Я и мой приятель

— И что же он сделал? — спросил капитан Мердок с неподдельным интересом. «Гадюка» коротко вздохнула. — То, что было положено — обеспечил мое выживание, — спокойно ответила она, как будто это, черт подери, было очевидно, — Отнес в стационарный лагерь, так как я нуждалась в медицинской помощи. Мердок задумчиво хмыкнул. — Забавно. Я и не думал, что эти жестокие и кровожадные твари способны на… альтруизм. — Жестокие и кровожадные? — явно развеселившись, фыркнула Немо, — О, нет, что вы. Они на самом деле убежденные пацифисты! Как увидят людей с оружием — сразу принимают меры по принуждению к миру. Мердок мрачно посмотрел на нее из-под хмуро сдвинутых бровей. «Гадюка» беспечно улыбалась, в свою очередь, глядя на него по-детски широко распахнутыми глазами. Это что было, сарказм? Он осторожно улыбнулся и выдавил из себя неуверенный смешок, решив в очередной раз подыграть ей, сделав вид, что принял это за шутку. — Ладно. А вы? «Гадюка» снова оскалилась, показав клыки. — А вот я — злобная и кровожадная тварь, — насмешливо сказала она, и, выдержав короткую паузу, с сочувствием посмотрела на Мердока, — И вам, капитан, следовало убить меня тогда, когда у вас была такая возможность. Мердок удивленно выгнул бровь. Нет, все-таки она чокнутая… любой адекватный человек на ее месте уже понял бы, что оказался в полной заднице, а «Гадюке» хоть бы хны — сидит, щерит зубы, как будто это не допрос, а светская беседа за чашкой чая! — Почему вы думаете, что я не могу сделать это сейчас? — Мердок решил ее припугнуть, добавив в свой голос холодной угрозы. Но «Гадюка» все равно не оценила. Покачав головой, она откинулась на спинку кресла, и нахально ухмыльнулась. — Потому, что после того, что я вам рассказала, ваши хозяева захотят узнать больше, — проговорила она. Мердок удивился, но постарался не подать виду. Что ж, значит, она все-таки осознала? Это хорошо. И хорошо, что Немо сама сделала этот простой и логичный вывод, хотя даже сам Мердок пока не мог решить, насколько полезными окажутся предоставленные ею сведения. Он-то по долгу службы с интересом выслушает все, что она скажет, но окончательное решение принимает штаб. — Значит, вы соглашаетесь с нами сотрудничать? — спросил он, проговорив это как можно более равнодушно. Немо — не простая рыбка, и не следует вытягивать ее из ее пруда раньше, чем она окончательно запутается в сетях. Пусть думает, что он не слишком впечатлен — глядишь, испугается и выложит еще что-нибудь интересное. А еще лучше, если получится ее завербовать… Кто-то из штабных аналитиков предлагал использовать «Гадюку», как приманку, но эта идея не встретила одобрения — еще до «Гадюки» было ясно, что со взаимовыручкой у них не очень. После ночного боя пришелец исчез, хотя его, в общем-то ждали, так, на всякий случай… никто уже особо и не рассчитывал, что он придет за своей… кем бы там она ему ни была. Но вот если бы «Гадюка» сама согласилась стать их агентом и привести пришельца в расставленную ловушку — просто и изящно, без шокирующих потерь… и, если бы он, Мердок, смог бы ее на это подбить… — Мне нравится с вами болтать, капитан. Вы интересный собеседник, — вежливо проговорила Немо, но при этом как-то недобро скалясь, — Но, боюсь, вы не поняли, что ни о каком сотрудничестве не может быть и речи, даже если допустить, что мне не наплевать на ваши угрозы. Мердок пожал плечами. Ладно, попробуем зайти с другой стороны… судя по ее рассказу, она не всегда была такой… невыносимой. Быть может, в ней еще осталось что-то от той несколько наивной девушки, которая когда-то прикармливала «Хищника» шоколадом?.. она ведь явно прежде не была чужда общечеловеческим идеалам… — Почему нет? — мягко проговорил Мердок, — Вы могли бы помочь людям, став на их сторону в этом конфликте. Вы ведь человек, Немо. Вы же еще не забыли об этом? Нахальная ухмылка растаяла на ее лице. Немо, наклонив голову, притихла, как будто этот вопрос застал ее врасплох. Мердок затаил дыхание. Неужели попал в яблочко? А почему бы и нет? Она сама говорила, что уже несколько лет не общалась с людьми. Что, если это — и есть тот самый заветный ключик? Что, если оказавшись оторванной от соплеменников, вдали от дома, среди злобных и кровожадных «пацифистов» Немо не так уж и сильно изменилась? Может, она просто была вынуждена принять их нелогичные правила, чтобы выжить? Может, она бы и рада вернуться к своим?.. Мердок даже почти готов был проникнуться к ней сочувствием, хотя внутренние переживания «Гадюки» и не особо волновали его. Главное — сможет ли он использовать их как рычаг воздействия на потенциального рекрута. «Гадюка» тяжело вздохнула, покачав головой. — Тут, видимо, я должна хлопнуть себя по лбу и разрыдаться, раскаявшись? — насмешливо щурясь, спросила она и снова поглядела на него, как на безнадежного идиота. — Я помню, кто я, капитан. И я принимаю это. Но это не значит, что я обязана любить всех, кто относится к тому же биологическому виду. Мердок едва сдержал разочарованный вздох. Да она, похоже, издевается!.. — То есть, вы ненавидите людей? — выпалил капитан, с трудом сдерживая раздражение из-за такого обидного промаха. «Гадюка» пожала плечами. — Я этого не говорила. — И то, что вы безжалостно истребляете ваших соплеменников, конечно, не в счет? — подражая колкому ехидству «Гадюки» спросил Мердок. Немо поджала губы, разводя руками. — Если вы насчет прошлой ночи, то, вообще-то, не мы устроили на вас засаду, — заметила она. — Ничего личного, капитан… Но, если я и не люблю каких-то представителей человечества, то это военные. Особенно вот парни вроде вас. — Почему? Снова тяжело вздохнув, «Гадюка» поставила локти на стол и, сцепив пальцы замочком, оперлась на них подбородком. В ее глазах неожиданно вспыхнул неприятный огонек, от которого даже у Мердока по спине побежали мурашки. — У меня есть на это причина, — медленно проговорила Немо, — довольно веская причина, надо сказать…