.       — Естественно! Я издевааааюсь! Ты за этим сюда приехал? Ты выполнил всё, что хотел? Можешь больше не высовывать больше нос из спальни?!       — Ну, пойдём… Только больше не рассказывай мне, что никогда не ужинаешь… — Пробурчал он.       — Костик, мы и так… — Я притворно скромно опустила глаза. — Слишком заигрались в любовь.       — Что?! — Поднял он мой подбородок настолько, чтоб смотреть прямо в глаза. — Всё, хватит! Теперь пол дня будешь думать! — Он развернул меня к двери и легонько шлёпнул по заду. — Ох ты ж блин! Булочка-как раз по размеру моей ладони! — Я разъярённо развернулась к нему, намереваясь съездить по морде, но он лишь приложил палец к губам.       До этого момента играла я, а после переодевания, похоже, на тропу игр встал он. За столом он норовил то ущипнуть, то грудь погладить, то в шейку прилюдно поцеловать… Александр настолько ненавистно смотрел на наши откровенные ласки, что кусок свежих суши застревал в горле.       — Ну, кошечка наелась рыбки? — Зашептал он, когда мы наконец перестали быть объектом всеобщего внимания.       — Что? — Рявкнула я, потому что опять его руки поползли по моим бокам горячее, чем обычно.       — Я бы предпочёл быть с тобой наедине, и совершенно голым!.. — Продолжил он нашептывать.       — Размечтался! Губу закатай! — Я слезла с его колен, и отправилась в дамскую комнату. По возвращении попала уже на танцы.       — Ну, это мы ещё посмотрим… — Проговорил К., скорее сам себе, нежели моей прекрасной, удаляющейся фигуре.       Я не успела возвратиться к своему кавалеру, потому что Саня преградил дорогу, галантно приглашая на танец.       — Вот это поворот! — Проговорил он на моё ушко. — Твои полторы извилины на центнер веса, рвут и мечут! Он не думал, что я отважусь сделать шаг.       — Ты хочешь скандала?       — Не откажусь и от мордобоя… — Несмотря на этот разговор, он мастерски вёл меня в танце, не забывая о хореографии. Увы, это счастье, быть в опытных руках, продолжалось не более минуты.       — Позвольте мне забрать свою даму! — Втерся меж нами как слон, Костик, сбив с ритма. Собственнически обнял меня, и повёл в противоположную сторону, не заморачиваясь попаданием в такт.       — Ты прямо как цербер! — Хихикнула я, пытаясь выровнять наш неровный ход.       — Не позволю! — Прорычал он в моё ухо.       — Что ты не позволишь? — Обняла я его за шею, наплевав на ритм и такт.       — Руками тебя трогать не позволю!       — Да ты ревнуешь что ли?       — Да я сущий зверь, когда посягают на моё… — Он выдал вдруг, неожиданное па, при котором мне пришлось откинуться назад, чуть ли не до земли, а при подъёме — уткнулся носом прямо между моих грудей, где задержался на пару секунд дольше, чем следовало. Успел даже коснуться губами ложбинки. Вот это поворот? А где же тот слон, из посудной лавки, что не позволил наслаждаться танцем с тем, кто это умеет.       — Позволь спросить, а где здесь твоё? — Все же продолжила я танго-экспромт, когда наши лица были вплотную.       Он уставился на меня таким взглядом, что мы снова сбились с ритма. Но, тут я взяла всё в свои руки окончательно, и повела его в танце. Его собственнические объятия мешали двигаться, как хотелось, но жар его тела компенсировал все с лихвой. Он играючи приподнял меня над землёй и пронёс десяток шагов, к подоконнику, на который смог усадить.       — Ты не слишком переигрываешь? Что за неандертальские повадки? — Я провела по его ноге своей лодыжкой, при этом перебирая пуговички на его рубашке.       — Я серьёзен, как никогда! Я отнесу тебя наверх? — Прошептал он в мои губы.       — Что, прямо так? — Выдержала я смелый взгляд. Мы решили соблазнять даму в полный рост?       — А ты этого хочешь?       — Ну, даже не знаю: пол имения по равнине, потом второй этаж… После этого должны остаться силы на… — Я была подхвачена под бёдра, и оставалось лишь держаться, обнимая его ногами и руками.       — О, да ты просто герой! — Крикнул нам вслед хозяин дома, с сарказмом. — Донесёшь?       — Я занят! — Крикнул он в ответ, а я лишь спрятала лицо в его пиджаке. Было очень даже, не по себе от этого фарса. Ну не всерьёз же он…       — Всё! Территория помечена, я могу и ножками! — Проговорила я перед лестницей, когда мы скрылись из вида.       — Причём здесь территория? — Отпустил он, потому что я вырывалась всерьёз. — Да что, опять-то?!       — Вместо слов, я зачихала. Ни с того-ни с сего, раз пять, подряд.       — Вот же ж блин! —  Глубоко вздохнула я вытирая слезы.       — Это не на меня аллергия? — Попытался он пошутить.       — Я предупреждала, что очень боюсь простудиться! — И молча пошагала по лестнице, по направлению, к нашей спальне.       Романтический настрой я похоже, наконец-то, растоптала. У Костика буквально, опустились руки, а в моём горле уже начинало предсказуемо першить.       — Мы можем сейчас уехать? — Спросила я как только в комнате зажегся свет.       — Я выпил, да и ты… — Пытался он склеить все, что я только что разбила.       — У тебя корочки с орлом двуглавым? Забыл, как их показывать?       — Да что случилось-то? Что за концерт на пустом месте?!       — К утру я буду наматывать сопли на кулак и разбрызгивать бациллы!       — Что изменит срочный отъезд?       — Я их разбрызгаю дома, а не здесь, на всех присутствующих!       — Собирайся. — Вышел он из спальни. Видимо, сказать об этом хозяину имения.       Я быстро собрала свои вещи и напялила на себя все, что было тёплого.        — …Слушай, Пашка предлагает снова в баню… — Вошёл он. — Любую хворь выпарит!       — Баню можно без температуры, а она у меня уже поднимается. Не веришь — неси градусник, блядь!       Он только развёл руки в немом согласии.       — К тому же, в доме не жарко, и после парной я снова простужусь в спальне! Поехали домой! Или мне такси вызвать, а ты останешься?       — Да поехали! Людям хоть не говори, что в спальне замёрзла! Чувствую себя неполноценным!       В машине я продолжала чихать, а к Москве, вообще, расклеилась напрочь!       — Тебе нужны лекарства?       — Мне нужна моя квартира с постоянной температурой, моим климат-контролем и отоплением! При двадцати градусах я медленно затухаю!       — Вот ведь, у тебя характерец! — Вздохнул он.       — Я вообще — кошмарный человек! Ты не представляешь себе, с кем связался! — Громко высморкиваюсь я.       — Да ладно… Я ж не всерьёз…       — А я на полном серьезе! Сумки бери! Я больная женщина, а не носильщик! — Пробурчала я на стоянке. А вот в дверях квартиры преградила ему ход. — Стопэээ! Куда намылился?       — Ты чего? Не впускаешь меня что ли? — Вообще опешил Костян.       — Все, ты свободен! Можешь валить домой там, или по девочкам… — Махнула я рукой. Не до него.       — Кристи, ты чего? — Вставил он ногу в дверь и чуть не взвыл от боли, потому что я её прищемила.       — Костик, ты не понял?! До свидания! Уровень твоего присутствия в моей видимости зашкаливает!       — Что я сделал? — Швырнул он сумки на пол.       — Я заболела, я хочу спокойно валяться в постели, кашлять, сморкаться, смотреть телек! Будь хорошим мальчиком, оставь меня в покое! Хотя бы дня на три! Я не хочу залить соплями твою грудь! Не хочу заразить, а потом нянчиться с тобой! Понимаешь?       — Нет. Но выполняю твою волю! До свидания!       Я ещё и удивилась, что он пошёл прихрамывая. Потом заварила себе чаю с мёдом и малиной, закуталась в постель. Черт бы побрал этот моржиный отдых! Осень на дворе, и Подмосковье-не тропики! Теперь, кто с чем, а я — с жесточайшей простудой! В три часа ночи, в Мск. И эта хрень теперь не менее, чем на неделю… При моём везении!       Я забылась в воспалённом сне, и не смотрела на телефон.       Что-то происходило между мной и Костей, но пока я от этого могла просто отмахивалаться! Но нет! Не всегда это будет так просто! Хоть с моей стороны, хоть с его…