Слёзы потерянной крови.

Коридор родильного отделения Святого Мунго       Крик роженицы заставлял стоящего около палаты мужчину каждый раз вздрагивать. В остальном его нервозность выдавали только постукивающие по серебряной рукоятке трости пальцы.       Он смог освободиться только час назад, предварительно наорав на нерасторопных подчиненных. Этим он удивил не только их, привыкших к хладнокровному Лорду Малфою, но и себя.       Его жена рожала уже шестой час. Мужчина только сейчас окончательно осознал, что стал отцом. Скоро он сможет взять на руки своих наследников, да именно наследников.       Не более чем полгода назад он выслушивал яростные крики предков с портретов, где это видано, чтобы чистокровный что-то исключал из родового кодекса. Сам Люциус не мог представить, что ему придётся отказаться от двух своих сыновей.       Молодой Лорд помнил искрящиеся радостью глаза жены, когда они узнали о её беременности, как она трогательно сложила свои хрупкие ладони на животе, а на её лице блуждала нежная улыбка.       А когда они узнали, что скоро появятся на свет трое сильных магически мальчиков? Ему кажется, что это самый знаменательный момент в его жизни. Ну возможно после того, когда он и Цисси прониклись мыслями и целями своих маленьких союзников, но это другое.       В тот же день, когда установили пол и численность будущих детей, Люциус читал заклятие изменения кодекса над родовым камнем. После этого он почувствовал колоссальное облегчение, и легкую слабость.       Главное, что его Цисси стала смотреть на него с ещё большей любовью и нежность, хотя куда уж больше.       Затем они вместе с Нарциссой рассказали благую весть своим союзникам, хотя нет, друзьям. Вторая женщина их маленького общества также ждала ребёнка, но узнали они о его поле только через месяц после этого.       Вот кстати они, так же вырвались с работы и скрываясь под специальными рунами, пришли поддержать друга. О их союзе не должны узнать, это все погубит. Они и так уже потеряли одного. Одена.       Он не видел их, но чувствует, их связывают броши-артефакты.       Наконец в палате все утихает. Дверь чуть приоткрывается, пропуская в коридор целителя. От цвета его мантии у Люциуса рябит в глазах. Его охватывают смешанные чувства. Кажется он ещё больше побледнел, и сейчас свалится в обморок, как какая-то кисейная барышня из маггловских романов.       Он вдруг чувствует, сжимающее его плечо руку, что поддерживает его. Все волнение резко уходит.       Целитель протирает лоб тряпочным платком, переводит дух, и смотрит на Люциуса. — Лорд Малфой, ваша жена отдыхает. Роды прошли хорошо. Мальчики здоровы, уже лежат в кроватке. — Все его фразы какие-то рубленные, что Люциус объясняет себе как признак усталости. — Могу я к ним войти? — Да конечно. — Целитель, как будто спохватившись, отходит от дверей, пропуская молодого отца внутрь.       Его друзья тактично остаются в коридоре.       Цисси лежит в постели. Ее волосы растрёпанны, она бледнее обычного, и выглядит очень устало. Но Люциусу кажется, что его жена в этот момент как никогда прекрасна.       Он на момент замирает. После чего Взгляд снова скользит по комнате, вот люлька. Три маленьких, крепко запеленатых комочков. Мальчики такие маленькие, и сморщенные. Но это его сыновья. Его и Цисси. — Люциус, — Мужчина резко поворачивается на звук своего имени. Нарцисса смотрит на него, ее голос охрип от криков. — Покажи мне их ещё раз, Люциус.       Мужчина нежно улыбается, и берет одного из сыновей на руки, так он кажется ещё меньше.       Так он переносит к матери детей, кладя двоих ей на живот, а одного все ещё держа на руках. — Такие маленькие, — Леди Малфой нежно и чуть испуганно смотрит на младенцев. Один из них проснулся, и приподнял голову, отыскивая мать, чуть улыбается и пускает слюни. Женщина хихикнула. — Цисси, спасибо. — Люциусу кажется важным выразить свои чувства, но они складываются лишь в одно слово. — И тебе спасибо, дорогой. Как мы их назовём? — Как ты хочешь? — Хочу назвать одного в честь отца, Сигнус IV. А остальных? — Абраксас и Драко? Согласна? — А в крестные кого? — Ну, у вас выбор большой! — видимо друзьям надоело ждать снаружи, и они вошли. Теперь они были видимы.       Они столпились у прохода. Всего четверо, не хватает лишь Сусанн, что сама на сносях, и Одена…       У всех Пришедших яркие улыбки на лицах. Их озорной дух не скосило ничто, не партизанство во времена Хогвартса, ни шпионская деятельность во время войны после. — Как ты Линн? Где мой крестник? — самый громкий среди них, тот кого они называют Калле, а по совместительству кузен Цисси, вырывается вперёд, радостно оглядывая детей. — Они похожи на маленькие картошины. — авторитетно заявляет он. — Эй ты уже станешь крестным моему ребёнку! Отойди, я буду крестным! — второй, неизменный компаньон первого, задорно сверкая очками подошёл к Люциусу. — Локи, я ведь прав? — он смотрит на молодого отца с шутливой мольбой. — Вы разбиваете мне сердце! — Третий, названный ими Бруни за крепкое Телосложение, приложил руки к сердцу, заваливаясь на четвёртого, Ульва. — Не забывайте, что их трое! — На лицо Люциуса непроизвольно вылазит широкая улыбка, его забавляет ребячливость этой четверки. Их детский нрав усмирял только Оден. — Я, как благородный человек, сдержу своё слово и откажусь от чести быть Крестным любимых племянников — синие глаза Калле смеются. — Пусть ими будут Тормод и Бруни, Ульв тоже хотел стать Крёстным Тормода-младшего, разве нет? — Нарцисса тоже весело улыбалась, оглядывая друзей. Ульв смущенно кивает, пытаясь отодвинуть от себя крупное тело Бруни. — Как скажешь, о прекрасная Линн! — Калле отвесил артистичный поклон детям. — Как Сусанн, Тормод? — Целители считают, что дети родятся через месяц, а в остальном она в порядке, не первая беременность же. — в конце он отводит взгляд. Да, он принял и смирился с общим ребёнком его жены и Одена, да и случилось это за год до свадьбы… — Ребята, активируем руны скрытности, кто-то идёт. — Ульв шевельнул ухом, с его лица резко сошла вся веселость, превращаясь в настороженность.       Трое других мужчин резко кивнул и, взмахнули оказавшимися в руках палочками, и исчезли.       В дверях появился медик. — Лорд Малфой, Леди пора отдохнуть, детям тоже. — Непременно. — молодой отец почувствовал прощальное дуновение, друзья переместились домой. — Цисси, отдыхай. — Он поцеловал жену на ночь, и вышел из палаты. Палата Леди Малфой, ночь.       Молодая мать мирно спит в постели, рядом с ней стоит покачивающаяся люлька, в которой лежат тройняшки.       Лунный свет пробивается сквозь шторы, мягко освещая комнату.       Половицы скрипят под его ногами. Он подходит к люльке, и некоторое время смотрит на детей.       Мысленно он просит из прощения, но они мешают его плану. Осечек быть не должно. На кону стоит слишком многое. Если бы… Но История не терпит сослагательного наклонения.       Она вздыхает и поворачивается к спящей женщине. — mutatio personality, ты должна стать такой, как мне надо, девочка. — Свет падает на палочку лишь на миг, очерчивая бусины дерева. — Остался только Малфой. — старец, кладёт себе в рот конфету, скрывающую табачный запах. И исчезает из комнаты, оставляя за собой лишь сладковатый запах.

***

      На следующий день Лорд и Леди Малфой ведут себя крайне необычно, в их жестах появляется резкость и раздражающая чопорность. Люциус Малфой забирает детей и жену из больницы.       Он брезгливо смотрит на двоих из них. Нарцисса находит странные броши в вещах, и собирается было выкинуть их, но рука дергается в последний момент, и она прячет их в самый дальний ящик.       Ещё через день Люциус отправляет двух сыновей в Магловский приют.       Он и его жена тут же забывают о них, это стирается из памяти, и вот они уверены, что этот Драко их единственный ребёнок.

***

      Их друзья не могут с ними связаться, а при встрече Малфои лишь брезгливо морщат носы, проходя мимо.       Тормод с ужасом видит такое же поведение, какое было и у Одена в последнее время, до того, как они его потеряли.       Друзья на некоторое время решили залечь на дно и как можно чаще отчитываться.

Сначала пропал Питер… Бруни. Затем отдалился Ремус… Ульв. Письма Сириуса-Калле стали странными, как если бы он все забыл. А Лили-Сусанн родила двоих мальчиков, Илана и Гарри.