Сказание о Безымянном ордене

Девушки — прекрасны. Стройный, точно бамбук, стан, искусанные от волнения алые губки, сияющие в предвкушении нового свидания глаза. Как такой не сделать комплимент? Не восхвалить только её, отдельной девушки, совершенство? Не распить с ней чашку «Улыбки императора» и полюбоваться прекрасным пейзажем за окном? Ведомый минутными порывами Вэй Ин так и поступал. Не важно, был ли повод или нет. Нападал ли на прелестницу мерзавец или нет. Но находиться, говорить о достоинствах и защищать в случае надобности — это одно, а быть девушкой — совсем другое. Оказавшись в теле женщины по имени Юй Пэн, Вэй Ин, немного отойдя от ритуала, как встал с кровати, так и сел. Ноги, почти что кости, обтянутые светлой кожей, не держали вовсе. Усянь, в прошлой жизни отличавшийся здоровым и крепким телом, чуть не завыл от досады. Пройдёт немало лет, если не десятилетий, когда он хоть наполовину приблизится к своему идеалу его совершенствования. Но не привыкший подолгу унывать Вэй Ин, так и не вставший с разъехавшихся ног, уселся как можно удобнее и глубоко вздохнул. Если тело слабо — то не страшно. Его всегда можно натренировать. Главное — иметь огромное терпение и стремиться к своей цели. Другое дело — силы души. Когда у человека маленьких запас духовных сил — это всегда печально. Слабое тело в купе с такой же душой — лакомый кусок как для злых духов, так и для бандитов, забредших в небожителями забытые земли. Но здесь Вэй Ина ждала Госпожа Удача — Золотое ядро у Юй Пэн оказалось большим и чистым. Будь оно в толковых руках, из женщины вышла бы хорошая боевая заклинательница, которая смогла бы наносить мощные по силе удары противнику. Усянь не был хорошим, но толковым — уж точно. Кому как не ему знать, что и как стоит сделать, чтобы превратить обтянутый кожей скелет в человека, способного дать отпор любому, будь тот человеком или нечистью. У него впереди целых восемь лет на всеми забытых землях, кладбище под боком, отсутствие надоедливых букашек в виде заклинателей, кричащих о своих многочисленных запретах, и маленькая девочка, точно якорь удерживающая его здесь.

***

Фан Юй Пэн красавицей не была. Что при первой встрече, что по прошествии какого-то времени. Пусть Вэй Ин усердно совершенствовался, создавая с нуля своё идеальное тело, что-то всё же не менялось. Стоя по пояс в озерной воде, Усянь критически оглядывал тонкие нити шрамов, паутинками поднимающихся от щиколоток по животу к груди. Самые блёклые были оставлены множеством набегов на их скромную хижину. Память Юй Пэн, частично оставшаяся после ритуала, раз за разом обходила детали появления каждой линии, а Хуаминг переводила тему разговора, стоило Вэй Ину поднять интересующий его вопрос. Свежие же — его сопротивление бандитам, так и не извлекшим урока из призыва тёмных заклинателей. Несмотря на то, что Усянь был горд своими достижениями в работе с этим телом, принципу чистоты девичьего стана он оставался верен. Пока что ему не удалось найти достойного средства, чтобы до конца вывести следы прошлого. Только когда Вэй Усянь просто так сдавался. Прибывая где-то своих думах, он заметил чьё-то приближение слишком поздно. Спохватившись, Вэй Ину ничего не оставалось, как запугать противника клубами тёмной энергии, тонкой дымкой обвивающей тонкие пальцы женщины. Но, как он ожидал, молниеносного нападения не последовало. Вместо этого рядом с ним из воды медленно, точно что-то тяжелое тянуло это ко дну, появилась голова, чьи черные волосы чернильной кляксой расплывались по водной глади. «Лютый мертвец? — озадаченно подумал Вэй Ин, отступая на шаг назад. — На кой ему лезть в воду, когда можно напасть с воздуха?» — Господин… Господин Вэй… Стоило Усяню услышать этот голос, как сердце его пропустило удар, а руки опустились. Ведь это не может быть правдой. Его уничтожили ещё тогда, в далёкой прошлой жизни, пеплом развея над Башней Кои вместе со старшей сестрой. Обуздав тёмную энергию, Вэй Ин сделал шаг вперёд и дрожащими руками убрал липнувшие к лицу мертвеца волосы. — Вэнь Нин? — Господин… Вэй… — раздалось равнодушно в ответ. Всё смешалось в голове Усяня. Радость от встречи с другом, который так страдал из-за него. Досада, что поглощённый пустотой внутри своей души, не заметил обмана. Злость на самого себя. Это же надо было так опростоволоситься и повестись! И его ещё называли Старейшиной! Проводя пальцами по лбу Вэнь Нина к виску и убирая из волос водоросли, Вэй Ин наткнулся на что-то железное в районе виска. Приблизившись, Усянь увидел небольшой железный кругляш, торчавший из головы друга. «Гвозди, сковывающие душу», — заключил он, нащупывая второй такой же с другой стороны и выдирая их. Вэнь Нин застонал от боли и наклонился вперёд, грозясь упасть прямо в руки Усянь. Тому стоило больших усилий удержать его: ещё слабенькие мышцы отдавали болью, но сейчас Вэй Ину было всё равно. Пришла его пора отдавать долги.

***

— Учитель, это… — начал Дэмин, в страхе косясь на Вэнь Нина. — Да, это лютый мертвец. Нет, он не опасен. Пока его не трогать, — старался ответить Вэй Ин на возможно возникающие вопросы в головах детей. — Пусть сначала в себя придёт. — Но разве этот мертвец отличается от прочих? — поинтересовался Цзяньпин, в упор глядя на сидящего на табуретке Вэнь Нина. — Очень. Он… — начал Усянь и запнулся. А может, это его шанс? Показать, что тот, кто перед ними — не опасное существо, способное разорвать любого, кто покуситься на своего творца, а тот, кто может согреть своей улыбкой и сострадать тем, кто действительно этого достоин? — … он добрый. Не стоит обижать его своим страхом.

***

— Я не хочу идти, — заявил Цзяньпин, стоя у ворот в город И. — Что тебе не нравится? — спросил Дэмин, оценивая обстановку. — Хотя тут не может не не нравиться — фен шуй здесь отвратительный. И этот туман, вороны. Тот, кто напустил сюда столь гнетущую атмосферу, явно хотел создать этакое проклятое место. Ещё бы табличку «Заходите, гости добрые. Вам здесь будут рады» повесили. — Я не про это, — ответил ему Цзяньпин, копошась в своём кармане. — Я просто не хочу идти туда. — И что нас останавливает от того, чтобы свернуть в другую сторону? — Следы тёмной энергии, исходящей от того лютого мертвеца, ведут прямо в город, — с тяжёлым вздохом сообщил юноша, держа на ладони Компас Зла, данный Учителем. — Звучит так, словно нас специально привели в это место, — сказал Дэмин, доставая из-за пазухи флейту. — Но деваться нам некуда. Не особо хочется, чтобы нас поймали. Здесь Цзяньпин поспорить не мог. У него самого душа в пятки ушла, когда в Облачные Глубины нанёс визит глава ордена Юнь Мэн Цзян. В ещё свежих воспоминаниях виделся силуэт высокого хмурого мужчины с хлыстом, испускающим молнии, и опробовать силу этого оружия на себе не особо хотелось. Особо Цзяньпину запомнились его глаза, сверкающие ничем не замутнённой ненавистью к ним, совершенно незнакомым соплякам, просто проходившим мимо. По правде говоря, встав между главой ордена и другом, юноша не на шутку испугался такого яростного напора. Поэтому они, дабы избежать возможных опасных ситуаций, написали записку с извинениями и побыстрее удалились. Теперь к их поискам странного лютого прибавлялась задача не попасться на глаза высоким чинам ордена Гу Су Лань. «И чего они на нас так таращились? Разве мы делали что-то постыдное? Убили? Осквернили? Нет. Странные они, эти благородные заклинатели». — Может, предупредить Учителя? — предложил Дэмин, вертя флейту в руках. — Что проблема, с которой мы столкнулись, нам не по зубам? — Нет. Что проблема, с которой мы столкнулись, настолько интересна и загадочна, что двух человек для её решения будет мало, — весело произнёс Дэмин, затыкая флейту за пояс и начиная поигрывать пальцами. Живя под крылышком у Учителя вот уже шестой годок мальчик понял, что чтобы сделать Фан Юй Пэн приятное — нужно рассказать ей о чём-то захватывающем, невероятном и путанном. Тогда скорее всего Учитель вскоре будет там.

***

— Как думаешь, у нас есть шанс сбежать? — тихонько спросил Дэмин, стараясь не показывать присутствующим своё неуважение. — От заклинателей — да, от того безумия, что творится за порогом — нет, — произнёс Цзяньпин, пытаясь просчитать в уме всевозможные варианты того, что можно сделать с нечистью на улицах города до прихода Учителя. И к его изумлению и огорчению, выходило, что ничего. «Как раздражает», — с досадой подумал юноша, пытаясь не вслушиваться в разговор заклинателей, стоящих рядом. Но голос одного из них всё возрастал, сбивая с мыслей. — Почему я должен делить этот дом с приспешниками Пути тьмы? — выкрикнул юноша, облачённый в богатые одежды жёлтого цвета. — Молодой господин Цзинь, прошу, успокойтесь, — попытался усмирить его гнев Сычжуй. — Мы ничего не знаем о них… — То, что они следуют этому отвратительному пути, делает их последователями Вэй Усяня! — Я, конечно, извиняюсь, — произнёс Дэмин, которому порядком надоели подозрительные намёки в свою сторону. — Но можете вы прояснить пару деталей? Почему вы называете нас «последователями Вэй Усяня»? Кто этот муж? — А то вы не знаете? — сказал ехидно некто по фамилии Цзинь. — Я бы не спрашивал, если бы знал. Что поделать — мы живём в таком тёмном месте, куда даже самые важные вести доходят с опозданием в десять лет. Так кто же он? — Вэй Усянь — заклинатель, открыто вставший на Путь тьмы, — произнёс Сычжуй. — С помощью своей флейты он мог поднимать мертвецов и бросать их в бой с недругами. Он первый, кто смог создать лютого мертвеца с сознанием. Вместе с Призрачным Генералом Вэнь Нином, он был способен крушить армии. — И который погиб от рук своих же слуг! — вставил Цзинь, тряхнув головой. — Он получил по заслугам своим! Дослушав, Дэмин повернулся к другу и, подперев голову рукой, выдал: — Что-то совсем печально. — Полностью солидарен, — согласился Цзяньпин. — Печально? Да что вы несёте! — Молодой господин Цзинь, не сочтите мои слова упрёком, но говорить о том, что вам неведомо, — последнее дело. Из ваших речей можно сказать, что сей муж встал на так называемый «Путь тьмы» и прошёл его до самого Конца в одиночестве. — Как будто кто-то в здравом уме будет водиться с подобным отребьем! — А между тем, ступая на путь владения тёмной энергией, нельзя быть одному, — продолжал Дэмин, совершая пассы рукой, выпуская струйки тёмной силы и создавая различных зверей. — Она может затмить разум, свести с ума. Поэтому владеющему такой силой нужен человек, способный в нужный момент встряхнуть и вернуть в реальность. — Ваш Учитель не говорил вам о Пути тьмы? — спросил Сычжуй, порядком удивлённый такому ходу мыслей. — Нет, — улыбнулся Дэмин, сжимая ладонь в кулак, рассеивая причудливые игры тёмных кроликов. — Учитель советовал* нам не думать слишком много об этом. И следовать третьему правилу семьи Фан: не мешай своими желаниями жить другим, если не хочешь, чтобы за тобой гонялись с оружием наперевес.

***

— Учитель Фан, что мне делать? Вэй Ин оторвался от заточки бамбуковой флейты и внимательно посмотрел на стоящего в дверном проёме Дэмина, от рук которого поднимались вверх тонкие струйки тёмной энергии. На секунду Вэй Ину показалось, что он видит в этих испуганных глазах себя самого, стоящего прижатым к дереву во время ночной охоты в лесу. Тогда он тоже не знал, как быть с ужасающим, необузданным потоком выедающей душу силы. — Так, сядь на стул и успокойся. Дыши ровно. Хуаминг, Цзяньпин, вы тоже подойдите. Вам будет полезно это послушать. — Матушка? — спросила девочка, непонимающе переводя взгляд то с рук мальчика, то на Вэй Ина. — Знакомьтесь, тёмная энергия. Вы уже наблюдали её у злых существ, бывших здесь. — Значит, я теперь злой? — с ужасом произнёс Дэмин. — Разве в один миг можно стать злым? — спросил Вэй Ин, посмотрев на мальчика чуть насмешливо. — Порой она может проникать в заклинателей, наставляя на Путь тьмы. Но заклинатели не зря проходят суровые тренировки по воспитанию тела и духа. Они могут сопротивляться ей. — А я? — промямлил мальчик. — А что ты? То, что ты испускаешь тёмную энергию, говорит о том, что у тебя есть способности к её подчинению. Это крайне редкое умение. Им нужно учиться управлять сразу, как только оно проявило себя, чтобы не дать ему привести тебя к концу. — Что такое Конец? — неожиданно подал доселе молчавший Цзяньпин. Вэй Ин замер. Он произнёс это, основываясь на печальном опыте своей прошлой жизни и совершенно не имея ввиду что-то конкретное. Просто конец его жизни. Но детям этого прямо так не скажешь. Выдохнув, Усянь чуть расслабился и стал говорить первое, что приходило в голову. — Это финальная ступень Тёмного Пути. Всего их три. Начало, в котором у заклинателя есть цель для призыва. Если есть цель — значит, у заклинателя есть смысл, чтобы это осуществить. Причина может быть любой — от мести до просто желания истребления. Твой случай особенный, Дэмин. Тебе не нужна причина, но нужен контроль над энергией. Затем следует вторая ступень — Середина. В ней цель затмевает смысл, из-за чего личность заклинателя заменяется его злыми помыслами, приобретая лицо. И третья, финальная стадия, — Конец. В ней заклинатель исполняет свою цель, теряя смысл для существования. Мертвецы, ощущая, что создатель направляет их без изначальной цели, набрасываются на него. — Но если человек всё же встал на этот путь, что же поможет не сойти с Начала? — вновь спросил Цзяньпин, чьё лицо внешне казалось бесстрастным, но живой блеск в глазах выдавал его беспокойство с головой. Вэй Ина точно молния на месте пронзила. Точно такие же глаза взирали на него в прошлой жизни. Единственные глаза, яркие, точно два холодных солнца, которые беспокоились за него, даже когда он совершал непоправимое. Даже когда потерялся на своём Пути. Даже после всех тех жестоких слов, сказанных ему в последний раз, Он никогда не бросал его, не теряя надежду спасти. Что же он наделал? — Нужно плечо человека, который сможет поддержать, понять и помочь найти выход. Человек, способный остановить тебя, просто позвав по имени. Вот кто нужен, — всё же взяв себя в руки, сказал Вэй Ин. — Всего-то? — удивленно произнёс Дэмин, облегчённо выдыхая. — Тогда мне беспокоиться не о чем. Ведь со мной всегда будет Цзяньпин. Правда же? — Мгм, — кивнул мальчик, соглашаясь. — Вот и славно, — произнёс Вэй Ин. — А теперь возвращайтесь к своим делам, юноши. Солнце ещё высоко, а есть хотят все. — Ты же придумал всё на ходу, — произнесла Хуаминг, когда мальчишки вышли на улицу. — Не совсем. Может быть, поначалу я и говорил не думая, но потом, сам того не осознавая, дал ответы на вопросы, которые в прошлой жизни оставались для меня мёртвыми зонами. — Не хочу становиться взрослой. У вас уж больно сложно, — вынесла свой вердикт Хуаминг. — И не надо, — согласился с ней Вэй Ин, возвращаясь к заточке флейты. — Не убивай своего внутреннего ребёнка. Это убережёт тебя от несметного вороха проблем.

***

«Учитель Фан. На нашем пути встал странный город, который не обойти, не объехать. Вокруг него вьются вороны, туман застилает улочки, и Ваш компас сходит с ума. Следы загадочного лютого мертвеца ведут точно в этот город. Не ведаем, в пути ли вы, но мы подумали, что вам будет интересно». «Вот стервец, — весело подумал Вэй Ин, смахивая с тонких пальцев сплетённую из тёмной энергии бабочку — первое изобретение Дэмина, когда тот наконец научился управляться со своим даром. — Ведь умеет заинтересовать». Под ногами затрепыхались, и Вэй Ину пришлось вернуться к нынешней ситуации. Мужчина, прижатый к земле, закряхтел. «Когда же до них наконец дойдёт?» — устало подумал Усянь, раскрывая тешань**, и, прикрыв лицо, так, как в своё время это делал Не Хуайсан, произнёс: — Похоже вам, судари, мало моих уверений и отказов. Но если вам так угодно, то повторюсь — я не собираюсь ни за кого замуж по принуждению. Ежели я всё же решусь на столь ответственный шаг, — «нет, конечно» — то мой избранник должен быть чист душой и деяниям. Добродетель во плоти. Под эталон которого вы не особо подходите. Поэтому исчезните с глаз моих долой, если не хотите получить ещё более яростного отпора, и передайте своему хозяину, что моё терпение не безгранично. «Как же это очаровательно», — подумал Вэй Ин, глядя, как незадачливые слуги очередного «ухажёра» пускаются наутёк. Раньше бы Усянь даже помыслить не смог, каково это — родиться женщиной. На примере шицзе он знал, что если деве из благородной семьи говорили, что по достижению определённого возраста ей нужно выйти замуж, то она воспринимала это как долг перед семьёй и несла это с честью и достоинством. Чего нельзя было сказать о простолюдинах. Некоторым были не понятны слова отказа и те делали, что хотели. Что сейчас с Вэй Ином и происходило. Только он до сих пор не понимал, отчего такой переспелок, как Фан Юй Пэн, резко заинтересовала некоторых мужчин. «Будем уповать на то, что я не встречусь с заклинателями, — подумал Вэй Ин, взбираясь на лошадь, заботливо приведённую Вэнь Нином. — И с некоторыми в отдельности — тем более. Я пока не готов к тому, что, возможно, увижу в этих глазах».