Роза острова Уайт

Лили, зажав в руке скомканное письмо, быстро шагала вниз по Прайвет драйв, смахивая свободной рукой злые слезы. Только вчера она получила первое за семь школьных лет письмо из Сектора борьбы с неправомерным использованием магии. Тогда пришлось колдовать, чтобы отменить шутки Поттера и Блека. Живые цветы с платья Петунии сестры оборвали без магии, но остановить панику, случившуюся из-за скакавших по саду стульев, у девушки не вышло. Стулья носились за гостями, ехидно хихикая, мародеры хохотали, и не думая помогать Лили. Магловские гости разделились на две группы, одни застыли, не веря своим глазам, другие громко кричали и в ужасе бежали из сада. Лили вышла из себя, когда бодро подскакивающий стул подтолкнул шестилетнюю соседку Вайолет к розовой клумбе. Малышка пошатнулась и упала голыми коленками прямо на колючий розовый куст. Лили помогла девочке подняться, увидела слезы на глазах малышки, порванное, вымазанное в грязи платье и кровь на расцарапанных коленках, тут палочка сама влетела в руку. Всего одно заклятие Finite Incantatem Maxima, широкий взмах вокруг, и стулья замерли, а в воздухе с хлопком появилось письмо из Министерства Магии. Красная от злости Петуния, выволокла Лили со двора и зашипела: «Сейчас же забирай своих уродских дружков и никогда сюда не возвращайся!» В этот момент на улице напротив дома четыре возник элегантный пожилой джентльмен в сером костюме, за ним стояли двое мужчин в черных костюмах. Пока незнакомцы в черном деловито доставали палочки, пожилой джентльмен огляделся вокруг, прошел мимо Лили, как мимо пустого места, выудил из сада Джеймса и тихим голосом строго сказал: «Дети, домой!», затем развернулся и отправился прочь. Джеймс и Сириус тут же перестали хохотать, безуспешно попытались стереть улыбки и быстро зашагали вслед за строгим пожилым магом. Проходя мимо Лили, Джеймс наклонился к ее уху и скоро зашептал: «Это папаша мой, я тебя потом познакомлю, видишь, сейчас он не в духе. Прикольно было у маглов. Ладно, увидимся в школе в понедельник». Мародеры с отцом Джеймса исчезли с улицы, взявшись за серебряную цепочку, которую держал в руке лорд Поттер. По саду ходили маги в черном, направляя палочки в глаза застывшим под действием заклятия маглам, и тихонько проговаривая заклятие забвения. Министерские обливиаторы, поняла Лили. Она собралась открыть письмо из министерства, но только девушка потянулась сломать печать, как снова раздался тихий хлопок, и на Прайвет Драйв появилась сердитая ведьма. Поджав губы к Лили шла декан факультета Гриффиндор, Минерва Макгонаглл. - Добрый вечер, мисс Эванс. - Добрый вечер, Госпожа декан, я отменила заклинания, которые мальчики наложили на маглов и сразу получила письмо с предупреждением из министерства, - затараторила Лили, бросившись к любимой преподавательнице, - я не хотела, но они оживили стулья, люди испугались, все бегали по саду, малышка упала в розы, вся исцарапалась и плакала, я не знала, что делать, надо было это как-то остановить. - Мисс Эванс, не ожидала от вас подобного поведения. Я так понимаю, никто не находился в смертельной опасности? – Лили, подтверждая, помотала головой, - что бы тут ни произошло, вы как несовершеннолетняя студентка должны были сдержаться и не осуществлять колдовских действий, стоя посреди толпы маглов. Сейчас мы отправимся в школу к директору, держитесь, - декан протянула студентке клетчатый платок, прошептала Portus, и волшебницы исчезли с улицы. Лили шагала от границы аппарации к главному входу в волшебный замок, размышляя над случившимся. Ей хотелось узнать, почему она получила письмо из Министерства Магии через секунду после взмаха волшебной палочкой, а мальчишки, хулиганившие весь вечер, писем не получили, вместо этого за ними явился лорд Поттер в сопровождении обливиаторов. На полдороге любопытство вместе с яростной обидой на сокурсников заставили девушку обратиться к старшей волшебнице: - Госпожа декан, можно задать вам вопрос? - Да, мисс Эванс. - Я хотела уточнить, в каждом ли случае приходит письмо из Министерства? - Да, разумеется. Студентам запрещено любое колдовство за пределами школы. Лили не знала, как же задать вопрос, не жалуясь на сокурсников. Лорд Поттер появился примерно через час после того, как Джеймс и Сириус заколдовали платье и торт. Письмо из отдела надзора получила только Лили. Ладно, это можно будет в понедельник выспросить у Джеймса. Дверь в кабинет директора открылась, когда Лили с профессором Макгонаглл, поднимались по лестнице. Первым из кабинета вышел надменный лорд Поттер, за ним шагали ухмыляющиеся Джеймс Поттер с Сириусом Блеком и перепуганный Питер Петтигрю. Лорд слегка склонил голову, здороваясь с профессором Макгонаглл и, чуть сузив глаза, мельком осмотрел Лили. - Профессор, прошу, - указал лорд на открытую дверь, отходя к стене и пропуская дам. - Лорд Поттер, - кивнула Макгонаглл. - О, Минерва, мисс Эванс, проходите. Чаю, печенья? – добродушно улыбался директор Дамблдор. - Не откажусь, Альбус, - кивнула декан. Лили молча сидела в кресле, комкая в потных ладонях письмо. - Попробуйте, мисс Эванс, на этой неделе я получил новый сорт, - чашка чая вместе с блюдцем плавно переместилась на маленький столик рядом с креслом Лили. - Ну что ж, я уже поговорил с мистером Поттером, мистером Блеком и мистером Петтигрю. Насколько я понял, небольшое недоразумение произошло во время свадебного торжества. Передавайте мои поздравления и пожелания счастливой семейной жизни вашей сестре и ее супругу, мисс Эванс. Поскольку мы знаем вас как серьезную студентку и ответственную старосту, думаю, что до окончания школы вы воздержитесь от подобных шалостей? Лили молча кивнула. Она ожидала, что директор будет расспрашивать о всех подробностях происшествия, а встреча закончилась удивительно быстро, не было речи даже о потерянных баллах. - Вы отпрашивались у вашего декана на три дня с пятницы по воскресенье, сейчас вы планируете вернуться домой или останетесь в замке? - Директор, я думаю, мисс Эванс следует остаться в замке и обдумать свое поведение. Лили вспомнила о письме из банка, которое она не успела отдать Петунии, ведь мама настаивала, что Петунии обязательно нужно прочесть его до того, как она выйдет замуж, вернее, до того как «произойдет брачное таинство». Лили хотела вручить письмо вместе со свадебным подарком, но до вручения подарков на свадьбе так и не дошло. Больше всего Лили интересовал тайник, о котором писала мама. Почему мама раньше ей не рассказала об этом секретном наследстве, на прошлые каникулы Лили не приезжала, но позапрошлым летом она проторчала дома два прескучных летних месяца, которые тянулись без возможности колдовать, кажется, бесконечно. Как бы здорово было исследовать в это время подземную тайну дома Эвансов. Лили сделала очень грустное лицо и посмотрела на директора. - Госпожа декан, Господин директор, пожалуйста, позвольте мне вернуться к сестре, мы очень нехорошо расстались, я бы хотела вернуться, чтобы попросить прощения и подарить молодоженам подарок. - Сожалею, мисс Эванс, но я не располагаю сейчас временем, чтобы сопроводить вас домой, думаю, что ваше неподобающее поведение должно иметь последствия, чтобы предотвратить повторение подобных поступков, - сухо высказалась декан Макгонаглл. - Пожалуйста, профессор, позвольте мне вернуться завтра! Если вы дадите мне разрешение, я поеду самым ранним экспрессом из Хогсмида. Мне очень нужно повидаться с сестрой, мы так нехорошо расстались. - Ну что же, я думаю, что мы можем позволить мисс Эванс съездить завтра домой, не правда ли Минерва? - Только в том случае, если она обещает не опоздать на занятия в понедельник, - недовольно наморщилась декан Гриффиндора. - Спасибо, профессор! Директор, я вернусь в воскресенье вечерним экспрессом из Лондона. - Что ж, мисс Эванс, отправляйтесь в башню, переночуйте и утром можете отправляться домой, я очень надеюсь, что мне не придется больше жалеть о том, что я назначила вас старостой факультета. В башне Лили не наткнулась на ровесниц, всех старшекурсниц отпустили домой на выходные, неофициально все разъехались по домам, чтобы провести с семьями Бельтайн. Официально, студенты получили у декана разрешение повидать родных, так как всем было известно, что директор Дамблдор участие в ритуалах не одобряет. В башне остались только младшие дети с первого по третий курс. В спальне Лили запахнула полог, прислонилась к спинке кровати и, наконец, распечатала конверт. Дорогая мисс Эванс! Мы получили донесение, что в месте Вашего проживания сегодня вечером в восемнадцать часов четыре минуты было применено заклинание Finite Incantatem Maxima. Как Вам известно, несовершеннолетним волшебникам не разрешено вне школы использовать приемы чародейства. Ещё одна такая провинность, и Вас исключат из вышеупомянутой школы согласно Указу, предусматривающему разумное ограничение волшебства несовершеннолетних (1875 г., параграф С). Также напоминаем, что любой акт волшебства, способный привлечь внимание не умеющего колдовать сообщества (маглы), является серьёзным нарушением закона согласно Статуту секретности Международной конфедерации колдунов и магов. Искренне Ваш, Артемидий Хопкинс Сектор борьбы с неправомерным использованием магии Министерство магии Лили не хотела возвращаться домой и мириться с Петунией, расставание их было так безобразно, что она была бы рада никогда больше не возвращаться на Прайвет Драйв, и не краснеть перед сестрой. Но мама просила обязательно передать Петунии письмо, Лили и так опоздала с выполнением воли матери на год, и не успела передать письмо перед свадьбой. Больше всего рыжеволосую красавицу, конечно, интересовал секретный тайник. Следующим утром Лили ехала в Литтл Уингинг, уверенная, что Петуния позволит ей спуститься в подвал, когда прочитает письмо от матери и получит подарок. Все таки ее сестра всегда была жадной и корыстной, одна мысль о том, что под домом может храниться клад, и открыть вход туда может только Лили, сделает Петунию сговорчивой. Что ж, секретный вход в подземелье нашелся, но Лили получила второе предупреждение из Министерства на следующий день после первого, этого ей декан точно не простит. Неужели ее отчислят из школы всего за два месяца до выпускного. Лила поскользнулась на скользкой дороге и остановилась оглядеться, куда же она зашла. Оказывается, ноги вынесли ее к раскидистой иве у реки. Под этим деревом они часто сидели с Северусом в жаркие летние дни. Апрельским вечером сырой берег реки совсем не казался уютным.