Обратная сторона

Санджи не удержался и гулко сглотнул слюну. Зоро мог пугать, даже не пытаясь выглядеть устрашающе, а сейчас — кто знает, что у него на уме. Санджи совершенно не нравилась перспектива быть искромсанным посреди ночи одним из накама прямо на родном корабле. Ещё меньше ему нравилась перспектива ударить и без того раненного товарища в попытке самозащиты. — Зоро, — он пытался говорить мягко, честное слово, пытался, — пожалуйста, положи мечи и ложись обратно. — Конечно, так он и послушался. — Только не дури. На корабле только мы и команда. Ладонь Зоро лежала на рукоятке катаны в полной боевой готовности. Теперь ему достаточно было мгновения, чтобы вытащить её из ножен, и… интересно, что он всё-таки намеревался сделать? Видел ли он Санджи своим врагом сейчас? Или так было всегда, и это просто глубоко спрятанное раньше вышло наружу? — Не делай того, о чём пожалеешь, — предупредил Санджи, незаметно подбираясь и принимая позу, отдалённо напоминавшую боевую стойку. Он надеялся, что, как бы Зоро ни относился к нему, он действительно пожалеет, если нападёт на него с оружием. Формально он уже нападал, и не раз, но тогда это были просто глупые мужские шутки, вызывавшие столько раздражения у Нами. Сейчас всё казалось иным. Зоро обнажил первый меч. Санджи перенёс вес на одну ногу, готовя вторую к удару. Он постарается бить не в полную силу, но если придётся… Лучше отключить Зоро, чем позволить приблизиться к остальным, пока те спят. — Санджи, — голос Зоро казался вполне обычным, но одно то, что он позвал Санджи по имени, было больше, чем просто странным, было подозрительным. — Здесь может быть опасно. Предупреди всех. Стыд захлестнул Санджи в мгновение ока. Он поверил, что Зоро собирался — пусть даже ненамеренно — причинить ему и остальным вред. О таком нелепо было даже подумать. А Санджи… он приготовился обороняться. Приготовился драться всерьёз и защищать команду от того, кто был её главным защитником. — Нет никакой опасности, — сказал он уже почти спокойно. Всё было совсем не так плохо, как показалось на первый взгляд; всего-то и нужно было немного утихомирить Зоро и уговорить его снова заснуть. И куда делись те времена, когда Зоро дрых на палубе каждую свободную минуту? Зоро упрямо качнул головой. Что ж, возможно, это будет чуть сложнее, чем казалось. — Я клянусь тебе: на горизонте всё чисто. Ты мне не доверяешь? Тебе не с кем сражаться сейчас. Так что запихивай мечи обратно в ножны и отправляйся на боковую. Не обращая на него никакого внимания, Зоро двинулся вдоль стены, внимательно осматривая каждую щель, а потом замер, прислушиваясь; но прислушивался он, конечно, не к словам Санджи, а к чему-то другому, слышимому только ему одному. — Эй! — Санджи прищёлкнул пальцами. — Я здесь! — Не шуми, тупой кок, — теперь тон и обращение Зоро были уже совершенно обычными. Необычным оставалось всё остальное. — Зоро! — Санджи тоже вдруг назвал его имя, оно сорвалась с языка неожиданно легко. — Приди в себя! — Я сказал: не шуми! — шёпотом рявкнул тот, зло, но не агрессивно; Санджи уже понял, что мог не опасаться: Зоро никому не собирался причинять зла. По крайней мере, никому из накама. Несуществующим врагам следовало поостеречься. Санджи почти улыбнулся, но призрак улыбки быстро исчез с его лица. Расслабляться уж точно не стоило. Так или иначе, всё зашло слишком далеко. — Что ты хочешь сделать? — спросил он, пытаясь воззвать к последним крохам чужого сознания. — Если ты выйдешь и не найдёшь ничего плохого, ты успокоишься наконец? Это был компромисс. Санджи допустил уже слишком много ошибок и поблажек, ему больше нельзя было оступиться. Но что он мог сделать? Каждое решение казалось неподходящим. Почему именно он должен был выбирать? Хуже кандидатуры нарочно не придумаешь. Кто угодно справился бы лучше. Почему именно он? Зоро не собирался вступать в разговор. Он направился к двери, и Санджи уже протянул руку, чтобы удержать его, но пальцы только едва скользнули по плечу. Чопперу определённо стоило поторопиться. Что бы ни попало Зоро в кровь, оно заставляло его сходить с ума — и лучше бы он пускал слюни и нёс несвязную чушь, чем так методично искал невидимую опасность. Когда он спохватился и выскочил следом, Зоро уже стоял у самого края палубы, перегнувшись через край, и внимательно разглядывал водную гладь. Та была на удивление спокойна этой ночью; царил штиль, и совсем не было тумана, и даже без подзорной трубы можно было смотреть на мили вокруг. — Видишь? Ничего нет. — Нужно уходить отсюда. — Уходить… куда? Мы в открытом море, дубина! — Санджи снова потянулся к его плечу, и на этот раз крепко схватил бицепс, тряхнул и развернул Зоро лицом к себе. — Не заставляй меня давать тебе освежающих тумаков. — Скажи Нами, чтобы провела курс на ближайший остров. — Нами спит, идиот! Сейчас ночь! Все спят! Кроме Чоппера, который, надеюсь, очень скоро найдёт способ прочистить тебе мозги. — Чоппер? — эхом повторил Зоро, морща лоб: какая-то новая мысль пришла ему в голову — мысль, ничего общего не имевшая с тщетными объяснениями Санджи. — Он в порядке? — Да, — Санджи устало взъерошил волосы. — Да, он в порядке. Благодаря тебе. Ты молодец, и всё такое прочее, а теперь, пожалуйста, пожалуйста, я тебя прошу… Кажется, он никогда ещё не просил Зоро о чём-то так долго и так отчаянно. Почему-то он совершенно не чувствовал себя униженным — только очень уставшим. — Нужно высадиться на острове, — повторил Зоро и судорожно втянул носом воздух, как будто принюхивался, как будто даже запахи теперь внушали ему тревогу. — На самом маленьком, какой только есть поблизости. Там будет легче спрятаться. Мне легче будет вас защитить. — Защитить нас?! Мы и сами себя защитим, если понадобится! Ты еле на ногах стоишь! Едва произнеся эти слова, Санджи понял, что погорячился. Даже если это было правдой — не стоило кричать её Зоро в лицо. Это всё равно что обвинить Санджи в том, что он пытался отравить кого-то своей стряпнёй. Санджи не хотел этого говорить, но, в конце концов, это было продиктовано если не заботой в полноценном смысле этого слова, то озабоченностью состоянием того, за кем он должен был внимательно следить. Он прищурился, поражённый неожиданной мыслью. Зоро стоял на ногах не еле-еле, а вполне уверенно, а ведь ещё недавно он и рукой шевельнуть не мог. Сон, конечно, восстанавливает силы, но чудес не рождает. Кровавое пятно уже расползалось поверх бинтов — Санджи не сразу заметил его в темноте. — Чёрт, — выдохнул он. — Подожди. Подожди. Я позову Нами, если ты так хочешь, только присядь куда-нибудь и не двигайся, тебе нельзя. Не пойми меня неправильно — можешь истекать кровью сколько хочешь, но только не под моим присмотром. Видишь ли, я неосмотрительно пообещал капитану проследить за тобой. Санджи не был доволен собой. Не стоило говорить всю эту чушь — и не потому, что Зоро не слушал и не слышал его. Просто потому, что всё это было неправдой, и сколько можно было кормить друг друга этой псевдовоинственной ерундой? Нужно было срочно разработать план действий. Стоило ли демонстративно отойти и тихонько постоять за углом в надежде, что Зоро переключится на другую, более безобидную идею? Или же и впрямь пора было разбудить Нами, а лучше — разбудить всех, чтобы кто-то другой облегчил его ношу? Или, может быть, направиться прямиком к Чопперу и взять какое-нибудь сильнодействующее снотворное? Всё ради блага этого идиота. — Подожди меня здесь, — попросил он, стараясь звучать естественно, как будто Зоро было дело до особенностей его голоса. — Я сейчас поговорю с Нами и приду, хорошо? Помедлив, Зоро согласно кивнул. Он был уже занят другим: пытался перетащить какие-то бочки, очевидно, в попытке забаррикадировать палубу. Ещё несколько секунд Санджи всерьёз раздумывал над возможностью оглушить его ударом по голове, но передумал в пользу первого плана. Если, конечно, это можно было назвать планом. Санджи отступил и бесшумно направился в кабинет Чоппера — как странно, что он сам ещё не выскочил им навстречу, встревоженный шумом. Ответ нашёлся быстро: Чоппер спал, положив голову на стол посреди пробирок и колб. Не один Санджи заснул в самый неподходящий момент. Конечно, несправедливо было обвинять Чоппера в том, что того сморил сон: он наверняка ни на минуту не отвлёкся от поиска противоядия: повсюду на его столе лежали раскрытые книги, полные рукописных пометок, от одной из склянок всё ещё поднимался лёгкий дымок. — Чоппер, — шёпотом позвал Санджи, когда понял, что сам ни за что не разберётся в многочисленных баночках, чинно стоявших в ряд на закрытых полках. — Проснись. — Что случилось? — Чоппер подпрыгнул и не опрокинул стол лишь потому, что был для этого слишком мал. — Санджи? — Дай какое-нибудь снотворное, скорее. Что-нибудь, что можно распылить или… — Что делает Зоро? — спросил Чоппер, уже сконцентрированный и серьёзный — в отличие от Санджи, который пытался таким казаться. — Пока ничего страшного. Но лучше это остановить, пока он не наворотил дел. У тебя осталось много работы? — Я … не знаю. Я не знаю, — в голосе Чоппера немедленно прорезалась нервозность. — Я пока не смог… — Ничего, ничего, — Санджи быстро прервал начинавшийся поток самобичевания. На Чоппера и так давило многое. — Может быть, если усыпить его сейчас, это поможет тебе выкроить немного времени. — Нет, — коротко подумав, сказал Чоппер. — Лучше не стоит. Если яд всё ещё в его крови, не стоит добавлять в неё ещё что-то, последствия могу быть непредсказуемыми… Пожалуй, с ними уже случилось слишком много непредсказуемого. Судорожно вздохнув, Санджи ринулся обратно и на пороге столкнулся с Зоро нос к носу. — Ты обещал разбудить Нами, — произнёс тот негромко и на первый взгляд совсем не мрачно, но Чоппер за спиной Санджи слегка шевельнулся, будто хотел спрятаться за его ногу. — Нужно причалить к острову. Быстрее. — Причалить к острову?.. — непонимающе встрял Чоппер. Санджи бросил на него короткий выразительный взгляд: идея со снотворным всё ещё не оставила его, и он надеялся, что Чоппер проникнется ею тоже, несмотря на риск. Оставить Зоро на ногах было ещё большим риском, учитывая, что под этими самыми ногами уже ширилось новое красное пятно. — Я шёл к ней. Не беспокойся. Я позову… — Лжёшь, — увесисто сказал Зоро. — Я сам её позову. — Он развернулся и безошибочно направился к нужной каюте — и куда только делся его топографический кретинизм? — Санджи, держи!.. — Чоппер вдруг ловко схватил какой-то пузырёк, и Санджи едва успел его подхватить. — Не разбивай! Намочи что-нибудь и прижми к его носу!.. Санджи как будто ждал этой команды, рванул галстук и опрокинул склянку кверху дном, потом прыгнул на уходящего Зоро, одной рукой хватая его за шею, а второй прижимая ткань к его лицу. Он чувствовал, как в напряжении бугрились мышцы под его ладонью; ещё недавно Зоро едва стоял, а теперь противостоял ему с удивительной силой: рванувшись, он заставил Санджи разжать хватку и сбросил его с себя. На мгновение все застыли. — Прости, — пробормотал Санджи, отступая и отшвыривая злосчастный галстук в сторону. Зоро тоже отступил и закашлялся, закрывая ладонью рот. Капли крови теперь срывались с его повязок почти в такт лихорадочным движениям груди. Зоро согнулся, весь сосредоточенный в кашле, и настал самый подходящий момент закончить начатое: например, слегка сдавить его сонную артерию так, чтобы он потерял сознание. Или ударить прямиком по голове — так было бы проще и надёжнее. — Санджи, сделай что-нибудь, — прошептал Чоппер. Разумеется, Санджи не стал делать ничего из этого. — Зоро, прости, — только повторил он. Зоро с трудом выпрямился и посмотрел очень странным взглядом, который Санджи раскусил не сразу. Так смотрят на предателей. Санджи уже понял, что Чоппер на этот раз испугался Зоро, по-настоящему испугался, впервые в жизни; Чоппер ведь самый ласковый доктор, он так хорошо знал Зоро, почему он мог такое подумать?.. Он только что говорил об опасности снотворного, и уже через минуту упорно просил Санджи вмешаться. Но Зоро смотрел вовсе не на Чоппера, он смотрел на Санджи, только на него одного. Даже в столь смутном, неясном сознании он знал, кому может доверять. Потому что, несмотря на их кажущуюся неприязнь, именно Санджи вдруг понял его лучше других — так вышло. Зоро знал, что Санджи знал. Он не был слепым чурбаном — вернее, конечно, был, но совсем не в том смысле, в котором иногда думал про него Санджи. Он знал, что Санджи знал и, ничем себя не выдавая, позволял ему знать, а это совсем не односторонняя связь. Санджи казалось, что она испарялась так же быстро, как последние капли из лежащих на полу черепков.  — Санджи, у меня есть ещё… — Перестань, Чоппер, — отозвался Санджи совсем не зло — злиться было не на что. Ещё совсем недавно он сам на мгновение испугался Зоро, испугался его намерений. Главное было — не совершить ещё одной ошибки. — Он никому не хочет причинить вреда. Он протянул руку, чтобы прикоснуться к его груди, но Зоро сделал почти незаметный шаг назад, и пальцы Санджи снова скользнули мимо.