Росток лимонного дерева

Херб не помнил, как оказался в медицинском кабинете. Запах спирта, белоснежная койка, тихий шум вентилятора. В метре от него сидел Лемон, подставляя свое побитое, худое лицо доктору Васаби. — На что меня только подписали, хе-хе, — с усмешкой сказала старая женщина с белым пучком на голове. Она сделала резкое движение вверх, чтобы поправить очки на переносице. Лемон промолчал и терпел обработку ран перекисью водорода. — Я должна была стать великой ученой. А в итоге лечу всяких драчунов в этой комнатушке, — продолжала в шутку причитать женщина. — Это не мы начали, — тихо прошипел Лемон и нахмурился, т.к. доктор стала обрабатывать губу, куда ударили больнее всего. — Да-да, я слышала, что Черный Перец постарался. Все сразу ринулись за ним, стоило из туалета показать его шайке. А про вас и забыли, — с усмешкой Васаби сменила вату. Она удовлетворено выдохнула и отложила вату. Потом немного резко взяла лицо Лемона, собираясь осмотреть. Остались ли еще раны? Но тот остановил ее руку в последний момент. — Не трогайте меня. — Какой грубый, — хихикнула женщина и перевела взгляд на Херба. Ее лицо стало серьезным: — Ему явно досталось больше. Блондинчик, помоги-ка уложить на кушетку. Херб чувствовал себя тряпичной игрушкой, ощущая, как одноклассник и врач кладут его. Все тело болело, звенело в ушах. Херб чувствовал, как ссадины горят на лице. Он успел заметить спокойный взгляд Лемона и улыбнуться сквозь боль. — Я в порядке, Лемон, ху-ху. — Да уж. Вижу, в каком ты порядке… — спокойно ответил блондин и присел на стул рядом с кушеткой. Васаби стала осматривать побитого Херба. Тот покорно поддавался всем манипуляциям. Когда Васаби осматривала его голову, затылок, тело и даже спустила одежду, мальчик смотрел лишь на одноклассника. Тот же потупил взгляд в пол и почти не шевелился. Лишь периодически его дергало, словно от нервного тика. Васаби обрабатывала раны Херба, а тот продолжал держать улыбку. — Дам вам обоим освобождением от физкультуры на три месяца минимум, — усмехнулась доктор, принявшись бинтовать живот Херба, — никаких резких движений, стычек с хулиганами и прочих приключений. Поняли? — Да, мэм, — прокряхтел зеленоволосый парень. Лемон промолчал. — И еще все же советую сходить к хирургу. Ты вроде ничего не сломал. Но могли отбить органы… Знаю! — Васаби щелкнула пальцами и помогла Хербу привстать, чтобы замотать часть головы. — Позвоню в больницу, запишу тебя на рентген для начала. — Спасибо Вам… — тепло улыбнулся Херб. Он поймал удивленный взгляд Лемона. Видимо, тот не мог поверить, что даже при таких обстоятельствах, одноклассник продолжает выглядеть позитивным. Некоторое время в помещении была тишина. Голова Херба гудела. — Черт, бинт закончился, — Васаби прокряхтела и встала, — надо сходить за новым. Она резко двинулась с места в сторону шкафчика. — Так… вот… Я думаю, за льдом тоже стоит! Сделаем тебе компресс! — на ходу решала пожилая женщина. Она смекнула что-то и подошла к двери. — Я дойду до столовой и возьму лед для твоей зеленой головы. Лемон, присмотри за цветочком, — хихикнув и сверкнув белым халатом, женщина скрылась в проеме. Херб сразу перевел взгляд на Лемона. Тот некоторое время продолжал смотреть вниз. — Ты… не должен был находиться там, — сказал блондин сухо спустя несколько секунд. — Знаю. Неудачное совпадение, но я думал, что быстро сообщу о дежурстве и только, ху-ху, — чуть рассмеявшись, ответил Херб. Легкие болели даже от небольшого смешка. Казалось, что они вот-вот сломаются от напряжения. Одноклассник не поднимал взгляда: — Что ты слышал? Или видел? До прихода посторонних. Голос Лемона дрогнул. Херб это заметил и понял страх одноклассника. Решено. Это тот самый момент, когда он попытается помочь ему. Утешить. Показать, что он не один с такой бедой. Стоило мальчику прокрутить в головы обрывки того монолога около раковины, как все тело вздрогнуло от боли. Херб с тоской смотрел на нервного одноклассника. — Я все слышал, Лемон, ху-ху. Но… — БЛЯДЬ! — внезапно блондин схватился за голову и сгорбился. Его длинные пальцы впились в кожу головы. Скачок от спокойного к нервному состоянию произошел за секунду. — Лемон! — Херб рефлекторно хотел подскочить и ринуться к юноше, но не смог физически. — Ты слышал… мое нытье… — прорычал Лемон дрожащим голосом, — какой позор… — Я как раз об этом хотел сказать, ху-ху, — робко начал парень с зелеными волосами. «Должен это сделать… прямо сейчас, ху-ху» — мысли с волнением метались в голове Херба, — «рассказать ему. Это мой шанс сблизиться с ним! Утешить, помочь! Давай!» — Что тут можно сказать? Только осудить меня… — прошептал Лемон. Сжав кулаки, Херб все же продолжил: — Когда ты… говорил это, я почувствовал невероятную боль, ху-ху. Потому что это чем-то напоминает мое состояние… Херб потупил взгляд. Слезы навернулись на глаза. Словно пережил это все заново. Лемон выпрямился и удивленно взглянул на одноклассника. Его блондинистые волосы выглядели растрёпано после скачка. — Твое? Ты шутишь? — прохрипел Лемон. — Нет, ху-ху. Я тоже часто думаю о смерти. Считаю свое существование ошибкой. Стыжусь перед теми, кто мне дорог. Я… натягиваю маску, если можно так сказать, ху-ху, — Херб сделал паузу, чтобы вздохнуть, — для класса я всегда улыбающийся, светлый парень, который никогда не бросит, всегда поддержит. Но на деле… я давно не чувствую себя счастливым. — Давно? — не веря ушам, спросил блондин. Херб отвел взгляд на стену: — Не помню. Года три назад… Мятный шоколад тогда уехал. Я пятерку не получил. Тогда будто какое-то неприятное озарение снизошло на меня, ху-ху. И с каждой неудачей я все глубже погружался в это состояние… Пока Лемон размышлял, зеленоволосый мальчик продолжил: — Ты первый, кому я об этом рассказываю. Прости, что гружу. Я… хотел дать понять, что ты не один такой, ху-ху. Несколько секунд одноклассник молчал. Он сидел, облокотившись на худые колени и поджав губы. — Ты не грузишь. Забудь вообще это слово, окей? — наконец ответил он, — по сравнению со мной ты пуленепробиваемый титан. Я, как видишь, давно не прикидываюсь, что у меня все хорошо. А вот ты… — Я беспокоюсь за других, ху-ху. За бабушку, за вас, учителей. В мире и так много проблем… не хочу приносить больше, — Херб снова почувствовал, как к глазам подступают слезы. — Тогда я вообще эгоист дохуя, — буркнул Лемон, — я сейчас главная проблема для своих сестер и, возможно, нашего класса. Мне уже все равно, что они думают обо мне, наверное… Если я чувствую боль, то не хочу этого скрывать. — Я… уважаю твою смелость, на самом деле, — мягко улыбнулся Херб, почувствовал боль в районе щеки. — Как это можно уважать? — с непониманием тихо спросил блондин, — я жалкий. По-настоящему. И свою боль неоправданно выплескиваю на других. — Лемон, поверь… — начал Херб, но запнулся. Он почувствовал себя скованно. Такой откровенный разговор по душам давался с трудом. Когда он вообще последний раз говорил с кем-то на столь важные темы? Не вспомнить. А теперь стремительная воронка событий привела его в медицинский кабинет. Он сидит с самым молчаливым и «сложным» мальчиком класса. И хочет помочь ему. Доктор Васаби с довольной улыбкой ворвалась в кабинет, неся в руках несколько пачек бинтов и мешок льда. — Так, ребята. Никто не умер, пока меня не было? — рассмеялась звонко старушка, присаживаясь обратно за стол. — Как видите, нет, к сожалению, — буркнул Лемон, прикрывая глаз челкой. — Какой же ты забавный, блондинчик, — с улыбкой Васаби села рядом с Хербом, — сейчас приложу компресс. Будет холодно и, наверное, больно. Но потом полегчает! Даю слово. — Верю охотно. Спасибо за заботу, ху-ху, — сквозь боль зеленоволосый мальчик снова улыбнулся. «Удивительно… продолжает улыбаться даже при таких обстоятельствах…» — невольно подумал Лемон. Они провели еще какое-то время в медицинском кабинете, пока доктор Васаби не привела их в порядок. Она дала им обезболивающего, записала на рентген и хорошенько перебинтовала. — Повезло, что никто ничего не сломал! Если станет плохо — берите больничный! И постарайтесь больше не впутываться в неприятности, — дала напоследок советы Васаби. — Неприятностей не станет, когда Черный Перец покинет нашу школу, — сказал Лемон, держась за ручку двери. — Когда-нибудь это закончится, сынок. Можешь мне не верить… лучше стоит, конечно, — пошутила вновь школьный врач. Лемон и Херб покинули медпункт. Они некоторое время молчаливо стояли, не в силах смотреть друг на друга. — Насчет дежурства… да, — неловко прервал тишину Херб, — ты в состоянии его выполнить сегодня, ху-ху? Если нет, я пойму! Скажу Чирлидер, что у нас случились… непредвиденные обстоятельства. — Все окей, — сказал, как отрезал высокий блондин, — я смогу. А ты? — Думаю, тоже… — робко произнес одноклассник. Он невольно засмотрелся на профиль Лемона. Его прямые черты лица завораживали. Парень снова немного замялся. Голова болела, но он чувствовал облегчение от того, что одноклассник в порядке. — Тогда идем? — робко предложил Херб, сделав шаг в сторону классной комнаты. — А ключи? Вдруг она заперта, — как всегда с нотками безразличия произнес блондин. — Я думаю, Чирлидер оставила их на столе в классе. Она всегда так обычно делает для дежурных. А сейчас класс открыт, ху-ху, — пояснил Херб. Он никогда не пропускал свое время уборки, поэтому знал о том, как это делать. — А, — кивнул Лемон, выглядя немного отречено. До класса они шли в тишине. Стук кроссовок и ботинок по полу раздавался эхом по коридору. Лемон шел, повесив голову, между тем как Херб смотрел на него мягко. — Ты хочешь продолжить нашу тему из медпункта, ху-ху? — внезапно раздался его голос. — Я даже не знаю, — честно ответил Лемон, — с одной стороны… кому это нужно вообще. Но с другой… я ценю твою честность, Херб. Ты не проигнорировал меня, как это часто бывает. Да еще свой секрет рассказал. Но я, к сожалению, не лучший вариант для поддержки. Сам тону в трясине. Блондин мотнул головой, удивляясь тому, как много он сказал за раз. «Он боится довериться, я понимаю», — рассуждал про себя Херб, — «но после того, что я узнал, я… не могу пройти мимо его беды. Нужно быть увереннее, ху-ху». Зеленоволосый мальчик до боли стиснул руку в кулак и сказал: — Позволь выслушать тебя. В ответ я расскажу больше о себе, ху-ху. — Хм, — не реагируя какое-то время, Лемон будто вжал голову в плечи. Он смотрел на Херба с высоты своего роста, пока глаза неуверенно бегали то по лицу, то по плечам. — Ты уверен? — пробубнил он, ощущая робость. Потерев шею тонкой ладонью, одноклассник вновь встретился взглядом с Хербом. «Обалдеть, какие разные у нас глаза», — заметил парень. — Да, уверен. Я думаю, это шанс… помочь нам обоим, ху-ху, — кивнул Херб, все еще смотря на блондина с надеждой. Тот в итоге, постояв, будто статуя с секунду, кивнул. Добравшись до класса, мальчики стали доставать швабры и сдвигать парты. Комната была залита приятным золотистым закатом. На улице дул слабый ветер, теплый октябрьский день. Херб засмотрелся на кружившие в небе опадающие листы клена. Лемон же в это время держал в руках наушники и думал, что сделать. Обычно он надевал их по любому поводу, лишь бы не общаться с кем-то лишний раз, и просто спокойно слушать музыку. Но сейчас он решил отложить их в рюкзак и обратиться к Хербу сам: — Кхм. Так про что ты тогда говорил? Что… я не жалкий… — М? — Херб оторвался от созерцания, в удивлении посмотрев на одноклассника. Он чуть не выронил из рук швабру. — В медпункте, — тихо добавил Лемон. «Он сам решил продолжить тему?» — продолжал удивляться зеленоволосый мальчик. — Я считаю, что те, кто не скрывают свои истинные чувства, настоящие храбрецы, ху-ху. Если сравнивать с деревом, то… корни такой личности могут пробить любую почву. Неважно, что происходит вокруг, они продолжают расти. И пусть само деревце кажется маленьким и слабым, оно… крепко держится за то, что имеет, ху-ху. Вжавшись пальцами в швабру, Херб заворожённо говорил. — Ну да. Или дерево потихоньку сохнет и умирает от того, что земля, в которой оно растет, прогнила, — Лемон стал мыть пол резкими движениями, — это я про себя, если что. — У нас разный взгляд на твою главную черту характера, Лемон, — мило улыбался одноклассник, игнорируя пессимистичное высказывание, — но важнее то, что я уважаю тебя. За твою непокорность, ху-ху. — Хм, — Лемон с грохотом двинул стул и продолжил мыть, — ты первый, кто не считает это частью моего некого импровизированного бунта против всех. — Это и есть ты. И… после того, что я услышал в туалете, я… — Херб вновь сжал швабру, — не могу бросить тебя одного. Ты мой одноклассник. И если я хоть что-то могу сделать, ху-ху… — Чел, скажу прямо, — блондин выпрямился, — я плох в общении с кем-либо. В основном мой единственный друг — музыка. Я плох в поддержке, эмпатии. Хреновый из меня товарищ выйдет. — Я сам себя смог как-то поддерживать это время, ху-ху, — грустно улыбнулся Херб и направился к доске, чтобы помыть ее. Он бережно взял тряпку и стал водить по поверхности мягкими движениями. — Да, твоя маска это что-то. Я бы в жизни не подумал, что ты в депрессии, — добавил Лемон и кинул взгляд на силуэт одноклассника у доски. — Не знаю, комплимент ли это, ху-ху, но спасибо. Как я говорил, я не хочу никому доставлять лишних проблем своим состоянием, — ответил зеленоволосый парень и обтер доску еще раз. — Ты вообще ничего не принимаешь? Не ходишь к врачу? — немного удивленно спросил Лемон. — Нет. Поход к специалисту — это привлечение того самого ненужного внимания. А на лекарства нет денег, — грустно улыбаясь, Херб закончил с доской и переключился и на пол около нее. — Мда. Мои сестры как-то пытались затащить меня на прием. В итоге врач ничего полезного не сказал. Только зря потратили средства. А таблетки… ну… — почесал затылок Лемон в смятении. — Что с ними? — забеспокоился Херб. — Черный Перец был прав. У меня… проблемы с зависимостью. Я курю запрещенные травы и балуюсь электрическим током, — он решил все же сознаться однокласснику. Некоторое время зеленоволосый мальчик стоял в смятении. Но в итоге тепло улыбнулся Лемону: — Это твой способ облегчить страдания, ху-ху. Я принимаю это. — Ты меня даже осуждать не будешь? Ты удивляешь меня, — усмехнулся Лемон и откинул швабру к стене, принявшись снова сдвигать парты. Херб тут же ринулся помогать ему, взяв одну из них с противоположной стороны. Послышался скрип металлических ножек по полу. Даже в этот момент разговор не утихал. — Давай будем друзьями, Лемон? Вырвалось. Херб затаил дыхание и смотрел на Лемона. Пальцы обоих вцепились в парту, пока тела замерли. Блондин немного дергался и пугливо отводил желтый взгляд, пока его одноклассник с нежной улыбкой смотрел в ожидании. — Ты… нас с тобой побили, а ты предлагаешь дружбу? Да и я же сказал, я хреновый друг, — неуверенно ответил Лемон. — У нас есть общая беда. Как оказалось, мы похожи в некоторых деталях нашей жизни. Я… думаю, что нам надо держаться вместе и давать отпор проблемам, ху-ху, — рука Херба соскользнула и оказалась прямо на длинной и холодной руке парня напротив. Неожиданно он получил разряд тока. — Блядь! — прикрикнул Лемон, глядя на Херба, — прости, я не могу это контролировать. Бледные щеки немного покраснели. — Все хорошо. Даже щекотно, ху-ху, — ответил зеленоволосый мальчик с легкой улыбкой, потирая руки. — Насчет твоего предложения. Я… искренне считаю, что я не тот чел, с кем ты должен общаться. Я утащу тебя только глубже в яму. Считаю, что мне уже не помочь, — начал говорить блондин. Он заметил, как Херб явно поник, — но… После паузы он продолжил: — Почему-то я не хочу говорить тебе «нет». Ты произвел на меня определенное впечатление сегодня. Этот день… хоть он и полное дерьмо, я его не забуду. «Какой хороший момент. Я… странно себя чувствую, ху-ху. Непривычно хорошо», — размышлял садовник. Неожиданно он протянул Хербу свою ладонь для рукопожатия. Тот широко улыбнулся и стиснул ее в своей мягко. Сердце стучало как бешеное от радости.