Тихое место

Когда Джинджер вернулась, неся в руках нагруженный доверху поднос с едой, в гостиной было очень тихо. Младший Диксон сидел на диване, низко опустив взлохмаченную голову, в растерянности потирая лицо руками. Его огромный, страшный и явно очень тяжелый арбалет валялся тут же, на подушках. Небольшая сумка-рюкзак военного образца была пристроена рядом с ним на полу. Старший же, мрачно улыбаясь, крутил в левой руке пистолет Джинджер, казавшийся в его огромной лапе забавной детской игрушкой. — Рыжая! — тут же заорал он ей. — Вопрос решен! Он будет носить меня на толчок! Ты рада? — До невозможности, — Джинджер поставила поднос на столик. — Так и вижу, как он, матерясь, носит тебя на закорках в туалет. День за днем. Или даже нет, ночь за ночью. — Когда надо, тогда и буду носить, — хмуро произнес Дэрил, — он мой брат. — Потрясающе! — Джинджер взяла небольшую тумбочку, подошла с ней к Мэрлу и протянула ему руку. — Хватайся. Будем обедать. Приподняв его, она ногой подпихнула тумбочку ему под спину и теперь он сидел, опираясь на нее. — Разве он не должен лежать? — мрачно спросил Дэрил. — Конечно, должен, — ответила Джинджер, — но он же хочет есть сам. Поэтому он и будет сидеть. Если ты сможешь уговорить его есть лежа, да еще и кормить его — я тебя расцелую. Дэрил озадаченно посмотрел на нее. — Ты не пугай его, рыжая! — заржал Мэрл. — Он таких шуток не понимает, у него все пряменько. Джинджер взяла поднос и поставила Мэрлу на колени так, чтобы Дэрил с дивана тоже мог до него дотянуться. — Лопайте, — сказала она, взяла себе с подноса большую чашку с кофе и села с ней в кресло, наблюдая за тем, как Мэрл принюхивается к еде, а Дэрил, не задумываясь, стремительно хватает одну из тарелок и сразу начинает есть. — Это что? — Мэрл поднял на нее глаза. — Мясо с картошкой. Салат. Ешь, не отравлено. Я туда даже не чихала. — Это я понял. Но это не консервы. Откуда? — У меня тут ледник есть, — Джинджер отхлебнула кофе. — Папенькина инженерная мысль на месте не стояла, знаешь ли. Забавлялся всякими постройками. Когда эта зомби-фигня началась, я успела поживиться в ближайших магазинах — вынесла всю заморозку, вакуум… в общем, что получилось. Так что пока все еще не стухло, может и еще полежит. — Неплохо! — Мэрл принялся за еду, неловко орудуя левой рукой. — А ничо так хавло-то, прям заебись! Но это я тебе еще в тот раз хотел сказать. Дэрил, который явно все это время думал о чем-то своем, внезапно перестал есть и спросил: — Когда он поправится? — Я не знаю, — Джинджер, смотревшая в окно, недоуменно пожала плечами. — Ну ты же врач! — Да нет, ну что ты. — Тогда откуда все это? — Дэрил махнул вилкой, обводя все вокруг. — Это дом моих родителей, — она повернулась к нему. — Они болели в последние годы. Тяжело. Я ухаживала. Их совсем недавно… и много всего разного осталось. Мы все на дому делали, они не хотели в больнице лежать постоянно. Я сначала собиралась отсюда уехать, но, как потом оказалось, смысла в этом никакого нет. — Тогда я его заберу. Здесь нам нечего делать, — Дэрил отставил тарелку и перевел взгляд на Мэрла. — Я тебя заберу. Поедем дальше. Найдем врача. — Да ладно, ты в себе? — Джинджер всплеснула руками и чуть не рассмеялась от того, насколько серьезно настроенным он выглядел. — Ну куда вы поедете? Она сказала это так иронично, что Дэрилу сразу захотелось швырнуть в нее тарелкой. А потом еще и добавить вслед. Чтобы она не смела так нагло улыбаться ему прямо в лицо. Его бесило, что все так получилось с Мэрлом. И бешенство требовало выхода. — Найдем кого-нибудь, — он еще пытался сдерживаться, — кто разбирается. — Даже если кто и разбирается, то оборудование нигде не работает. Без оборудования тебе никто не скажет, будь он хоть сто лет врач, что там у твоего брата внутри, — она пожала плечами и снова слегка улыбнулась, совершенно не подозревая, какой ревущий ураган она вызывает своей улыбкой. — Это ты так считаешь, — Дэрил закипал и был близок к тому, чтобы снова психануть. Она же даже не знала, что с Мэрлом, но улыбалась так открыто, так самоуверенно, будто бы это он, Дэрил, совершеннейший олух. — Милый, у тебя на примете где-то есть хорошая работающая больница с оборудованием, нейрохирургией и реабилитацией, чтобы его там подержали месячишко? Или два? Или три? Так ты не стесняйся, поделись контактами, я тоже хочу знать, а то мало ли что, — Джинджер весело приподняла бровь. — Я тебе не милый! — заорал Дэрил, от ее насмешливого тона теряя остатки самообладания, наличием которого никогда не отличался, и вскакивая. — Хули ты мне тут скалишься! — Да какого хрена ты орешь! — Джинджер задохнулась, стукнула чашкой о столик и тоже подскочила. — Не смей так говорить со мной! — Как хочу, так и буду говорить, — прошипел он голосом, от которого у нее скрутило, выжрало, выжгло внутренности. — Может быть, ты вообще все врешь тут… Она на секунду застыла, но потом медленно двинулась к нему, повторяя: — Не смей, не смей, не смей так говорить со мной… Ты не имеешь никакого права… — Как хочу, так и буду говорить, — Дэрил, казалось, давился словами, еле-еле проходящими через его горло, — если бы не ты, он бы вообще в порядке был… Джинджер была уже рядом с ним. Глядя в ее суженные от злости глаза, на ее сжатые челюсти, Дэрил продолжал выплевывать из себя слова ей навстречу: — Да и откуда ты знаешь, сколько ему и что! Может, он завтра встанет! Ты же даже не врачиха! Хули строишь из себя! Да ты же ничего не знаешь! Схуяли ты вообще вылупилась… Они оказались почти вплотную друг к другу. Ее прямая спина и настолько яростный взгляд, что от него уже давно должны были полыхнуть его ресницы. Его остервенение и хлесткие молнии из серой мглы глаз, бьющие по ее оголенным нервам. — Тихо! — рявкнул Мэрл, бросая вилку. — Сели! Дэрил, разорвав тончайшую раскаленную нить, образованную их взглядами, повернул голову и бешено посмотрел на Мэрла. — Я сказал, сели, — уже спокойнее сказал Мэрл. — Оба, блять! — снова рявкнул он и показал здоровой рукой на диван и кресло, дождался, пока они разойдутся, и принялся за еду. — Ты — жри давай, а ты — пей свой кофе. И тихо. Разорались. Джинджер шумно выдохнула и плюхнулась в кресло. Дэрил медленно сел на диван и взял тарелку. — Рыжая, ты ж не договариваешь, — в конце-концов произнес Мэрл, — уж больно ты ловко управляешься со всеми этим. Я ж всегда чую, че и как. Училась? — Не доучилась, — усмехнулась она. — Не сложилось. Пришлось переехать. А потом уже возможности не было. — А че сразу не сказала? — Так никто и не спросил. Я же не врач. Просто работала здесь в больнице. Секретаршей, — язвительно произнесла она в сторону фыркнувшего Дэрила. — И еще подрабатывала массажисткой. Тут уже фыркнул Мэрл. А потом и сама Джинджер. — Да ну вас, — сказала она и махнула на них рукой. — Устроили тут. Слушайте, вы оставайтесь сколько хотите. Место есть. Из озера можно накачать воды прямо в дом, только что это вручную делать приходится, но туалет и душ работают. Еще рядом родник есть. И продукты тоже есть. А так, в озере — рыба, в лесу — мясо. У вас вроде с этим проблем не должно быть. Диксоны переглянулись. Дэрил хотел что-то сказать, но осекся. Тогда Джинджер, правильно их поняв, встала: — Я пойду на веранду, а вы поговорите сами с собой тогда. И Мэрл, — она посмотрела ему в глаза, — ты мне жизнь спас. Оставайтесь. Как-нибудь уживемся. Она взяла чашку и вышла, плотно закрыв за собой дверь. И Диксоны остались вдвоем. --- Дэрил вышел на веранду, привычно волоча за собой арбалет. Джинджер сидела на перилах, вытянув ноги к озеру, опираясь спиной о столб, покрытый уже немного растрескавшейся белой краской. Полупустую чашку кофе она так и крутила в руках. Он пристроил арбалет около входной двери и пожал плечами на ее вопросительный взгляд: — Привычка… Дэрил прошел несколько шагов вперед и встал рядом с ней, опираясь на перила следующего пролета веранды. — Он спит, — произнес он, глядя на озеро, — заснул почти сразу как доел. — Это хорошо, — Джинджер кивнула, — ему нужно спать. — Он когда-нибудь встанет? — спросил Дэрил, не отрывая взгляда от озера. Джинджер сначала хотела сказать какую-нибудь колкость, но потом всмотрелась в его лицо, в побелевшие костяшки пальцев, которыми он так сильно сжимал деревянные перила, что казалось, они вот-вот треснут, в его напряженно сжатые губы… и постаралась произнести это как можно мягче: — Я не знаю, Дэрил. Он обернулся к ней и она увидела его отчаянные глаза, в которых сейчас не было льда. Была только боль. — Мне кажется, он упал на камень. А сверху на него свалился этот чертов медведь, — Джинджер покачала головой. — Никто не знал, что так получится. У него сломано несколько ребер, но это ерунда. А со спиной — не знаю. Там страшный ушиб и отек. Может быть, это просто ушиб, а может быть — компрессионка. А может и обычный перелом. Дэрил кивнул и снова отвернулся. Джинджер продолжила говорить ему в спину: — Ты не тащи его никуда, Дэрил. Не надо, пожалуйста. Ему отлежаться нужно, как бы там ни было. Оставайтесь. Он снова кивнул и надолго замолчал. Джинджер его не торопила. Она рассматривала его поцарапанное плечо, драную футболку, старую рубашку, грязную бандану, торчащую из кармана… и очень ухоженный нож, висящий на поясе. И отполированный пистолет за спиной. Кинула взгляд на вылизанный арбалет. Кое-что прояснялось. — Я… — с трудом начал говорить он, — я не привык так. Еще никто не говорил Диксонам «оставайтесь». Обычно все ждут, когда мы наконец-то уберемся. — А я говорю, — легко сказала ему Джинджер. — Почему? — Дэрил снова обернулся к ней. — Может быть, вы мне нравитесь, — начала говорить она, но потом вспомнила слова Мэрла о том, что Дэрил все воспринимает очень буквально. — Дэрил, Мэрл спас меня. Я ему должна. А ты — его брат. Поэтому — живите, сколько нужно. Такой ответ тебя устроит? Он кивнул, опять отвернулся и замолчал. Не выдержав его молчания, Джинджер спрыгнула с перил и подошла к нему: — Послушай, мы с тобой не с того начали. Все нормально, правда. Живите. Мир? — спросила она и протянула ему руку. Дэрил посмотрел на ее руку, затем взял ее и перевернул ладонью вверх. Узкая ладонь была вся покрыта глубокими разрезами, спешно залитыми каким-то антисептиком. В некоторых снова проступала кровь. Она тащила его. Несколько миль. — Я не сказал тебе спасибо за брата, — очень тихо проговорил он, глядя на ее ладонь. — У меня никого нет, кроме него. — Уже сказал, — также тихо ответила она. — Пожалуйста. — Хорошо, — хрипло сказал Дэрил, наконец-то поднимая взгляд от ее руки, — ладно. Попробуем. Она мягко улыбнулась ему. — Только мы не хвостопады, — продолжил он. — И никогда не были. За чужой счет не живем. Я пригоню нашу машину. И все устрою. --- Джинджер тихо спускалась из своей спальни, стараясь ступать босыми ногами настолько осторожно, насколько это возможно. Ей нужно было в кладовку. А в гостиной спали Диксоны. И спали они слишком чутко. За эту пару недель она так и не смогла привыкнуть к тому, насколько быстро они реагировали на любой звук. Но зато научилась ходить очень тихо. Еще ступенька, еще одна. Она глянула вниз. Там горел ночник, сделанный Дэрилом из фонарика на солнечных батарейках. Сам Дэрил спал на разложенном диване, а Мэрл — в медицинской кровати, которую Дэрил наконец-то вчера привез из больницы. У них, конечно, получилось взгромоздить Мэрла на нее, но за это Джинджер теперь и расплачивалась. Она поднимала только его ноги, однако этого оказалось достаточно. Сколько вообще весит этот носорог? Вот они, спят. Такие одинаковые. И такие разные. Такие обманчиво расслабленные, как один закинувшие одну руку за голову. А под другой — нож или пистолет. Но стоит ей неловко поставить ногу, как в нее тут же выстрелят взгляды двух пар глаз — синей и серой. Ясное небо и мглистый сумрак. Откуда эти идиотские мысли? Джинджер мотнула головой, пытаясь их вытрясти. Эти дни прошли незаметно. В ее дворе поселились пикап и огромный мотоцикл. А в доме — куча оружия, какого-то непонятного ей барахла и тяжелый мужской запах, которого она не чувствовала уже много лет. А может и вообще никогда. И постоянный срач. И скандалы. Джинджер поморщилась, вспомнив, как вначале они сцеплялись по любому поводу. Характерец у обоих братьев был… не сахар. Мэрл все время то ржал, то орал, она от усталости постоянно язвила, а Дэрил вообще бросался после каждого слова. Но как-то раз на их вопли приперлась огромная куча этих зомби, которые раньше никогда не заходили так далеко, и чуть не повалила забор прежде, чем они их перебили. Поэтому пришлось немного скинуть градус. Да и вроде бы притерлись понемногу. Но и Дэрил не соврал, он на самом деле все устроил сам. Он был мрачным, но удивительно хозяйственным. Ездил по соседним городам, охотился. И действительно таскал Мэрла в туалет. Джинджер оставалось только готовить, ухаживать за Мэрлом, ну и всякое по дому… но про всю тяжелую работу она просто забыла. Только вот вчера… Джинджер снова посмотрела вниз и тихо вздохнула. Кладовка. Если они сейчас проснутся, то она не отвертится. Начнутся вопросы, а ей так не хотелось все это вспоминать и объясняться. И опять кто-нибудь будет орать. Она нерешительно сделала еще один шаг. И еще. Последняя ступенька предательски скрипнула. Вот оно! — Рыжая? — хриплый со сна голос Мэрла. — Ты чего? — Я что, вниз теперь и спуститься не могу? — сварливо произнесла она, плотнее обнимая себя руками и делая пару максимально ровных шагов, пытаясь ничем не выдать себя. — Между прочим… — Джин? Что там у тебя? — Дэрил уже сел на диване и прищурился в ее сторону. — Ничего, — сухо ответила она, продвигаясь в сторону кладовки. — Просто мне холодно. Нужен еще один плед. Он в кладовке. Спи. Но он уже встал и в два широких шага оказался рядом с ней. Да, могла бы и не стараться. — Покажи, — коротко сказал он, — что там у тебя. Или я посмотрю сам. Поняв, что он не отстанет, Джинджер вздохнула и убрала руки. По ее футболке расплывалось огромное красное пятно. Дэрил рванул футболку вверх и громко втянул воздух сквозь зубы. — Что это? — Швы опять разошлись, — ответила Джинджер, стараясь смотреть в сторону. — Что это за хуйня? — загрохотал Мэрл, особенно злобный из-за того, что проснулся посреди ночи. — Я так и знала, что ты будешь орать, — обреченно сказала Джинджер. И теперь она лежала на диване, задрав на животе футболку, и пыталась смотреть только в потолок. Но не обращать внимание на то, как большие и сильные руки Дэрила аккуратно приводят в порядок ее швы и обрабатывают их, было практически невозможно. Он касался ее так бережно и осторожно, так старался не сделать больно. А ей почему-то хотелось только выгнуться под его руками, вжаться в них и застонать во весь голос. Это был какой-то ужас. Лежать на его подушке, окутанной его лесным запахом, и терпеть эти прикосновения не было никаких сил. — Ты так и не сказала, откуда это, — раздался резкий голос Мэрла. Так стало только хуже — он наклонился к ней с кровати и теперь добавился еще и его такой острый, терпкий запах, от которого кружилась голова. Пока она собиралась с мыслями, он уже протянул руку и коснулся ее плеча. Джинджер чуть не закричала от одного прикосновения его твердых пальцев, чуть погладивших ее кожу. Да что такое происходит-то! Как это вообще может произойти! — Это ножом, — с трудом выговорила она, — просто заживает очень плохо. Второй раз уже разошлись. — Да я вижу, что не огнестрел, — буркнул Дэрил, закладывая мазь в раскрывшиеся места швов. — Первый, это когда ты меня волокла? — тяжелым голосом спросил Мэрл. — Ага. Но это неважно, — торопливо добавила она, — я тогда все поправила. Только самой себе неудобно. Да оно с самого начала плохо все было, ты не думай ничего, ага? Все в порядке. Ага? — И откуда? — Да маньяк один, — Джинджер судорожно попыталась переключиться. — Он раньше с подругой моей встречался, много лет назад… убил ее. Я его видела. И опознала в полиции. Он кричал, что до меня тоже доберется. Я тогда все бросила, уехала, — она дернулась, когда Дэрил посильнее прижал фиксирующую повязку. — Его признали невменяемым, но все-таки закрыли где-то. А тут он объявляется прямо здесь, то ли выпустили его, то ли сбежал… Явился прямо ко мне на работу и говорит, что всегда выполняет свои обещания. Еле отбилась от него, а он не переставая орал, что все равно найдет. Короче, только зашили меня, как тут это все… мертвецы эти ходячие… в общем, пришлось драпать сюда как есть. Не знала, куда еще деваться. — Отбилась она, — фыркнул Мэрл, — могу представить. Кошка бешеная. А че ты сразу не сказала, что те надо че было? — Да неудобно как-то было, — замялась Джинджер, — вроде фигня такая… ну и как-то, в общем… ну неудобно… да и на фоне всего остального… — Дура, — констатировал Дэрил, вскрывая очередной пакет с повязкой и накрывая ей следующий законченный шов, — вот как есть. — Да это понятно, — пробормотала она, пытаясь подняться. — Спасибо. Теперь все намного лучше. Я пойду. — Лежи уж, — тяжелая рука Дэрила вжала ее обратно в диван, — не таскайся. Поместимся, — он лег рядом и закинул руки за голову. — Спи теперь. Утром все уберем. Через какое-то время Джинджер, сжавшаяся в комочек на краю дивана, по их изменившемуся дыханию поняла, что они оба заснули. Но она заснуть не могла никак. Что же это произошло, думала она. Что это было за наваждение. Откуда? Когда? Она же даже не заметила, когда. Когда внутри у нее появилось это влечение. Эта жажда прикосновений. Они же ничего для этого не делали, совсем ничего, они просто жили тут. Цапались, ели, курили. Она на это ругалась, они проветривали и снова курили. Они жили тут потому, что она сама и предложила им остаться. Но в какой-то момент… поглощенная этими мыслями, она наконец-то заснула. Ее разбудили удары топора. Похоже, было раннее утро. Мэрл еще спал. Дэрила рядом не было. Джинджер тихонько встала и подошла к окну. Дэрил, мощно размахиваясь, с одного удара разносил колуном здоровые колоды. Его насквозь мокрая майка второй кожей обтягивала сильную спину, жесткие мышцы перекатывались под золотистой кожей рук с каждым ударом и каждым подъемом топора. Это было так дико... так как-то первобытно... Джинджер вцепилась пальцами в подоконник. Дэрил вогнал топор в крупную чурку, бросил его, подцепил майку и стал стаскивать ее через спину. Это было уже слишком, но перестать смотреть она не могла. И только еле слышно выдохнула, увидев совсем не то, что хотела. Глубокие старые шрамы. Слишком глубокие. Слишком страшные. Слишком уродливые. — Если бы он знал, что ты не спишь, рыжая, ни за что не снял бы майку, — услышала она голос Мэрла. Джинджер, застигнутая на месте преступления, настолько резко обернулась, что волосы хлестнули ее по лицу. Мэрл довольно посмеивался. — Я ничего… — начала говорить она. — Да видел я, как ты смотришь, видел, — прервал он ее. — Сначала просто пялилась, а потом дышать перестала. Спину его увидела? Она кивнула. — Это батя наш постарался. Гнилой был, — Мэрл поморщился, — сука. Не говори ему, что видела. Виду даже не подавай. Поняла? Джинджер снова кивнула и встряхнулась, наконец-то приходя в себя от наваждения. — Ну раз ты проснулся, давай-ка посмотрим твое плечо, — весело сказала она и взяла коробку с мазями и перевязочным материалом, оставленную ночью Дэрилом на столе. Она осторожно разрезала повязку на плече Мэрла, раскрыла ее и наклонилась пониже, вглядываясь в заживающие раны. А Мэрл в это время рассматривал ее лицо. Вот на лоб упала рыжая прядка и она ее мимоходом заправила за ухо. Вот светлые веснушки. Вот тонкая морщинка между бровями. Вот она прикусила кончик языка, пытаясь сделать все аккуратно. — Я же так и не поблагодарил тебя, рыжая, — сказал он и обнял ее левой рукой, привлекая еще ближе к себе. И, пока не она успела что-либо понять или возразить, накрыл массивной ладонью ее затылок. От неожиданности Джинджер рвано вздохнула и распахнула рот, чем он немедленно и воспользовался. Его губы оказались такими же твердыми, как и его руки. И такими умелыми, знающими, как надо, как будет хорошо... а его поцелуй был таким требовательным, властным, жарким. Она уперлась пальцами в кровать, в попытке оторваться, но куда там. Он легко раздвинул языком ее губы и беспрепятственно проник в ее рот. Тяжелая волна прокатилась по ее телу и ударила куда-то в низ живота. В руках не осталось силы. В голове — мыслей. Комната резко крутанулась вокруг своей оси, все детали утратили свои очертания... и она, закрыв глаза, заскользила пальцами по его коже, неосознанно сжимая ее, ощущая ее жаркую гладкость... и отвечая, отвечая, отвечая ему... Остались только его губы, так остро, так сильно, так жадно сминающие ее рот, поглощающие ее сознание, только его ладонь, ласкающая ее волосы, только его разгоряченная кожа под ее руками. Она не знала, сколько прошло времени, прежде чем он оторвался от нее, слегка прикусив напоследок ее нижнюю губу, убрал руку с ее затылка и сказал: — Это было спасибо. — Я так и поняла, — ошарашенно ответила Джинджер, лихорадочно хватая губами воздух. — Как на счет продолжения? — он нагло поднял бровь, забавляясь ее растерянностью. Но она уже взяла себя в руки, поэтому шлепнула его раскрытой ладонью и насмешливо ответила: — Только когда ты встанешь, миленький. — Заметано, — ухмыльнулся он.