Счастливый брак

Глава 20. Осень… Маргарта Рудольфовна медленно шла по безлюдной в это время аллее парка.Андрей вызвался отвезти ее домой, но она отказалась - захотелось ей прогуляться по воздуху, да и Катя чувствовала себя не лучшим образом, и оставлять ее одну не стоило. Срок родов подходил. Они с Павлом и вернулись в Москву, чтобы дождаться рождения внучки, помочь сыну в это суматошное время. Павел дает Андрею отпуск – «по уходу за ребенком», сам займется делами компании на некоторое время. Ну а она поможет им дома. Основные хлопоты предстоят, конечно, Елене. Она мать, а значит, главная бабушка, а Маргарите отведена роль бабушки гостевой. Но она и этому рада, если учесть, что ее отношение к женитьбе сына мягко говоря не было радостным, и взаимоотношения с невесткой первое время были не самые дружеские. Но сегодня, когда она навестила ее, они до прихода Андрея очень мило побеседовали за чашкой чая. И она искренне волновалась за сноху, и та отвечала не дежурной вежливостью, а душевной благодарностью – в первый раз они так говорили! Обе довольны остались. А уж как Андрей обрадовался, увидев их сближение! Когда он появился, они уже в гостиной были. Катя прилегла на диван – она настояла, видя, что невестке неможется, а сама она сидела у нее в ногах, поглаживала по спине и говорила всякую ерунду, чтобы отвлечь от переживаний, успокоить, уверить в благополучном исходе родов. Двадцать первый век на дворе,техника и медицина творят чудеса, а женщины все равно боятся родов. И не зря, потому как всякое случается. Хорошо, что Андрей остался дома, пусть лишний раз увидит, почувствует, каково это – вынашивать ребенка! А она прекрасно сама доберется, даже и без такси. Иногда надо пройтись пешком, побыть наедине с собой, чтобы осмыслить то, что с тобой происходит. Осень уже вступила в свои права. Не та, не золотая рыжая подружка с высоким, ярко- голубым небом, просвечивающим сквозь еще густые, хотя и пожелтевшие и покрасневшие кроны деревьев. Ту осень она любила! Такой сентябрьской осенью они познакомились с Павлом, ставшим ее мужем… Счастливое было время! Ночи напролет они гуляли в парке – бродили по аллеям, вороша ногами листья, целовались прямо под фонарем, а потом… Потом прятались в дальних уголках, на скамейках, в укромных местах, подальше от людских глаз. Не иначе, как такие же бедолаги бездомные занесли их туда – рядом располагались общежития их студенческого городка. Да, тогда у них не было иного приюта, но они нуждались друг в друге, дня не могли прожить, не увидевшись. Тогда они любили… А теперь… Теперь у них много чего есть – квартира, загородный дом, и еще дом в Лондоне. Но они не могут соперничать с той скамейкой в парке! В них нет тепла двух тесно прижавшихся тел – давно уже они не сидят так. Просторное и удобное жилье отдалило их. Или не жилье тому виной? А что? Где и когда они шагнули в разные стороны? Она не заметила…Все хлопоты, суета, погоня за престижем, а любовь отстала, потерялась – осталась в том парке, на мокрой скамейке… *** Осенний сад, промокшая скамейка. И листья подметает не спеша Усталый дворник в ветхой телогрейке А под скамейкой съежилась душа Да, да, душа. Обычная, вот только Промокла и от холода дрожит, И вспоминает, как хозяин колко Сказал: «Душа, ты мне мешаешь жить. Болишь по каждой убиенной мошке, Сжимаешься от плача малыша, Мой завтрак отдаешь бездомной кошке- Я больше не могу с тобой, душа. Мои глаза давно устали плакать. Прошу тебя, как друга, уходи.» Она ушла в октябрьскую слякоть, И с нею вместе плакали дожди. Блуждала долго мокрыми дворами, Заглядывала в окна и глаза. Над нею осень хлопала ветрами И вслух с судьбою спорила гроза. Осенний сад. Промокшая скамейка. И листья снова падают шурша. Работу кончил дворник в телогрейке. А под скамейкой умерла душа. Это стихотворение она написала в тот день, когда узнала… Ни до этого, ни после не писала она стихов. А тут вдруг вылились из души. Теперь осень не золотая. Промозглая, сырая и холодная наступила осень – октябрь в природе и ее жизни. Сколько слез она пролила, зарывшись в подушки! Не меньше, чем дождей в ту осень. Обиду на мужа выплакивала, предавшего их любовь, свою неспособность простить его и полюбить заново – его или кого другого… А может быть еще не все потеряно? Может, прогремит гроза, сверкнет молния и растопит лед в ее сердце? Может быть, она взлетит и полетает на крыльях любви? Нет, не бывает грозы в октябре… Приходится мириться с осенью и вместе с ней грустить, ожидая зиму. А зима – это конец года…Еще одного года… Когда-то он станет последним… Не любила она осень! Но нынешняя осень немного другая – вдруг теплом повеяло! Синоптики обещают почти лето – бабье лето! Этой осенью она станет бабушкой! Катя скоро родит девочку. Врачи говорят, что ошибки быть не может. Она так рада, что будет девочка… В свое время не родила себе дочку, невостребованным осталось желание плести косички, завязывать бантики и играть вместе в куклы. Беременность невестки и ожидание внучки примирили ее с выбором сына – а что еще ей оставалось? Встать в позу, отгородиться от них и остаться дважды одинокой – и с мужем, и с сыном? Это было бы слишком несправедливо. Кирочку, конечно жаль, но она сама виновата – не послушалась ее совета, не родила ребенка. Мало ли что Андрей не хотел! Да он просто не созрел тогда… Или…не любил все же Киру? Да он и Катю вроде как не очень любил поначалу… Катя – она умнее Киры, надо признать. Она смогла построить свое счастье, и счастье Андрея – сейчас он в ней души не чает. И ребенка ждет в радостном нетерпении! Ах, мужчины… Непонятна их душа… Хоть и сын он, а непонятна…Такую красавицу променял на ничем не примечательную женщину, и счастлив! И Павел тоже… Видела она свою соперницу – и в подметки ей, Маргарите, не годится! А поди ж ты… Хорошо, что будет внучка! Возле нее она согреется , ей отдаст всю любовь, что разрывает сердце. Если есть детишки в доме, в нем уютно и тепло… Хорошо, что у сына такой дом!