И даже смерть не устоит

«- Что случилось… вот блять!» «- Куда она делась?» «- Вот она!» «- Она задрала того мудака!» «- Ловите её!» - Захлопнитесь, - вяло пробурчал я и повернулся на бок. Старая кровать отозвалась несколькими недовольными скрипами, напоминая о тяжести тела, лежащего на ней. Кажется, вырубаться на самом интересном месте входит у меня в привычку. - Босс, у нас проблема, - залетел ко мне один из моих ребят. - Свали, - снова буркнул я, повернувшись плечом. - Но там тигрица… она из клетки сбежала, и мы не можем её поймать, - весь потный и запыхавшийся, он стоял, держась одной рукой за косяк, а другой держал автомат. - Я же сказал… Что? Тигрица? Как она, блять, сбежала?! Вы чертовы ублюдки, я вам вчера ясно сказал, чтобы вы за ними следили, остолопы лысые, - поток грязных слов настолько взбудоражил парня, что он выпрямился и поспешил отойти с прохода, лишь бы ему не досталось. Выскочив на улицу, словно охуевший кот из горячей ванны, я стал искать тигрицу. Везде бегали люди, кто-то пытался найти животное, а кто-то помогал раненым. За несколько минут дикое животное успело разорвать одного и ранить еще нескольких человек. Конечно же, они не станут в неё стрелять пока я не скажу, да и она нужна Хойту живой. А вот и она. Спряталась за домом и безучастно обгладывала кости дозорного, придавив его тело лапой. Завидев меня, приближающегося к ней и достающего из кобуры пистолет, она оторвалась от трапезы и оскалилась. С рыжей, с темными губами пасти стекала кровь и капала на землю. Глаза следили за каждым моим движением, отмеряя тяжелые шаги и прикидывая расстояние для прыжка. - Ты хочешь меня убить, - ухмыльнулся я, присаживаясь на корточки, - но у тебя это не получится. – Я вновь посмотрел в её взбешенные глаза. Она, почуяв, скорую смерть, развернулась и рванула в джунгли, прежде чем я успел достать пистолет. - Какая жалось, - услышал я смех наглой дамочки. Она сидела на ящике и тихо хлопала тигрице в бледные ладони. - Твоя работа?! – я развернулся на голос. - Да, - честно ответила девушка, - мне стало скучно, а твои бараны снова принялись за выпивку, вот я и решила немного скрасить день… - И снова начать меня заебывать, – я устало выдохнул и посмотрел в небо. На нем, как назло не было ни одного облака, только злое солнце нещадно палило и плавило землю под ногами. - Значит, тебе стало скучно, и ты решила поразвлечься на моем острове! - я опустил голову и посмотрел на неё. Она пожала плечами и улыбнулась, зараза! - по-моему, ей не понравилось мое обращение к ней: она насупилась и недовольно взглянула не меня. - Что, не нравится? – я победно оскалился, подходя к ней. Она напряглась и положила ногу на ногу, как гламурная курица, знала бы она как это смешно выглядит: мертвый труп, который так и готовится пахнуть тебе в рожу запахом гниения, сидит в самом сердце джунглей, на моей базе, на каких-то коробках, положив ногу на ногу. Просто абсурд. -Слышишь тварь! – я резко нагнулся, схватил её за затылок и ощутимо ударил своим лбом в её. Она зашипела и попыталась вывернуться, но крепкая хватка не позволила этого сделать,- если еще раз, блять, еще один ебучий раз, ты найдешь себе утешение в игре с моими парнями, я тебя, сучка дохлая, зарою! - Да вы посмотрите на него, - после минутной паузы, она все же соизволила ответить, - весь такой злой и агрессивный Ваас-ко, - меня передернуло от одного упоминания производного имени, - такое же у тебя полное имя, да? – единственное что я смог сделать в этот момент, это отпустить суку и отойти подальше, лишь бы не видеть её. – Ты знаешь, что когда ты злишься, у тебя вены на лбу вздуваются? – не унималась чертовка, заставляя направить пистолет на неё в который раз, знаю, что не поможет, но морально станет легче. - Ну-ну, - успокоилась и подняла руки над головой, - за мной ангар, а в ангаре ваши боеприпасы, если заденешь их, взлетим все на воздух, мне вас всех не жалко, но потом ваши души забирать устану, - медленно пропела она, усаживаясь поудобнее и подобрала подол балахона открывая любимую надпись: "TNT" - Да мне срать, - я сплюнул на землю, все еще не отводя от неё дула пистолета. За моей спиной кто-то активно зашептал. Девка, игнорируя мою угрозу, посмотрела мне за спину: - Ваас-ко, - снова это имя, - только ты видишь меня, а значит, для остальных ты разговариваешь с воздухом, - она не отводила глаз от пиратов за моей спиной, - на их месте я бы пристрелила тебя как бешеного пса, вышедшего из-под контроля. Я убрал пистолет и посмотрел на пиратов. Они топтались на месте, мотали головами, что-то спрашивали друг у друга и переглядывались, кивая в мою сторону. В их глазах читалось некое негодование и страх. Страх за своего босса, страх за то, что они могут остаться одни, или, что хуже для них, умереть от пули безумца. - Найти эту тварь, неважно в каком состоянии, можете хоть кости её раздробить - тоном командира приказал я, стараясь не обращать внимания на недоумение пиратов и, проверив наличие ножа в кобуре, рванул за тигрицей. Я шел по редким следам в самую глубь труднопроходимых джунглей. Меня уже порядком подзаебало махать мачете из стороны в сторону, но это единственный способ пробраться через заросли нескончаемых растений и свисающих с деревьев лиан. Чертова живность, что растения, что животные один хрен, мешаются под ногами и раздражают. Сделав последний взмах, я вышел к небольшой реке, медленно вытекающей из-под корней большого дерева. На меня уставились полные безумия глаза. Черная, почти матовая шерсть была украшена множеством старых шрамов и лысых проплешин от неизвестной болезни. Из носа текла желтая жидкость. Перемешиваясь с пеной изо рта, она капала на лапы животного. - Бессмертный, - прошипел я сквозь зубы. Давно я с ним не встречался. В последний раз, когда мы виделись с ним, он оставил мне несколько шрамов на память. Я смотрю, он тоже времени не терял и украсил свое уродливое тело еще парочкой глубоких ран. Все-таки Ракъят до тебя добрались, гавнюк чертов! Пока я, как полный лох, рассматривал гниющие раны на теле медведя, тот встал на задние лапы, громко зарычал и помчался на меня. Быстро перебросив мачете в другую руку, я достал пистолет и выстрелил в него. Пуля вонзилась бессмертному в плечо. Он остановился в паре метров от меня, встряхнул головой, разбрызгивая в стороны слюни, слизывал с плеча кровь. - Сегодня наша последняя встреча, - я еще раз нажал на курок. Выстрела не последовало. Твою мать! Пока медведь рвал длинными когтями раненое плечо, я воткнул большой нож в землю и проверил патронаж. Черт, это был последний патрон! Выругав долгую тираду у себя в голове из-за своей несобранности, да какой там блять несобранности? Тупоголовый мудак, который даже пистолет зарядить забывает! С остервенением взбешенной шлюхи я вставил патронаж в пистолет. Прозвучал щелчок, обративший внимание на меня. Заплывшие глаза медведя взбешенно разглядывали меня с головы до ног и остановились на воткнутом у моих ног мачете. Бессмертный поскреб землю длинными когтями и рванул на меня. В последний момент я схватил мачете, рывком уворачиваясь от пасти животного, и полоснул ножом ему по спине. Мне в который раз не повезло и орудие застряло в теле медведя. Он промчался мимо меня и резко остановился в паре метров. Широко расставив лапы, он тяжело дышал и лихорадочно водил лопатками, пытаясь сбросить причиняющий ужасную боль и дискомфорт нож. Он шумно выдохнул и завалился набок, толкая задними лапами свое тело, медленно ослабевая. «Адьес, амиго» - промчался у меня в голове радостный вопль, и я подобно мелкому мальчишке, которому купили собаку, подпрыгнул, поджимая к заднице ноги. Только я отвернулся и вынул сигарету из отсыревшей пачки, как меня толкнули в спину и начали раздирать тело на куски. Стараясь забыть о боли раздирающей мое тело и отдающейся в висках, я нащупал сухую палку. Собирая силы в удар, я резко перевернулся, чем привел животное в недоумение, и в слепую, наотмашь ударил медведя по морде. Бессмертный отошел на несколько шагов, по палке стекала свежая кровь. Я попытался встать и посмотреть на хищника, но тот быстро очухался. Он вцепился зубами в палку, которую я взял в обе руки и выставил вперед. От большого веса этой живой гнилой туши я снова упал, раздирая и так уже разодранную в мясо спину. От резкой боли я зажмурился, игнорируя грызущую палку пасть и злобные глаза. К черту всё! Если и сдохну, так буду знать что мой мачете теперь нашел свое место у него в хребте и он точно будет помнить меня по окисляющейся пуле в теле. Надеюсь, ты сдохнешь от заражения крови и отправишься за мной! Только я собрался вцепиться пальцами в горло твари, как перестал чувствовать тяжесть тела и капающую на мое лицо слюну. Открыв глаза, я увидел мирно свисающие белесые руки. - Я соскучилась, - тоном обиженного ребенка произнесла спасительница. - Где медведь?- я поднял голову и столкнулся с черными глазами Смерти. Она вздохнула и отвернулась от меня. - Я тут тебя спасла, а ты о своем любовнике беспокоишься? – прошипела она. - О каком любовнике?! - О медведе, - она ухмыльнулась, - он тебя так драл, что мне не хотелось даже останавливать вас. - Сука, - протянул я, - он меня чуть не убил, а ты еще шутить вздумала! – Я попытался отпихнуть девку вместе с палкой, но она вцепилась своими холодными пальцами в мои руки, не давая двинуть кистями. - Я могу делать все что захочу, - она потерлась сухой щекой о палку. Бля, я тут пытаюсь всеми способами не дать одной твари тронуть меня, так другая, более мне противная, спокойно трется о палку, которую минуту назад грыз бессмертный! - Как же ты меня заебла, почему ты не можешь просто взять и сдохнуть? Нет, конечно, ты не можешь сдохнуть, ты же сама Смерть. Ну, хотя бы, блять, заройся в могилу, тебе с твоим гнусным видом давно уже пора мирно лежать в земле и разговаривать с червями! - Она сосредоточенно слушала меня, вскинув бровь, затем шикнула и отбросила палку, садясь мне на торс и упираясь руками по обе стороны от головы. Если бы у меня сейчас не болела спина и из-под меня не вытекала лужа крови, я бы её треснул, от души треснул. - Знаешь, - она склонилась ко мне и прошипела, - я, пожалуй, верну твоего старого дружка обратно и буду смотреть как острые когти полосуют твою морду, а потом и твое тело. Как черная морда, с острыми клыками вырывает сердце из тела и медленно обгладывает несчастную тушку, кость за костью, а потом я просто заберу твою душу. Ты все равно умрешь Ваас! Сейчас или позже – это уже как я захочу. Единственное место, куда тебя приведет твоя убогая жизнь – могила! Глубокая, свежевырытая яма, выбраться из которой не удастся никому. Вообще никому. - Прищурила она глаз, смотря на меня. -Как же я тебе рад, - рассмеялся я ей в лицо, вызывая у Смерти сначала непонятную улыбку, а потом приступ бешенства, в конце которого бледная зараза все-таки решила, что сегодня я не сдохну, и привела моих ребят.