Спасать?

      Эта тропа разбита, над ней всегда пасмурно, изо всех тёмных впадин и уголков за тобой будто наблюдают — и почему же я думаю, что она куда-то выведет меня? Этот меч, болтающийся на поясе, старый, тяжёлый, совсем не по моей руке, путается в полах старого плаща — и почему же я думаю, что он спасёт меня от того, что кроется в тени, что в любой момент может оказаться за спиной и проткнуть горло насквозь?       Я, наверное, умру через пару часов прямо здесь, в пути — так почему же я иду всё дальше и совершенно не думаю о том, что будет?       Эту тропу заливает противный дождь, плащ промок, и я вместе с ним, насквозь — ведь почему же иначе и в душе самой сыро? Рассветные лучи вовсе не греют, и что-то незримое бьёт по мне, что стальные прутья. Бьёт — но не тянет назад. А хотел ли назад отец?..       Я, наверное, никуда не дойду, останусь исчезнувшим мальчиком — так почему же я думаю не о живых матери и сёстрах, а о погибшем отце? Почему я так упорно хочу повторить его ошибку — и ошибку ли?..       Эта тропа сужается — и мне… страшно? Я не знаю ответа на этот вопрос, я не знаю совсем, нужны ли в этой войне перепуганные мальчишки, никогда не игравшие в рыцарей. Я ничего не знаю — так зачем я продолжаю идти, оставляя мать позади, оставляя родную деревню?       Кому и чем я хочу помочь, если я не как отец? Кого и как я спасу, не зная, как и себя самого защитить?..