Роза острова Уайт

Лили открыла рот, чтобы сказать, что много колдовала, но письмо пришло только после последнего заклинания уборки, но не смогла произнести ни слова. Лили беззвучно открывала и закрывала рот, глаза ее становились шире и шире от изумления, Северус, прищурившись, наблюдал за растерянной девушкой, которая сейчас была похожа на рыбу, выброшенную из воды. — Непреложный обет? Лили молча помотала головой. — На тебе артефакт, запрещающий говорить? Лили неуверенно пожала плечами. — Это связано с Поттером? Лили снова неуверенно приподняла плечи. Задумываясь о вопросах Северуса, она понемногу успокаивалась, и тоже пыталась перебирать версии: Дамблдор? Макгонаглл? Но они ни слова мне не сказали о том, что происшествие на свадьбе надо хранить в секрете. Министерские обливиаторы? Но они не приближались к магам, их делом было — затуманить память маглам. Лили все помнила о таинственном подвале, но не могла ни слова сказать Северусу. — Ладно, допустим, что-то случилось, о чем ты не можешь рассказать, но в этом есть и плюсы — тебя и директор допросить не сможет. Осталось прочитать письмо, там же написано, за что тебя исключают. Лили достала из кармана юбки конверт, вздохнула, надломила сургуч и прочитала: Дорогая мисс Эванс! Прошу считать недействительным предыдущее письмо, полученное Вами 21 апреля 1978 года, в восемнадцать часов пять минут. Министерская комиссия осмотрела предполагаемое место нарушения Статута секретности Международной конфедерации колдунов и магов, никаких свидетельств, а также свидетелей волшебства не выявлено. Вследствие выявленного факта запись о предполагаемом нарушении стерта из реестра несовершеннолетних волшебников, уличенных в нарушении запрета, ограничивающего волшебство несовершеннолетних (1875 г., параграф С). Хороших вам выходных. Искренне Ваш, Артемидий Хопкинс Сектор борьбы с неправомерным использованием магии Министерство магии — Уф, — девушка вскочила с дивана, — кто-бы это ни был, Дамблдор или Поттер старший, но дело в Министерстве они закрыли, — Северус! Меня не отчислили! Это надо срочно отметить! — девушка бросилась радостно обнимать приятеля, — У тебя выпить есть? — Эй, Лилс, полегче! — Северус отстранился от подруги, отряхивая с себя засохшую грязь. — С тебя уже куски сыпятся. Сходи в ванну, обтряси хоть самые большие. Лили радостно кружилась по комнате: — Северус, не ворчи, я сейчас так рада, что даже ничего не буду спрашивать про твою палочку. Ты ж тут зелья варишь? Парочка Tergeo и можно отмечать! — Лили оглядела себя спереди и даже извернувшись, глянула, насколько она измазалась со спины, и чуть наморщив нос, сказала: Возможно, парочкой не обойтись! — Я попробую, хотя мне, кажется, что для превращения глиняного голема обратно в человека Tergeo не сработает, — усмехнувшись, парень изящно взмахнул рукой, в ладонь ему скакнула из рукава палочка. — Tergeo maxima! — Северус поднял руку над головой Лили и быстрым движением обвел палочку вокруг девушки, всасывая грязь. Лили шагнула к медному котлу и, глядя на свое отражение, принялась приводить себя в порядок, оправила юбку, отвернула воротник, и принялась вытаскивать, застрявшие в ярко-рыжих кудрях зеленые листья. Крепкая мужская ладонь слегка придержала ее руку: Оставь, так ты похожа на бельтайнскую деву. — А где мой шест? — улыбнулась Лили? — Accio палка, которой Лили дубасила мою палатку, — Северус приоткрыл дверь и в руку ему влетела кривая измочаленная грязная березовая ветка. — Tergeo! Вот, почти годится. Еще ленточка нужна. Лили дернула за узелок, на кожаном засаленном шнурке, которым Северус собрал волосы, и передала парню шнурок: Осталось размножить и раскрасить в разные цвета. — Думаю, для этого шеста, и так сойдет, — Северус привязал черный шнурок к единственной, не сломанной веточке, и воткнул получившийся шест в щель между диванными подушками. Лили оглядела стол, заваленный книгами: — Я так понимаю, что на кухне еду и выпивку тоже искать бесполезно? — Accio, съедобное, — парень пристроил на углу стола, прилетевшую со стороны кухни бутылку, в которой молока осталось не больше трети, и наполовину пустую пачку овсяного печенья. — Даже сливочного пива нет? — Я тут работать собирался, а не напиваться. Но раз уже тебя никак не выставить: Accio, две банки пива! — через пару минут в дверь палатки влетели две банки обычного магловского пива. — Ограбил магазин? — весело хихикнула Лили, — или это из запасов соседей с гитарой? — Это из моего дома, — брюнет щелкнул кольцом на крышке и передал подруге банку. Она отпила глоток. — Кстати, а почему ты не дома, а в палатке? — Вентиляция лучше: палатка брезентовая, вся в щелях. И тут пустынно, на этой улице никто не живет, с той стороны тупика еще есть пара жилых домов, а тут все дома заколочены — если зелье сильно зашумит, никто не услышит. Посидели в тишине, Лили пила пиво и, читала названия книг, сложенных в стопки, на столике перед ней. Улыбка на ее лице постепенно сменилась задумчивым выражением. Ей очень хотелось, чтобы вечер продолжался так же, как будто они с Севом никогда не ссорились, но оказалось, что удержать упрямое любопытство — это задача невыполнимая: — «Как превзойти Тёмные искусства», «Зелья надобные для волхования», «Тени и духи», «Как подчинить волю, мысли и дух», «Яды, к которым нет противоядия», «Яды без вкуса и запаха», «Боевые проклятия силы особенной», «Зелья для обороны и нападения» — у тебя любопытная коллекция. — Немного маминых, остальное в Лютном купил на барахолке, — парень поставил на подлокотник дивана закрытую банку пива, сложил на груди руки, и с вызовом смотрел на Лили, ожидая, ее обычных упреков в увлечении темными искусствами. — Сев, я совсем не хочу с тобой ссориться, даже если жизнь разведет нас по разным сторонам. Но зачем ты все это читаешь? Для кого ты собираешься варить яды? С кем ты будешь сражаться, на чьей ты будешь стороне, если начнется война? — Война уже идет. — Северус сжал кулаки. — Война невежества и просвещения. В Хогвартсе в открытой части библиотеки не осталось стоящих книг — «блюдут чистоту юношеских умов», как сказала мне Пинс. В «Флориш и Блоттс» ничего не купить, если книга не рекомендована министерством, оставили только школьные учебники и бесполезный хлам. Мой пропуск в запретную секцию Слагхорн аннулировал, думаю, по распоряжению директора, он у нас больше всех о чистоте помыслов беспокоится. А все, что я в Лютном покупаю, — парень обвел рукой стол с книгами и сундук под ним, — у меня конфискуют, если обнаружат, а дальше прощай Хогвартс, привет Азкабан. — Знаешь, Сев, еще пару дней назад, я бы с тобой спорила до хрипоты и, возможно, даже решила бы рассказать об этих книгах директору, чтобы спасти твою душу от тьмы. Северус сел в кресле прямее, и чуть сузив глаза, напряг руку с палочкой: — Может, лучше стереть тебе память перед уходом? — Может, и лучше, — грустно сказала Лили, — знаешь, мне Джеймс сказал, что все чистокровные носят артефакты от чтения мыслей. Я удивилась, кто ж в школе их может прочитать, там же не нет темных волшебников, а он рассказал, что великий светлый чародей Дамблдор тоже умеет читать мысли. Сев, ты главное, не смотри ему в глаза, а то он обо всех твоих секретах узнает, — Лили указала глазами на книги. — Я знаю, Лил, на слизерине все знают, что с Дамблдором нельзя встречаться взглядом, и возможно, он не единственный в Хогвартсе легилимент. — Так называют тех, кто умеет читать мысли? — Легилименты не читают мысли, они считывают визуальные образы, могут проникнуть в воспоминания, подсмотреть твои сны и даже подправить воспоминания или внушить ложные. Легилименция — сложная и интересная наука, о которой в Хогвартсе нет ни одной книги. Ни одного упоминания! Я всю библиотеку обыскал — абсолютно ничего о ментальных науках. В Лютном нашел только небольшую книгу о ментальных возможностях магов, — Северус взял со стола тонкую брошюру и протянул Лили. Лили с опасением смотрела на книгу, побаиваясь взять ее в руки. — Ну же, посмотри, триста лет назад эту книгу читали школьники перед выбором специализации на старших курсах. — Легилименция, окклюменция, воламенция — ого, тут про полеты в пространстве и времени во время сна, фераменция — надо же, это часть ухода за магическими существами, оказывается, раньше там учили, как приручать диких зверей, проникая в их разум силой мысли, морфоменция — но… но профессор Макгонаглл говорила, что метаморфомагии нельзя научиться, это врожденная способность. — И это только те разделы ментальных наук, которым учили школьников. Я не нашел книг с подробными описаниями теории и практики, все изъято министерством. — Но библиотеку Хогвартса не контролирует министерство, ее собирали веками со времен основателей. Северус хмыкнул: — Волшебники превратились в инквизиторов, и прячут знания. — Наверное, были случаи, когда люди наносили сильный вред с помощью этих ментальных наук, вот их и убрали из программы для общего блага, — неуверенно сказала Лили, задумчиво накручивая на палец рыжую прядь. — Ага, а Bombarda maxima вреда нанести не может, — язвительно ухмыльнувшись, рассерженный брюнет вскочил и встал перед Лили, направив ей в лоб указательный палец, — Просто кому-то выгодно скрывать от толпы знания, легилименту очень удобно проникать в твой разум, если ты ничего не знаешь о ментальной защите и защитных артефактах. Но есть некие люди, которые предлагают мне путь, на котором никто и ничто не будет ограничивать меня в познании. Они хотят изменить законы, чтобы никто не делил людей на проклятых и спасенных из-за интереса к определенному направлению в науке или из-за цвета их школьного галстука. Я хочу читать все, что мне интересно, все, что написано магами за много тысячелетий. — Северус, а что они попросят взамен? — Ничего невозможного, думаю, им пригодятся услуги опытного зельевара. Лили хотела рассказать другу о том, что в ее доме нашелся секретный подвал с множеством дверей, и одна из них, вполне вероятно, может скрывать за собой библиотеку с теми знаниями, к которым так тянется Северус. И тогда ему не придется связываться с темной компанией, которая так привлекает любознательного школьника секретными знаниями. Но у нее не получалось заговорить о семейном секрете, она попробовала пару раз открыть рот, как и прежде, изо рта не вылетало ни звука. — Северус, пожалуйста, будь осторожен, не подписывай никаких обязательств, не давай обетов. — Не учи ученого! — хмыкнул парень, — Лилс, я не собираюсь попадать в рабство к темному колдуну, просто обычная сделка — знания в обмен на некоторые услуги. — Tempus, — Северу глянул на время, — мне пора за ингредиентами, тебе тоже пора, наверное? — А что ты будешь собирать, можно мне с тобой? Я никак не могу вернуться к Петунии, с работы вернулся ее муж, который ненавидит волшебников, и в школу не могу вернуться, у меня еще с сестрой небольшой разговор остался, хочу к ней завтра зайти, не будет же ее муж круглосуточно в доме сидеть, подкараулю, когда он выйдет. Или это какие-то секретные и опасные ингредиенты? — Не волнуйся, я не собираюсь выкапывать кости покойников, — засмеялся Северус, — просто соберу бельтайнской росы и пепел бельтайнского костра для косметических зелий — они лучше всего продаются. Но ты же понимаешь, что я не в Коукворте этим буду заниматься, а парную аппарацию на дальние расстояния я пока не освоил, может, и получится, но я раньше не попробовал. Да и как ты в лесу без палочки? — парень задумчиво потер нос. — Давай я тебя здесь подожду. Можно? — Нежелательно. Видишь ли, сюда ко мне могут, — Северус запнулся, подбирая слово, — сюда могут заказчики зайти, так что одну я тебя оставить не могу. — Тогда научи меня фокусу с палочкой, чтобы мою тоже отследить не могли, — у Лили азартно загорелись глаза. — Это довольно долгий процесс, и мне хочется, чтобы об этом узнали твои приятели и директор, ты ж любишь действовать, не подумав, опять махнешь палочкой, где не положено, а свидетели найдутся. Лучше подожди до окончания школы, всего два месяца осталось. Лили сидела на диване, надувшись, Северусу неловко было выгонять подругу, но и деньги были нужны, а подходящие ингредиенты для самых прибыльных омолаживающих зелий можно было добыть только два раз в год. Он открыл сундук, порылся на самом дне и достал потертую палочку без футляра, провел по всей длине, стряхивая пыль, и протянул палочку Лили: — Попробуй, может, подойдет. Это мамина. — Лили взяла старую украшенную резьбой палочку, и сразу ощутила ток магии, палочка ощущалось немного не так, как собственная, но явно откликалась на магию девушки. — Lumos. Nox. — Палочка слушалась безупречно. — Отлично, отправляемся, — парень перекинул через плечо сумку, обнял Лили за талию, — Готова? Apparate! Юноша и девушка исчезли из палатки с тихим хлопком. Через пару мгновений дверь во временное пристанище зельевара открылась и тихо закрылась, как будто через нее вышел кто-то невидимый.