Глава 2.
3 октября 2018 г., 23:07
Володя не был слишком уж сентиментальным. Он прошел такие ужасы, какие тут сантименты? Но резкие выпады,а иногда даже и равнодушие со стороны Жеглова обижали очень сильно. Что он такого сделал, что Глеб его шпыняет, как нашкодившего щенка? Он заслуживает хоть какого-то уважения. Что уж говорить о любви.
Когда в МУРе случайно узнали, что мужчины вместе, встретили с недовольством. Где это видано, чтобы две мужских особи совокуплялись, прости Господи. Даже нашлось несколько человек, которые говорили об этом вслух, пытались высказывать свои мысли по этому поводу, но это все пресеклось на корню Жегловым. Он смотрел и скалился так, что как-то возбухать больше никому не захотелось. Его знали. И знали, что Глеб может и морду начистить в случае чего, а уж если так касалось его настолько близко, то лучше молчать в сторонке и свои недовольства засунуть куда подальше.
Так оно безмолвно и повелось, что Шарапов и Жеглов вместе, и никого это не волнует. Ведь не дай бог, кто отпустит какой-либо комментарий. Его сразу испепелят как в переносном смысле, так и в прямом.
***
Однажды они остались на ночное дежурство. Тогда еще они не понимали того, что чувствуют друг к другу. Да, было какое-то влечение. Бывало, что пару раз Володя, укладывая сильно вымотавшегося товарища, давил в себе желание дотронуться. Просто нежно провести ладонью по лицу. Иногда давился мыслью о том, чтобы поцеловать человека напротив во время очередного ничего не значащего спора. И молодого человека это пугало. Но потом он начал замечать особые взгляды Жеглова. Не как обычно с дьявольщинкой, а с частичкой нежности. Даже когда он банально заполнял бумаги, чувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Оборачиваясь, он на секунду встречался глазами с Глебом, который потом сразу отворачивался. Было понятно, что эти чувства неизвестны для обоих. Поэтому все решило это дежурство. Быть вдвоем в одном кабинете оказалось тяжелее, чем раньше. Непреодолимо тянуло друг к другу. Тогда Жеглов молча поставил бутылку водки на стол, и дежурство превратилось в обычную рядовую попойку с целью выяснения отношений. Правда необычность в этой попойке была: она закончилась тем, что мужчины страстно целуясь на диване, дрочили друг другу, и довели друг друга до того, что искры сыпались из глаз и хотелось кричать от удовольствия. Это и был их переломный момент. После этого несколько дней мужчины избегали друг друга. Глеб даже в квартире не появлялся, на время вернувшись в общежитие. А Владимир уж было собирался увольняться, чтобы не портить дальнейшую жизнь мужчине, которого он так внезапно полюбил. Но все решилось, когда они случайно пересеклись на работе. Им предстоял тяжелый разговор, в ходе которого было решено, что после того, что случилось, они должны хотя бы попробовать быть вместе. И хорошо, что попробовали. Даже несмотря на склочный характер Жеглова, который часто норовил все испортить. Они прижились друг к другу. Теперь по утрам Володя просыпался счастливее, готовил кофе Глебу не как соседу, а уже по-другому, с любовью. Правда всегда ругались из-за одной имеющейся чашки в кабинете на работе. Почему нельзя принести еще одну, никто не понимал. Но так даже было веселее жить.***
Но иногда товарищ Жеглов был невыносим. Тогда Володя старался сделать скидку на характер и молча проглатывать все колкие фразы в ответ. Он оказался очень покладистым и спокойным партнером, чего не скажешь о Глебе. Иногда спор начинали утром из-за какой-нибудь ерунды, убивали друг друга взглядами весь день и только вечером, лежа на кровати, мирились. Иногда Жеглов даже извинялся. Было это, конечно, крайне редко, но когда он был действительно виноват, он старался загладить свой поступок или обидную фразу. В этот раз все было немного иначе. Глеб сильно перестарался. Его слова до глубины души задели Шарапова. И сейчас, прогуливаясь по сумеречной Москве, Володя прокручивал в голове все произошедшее. "Глеб наверняка решит, что я его быстро прощу, - думал он, заворачивая на очередную почти безлюдную улицу. - Он будто не понимает, что всеми своими выпадами так или иначе потихоньку воздвигает каменную стену между нами. Чего ему стоит просто, не подумав, сказать что-нибудь обидное как, например, в этот раз? Для него это как два пальца об асфальт.." Но каскад мыслей прервала неожиданно появившаяся из проулка чья-то тень. На улице было довольно темно и к тому же потихоньку начинался моросящий дождь. Вокруг фонарей было немного, поэтому разглядеть как следует вышедшего на дорогу перед Володей человека было почти невозможно. - О чем же вы, товарищ Шарапов, так крепко задумались, что даже не заметили слежку за вами? - с нахальством в голосе спросила тень, краем губ ухмыляясь. Молодой человек был почти уверен, что он ухмылялся, судя по растянувшимся гласным в его речи. - Что-то случилось, наверно? Поругались, возможно, с девушкой? На этих словах тень и вовсе засмеялась, заглядывая куда-то за спину Шарапову. Он обернулся и увидел, что сзади стоят две такие же тени. Кажется, не к добру все это. Даже военного человека могут положить на лопатки трое мужчин. И как назло пистолет остался в кабинете... -Не стоило вам здесь появляться, товарищ. По крайней мере без Жеглова. Вы же тут совсем не при чем, обычно он во всем виноват. Но коли вы тут, грех не воспользоваться такой возможностью. Вы нужны нам живым, не обязательно полностью здоровым, чтобы товарищ Глеб к нам присоединился, а затем, знаете что? Он умрет. Но сначала увидит вашу смерть, долгую и мучительную. Чтобы также мучился, как мы, потеряв всех своих друзей! Володя и предположить не мог, как сильно попал. Он не сможет отбиваться вечно. В какой-то момент он обессилит, и его правда возьмут. По крайней мере убивать пока не будут, есть шанс выбраться. Он сделает все, чтобы чертов Глеб Жеглов не попался на эту глупую уловку, и его не убили из-за его, Володи, нерасторопности.
