Кроваво-красный

Перо жалобно скрипело, старательно выводя на бумаге кривые буквы, из которых складывались не менее кривые цепочки слов, то наползавших друг на друга, то пугливо жавшихся к краям листа. Терис вздохнула и размяла не привыкшие к перу пальцы, сведенные судорогой. Легче было после часа стрельбы в мишень, только сейчас о таком счастье пришлось забыть - велено сидеть, читать, и отчет был начат в качестве отдыха от зубрежки свойств паслена обыкновенного и его применения в медицине и ядах. Задумчиво закусив кончик и без того истрепанного пера, убийца окинула взглядом уже написанный текст, при этом искренне пожалев глаза Спикера, которому предстояло его читать. Боги не наградили Терис терпением, которое позволило бы выучиться в приюте писать как следует. Кто знает, как сложилась бы ее жизнь, если бы она с прилежанием выписывала буквы на уроках каллиграфии вместо того, чтобы лазать по деревьям и спускаться в шахты на поиски трофеев... Память услужливо подсказывала, что одного из ребят постарше за грамотность и красивый почерк отправили секретарем к кому-то из местных дворян. И кто бы знал, что умение писать ей еще пригодится, никогда бы не подумала... Но сейчас убийцу заботили не столько превратности судьбы, сколько само содержание отчета, с каждым новым словом превращавшееся в еще больший бред. Теперь же замешательство вызывало еще и то, что отчет - документ официальный, и слово ''шлюха'' там смотрелось бы несколько грубо, хотя и правдиво. - Альга... - жалобно протянула она, косясь через плечо. Данмерка уже довольно давно молча сидела в кресле, занятая куда более приятным делом - в ее руках был том бессмертного произведения Кассиуса Курио о юной аргонианке и графе, на службе у которого она состояла, а на столике рядом поблескивал вином изящный бокал. - Что тебе, деточка? - отозвалась та, нехотя оторвав мечтательный взгляд от книги. - Как лучше ''шлюху'' заменить? Куртизанка подойдет? Взгляд Альгмары, до этого весьма флегматичный, вспыхнул интересом, и роман, прошелестев страницами, был отложен в сторону. - Это ты что пишешь? - Отчет. - Интересные у тебя отчеты. - Задание такое получилось. - она откинулась на спинку кресла, хрустнув затекшей спиной. Все-таки не ее это дело - корпеть над бумагами, ей бы в лес, в подземелья, на худой конец - собирать скелетов. Это почти как мозаика, и рядом Лашанс, по которому она чуть ли не скучала, сидя за горами научной литературы. Нет, однозначно лучше он и его скелеты, выскакивающие из-за углов. - Что такое, сестра? - Корнелий вошел легкой и неожиданно окрыленной походкой и, поставив на полку книгу, оказался рядом с убийцей, - Я могу чем-то помочь? - Как лучше написать, - полукровка замялась, глядя в его открытое светлое лицо с чистыми глазами святого, - Шлюха как-то очень резко... - Блудница? - хмуря высокий лоб, предложил он, и его взгляд отразил неудовольствие от того, что приходится обсуждать подобные вещи, - Падшая женщина. - Скучно и претенциозно. - Альгмара пренебрежительно махнула рукой, на которой блеснул массивный перстень с рубином, - ''Охваченная неугасимым огнем похоти и жаждой наживы особа'' звучит более интригующе. Терис промолчала, с ужасом думая, как это написать: в слове ''шлюха'' было всего пять букв и нулевая вероятность сделать ошибку, здесь же они подстерегали на каждом слове. - Альга, ты снова начиталась этих греховных книг... - юный бретон с мягким укором посмотрел на оставленный на столе том. - Я обязательно помолюсь после того, как дочитаю. - данмерка широко улыбнулась, - И знаешь ли, это произведение, что бы ни говорили критики, имеет свою ценность. Чего стоят одни метафоры! Вот например... - она перелистнула несколько страниц, - ''Лунный свет мягкой рекой лился в окно и серебрил простыни, смятые страстным порывом двух влюбленных, бросившихся в объятия друг друга и предавшихся огненной любви. Чешуя аргонианки, зеленевшая подобно первой весенней траве, играла в свете луны изумрудными отблесками при каждом движении ее гибкого и сильного тела. Копье графа, старательно отполированное ею, стояло...'' - Альга, умоляю, нет! Только не при мне! - Корнелий, покрасневший до корней волос, схватился за голову и стремительно вылетел в коридор, забыв о цели своего прихода. - ''...в углу и являло собой напоминание о его былых ратных подвигах''. - дочитала Альгмара и, отложив книгу, бросила взгляд на дверь, - Ну и кто из нас, спрашивается, полон греховных мыслей? Терис, прятавшая не менее красное лицо под волосами, уткнулась носом в пергамент, мучительно ища слова, после цитирования отрывка ставшими еще более далекими от стиля отчета. Женщина, идущая на зов низменных желаний... Проклятый Кассиус Курио и его книга, такое написать рука отвалится. А куртизанка звучит получше, ошибок тоже быть не должно... ''В той ситуации я сочла наилучшим выходом последовать совету клиента и переодеться куртизанкой, дабы избежать подозрений...'' - Ну вот что ты пишешь, что за казенный язык. - данмерка, потерявшая интерес к метафорам, аргонанке и копью графа, оказалась рядом и отобрала у полукровки перо. - Это же отчет. - Это не просто отчет, в твоем случае это еще и интересное дело. - она вздохнула, - Давай все сюда и рассказывай, как было. Я сама напишу. - добавила она, поймав недоумевающий взгляд Терис. - А как же почерк? - Я информатор, забыла? И двадцать лет шпионажа за плечами, еще до Братства. - горделивая улыбка расцвела на тонкий губах Альгмары, - А твои каракули подделать не так уж сложно. Тем более, на меня накатило вдохновение... Рассказывай. Терис с сомнением посмотрела на лист. Исписана только треть, об исполнении задания еще ни полслова, а пальцы уже мучительно ноют, тоскуя по луку и кинжалу, и еще эти книги... Жаль, что Спикер уже все знает, и придется рассказать Альге все то же самое, не упуская ничего. И все-таки это лучше, чем самой писать, мучительно подбирая слова. Альга подделает почерк, у нее опыт в написании отчетов и даже вдохновение. Можно, конечно, дотянуть с отчетом до конца, но лучше он от этого не станет, а где-то очень глубоко в душе жило и все чаще просыпалось желание, чтобы Спикер похвалил. И отчет он велел писать развернуто, в деталях, нельзя подводить... Нет, слишком глупо будет отказываться от помощи. Альга слушала ее рассказ очень внимательно, сдержанно кивая, когда полукровка, не выдерживая, сетовала на идиотизм Мотьера, неудобства платья и имперца, приставшего к ней в таверне. Раскосые алые глаза выражали всю полноту понимания, сочувствия и, когда надо, возмущения наглостью и глупостью клиента, и данмерка ни разу не перебила ее вопросами или замечаниями. - Я должна уединиться с твоим отчетом, так дело пойдет быстрее. - сказала она, когда рассказ был окончен, и, подхватив под мышку свою книгу, забрала пергамент, - К концу недели закончу, Спикер будет доволен и даст тебе яблочко. Выражение лица Терис засвидетельствовало всю бурю эмоций, пронесшуюся в душе. Откуда, как... Они были вдвоем в пустом зале... казалось, что пустом. - Ну ладно, ладно. - данмерка сощурилась, растягивая губы в хитрющей улыбке, - Не хочешь яблочко - по головке погладит. - Альга... - убийца почувствовала, как предательски полыхают уши. - Ладно, не буду я тебя смущать, а то ушки сгорят и отвалятся - за что он тебе волосы в следующий раз заправит. - данмерка легким движением подхватила бокал и танцующей, присущей всем эльфам походкой покинула зал, что-то мелодично напевая на родном наречии. Голова с глухим стуком, смягченным раскрытыми ''Основами алхимии'' поприветствовала стол, и полукровка долго не пыталась ее поднять, вслушиваясь в отдаляющиеся шаги Альгмары и шум крови в ушах, горевших, как когда-то горел Кватч. Сначала скелеты, теперь яблоко...вкусное, кстати, было, но быстро закончилось. И Спикер быстро ушел, перебросившись потом парой слов с Очивой в коридоре - что-то насчет распределения контрактов, еще раз напомнил, чтобы ей ничего не давали. Альги там не было, точно не было, во всяком случае, она не видела... Терис оторвала лоб от книги, с досадой вспомнив, что она и Лашанса не видела до тех пор, пока он сам не подошел - слишком увлеклась изучением функций органов и методами их лечения в случае ранений. Он на это не злился, даже, кажется, одобрил столь усердную учебу... Полукровка, несколько успокоившись, перелистнула страницу, потихоньку вникая в текст, пестревший малопонятными словами, значение которых приходилось искать в лежащем рядом словаре. Таких слов было все меньше, и от этого становилось спокойнее и даже как-то радостнее, и в глубине души она надеялась, что талант Альги в написании отчетов окажется не меньше ее таланта незаметно появляться там, где ее не ждут и видеть то, что ей видеть не надо - тогда ее, может, похвалят. Или погладят по головке. Или дадут яблочко. Дурацкие, совершенно дурацкие для убийцы мысли, но почему-то именно они главным образом и вдохновляют на зубрежку текста, написанным человеком с почерком немногим лучше ее собственного. *** В убежище было непривычно шумно и многолюдно — вернулся усталый и запорошенный первым снегом М'Раадж-Дар, и встречали его со странным оживлением и радостью. - Как в Эльсвейре? - Мари с неожиданной для нее теплотой и ласковой улыбкой вилась около старого хаджита, накрывая на стол и не забывая с щенячьей преданностью заглядывать в его глаза каждый раз, когда оказывалась рядом. - Тепло, не то что в этой дыре. - он устроился на своем обычном месте между Гогроном и Тейнавой, и с явным облегчением вытянул под столом искалеченную ногу. Тяжелый хвост ощутимо ударил Терис под колено, но она смолчала - старый убийца все еще не замечал ее в упор и вряд ли ее слова как-то привлекли бы его внимание, занятое исключительно едой. - И гораздо спокойнее. Что там у вас стряслось? - На границе Скайрима одного из наших убили... - Корнелий заботливо пододвинул Мари стул, но она по своему обыкновению не удостоила его взглядом и села так, будто бретона здесь вообще не было, - Ну то есть не совсем нашего, он из Брумы.. - Чувствую, скоро нас будет еще меньше, - хаджит хрипло засмеялся, оторвавшись от мяса, - Черная Рука найдет виновного, не сомневаюсь. - Надеюсь, это Легион, - Мари заметное побледнела от его слов, - Ситис сказал бы мне, если бы кто-то из наших братьев и сестер нарушил Догмат. Когда Терис недавно... - Я гляжу, про Николаса и Марту он тебе прямо сразу сообщил. - Альгмара, сидевшая в дальнем конце стола, оборвала ее кислотной улыбкой и продолжила лениво ковыряться вилкой в салате. Антуанетта Мари громко выдохнула, и Терис не удивилась бы, если бы из ее рта вылетело пламя, но девушка такими способностями не обладала, и ограничилась укоризненным и полным негодования взглядом, брошенным на данмерку. - Тогда в этом не было смысла, Черная Рука узнала все и покарала их, а сейчас, когда все мы можем подвергаться опасности... - Будем ждать его знамений. Думаю, он найдет минутку и явит нам их. - Альга, это недопустимо. Не забывай, где ты находишься. - шипение Тейнавы выражало неодобрение, он даже подался вперед, негодующе хлестнув по стене хвостом. Данмерка, сделав большие глаза, картинно прижала ко рту тонкие пальцы с черными ногтями. - Все-все, я умолкаю и даже сделаю вид, что не помню, как двадцать лет назад вы с Очивой приволокли сюда Шеммера и он сгрыз новый колчан Люсьена. - Альга... - голос аргонианина моментально утратил все раздражение, а данмерка ответила широкой благосклонной улыбкой. - Добрая тетушка Альгмара всегда вас прикрывала, не ругайте ее за ее вопиющее безбожие, и тогда она не будет вспоминать, как в прошлом году... - Альга, больше ни слова. - Тейнава не знал, куда деть глаза, и данмерка из сострадания умолкла. Остальные отреагировали спокойно, Телендрил, видимо, бывшая свидетельницей событий прошлого года, сдержанно улыбнулась. - Весь этот разговор, братья и сестры... - Корнелий устало провел рукой по лицу, - Все мы не имеем к этому никакого отношения, нам нечего опасаться, нужно только быть осторожнее. Если убийца из наших, то его найдут, а что до убитого, его душа... - Обрела покой в Пустоте, - Телендрил закончила фразу за него, дернув бретона за рукав; поняв намек, он замолк, хотя по его лицу было ясно, что сказать он намеревался совершенно иное. - Я бы не был так уверен. - хаджит окинул всех пристальным звериным взглядом, - Непричастны лишь те, кто был далеко. Ты, парень, как раз работал в тех краях, да и Скайрим не так далек. - его узкие зрачки впились в Альгмару. - Ты обвиняешь нас? - бретон рывком встал на ноги, упершись кулаками в стол, и Телендрил в этот раз не удержала его. - Корнелий, не надо... - запоздало прошипела Терис, но тот то ли не услышал ее, то ли предпочел не обратить внимания. - Подозреваю. - хромой убийца откинулся к стене, всем своим видом показывая, что не боится Корнелия. - И при первом случае сообщу о своих подозрениях, куда следует. - Я не сомневалась, дорогой брат. - Альгмара щурила глаза, но ее улыбка была зловещей и полной яда, - Что еще делать в твоем положении - только доносить на своих... Никто не успел шевельнуться, когда хаджит оказался на столе, и около горла темной эльфийки блеснул клинок - холодно, остро, замерев в сотой части дюйма от кожи. - Только дай мне повод... - шипение М`Раадж-Дара, тихое, у самого уха данмерки, в гробовой тишине было слышно на весь зал. - И ты нарушишь Догмат? - усмешка - привычная, но не прячущая страха и напряжения, и Терис видела, как нервно дрогнул уголок темных губ. - На благо Братства, дорогая сестра, на благо Братства. Ситис простит мне убийство неверных. М'Раадж-Дар спрыгнул со стола, хвостом сбив бокал Альгмары. Почти черное вино разлилось и плеснуло ей на рубашку, но она не обратила на это внимания - тонкая струйка крови побежала по шее за высокий кружевной ворот, и данмерка аккуратно стерла ее пальцем, с некоторым удивлением посмотрев на свет. С удивлением, которое давало понять, что своей крови она не видела очень давно. - Ой, я же пироги испечь хотела... - натянуто беззаботный голос Телендрил разрезал тишину, и отодвигаемый ею стул заскрежетал по камням. Шаги эльфийки, невесомые и легкие, вопреки обычному беззвучию долго слышались на лестнице - убийца поспешно покидала столовую, наполненную редким для убежища напряжением. Вслед за ней, что-то пробормотав под нос, ушел и Гогрон, исчез Корнелий и, с интересом рассматривая собственную кровь, стынущую на пальце, скрылась на лестнице Альгмара. - У нас иногда так бывает, сестра. - шипение Тейнавы вывело Терис из оцепенения, - Редко, но бывает. Предатели... - Все еще среди нас. - Мари поджала губы и резко поднялась со стула, - И дай Ситис нашему Спикеру понять это раньше, чем они снова кого-то убьют. - Предатели посеяли среди нас недоверие. - словно не слыша ее, продолжил аргонианин, - И тебе лучше держаться с теми, кто чтит Мать и Отца. - Ты тоже подозреваешь их? - Терис с недоверием посмотрела на убийцу. Они давно вместе живут и работают, Альга и Корнелий верны Братству, и она не поверила бы в их предательство, даже если бы и не слышала того разговора. - Я с огромным уважением отношусь к Альгмаре несмотря на ее неверие, но Корнелий... - Его вера противоречит нашей. Это вера легионеров, вера наших врагов. - Мари с ожесточением сгребла со стола посуду, - И я очень сожалею, что в нашем убежище не такое, как в Королле. Аркуэн никогда не стала бы терпеть такого. Терис одарила бретонку испепеляющим взглядом, но удержалась, не проронила ни слова о том, что думала. Молчать,больше молчать, как бы ни хотелось послать фанатичную убийцу на неделю в подземелье на хлеб с водой, чтобы оценила в полной мере достоинства Аркуэн. Хотя...нет, как раз ей было бы там хорошо — ее фанатизм был бы в чести. - Я говорила с Корнелием, его вера ничуть не противоречит тому, что он делает. - ответ прозвучал неожиданно спокойно и сдержанно для самой Терис, - В своем ремесле он видит высшее предназначение, в этом, по-моему, совершенно нет вреда. - Пока что нет, Терис.- Тейнава медленно оторвал мрачный взгляд от стола, - Марта и Николас тоже были...не нашей веры. - И оба предали. Их, конечно, уже нет в живых, равно как и тех четверых, кого убили они. Четверых сильных убийц, преданных Матери и Отцу... Терис поморщилась, чувствуя, что разговор заходит в совершенно неприятное ей русло: еще немного, и он скатится в обвинение Корнелия, а то и Альги. - Мне кажется, мы зашли слишком далеко. Может, этого брата убили легионеры или Мораг Тонг, а мы уже ищем предателя и начинаем подозревать друг друга... - Легионеры не убивают со спины, не подкрадываются ночью. И Мораг Тонг не бывает в тех местах. - А как же Ярость Ситиса? - Терис уцепилась за последнее, как ей казалось, самое верное доказательство. - Что тебе известно о ней? - в выпуклых глазах Тейнавы читалась печаль и сочувствие — безжалостное, обрекающее, лишающее надежд. - Это гнев Ситиса за нарушение Догматов. Наказание. - Да, и этот гнев материален. Сгусток силы, призрак, приходящий в ночи. - хриплый голос Тейнавы превратился в зловещее шипение, - И его можно сразить в бою, остаться в живых... Мало кому это удавалось,но... Корнелий хороший воин и немного владеет магией разрушения. Он...мог бы справиться. Терис вздохнула, устало опуская голову. Аргументы, казавшиеся неоспоримыми, рушились один за другим, и полумрак давил, как давили взгляды Тейнавы и Мари. Не враждебные, но ждущие от нее согласия и поддержки. - Есть и другие убежища, вдруг кто-то из них... - Нет, сестра. - Мари с неожиданным от нее сочувствием коснулась плеча, нависая над ней темной тенью, - Убийцы из других убежищ погибали от рук своих давно. Королл, Лейавин, Брума. Убийцы-одиночки, получающие задания через курьеров. Кто угодно, но не наши. Никто из нашего убежища не был убит своими. Зато наши убивали. - Двое предателей были убиты, но...это повторится. Пусть даже сейчас Корнелий непричастен ко всему этому, он сорвется. Все неверные срываются, сестра. Поэтому держись с теми, кто верит в Мать и Отца, поверь сама — они защитят. «Как защитили тех убийц. Верных, преданных и сильных. Убитых неверными». - Мне, наверное, пора. - Терис встала, неловко отводя взгляд от лиц брата и сестры, но их разочарование почувствовалось всем существом — разочарование, в котором изначально не было надежды. Она неверная, как бы ни отмалчивалась о своей вере, которой почти не было, как бы ни работала и ни считала Братство своей семьей. А неверные рано или поздно срываются.