Вояка в этом прекрасном мире

Несколько дней погостив во дворце, чтобы перевести дух — всё-таки больше двух недель дороги это вам не фунт изюму, — отправились, наконец, домой. Айрис тоже увязалась за ними, успев за всё это время крепко сдружиться с «Поющей», а тут такое событие! Не побывать на свадьбе друзей, неоднократно спасших ей жизнь, она просто не могла. Сопровождали её уже знакомые группе шестеро телохранителей, от греха, ведь про драку Несвидов явно не шутил. Коней сдали обратно дворцовому конюху, хотя Казума сначала и протестовал. Как же! Халява же! Но потом, когда сержант пообещал назначить его ответственным за постройку конюшни и уходом за ними, сник и заткнулся, так как понимал, что инициатива наказуема. Да и нужны они группе были, как собаке пятая нога — в их обычной жизни особо далеко от города они не забирались. В кои-то веки развернули знамя — во время путешествия в Элроуд оно бы привлекло слишком много внимания, а сейчас это было уже неважно. По прибытии в гильдию, их встретили дружным рёвом и поздравлениями — новости об их похождениях уже успели разлететься по стране, да и новенькие блестащие ордена в виде восьмиконечной звезды с гербом Бельзерга посередине говорили о многом. Несвидов, когда впервые их увидел, ещё сказал: «Да уж, вот это ирония. Никогда не думал, что лоялист будет таскать на себе главный знак Хаоса». Но вот новость об их с Мэрт свадьбе всех ошеломила ещё больше. Через несколько часов об этом уже знал весь город, а администрация города убедительно просила горожан в этот и несколько следующих дней из дома не показываться — толпа пьяных авантюристов была сродни стихийному бедствию не хуже того же Дестройера. Забрав у управляющей котейку Мэгумин, которую перед уходом оставили ей на попечение, группа, дойдя до дома, принялась за уборку, к которой припахали и гвардейцев — всё-таки за почти два месяца отсутствия там скопилось немало пыли и паутины. Вечером хорошенько пропарились в бане, выпив пару рюмашек самогона (на заданиях сержант ввёл сухой закон), а на следующий день начались приготовления. Несвидов носился по городу, как в жопу укушенный, договариваясь со всеми и обо всём. Нужно было заказать кучу всякой снеди и выпивки, договориться с плотником, чтоб тот сколотил ещё пару больших столов, докупить посуды для гильдии — гостей ожидалась целая куча. Мэрт глубоко ушла в процесс выбора платья, утащив за собой и Мэгумин с Даркнесс. Айрис посадили писать целую гору приглашений всем друзьям и хорошим знакомым группы. В частности, звали отца Даркнесс, Юн-Юн и Бузукойли из деревни Алых магов, а так же всех знакомых бардов, которые иногда наведывались в город, узнать что за песни тут такие интересные исполняют. Среди них был даже один баянист, а какая свадьба без баяна? Ну, а так как за тексты песен они сержанту были до одури благодарны, то уж собраться вместе и поработать звуковым сопровождением на таком празднике согласились бы без вопросов. Приглашение Кардану Несвидов отправил лично, и тот, плюнув на выполняемый квест, всеми правдами и неправдами заставил знакомого волшебника отправить его телепортом обратно в Аксель, так что был он там уже через пару дней — как только получил послание. Как он потом сказал: «Хрен с ними с этими мандрейками, никуда они не денутся, а тут событие всей жизни — мой лучший друг женится!». Казуме же было поручено крайне ответственное задание: гнать. Выпивки нужно было много, времени было мало, так что у самогонного аппарата он сидел с утра до вечера, а ночью его сменял вновь прибывший Кардан. Так же были куплены обручальные кольца — довольно скромного вида, но жутко дорогие, так как сделаны были из орихалка, а сверху в них были вправлены небольшие бриллианты. На пятый день, сержант забрал у портного свой костюм, что был анекдотом сам по себе. Но смокинги он презирал всей своей душой, да и похулиганить тоже хотелось. На самом деле, этот костюм он по частям собирал уже давно, но расшитый золотом чёрный камзол с эполетами и чёрная шинель с ними же были готовы только сейчас. Да, это был костюм Имперского комиссара. А чёрную фуражку с высокой тульей он уже давно выписал из памятной лавки Алых магов… Краснов, как его увидел, ржал, наверное, минуты три, а Казума лишь рукой махнул — Санины заскоки и любовь к Вархаммеру ему были уже привычны. Мэрт особо оригинальничать не стала, так что приобрела почти классическое белое свадебное платье, разве что довольно облегающее. Мэгумин всё-таки удалось всунуть в ярко-красное вечернее платье, и даже уложить волосы. Казума, как её увидел во время примерки — чуть слюной не истёк. Сам он предпочёл обыкновенный, но очень дорогой чёрный костюм с красной бабочкой. Наряд Даркнесс обещал в ответном письме привезти её отец — гардероб у неё дома был на все случаи жизни. А Аква наотрез отказалась вылезать из своих жреческих одеяний. Впрочем, и не надо было — Несвидов с самого начала объявил, что форма одежды на свадьбе — любая. Хоть в одних трусах приходи, если ты такой оригинал. И вот, как бы это ни было смешно, наступила суббота, а вместе с ней — и свадьба. Все гости уже успели собраться в гильдии, барды подстраивали инструменты — отрепетировать с десяток мелодий они за пару дней успели, — а молодые стояли перед импровизированным алтарём, в роли которого выступала украшенная знаком культа Аксис винная бочка. На бочке, как на трибуне, возвышалась Аква. Вообще, сначала была идея провести церемонию в церкви Аксис, но вспомнив про долбанутость этих культистов, решили, что ну его нафиг, а свой архижрец у них и так есть. Казума с Мэгумин выступали в роли шафера и подружки невесты, а свидетелями были Ваня Краснов и Даркнесс.  — Итак, господа, сегодня мы собрались здесь, дабы узреть воссоединение двух любящих сердец… — начала Аква.  — Аква, мать твою за ногу, что за унылый текст? — весёлым голосом оборвал её сержант в роли комиссара. — Какого фига? Давай, как договаривались!  — Кхм, хорошо. Итак, граждане алкоголики, хулиганы и тунеядцы, а также различные высокопоставленные задницы! — Аква тоже сменила тон на весёло-хулиганский. — Сегодня мы собрались, чтобы нажраться нахаляву дорогим вином и поздравить переставших наконец тупить двоих раздолбаев, которые, несмотря ни на что, до сих пор друг друга не поубивали! Если кто-то возражает против этого брака, то свои возражения он может засунуть себе в жопу и отправиться по длинному и извилистому эротическому маршруту! Что, нет таких? Тогда своей властью архижреца объявляю вас мужем и женой! Можете уже наконец сделать то, что делаете каждый божий день! Весёлая пара крепко поцеловалась, вызвав громкие овации и свист.  — Да забухаем же! И пошло-поехало… Кстати, стоит заметить, что никаких «похищений невесты» с её выкупом и прочей предсвадебной лабуды не было и в помине — во-первых, на весь город не нашлось бы ни одного настолько сумасшедшего идиота, чтобы «похищать» Мэрт, а во-вторых, таких традиций у местных просто не было. А вот разнообразные конкурсы, фокусы и шутки-прибаутки очень даже были. В качестве тамады выступал Кардан, умело заводя толпу гостей и придумывая разнообразнейшие, порой весьма идиотские испытания. Аква в это время показывала свои трюки всем желающим, и, надо сказать, все Земные иллюзионисты ей в подмётки не годились. Правда, когда она сдуру заставила исчезнуть бочонок пива, её чуть не побили, но обошлось. Казума помогал бардам, стуча ложками по подвешенным бутылкам разной наполненности, баянист наяривал весёлую мелодию, уже пошли пляски, тосты и возгласы «Горько» шли один за другим. Как это выглядело? Ну, как… Вспомните сцену свадьбы из советского мультика «Жил-был пёс», смените декорации с украинской деревни на фэнтезийный мир и возведите в степень, умножив на общее раздолбайство абсолютного большинства присутствующих. Юн-Юн устроила с Мэгумин очередное соревнование — пыталась её перепить. Но, несмотря на меньшую массу тела, та пока шла с заметным отрывом. Видать, карма такая… В какой-то момент, когда музыкальный коллектив взял паузу на перекур, Мэрт, видимо, вспомнив тот самый мульт, давно уже пересказанный ей сержантом, затянула песню.

Ой там на горі, ой там на крутій, Ой там сиділа пара голубів, Ой там сиділа пара голубів.

И тут к ней, совершенно неожиданно для жениха, подключились многие другие девушки гильдии!

Вони сиділи, парувалися, Сизими крильми обнімалися, Сизими крильми обнімалися Десь взявся стрілець, із-за крутих гір, Розбив, розлучив пару голубів, Розбив, розлучив пару голубів. Голубка не їсть, голубка не п'є, Та все ж на ту гору плакати іде, Та все ж на ту гору плакати іде. Голубко моя, сизокрилая, Чого ж ти такая клопітливая, Чого ж ти такая клопітливая? Та є й у мене сім пар голубів, Лети й вибирай, можеш заміж вийть, Лети й вибирай, можеш заміж вийть Я вже літала і вибирала, Немає й такого як я втеряла, Немає й такого як я втеряла.

И вновь сорвала овации от всего зала. Несвидов наклонился к её уху и негромко спросил:  — Ну ладно, я понимаю ты. Но остальные-то эту песню откуда знают?  — Да я им как-то её спела, и девкам понравилось очень. А чтобы хором петь, только слова знать надо, вот я и научила.  — А я где был?  — Ты тогда на рыбалке завис на весь день, а мне скучно было.  — Вот же, — усмехнулся он. — Такими темпами и до культурной революции недалеко. Праздник набирал обороты. Тамадой Кардан оказался хорошим, годным, так что драку ему удалось спровоцировать в строго определённый момент. Как именно — потом никто уже, правда, не вспомнил, но то что это был именно он — сомнений не вызывало. Хотя, это наверняка было несложно — народ уже был навеселе и кулаки чесались у многих. Началось всё с локальной потасовки, но драка постепенно разрасталась. Те, кто участвовать не желал, перебрались на другой конец зала и отгородились от безобразий широким столом.  — Пошла жара, — весело прокомментировал сие действо сержант.  — Что, тоже хочется участие принять? — ехидно спросила Мэрт.  — Не, погожу маленько, они пока только разминаются. Кстати, как ни странно, несмотря на то, что все авантюристы были при оружии, в ход его во время частых драк никто никогда не пускал. Когда Несвидов как-то спросил управляющую о причине такого парадокса, то получил простой до безобразия ответ. Был один такой умник лет десять назад, который нож достал и пару человек заколол — так его потом сунули в мешок с негашеной известью и бросили в реку. Народ ещё спорил, что он сделает первым — сварится или захлебнётся. После такого больше идиотов не водилось. А драка меж тем, переросла из локальной в глобальную, причём, что самое интересное, главным заводилой был сам Дастинесс Форд Игнис.  — Слава Императору, свадебные подарки на втором этаже свалили, так что они не пострадают, — пробормотал Казума. Один из авантюристов, кажется, Андун, по красивой параболе залетел на рекомый второй этаж.  — …а может быть и нет… Управляющая грустно смотрела на весь этот балаган из-за своей стойки. Ведь разносили её любимую гильдию! Впрочем, радовал тот факт, что молодожёны заранее согласились оплатить весь ущерб. Увернувшись от пролетевшей мимо тарелки, она что-то про себя решила, широко улыбнулась и выдала:  — А-а-а, демоны с ними, раз уж такой праздник — сегодня можно! Вспомню-ка и я молодые годы бродяжничества! А ну-ка, — и закатывая рукава, бросилась в толпу.  — А вот теперь пора, — радостно сказал сержант, скидывая камзол. — Мэрт, ты как, со мной?  — А то! Я специально платье такое выбрала, чтобы движений не стесняло! В общем, гулянка удалась во всех смыслах. Когда драчуны немного успокоились, самых буйных растащили, нокаутированных быстренько привели в сознание, а также вылечили жреческой магией всех пострадавших, пир горой продолжился, продолжились и пляски с песнями. Были вновь исполнены матерные частушки, и тут подскочивший к жениху Кардан спросил его:  — Лайми, а давай нашу, казачью?  — А сможешь?  — Обижаешь!  — А давай! Мартын! Бери свой барабан, играешь «Казачью», ну, как я тебя учил! Мэрт, флейтой подсобишь?  — Конечно, любимый.  — Ну, тогда, народ, разошлись-ка все, дайте место! — к этому времени его друг уже отобрал у барда баян и уселся на скамье. Сержант вытащил шашку из ножен, что некоторых насторожило, но решили всё же сначала посмотреть, а потом возникать.  — Поехали! — и начал исполнять знаменитый казачий танец с шашкой, в котором уже успел насобачится, сначала медленно, но всё ускоряясь, пока по залу гремела песня, исполняемая Карданом.

Ой, на горе стоял казак, Он Богу молился, За свободу, за народ, Низко поклонился. Ойся, ты ойся, ты меня не бойся, Я тебя не трону, ты не беспокойся! А еще просил казак Правды для народа. Будет правда на земле — Будет и свобода. Ойся, ты ойся, ты меня не бойся, Я тебя не трону, ты не беспокойся! За друзей казак просил — Чтоб их на чужбине Стороною обошли Алчность и гордыня. Ойся, ты ойся, ты меня не бойся, Я тебя не трону, ты не беспокойся! Чтобы жены дождались, И отцы, и дети Тех, кто ищет правду-мать Да по белу свету. Ойся, ты ойся, ты меня не бойся, Я тебя не трону, ты не беспокойся! Для людей просил казак Да благословенья, Чтобы были хлеб да соль Во мирных селеньях. Ойся, ты ойся, ты меня не бойся, Я тебя не трону, ты не беспокойся! Чтобы крови не лилось У отчего порога, Чтоб да кривде не жилось — Он молился Богу. Ойся, ты ойся, ты меня не бойся, Я тебя не трону, ты не беспокойся! Так молился тот казак За землю родную, Что б не горе, не слеза Ее не коснулись. Ойся, ты ойся, ты меня не бойся, Я тебя не трону, ты не беспокойся! У Бога просил казак Правды для народа. Будет правда на земле — Будет и свобода. Ойся, ты ойся, ты меня не бойся, Я тебя не трону, ты не беспокойся! Ойся, ты ойся, ты меня не бойся, Я тебя не трону, ты не беспокойся!

 — Эх, народ, гуляем до утра! — заорал сержант, вложив шашку обратно в ножны.   — Да-а-а! — толпа гостей была с ним солидарна. А ведь к тому моменту часы даже полночь не пробили… Впору было подумать, что Мэрт не зря беспокоилась за сохранность здания. Вот только кто ж их всех остановит? Короче, свадьба была Эпичной.