Больше нечего скрывать

- Итак начнём с самого начала. - Фёдоров делает паузу, чтобы ещё раз обдумать, как лучше донести информацию про их прошлое до непонимающих блондинов - Ещё в самом начале, как Адиль начал подниматься, мы с ним хорошо сдружились. Часто тусили вместе, ездили по клубам, бывало и по борделям. - снова пауза, чтобы посмотреть в глаза своему чуду. Глеб всё ещё не понимает к чему идёт этот разговор, к чему было так напрягать. Что такого в том, что они трахались с проститутками? Он ведь сам не раз вызывал к себе таких, и Кирилл скорее всего тоже, и напряжённые мужчины напротив это прекрасно знали. К чему тогда этот цирк? Мирон так и не решился продолжить свою речь, поэтому вмешался Диль. - Однажды мы нажрались, и нам захотелось новых ощущений...хех - казах усмехается воспоминанием, как это вообще пришло им в голову - ну и мы решили поехать в бордель, только там были не девушки, а... мальчики. Мужчины с каким то страхом и виной смотрят на своих парней. Те замерли, но они были просто удивлены ничего большего. Лишь в Кире чуть чуть заиграл ревнитель. Откуда он знал какие мальчики там водились. Как именно они удовлетворяли его мужчину. А вдруг он сам до них и не дотягивает, и по внешности, и по развлечению казаха в постели. - И из-за этого вы так переживали, да и нас не хило напугали? - спросил уже отошедший и расслабившийся Глеб. Какая разница с кем когда-то давно сношался Мирон? - Если бы, - набравшись смелости всё таки продолжил Фёдоров - мы туда вернулись ещё раз, а потом второй и третий, а потом всё чаще и чаще. Глаза Незборецкого в тот момент надо было просто видеть. Они расширились ещё сильнее, а в зрачках играли огоньки ревности. Если он туда возвращался, значит там и вправду были красивые мальчики, и они то точно превосходно работали ротиком и своей попкой. Всё, Кир включил свою накручивалку. - И мне приглянулся один. Я всегда выбирал его до такой степени, что впоследствии мене уже всегда заранее была приготовлена комната с ним. Я начал к нему привязываться, а он к моим деньгам. - на лице Мирона появляется истеричная улыбка, когда он вспоминает, что пытался влюбить в себя того парня - И так получилось, что я решил его выкупить. Я его и вправду полюбил... Но однажды он просто взял и ушёл... Я конечно с какой то стороны был виноват... А потом я узнал, что он живёт у одного известного спортсмена, да ещё и заграницей... Но самое главное... Я не смог его отпустить из своего сердца... ни тогда, ни когда повстречал тебя - Глеб... Но ты как-то начал убирать мысли о нём, и я практически его уже забыл... Прости, пожалуйста... Мир не видит лицо Глебушки, просто не хватает сил поднять голову, его держит груз вины перед своим малышом. Хоть он не видит, но уверен, что в краях глаз его блондина собралась влага. Мужчина же для него стал самым дорогим, рыцарем на белом коне, как в мечтах маленьких девочек, только не обычных, а тех у которых проблемы, которые мечтают о принце, увозящих их от всех тревог, от злого общества, от пьющих родителей и т.д. А Мирон увёз его от своей же сломанной психики, от зависимостей и от множества других вещей. Блондин думал, что занимает такое же значимое место в сердце любимого, но... он был не прав или всё таки, старший сказал правду и уже практически забыл ту шлюху. - Я спать. - дрожащий голос Голубина разрывает немую паузу. Юноша, по щеке которого уже течёт слеза, убежал в комнату на втором этаже, предоставленную им с Фёдоровым, который пошёл в след за блондином. - А ты что? Дальше развлекался? - проведя пару взглядом Кирилл переключился на Диля. Вдруг есть ещё что-то за что ему переживать. - Нет, потом появилась Нигора.* - Ладно, я не хочу ворошить эту тему. - малой уверен, у Ада чувств к этой женщине не осталось, об этом говорили холодные глаза мужчины при её виде, разговоре с ней или упоминании её, как и сейчас, совсем ничего, пусто. - Тогда пошли спать. - парниша встаёт, а старший на него странно косится. - Серьёзно, я тебе выпить разрешил, а ты спать? - Пошли уже. - Кирюша хватает казаха за руку и тянет за собой к лестнице. ***** - Малыш, прости меня, пожалуйста, - Мирон успокаивает мальчика, сидящего на кровати - Я же уже сказал, что к данному моменту забыл его. - он расцеловывает личико своего чуда, стоя на коленях между ног малыша и одной рукой притягивая к себе, а второй держит голову, чтобы тот смотрел на него, а не прятал заплаканные глаза. - Я люблю только тебя. Ты у меня особенный. Единственный кто смог залечить мои раны и стереть прошлое. Мир обнимает мальчишку, и чувствует текущую по шее слезинку, а потом вторую и третью. Как хорошо, что тот не сопротивляется, значит не всё потерянно. Хотя если Фёдорова не простят, то тот поймет. Он в последнее время приносит только боль этому комочку, хрупкому внутри, но такому колкому снаружи. - Ты не врёшь? - Глебушек шепчет это на ухо, по другому просто не может, слова еле как из себя выдавливает. Если возлюбленный говорит правду, то блондин простит, и будет прощать дальше. А если все выше сказанные слова являются ложью, то он всё равно простит. Лучше жить с ним, думающем о другом, чем без него умирать на чьей то хате от передоза. - Это правда, малыш, - Мирон перебирает светлые локоны, такие мягкие, как и истинная натура мальчика без образа, - На самом деле, я уже после первого месяца нашей совместной жизни про него практически не вспоминал. - Честно? - также шёпотом спрашивает Голубин, отдаляясь, заглядывая в глаза напротив. - Честно, - он улыбается, знает, что Глеб успокаивается от этого. - Мой принц, - произносит юноша, вновь утыкаясь в шею любимого, только сейчас не со слезами, а с улыбкой, которой он заразился от Фёдорова. - Как ты меня назвал? - Никак. ***** В комнату на третьем этаже распахивается дверь. Незборецкий заталкивает Диля в дверной проём и, зайдя сам, громко захлопывает дверь. Этот шум заставляет повернуться казаха. Его напрягает атмосфера царившая в комнате, исходящая от Кирилла. Уж не думал мужчина, что тот так отреагирует. Думал мальчик прижмётся, обнимет, поцелует, может даже слезу пустит, что был у него не первым. Да пусть лучше бы истерику устроил, если не вышесказанный вариант, но не подходил к Адилю с каким-то непонятным огнём в глазах, чем то напоминающий ревность. Не толкал бы на кровать и не садился бы прямо на пах, ёрзая. Старшему не по себе. Он приподнимается на локтях и наблюдает за юношей. Тот как можно эротичней снимает футболку, подцепляя её за край, стягивая с себя. Откинув вещь в сторону, Кирилл чуть не порвав, срывает одежду, что скрывала нехилый пресс Ада. Мальчик привстаёт и садится снова только уже на сильные ноги, так чтобы был свободный доступ к самому любимому месту - к члену казаха. Жалелов на какое то время улетел из реальности, думая, что случилось с его котиком. К чему вся эта спешка? Не мог же его возбудить состоявшийся разговор. И от спермотоксикоза он умирать не должен, только утром кончил два раза. Что с ним происходит? Из раздумий его выводит ладошка Кири, которая ложится на половой орган старшего и начинает гладить его, с каждым оборотом надавливая сильнее. Вскоре малыш и вовсе расстёгивает ширинку и приспускает штаны сразу вместе с трусами. Недумая Незборецкий берёт в ротик ещё не возбуждённую плоть. - Котёнок, ты чего? Парень промолчал и продолжил пытаться возбудить партнёра. Как бы умело он это не делал, Диль просто не в том состоянии, чтобы его тело хоть как то на это среагировало. Он нервничает, переживает за поведение своего нимфомана. Похоже Кир это замечает или просто ему надоедает, что тело любимого не реагирует на такие проверенные способы: - Почему ты не возбуждаешься? Конечно те мальчики были намного красивее и умелее меня. - Ты из-за этого так себя ведёшь? - мужчина натягивает на себя нижнее бельё, а штаны снимает и скидывает с кровати ногой, после того как паренёк с него слезает и садится рядом, подогнув под себя ножки. - Ты даже не отрицаешь, - грусть в этих словах растворяется в воздухе, получая в ответ еле слышную усмешку казаха. - Я никогда не говорил, что есть хоть кто-то сравнимый тебе по красоте, - Адиль берёт малого за руку, лежавшую на светло-оранжевом пледе, - твоё бледное тело для меня, как холст, на котором я могу оставлять засосы и прочие метки, тем самым рисуя. Подо мной много кто был, да и на мне, но ещё никто так не изгибался, так несдержанно не стонал и так не выкрикивал моё имя при оргазме как ты. Ни одна девушка так сильно меня не поддерживала и не вдохновляла как ты. Ты можешь считать это за лесть, ведь эти слова и вправду звучат, как шаблон к избеганию ссоры, но я не хочу бегать от проблемы, я хочу её удалить. И все эти слова являются искренним порывом сердца. - Но у тебя на меня не встал, - блондин поднял, прежде опущенное, личико, уже принявшее окрас помидорки от таких откровений. - Я переживал за твоё состояние и честно говоря был им напуган, - Диль поднимает руку, ложа её на щёчку блондина, безымянным пальцем поглаживая за маленьким ушком, лишь бы тот не прятал своё смазливое личико. Кирилл расходится в смехе, когда истерика уходит, и он понимает насколько себе накрутил и насколько глупая ситуация. Правда ведь на пустом месте. Мальчик кидается на старшего с улыбкой чеширского кота, обнимая любимого за шею. От внезапностей Ад вместе со своим котиком валится на кровать, в ответ прижимая к себе. Их счастью мешает стон, исходящий с этажа ниже. - Похоже у них тоже всё хорошо, - улыбаясь делает заключение Кирилл и тянется к телефону с наушниками на тумбочке. Незборецкий протягивает один наушник казаху, а другой засовывает в своё ушко, принимаясь искать в мобильнике то что надо для таких случаев. - Согласен, если сейчас и дальше продолжим это слышать, во-первых не уснём, а во-вторых не сдержусь завтра не пошутить про это, - со смешком в голосе говорит Диль и повторяет действия Кирилла с наушником. По проводам к каждому течёт успокаивающая мелодия, написанная Бахом. Каждый чувствует тепло любимого человека рядом. Это успокаивает и вселяет надежду в то, что всё у них будет хорошо, что всегда будут вместе, что не будут ссорится, что не будет проблем. Жаль это просто мгновение. Они оба знают, что будет проблемы, хотя бы из-за того, что они оба мужского пола. Знают, что ещё не раз поссорятся. Знают всё это, но сейчас просто не хочется об этом думать и нагружать себя. Хочется просто насладится этим коротким временем, сжимая ладонь возлюбленного ещё сильнее. В такой атмосфере с счастливыми улыбками на лице засыпает эта парочка. Но этажом ниже похоже поселились кролики. ***** По комнате, освещённой лишь редким и тусклым светом луны, раздаются тихие стоны, по которым понятно, что издающий их хочет сдержать звуки, но не может. У сидящего между ног мужчины, все мышцы напряженны, тело дрожит, а коленки так и хотят соединиться. Глеб уже не помнит как так получилось, что сейчас Мир двигает своей рукой по его члену, то сжимая, то делая совсем невесомые прикосновения, то задействует только головку, будто бы играя, мучает своего малыша. Парню уже хочется получить желанную разрядку, которая приятной волной пройдётся по телу, но позади сидящий хочет оттянуть момент, что и делает, замедляя движения. - Пожалуйста, дай мне кончить, - совсем замучено стонет блондин. - Ты так сильно хочешь кончить от моей руки? - Да, - вновь раздаётся стон юноши, которому так то было всё равно от чего он кончит, от руки или от члена любимого. Фёдоров с довольной лыбой на лице резко и быстро возобновляет движения рукой. Голубин громко стонет и извергая белую жидкость, расходится в эйфории. Мирон уже хотел вылезти из под упавшего на него обмякшего тела, но его остановил малыш, рукой хватаясь за возбуждённую плоть в штанах. - А как же ты? - весьма удивляет Глебушек мужчину своей активностью. - Я и сам справлюсь, - немного потупив от услышаного, продолжает укладывать малого на кровать, но его руку не убирая. - Или хочешь мне помочь? - как бы невзначай спрашивает, шутя, не ожидая положительного ответа. - Ну...я бы мог...ну...этого...ну отсосать, - горящие щёчки говорили о том, что он смущён. Мир застывает, не веря в происходящее. Ещё недавно человек перед ним даже простых прикосновений стеснялся, а сейчас такое. Голубин решает, что если он входит в роль инициатора, то он входит полностью, поэтому всё берёт в свою руки и поднявшись, возвращает любимого в сидячее положение на кровати. Пытаясь победить смущение, хотя чего смущаться, это нормально, что ты сосёшь человеку которого любишь, тем более Мир для парня такое уже делал и не раз, тем более Глеб уже танцевал стриптиз, о каком стеснении может идти речь?, но руки всё равно дрожат. Блондин немного стягивает спортивные штаны с Мирона. Перед ним предстаёт уже крепкий стояк, виднеющийся из под трусов. Он не торопится, проводит по нему ладошкой, что бы посмотреть на реакцию мужчины, вдруг тот не захочет. (Глеб, мечтай дальше, что он не захочет. *злобный смех автора*) Сверху лишь послышался рваный выдох, а поднять голову и посмотреть на возлюбленного малыш был не в силах. Он отправляет трусы за штанами вниз, а прямо перед его носом оказывается член. Глебушек обхватывает его рукой и делает пробные движения вверх, вниз по стволу. На пробу наклоняется к головке, открывая ей, проводя рукой вниз, язычком делает первое прикосновение. Нет, ему не противно. Ему немного страшно, что он может сделать что-то не так, это ведь его первый раз в оральном сексе, где сосут не ему, а он. Не смелея сразу брать в рот, юноша облизывает со всех сторон, особенно беря во внимание уздечку. Нет, ему не противно. Ему немного страшно, что он может сделать что-то не так, это ведь его первый раз в оральном сексе, где сосут не ему, а он. Не смелея сразу брать в рот, юноша облизывает со всех сторон, особенно беря во внимание уздечку и боковые стороны венчика. На его костлявое плечо ложится рука, сжимая, явно хотя сейчас быть на затылке парня, но Фёдоров боится причинить боль либо как то унизить своего малыша, поэтому сдерживается, наслаждаясь ещё такими неумелыми движениями языка. Глеб отстраняется, но ненадолго. Отстраняется чтобы проглотить ком в горле, а с ним и всю неловкость, которая всё портит. Возвращаясь к паху мужчины, Голубин уже берёт в ротик всего лишь на четвертинку и верх, повторяет эти движения, беря уже половину и вспоминает, как делали ему. Думает как нравилось когда делают ему и достаёт из своей память в каких местах пенис Мирона более чувствителен. Понимая, что язык находится в одном и том же положении, подключает к работе и его. Заворачивает губы под зубы, чтобы не задеть плоть. Глебушек слышит тяжёлое дыхание, граничащее со стонами, и чувствует на себе взгляд затуманенных глаз, чувствует, как рука на плече сжимается сильнее, понимает, что надвигается оргазм, поэтому ускоряет темп, уже не следя за языком и беря так же на половину, доходя до основания языка но не дальше этого, что бы не вызвать рвоту. И вот Мир издаёт хриплый стон, до синяков сжимая хрупкое плечико и изливаясь в рот малыша, который испугавшись отдалился и тем самым замарал в сперме и личико. - Это было слишком плохо? - не самое подходящее время для таких вопросов, но если сейчас Глеб не узнает оценку своим стараниям, то во сне умрёт от нервов. - Ты шутишь? - ещё отходя от оргазма, Мирон за руку тянет Глебку, чтобы тот лёг рядом. - Это был самый лучший минет в моей жизни. Признавайся, кто был до меня? - Ты первый. - Серьёзно? - натянув трусы со спортивными штанами, Фёдоров падает рядом с мальчиком, прижимая к себе, вытирая его лицо своей запасной футболкой. - Ну как бы ты меня анальной девственности лишал. - в ответ обнимая любимого, улыбается Голубин, радуясь, что мужчине понравилось. - Ах, да, я совсем забыл, - Мир натягивает на них одеяло. - Я тебя люблю, - целует в лобик своё чудо, слыша в ответ: "Я тебя тоже."