Writober2018

      Эверард сгреб Хьюго за капюшон: — Ну-ка, дуй, живо! К охраннику! — За чем?! — воришка подобрался. — За самогоном, конечно! Как иначе я подожгу пентакль?!       Тот деловито кивнул и унесся по лестнице. — Мигель! Будет тебе экзорцизм! — крикнул монах, стараясь перекричать рев взбесившейся твари. — Отлично! Изгнание на тебе, а эти, — он восьмеркой рубанул воздух в сторону наседающей толпы рычащих и воющих буфетчиц, — эти на мне! Юдж?! — Все под контролем! Телепорт почти готов!       Мигель кивнул, уже бросаясь в бой.

***

      А сутки назад рыжий нетерпеливо вертел в руках, пытаясь разгадать секрет, диковинное яйцо, отделанное драгоценными камнями и золотом. Выглядело оно эффектно, но вот в чем его фишка, воришка докопаться ее мог. И наконец толкнул локтем Юджина: — Эй, слушай, а нет ли у тебя заклинания, чтобы… — он пощелкал пальцами, подбирая слова, — чтобы узнать, откуда предмет и зачем его делали?       Маг пожал плечами, но стал с интересом следить за руками друга. — Есть одно, но не знаю, подойдёт ли… Оно укажет на место, где оно провело больше всего времени в состоянии покоя. — А почему не подойдет? Чудесное заклинание! Действуй!       Маг улыбнулся, встряхнул руки, готовясь колдовать. Закрыл глаза, вспоминая сетку энергетических каналов и верные слова, плавно повел пальцами…       Мигель и Эверард ввалились в зал, смеясь и на ходу чокаясь бокалами. Монах позволял себе выпить редко — но, как говорится, метко… — И если он, ахахах, и если… когда! Пхах! Он тогда нас телепортирует, а мы ему!..       Картинка у Юджина перед глазами внезапно дернулась, поплыла, и само собой с пальцев сорвалось непрошенное колдовство…

***

      Тремя часами позже Хьюго, кутаясь в плащ и дрожа от холода, приплясывал на крыльце Шуваловского дворца (рыжий прочитал на золотой табличке, прежде чем тут стоять). Эверард сидел тут же, держась за голову и усердно рассматривая пустоту перед собой. Юджин и Мигель сверлили друг дружку глазами тут же. (Вообще-то, заветное слово сказал клирик, но что с него возьмешь? Да и хуже, чем сейчас, ему уже не сделать). — Можно я хоть пойду поищу нам поесть? — Хьюго поднял брови умоляющим домиком. Мигель дал отмашку, и рыжий умчался искать провиант. А нашел…

***

      Толпа зомбированных уборщиц, буфетчиц и сварливых гардеробщиц наступала. Наемник скрипнул зубами, маг зажмурился, а монах мысленно в последней попытке спастись вручил себя воле богов, старых и новых. Вся надежда была на вора: успеет ли он за горючим пойлом охранника или нет, успеет или нет?.. — Вот он! — заорал Мигель, завидев легкую фигурку в ярком лестничном окне. — Тварь, что пришла в этот мир — я, служитель вечного света и покоя царства людей, наделенный даром и умением экзоризма, приказываю тебе: отправься же туда, где твое исконное место, и оставь творениям богов, чьей поддержкой я заручился, жить по своим законам…       Голос клирика звучал сильно и звучно, заставлял замереть и внимать, а золотые глаза и изгибы татуировок искрились какой-то иномирной силой, неподвластной простым смертным. — Самогон! — рявкнул Мигель.       Хьюго вылетел на крыльцо и швырнул бутылку другу точно в руки, тот легко поймал ее и сунул Эву, Эв вылил горючее на прочерченный заранее пентакль — и все вспыхнуло. И горело алым пламенем, да так, что отступила армия зомби из музея и окрестных домов культуры — а слова экзорциста летели над бушующим огнем и сгорающей тварью, и ликовали древние всесильные боги.