Сломанные кости

Глава 2: Поэтому все вечно идет не так В которой братья из Андерфелла демонстрируют отсутствие хороших манер. Также в меню каламбуры.

Как и всегда, Папса разбудил Блю, который бурно ворвался в комнату и принялся прыгать на кровати, вопя: «Вставай!». Папс зарылся в одеяла, цепляясь за приятный сон, который неумолимо от него ускользал… (Алый язык на его бедренной кости, злые глазницы уставились снизу вверх, магия искрит вдоль костей. «Отлично смотришься на коленях, лорд Пафос».) …Но все оказалось тщетно, когда Блю уцепил его за лодыжку и стащил на пол. Не зря он избавился от каркаса кровати и спал просто на матрасе на полу. Папс заморгал, качественно оглушенный. Стоять. Ему действительно снилось, что?.. Он прижал к себе одеяло, потом расслабился, осознав, что его магия никак не сформировалась. — Не сплю я, бро, — неубедительно сказал он. Черт возьми. Это все Эдж виноват. Ему даже в голову не приходило думать об Эдже с такой стороны, пока он не выкинул вчерашний финт. — Папи! — канючил Блю. — Спишь ты, просто теперь на полу! Ну давай, братик~! Сегодня будет отличный день; неужели ты не хочешь увидеть его? — …Неа, — пробормотал Папс, закапываясь поглубже в помятое одеяло. — Мне красиво и здесь. — Ты, — сказал Блю с обреченной нежностью, — совершенно невыносим. Увы, но выбора у тебя нет! Мве-хе-хе! — Бро — подожди! Без видимого усилия, Блю сгреб его в охапку вместе с одеялом. — Аыыыгх! Он уцепился за дверной косяк, когда Блю проносил его мимо. — Еще пять минут! Блю даже не удостоил его протесты ответом. Безуспешно цепляясь за перила лестницы, по которой его несли, Папс продолжал жаловаться: — Ну Блю, ну я ведь не одет. К твоему сведению, я даже без штанов. — О как, — сказал новый голос с неподдельным интересом, — знач нам светит целое представление. Ну, дылда, твой стиль эт семейники или брифы? А мож, предпочитаешь спать ваще нагишом! — хихикал Рэд, пока напротив него за обеденный стол неожиданно бережно водружали Папса. Острозубый скелет подмигнул и оглядел его: — Над думать, твой стиль эт «слишком устал, чтоб переодеться из вчерашнего», хех. Монстр с моей душой! Папс тупо пытался проморгаться. — …Звезды, еще слишком рано для этого дерьма… — пожаловался он, роняя голову на стол. — Выбирай выражения! — упрекнул Блю, накрывая брата оранжевой толстовкой. — Фрбрбрг, — ответил Папс. Как можно требовать от скелета внятности изложения с утра пораньше? Он задумался. Внятный скелет. Где-то тут крылась шутка; ему просто требовалось немного кофе, и он непременно ее найдет. Кое-как натянув толстовку, Папс приоткрыл глазницы и всмотрелся в Рэда. Меньший скелет весь ссутулился, баюкая в руках чашку кофе. Несмотря утренний парад шуток, сейчас его взгляд был направлен сквозь пространство, в никуда. — Эй, пацан, ты там в порядке? Рэд кивнул, фокусируясь на кофе. — Агась. Прост как-то… не выспался. — Он переживает за Эджа, — мягко сказал Блю, водружая перед братом кружку с кофе. — Спасибо, бро, — отсутствующе отозвался Папс, все еще разглядывая двойника своего брата. Двигаясь осторожно, он одной рукой подтянул того в недообъятие: — Если ему хватает сил расшвыриваться магией, уверен, уже скоро он поправится достаточно, чтоб возобновить свою кровавую тиранию. Не майся из-за него бессоницей, пацан. «Он этого не заслуживает». Рэд выглядел таким маленьким и уязвимым, несмотря на шрамы и острые как иглы зубы. Папсу не хотелось его отпускать. Лучше пусть будет здесь, в безопасности — подальше от его извращенной вселенной, подальше от его извращенного брата, от всего. Пацан более чем заслужил перерыв. Дверь гостевой комнаты тихонько скрипнула. Все обернулись навстречу Эджу. — Б-босс? Ты это, уже на ногах? — Не делай такой удивленный вид, недоносок, — сказал он, озирая открывшуюся картину. Его взгляд задержался на Рэде, приютившемся под боком у Папса. «Именно, Феллодрянь», подумал Папс, «вот так нормальные монстры обращаются с братьями». Он инстинктивно сжал Рэда немного крепче. Эдж вроде бы никак не отреагировал, только сосредоточился на Рэде и приказал: — Докладывай. Разумеется. Не спит уже целых пять минут, и уже раздает всем приказы. — Ээ… все еще цп, босс. Что-что? «Цэ-пэ»? Это какой-то код? Эдж вскинул надбровную дугу, но, похоже, решил не прикапываться. Шагнул прочь от стены, на которую опирался, и впечатляющим усилием воли не выдал ни жестом то, сколько боли он, по идее, испытывал. С его увечьями, Эдж еще не скоро вернется к полному ХП. Папс усмехнулся, любуясь тем, как скованно двигался обычно грациозный скелет. Учитывая, сколько раз Рэд приходил сюда забинтованным и забитым, Папс не испытывал ни капли сочувствия. — Эдж! А вот Блю, рванувший обнять новоприбывшего скелета, Папса огорчил. Правда, забавно было смотреть, как Эдж застыл, вспомнив о вчерашней сделке. — Я так рад, что ты чувствуешь себя достаточно хорошо, чтоб позавтракать с нами! — пискнул Блю, полный энтузиазма и энергии. Он провел Эджа к столу, и бережно, но настойчиво усадил его на стул рядом с Рэдом. — Мы за тебя переживали! Я готовлю буррито на завтрак; тебе один или лучше два? Тебе нужно как можно больше энергии, чтоб восполнить запасы магии. Что будешь пить? Рэд приготовил кофе сегодня утром. Мне он не особо нравится — горький такой! — но Папс его вроде любит, может, и ты тоже? Я сам предпочитаю… ОЙ! Внезапный вопль заставил всех скелетов подпрыгнуть. На лице Эджа отразилось почти комичное сочетание потерянности и непонимания. — Молоко! — объявил Блю. — Точно, сейчас добуду тебе молока — оно укрепляет кости! Эдж пялился на него, чуть заметно склонив голову набок. Блю был таким мелким, а Эдж таким высоким, что, даже сидя, ему приходилось смотреть сверху вниз, чтобы поймать взгляд Блю. — Молоко так молоко, — опасливо сказал Эдж. Блю улыбнулся до ушей, прежде чем исчезнуть на кухне. Спустя лишь пару мгновений он возник вновь, уже с полным стаканом в руке. Торжественно водрузив его перед другим скелетом, Блю выжидающе замер. Осознав, чего он хочет, Рэд прокашлялся: — Ммм, босс? Блю ценит, когда его, ммм, ценят, ага? Эдж с пришибленным видом переводил взгляд с одного на другого. Это было уже чересчур для Папса, и он наклонил голову в попытке подавить приступ смеха. В итоге единственное, чего он добился — поперхнулся кофе. И прямо почувствовал испепеляющий взгляд Эджа. — Благодарю тебя, Блю, — сказал Эдж формально, чопорным тоном. Блю прочирикал счастливое «Не за что!» и усвистел на кухню, мурлыкая под нос. С его уходом часть напряжения покинула плечи Эджа. Он посмотрел на Рэда: — Утро раннее, а ты уже бодрствуешь. Тот хмыкнул: — Не будь параноиком, босс. — Просто хотел удостовериться, не пропустил ли я обрушение мироздания или еще какую крупную неприятность. — Ну, здесь есть ты. Это уже та еще неприятность, — сказал Папс, заработав еще один тяжелый взгляд. Рэд отвлек Эджа прежде, чем ссора толком завязалась: — Н-ничо подобного, босс. Я проснулся, потомушт вон тот синеглазка во сне становится оч цепким. Цеплючим. Будто Маффет изловила, чесслово. Эдж всерьез содрогнулся. — Уверен, что все не настолько плохо. — Эу. Андерсвопова Маффет. — А это уже звучит как нечто вполне приятное — в теории. Папс чуть опять не поперхнулся. После удивительно недоброго сна, словленного им этим утром, только подобных шуточек от Эджа ему и не хватало. Зато его реакция воодушевила Рэда: — Ах вот как здесь легли кости? Между вами с Маффет что-то вста… Эдж рассеянно залепил двумя пальцами Рэду по черепу: — Не надо грязи, недоносок. Глаз Папса сам собой зажегся, но Рэд только рассмеялся, потирая макушку. — Звиняй, босс. Не сдержалс. Эдж тяжело вздохнул и не дал себе дернуться, когда движение затронуло его ребра. — Если уж взялся отпускать идиотские шутки, мог бы выбирать хотя бы забавные. И оригинальные. Любого скелета, прошедшего пубертат, именно от этой игры слов должно уже тошнить. — Как насчет шуток про «тук-тук»? Я тренировался. — Как, скажи пожалуйста, можно тренироваться их шутить? Нет, стой. Не рассказывай. Я уже получил достаточную дозу бреда на сегодня, — неожиданно его взгляд остановился на кружке кофе в руках Рэда, и он нахмурился. Протянул руку и одними кончиками пальцев взял ее со стола. Огоньки глаз Рэда нервно вспыхнули, но Эдж просто вгляделся в темную жидкость: — Рэд… здесь горчица? — Эээ… нет? — Звезды, — пробурчал Эдж, — Зачем я вообще спрашиваю. Он поднялся на ноги и тихо охнул, сжав зубы, чтобы не застонать от боли. Папс хмыкнул. — Босс? Может, эт, не хошь сесть обратно? А? — Я в порядке! — рявкнул Эдж. Папс покосился на руку, сжавшуюся вокруг кружки Рэда: — Только посуду нашу не бей, лорд Пафос, — Эдж рыкнул на него и утопал на кухню, держа спину болезненно прямо. — Ради волосатой задницы Асгора, почему он не остался лежать? Рэд пожал плечами. — Чтоб я знал. С ним вечн так. Его ток ес связать — не рекомендую, кстать, — или вырубить, он ваще не стоит на месте, — на мгновение его вечная улыбка показалась особенно широкой: — Он такой крутой. Папс поднял бровь: — Ладно. Если ты так это предпочитаешь называть. Мысленно он не давал себе представить связанного лорда Пафоса. Нет. Неа. Он об этом не думает. Ни на секунду не… Эдж появился вновь с новой кружкой кофе в руках. Из дверного проема за ним наблюдал Блю, съежившийся от переживаний за гостя. — В этой кружке все чисто? — усмехнулся Папс. Рэд загоготал, несмотря на убийственный взгляд Эджа. — Ты, невыносимый… — Папи! — возмутился Блю, перебив запланированное Эджем ругательство. — Никаких каламбуров за завтраком! — Он тя все равно не послушает, Блю — ухмыльнулся Рэд. — Асгоровы рога, Рэд, не… — начал Эдж, предчувствуя, чем это кончится. — Ты ж знаешь, что у него нет ушей! — закончил Рэд. Два упоротых скелета со смехом толкнулись кулаками. Разочарованный хор в лице Блю и Эджа взвыл. — Рэээээд! — протянул Блю. — Недоносок, я тебе руки переломаю, если продолжишь. — Но мой дух тебе… — НЕ СМЕЙ, БЛЯТЬ! — …не сломить. Папса прорвало, так, что он чуть не свалился со стула от смеха. Судя по виду Блю, тот не мог определиться, расстраиваться больше из-за ругани или каламбуров. В конце концов он вскинул руки и скорбно вопросил: — Почему мы не можем просто сесть и тихо, спокойно позавтракать? В свою очередь на лице Эджа горела готовность убивать. Но если подумать, он всегда выглядел так, будто от смертоубийства его отделяет один едкий комментарий, так что, вероятно, беспокоиться было не о чем. Поставив кофе на стол, Эдж ухватил Рэда за ошейник. — Больше. Ни. Слова. Рэд слабо улыбнулся и кивнул, явственно взмокнув. Эдж смерил его взглядом, прежде чем снова усесться и с неразборчивым ворчанием покачать головой. Когда все унялись, Эдж скомандовал: — Никакой горчицы. У меня есть для тебя работа. Рэд замер, не донеся кружку до рта. Медленно опустил ее, и на лице его не было ни намека на прежнее веселье. — Мож повторить вот эт вот, босс? У меня, кажись, что-то с несуществующими ушами, но ей-богу, ты как будт только чт сказал, что у тебя для меня работа. — Ты все услышал верно. Огоньки глаз Рэда погасли. Он глубоко вздохнул, закрыв глазницы. Когда он их открыл, его взгляд был сосредоточен на Эдже, один зрачок ярче другого: — Окай, допустим. Что за нах… — Лексика! — одернул его Блю без особой надежды. — …ща настока важен, что мне надо быть трезвым и… — он проглотил конец предложения, прожигая брата взглядом. Острые фаланги крепко сжались вокруг кружки. Эдж определенно заметил. Метнул короткий взгляд на руку, однако никак не прокомментировал. — Мне нужно, чтобы ты вернулся в нашу вселенную и поводил носом. Вернешься с докладом о том, что происходит. Рэд просто смотрел на него: — Ты измываешься, да? Папс поднял надбровную дугу. Происходило что-то… интересное. Никогда раньше он не видел, чтобы Рэд шел поперек решений брата. И при этом даже не заикался. Эдж, однако, удивленным не выглядел. Скорее готовым к схватке, если на то пошло; его дыхание было ровным, руки опущены и расслаблены: — А ты как думаешь, недоносок? — Я думаю, что ты из ума выжил нахрен, — прорычал Рэд. Беспокойный Блю уже возник в дверном проеме с кухонным полотенцем в руках. Они с Папсом обменялись взглядами, равно не уверенные в том, как реагировать. — В чем дело? — издевательски спросил Эдж. — Боишься? Я не прошу тебя постучаться в дверь Андайн — просто осмотрись, а сам не попадайся на глаза. И не ходи в дом. Кто знает, что за ловушку там могли установить… — Да не боюсь я, чудила! Эдж зарычал и подался вперед, заставив Рэда чуть отшатнуться. — Босс. Я не свалю когда с тобой… ну, вот, — он жестом указал на перебинтованные ребра Эджа. — А, теперь ты вдруг забеспокоился, — сказал Эдж, всплестнув рукой. — Ты не уверен в доброжелательности здешних хозяев? «Доброжелательность» он произнес с такой интонацией, словно особенно смачно выматерился. — Да не дури ты, — ответил Рэд, отчего у Папса на душе потеплело. — Папс с Блю ни на косточку… — Серьезно, недоносок? Посреди спора? — …не подлые. — Тогда в чем проблема? Рэд посмотрел в свою кружку и вместо ответа пробормотал: — Не пойму, фигли те вообще сдалась та дыра. Эдж вздохнул, и всего на миг его взгляд смягчился. Потом он ухватил Рэда за ошейник и притянул, чтобы оказаться на одном с ним уровне. — Потому что она наша, Рэд. Меня… — он поморщился, но отважно продолжил: — …очень публично унизили. Все, чего нам удалось добиться в Сноудине за последние пять лет, сейчас повисло на волоске. Ты хочешь увидеть, как все возвращается в прежнее состояние? — Мне похрен, — сказал Рэд. — Рэд. — Нет! — прошипел тот, — Они и пальцем не пошевелили, чтоб нам помочь! Они тупо смотрели! — Рэд. — Нах их! — сказал Рэд, сверкая глазом. — Нах. Их. — …Ты закончил? — спросил Эдж. Рэд вспыхнул и отвел взгляд, но остался прямым, несгибаемым. — Забыл, чего мы пытаемся добиться? — …нет… — И ты правда думал, что я позволю чему-то настолько мелочному, — он указал на свои поломанные ребра, — остановить меня? Рэд вздохнул и устало потер лицо: — …нет… упертый ты, костоголовый чудила… — Погромче повторишь, недоносок? — Говорю, «нет, босс». — Именно так мне и послышалось. С разочарованным бурчанием Рэд провел ладонями по черепу. — Ладно, — сказал он. — Ладно. Ладно! Я пойду и… — он пробормотал что-то неразборчивое вполголоса, прежде чем продолжить. — Хочешь, чтоб я прост огляделся? И все? — И не попадался на глаза другим. Андерфелл для нас сейчас небезопасен. Да и, если подумать… — похоже, он что-то мысленно взвесил, — подойди сюда. — Босс, я уже сижу прям рядом, — Эдж не ответил, только смотрел на него выжидательно. Рэд вздохнул и пододвинул свой стул поближе: — и что те… Не проронив ни слова, Эдж протянул руку и расстегнул ошейник Рэда. — Вероятно, будет к лучшему, если тебя не увидят в этом прямо сейчас, — он собрал ошейник в кулак и спрятал в карман. Папс и Блю обменялись взглядами, оба не в состоянии понять, что именно происходит между Фелловыми монстрами. Их замешательство только выросло, когда Рэд вдруг замер и умолк. — Верни, — произнес он тихо. — Что? — спросил Эдж с веселым удивлением. — Не может быть, чтобы ты расстроился. У меня ушли месяцы на то, чтоб уговорить тебя его носить! — В е р н и! — прорычал Рэд и бросился за ошейником, когда Эдж не ответил за милисекунды. Стулья навернулись вместе со скелетами. Папс отскочил в полном замешательсве. Что вообще?!.. Двое Фелловых монстров рычали и шипели, сцепившись друг с другом. В обычной ситуации у Эджа было бы преимущество, но с раной ему приходилось тяжело. Рэд казался слишком ослепленным яростью чтобы заметить собственное преимущество над братом, ни чтобы обернуть себе на пользу, ни чтобы сжалиться. Он просто продолжал орать «верни!». Папс и Блю были слишком ошарашены, чтобы сделать хоть что-то. Все развивалось слишком быстро, да и серьезно, что вообще нужно делать, если посреди завтрака завязался импровизированный матч по вольной борьбе? Происходящее… не казалось реальным. Внезапно раздался неподдельный вопль боли, и вспышка синей магии швырнула Рэда через комнату. Магия была слишком слабой, чтоб надолго его удержать, так что он просто приземлился в паре футов от своего брата. Сверкая глазами, Эдж соскреб себя с пола. Он сутулился и держался здоровой стороной к Рэду, оберегая другой бок. — Асгоровы рога, — произнес он, тяжело дыша, — не знал, что это столько для тебя значит, — он потянулся в карман и швырнул ошейник Рэду. Несмотря на дрожь, Эдж ухмыльнулся: — Знай я, что такая ерунда тебя наконец заставит драться в полную силу, давно бы так сделал. Рэд прижал к себе ошейник, глядя на своего брата, и ужас плавно заволакивал его лицо. — Не в ошейнике ж дело, босс, — его голос надорвался, и Папс замер. — Что-что? — спросил Эдж с насмешливой ноткой. — Неужели ты пытался всерьез меня убить? Если так, то следует сказать, я разочарован, но не удивлен. Очень похоже на тебя, бросать работу незаконченной. Рэд продолжал пялиться на него и вдруг принялся хохотать. Душа Папса похолодела, и он подступил на шаг ближе. Его опасения подтвердились, когда смех Рэда превратился в истеричные всхлипы. Эдж вышел из боевой стойки. — Оу, — только и сказал он. Сытый по горло, Папс двинулся к Рэду и взмахом руки обратил душу Эджа в синий. Отодвинул того в сторону, чтобы проводить Рэда к лестнице. — Давай, пацан, — сказал он мягко, — пойдем. — Рэд, — позвал Эдж неожиданно сдавленным голосом. — Куда ты его ведешь?! Он боролся с синей магией, но Папс держал его на месте, пока Рэд не оказался в его комнате, за запертой дверью. Отчасти он ожидал, что Эдж ворвется следом — и тогда да смилостивятся над дурнем звезды, поскольку сам Папс этого делать не собирался, — но Эдж не явился. — Все в порядке, парень, — сказал Папс, притягивая меньшего монстра в объятия, — ты в порядке. Он тебя не ранил? Рэд, кажется, его не слышал. — Эт-эт все из-за м-меня, — сказал он между икающими всхлипами, — он наполовину прах, и-и это м-м-моя вина! — Чччш, — сказал Папс, умиротворяюще гладя чужой череп. — Не, парень, все с ним будет в порядке. Не поверю, что ваша небольшая потасовка его прикончит. Расслабься. Ты в порядке. Все будет хорошо. Все еще всхлипывая, Рэд помотал головой: — Ты не понимаешь! — надрывался он. — Андайн… то чт она устроила… эт моя вина. Я-я уснул на п-посту своем. И Андайн увидела. Она собиралась… собиралась… — он содрогнулся, но продолжил, — Босс ее перехватил, но ее уже понесло. Ей-ейный УР ее накрыл. Он-они подрались, и босс продул. Я ч-чудом вытащил его прежде, чем она… она… Рэд вцепился в Папса и поднял залитое слезами лицо. — Я видел, как мого младшего брата чуть не обратили в прах, и эт было из-за меня, Папс. Я долж-должен защищать его, но он чуть не умер из-за меня. На этой фразе монстра окончательно прорвало, и он зарылся лицом в толстовку Папса, цепляясь за него обеими руками. В задумчивости, Папс обнимал гладил черепушку Рэда, не зная, как еще его утешить. Но взгляд его смотрел в никуда после этого неожиданного признания. Он понятия не имел, что сказать, кроме тех же банальностей, что он уже озвучил. Медленно, но верно Рэд начал успокаиваться. В конце концов он отстранился и отряхнулся, расправляя одежду и явно заталкивая все чувства глубоко внутрь, прячась за свою суровую маску. Выражение его лица и поза менялись, пока он снова не обратился в опасное существо с жестокой усмешкой. Папс не видел его таким с его самых первых визитов в Андерсвап. — Ну, эт… спасибо, — выдавил он хрипло, словно ему это стоило больших усилий. — Скажи Блю, что я наверн без завтрака сегодня. Босс быстро потеряет терпение, ес не выдвинусь. Папс поднял надбровную дугу: — Ты же не собираешься всерьез исчезать тайком? Сам знаешь, как Блю к такому относится. Морщась, Рэд потер шею. Потом вздохнул и пожал плечами: — Лан, ты прав. Босса может переклинить, да еще и синеглазка мне на уши присядет. Но лучш правда поторапливаться. Они направились к остальным, и Рэд застыл на верхней ступени лестницы. Через мгновение Папс увидел, почему. Блю сидел на диване, сложив ноги по-турецки и накрыв их подушкой. Вдоль того же дивана вытянулся Эдж, водрузив голову на эту подушку. Руки Блю покоились на его плечах, явственно удерживая более крупного монстра на одном месте. Папс невольно улыбнулся, разглядев несчастное выражение лица Эджа. Тот сжимал кулаки и смотрел в одну точку, рвано дыша. Ууух дела, как же он бесится. Тем не менее, Блю его ярость то ли не замечал, то ли вежливо игнорировал. Он жизнерадостно трепался беспрерывным потоком, не давая Эджу времени ни отвечать, ни вообще думать. Папс ухмыльнулся: так классно со стороны братишки, взяться отвлекать Эджа, пока он сам возится с Рэдом. Методы Блю вряд ли были бы столь же эффективны, не будь у Эджа меньше четверти его полного ХП, но в текущей ситуации Блю все держал под контролем. Когда Эдж зарычал навстречу Папсу и попытался сесть, Блю крепко ухватил его за плечи — много, много крепче, чем скажешь по виду мелкого монстра — и мягко упрекнул его: — Тихо, тихо, Эдж. Побудь здесь. Ты ранен, тебе надо отдыхать, а то так и не поправишься. Больше никаких драк! — Ты пытаешься мне указывать, шпингалет? — Нет, — сказал Блю, хотя именно этим он и занимался. — Просто слежу за тем, чтоб ты себе не навредил! Бурчание Эджа оборвалось, когда к нему подошел Рэд. Низкий скелет потер шею и отвел взгляд: — Так, того этого, Босс, пойду я в нашу вселенную. Звиняй, Блю — на завтрак не останусь, — он взглянул на них и усмехнулся: — Но ты ж присмотришь за Боссом пока, да, парень? Эдж бросил на него недобрый взгляд. — …Рэд… — прорычал он предостерегающе. — Смотрю, ему тут так уютно! — Рэд, звездами клянусь… — Знаешь, что ему щас реально поможет? — на лице Рэда расползалась зловредная ухмылка. — Недоносок, закончишь предложение, и ты труп. — Обнимашки! — САНС! — рявкнул Эдж и дернул его за ворот кофты. Притянул на уровень лица и вперился взглядом. И прежде, чем Папс или Блю успели отреагировать, сказал резко, не допускающим возражений тоном: — Рано или поздно, но Андайн неизбежно сорвалась бы. Ее могло взорвать от чего угодно. Это не твоя вина, — он дождался неуверенного кивка от брата. Отпустил его и приказал: — А теперь проваливай нахрен и займись делом. Рэд неуверенно улыбнулся. — Так точн, Босс.