Сказание о Безымянном ордене

Смотреть на Лань Чжаня снизу-вверх непривычно. Его длинные волосы ветвями ивы ниспадали на грудь, удлиняя лицо. Тени от них творили своё злодеяние, создавая для незнающих Второго Нефрита лично иллюзию, что тот зол. Тонкие брови были чуть приподняты, а в глазах — буря, готовая сносить все преграды на своём пути. «Надо же. Возраст ему к лицу», — подумал Вэй Ин, вглядываясь в лицо давнего знакомого. Если в детстве он казался невероятно милым, чистым воплощением благодетели, то сейчас Лань Ван Цзы походил на божество, которого вытесали из белого нефрита и вдохнули в него жизнь. Вэй Ин мог бы любоваться им долго, — созерцание Лань Чжаня было одним удовольствием, — но не при успевшими осточертеть назойливыми слугами господина со странными вкусами на дам постарше. У Сянь за эти долгие годы научился немного выбирать выражения при общении с людьми без ущерба для себя. Он взрослый. Он сможет показать, чему научился методом проб и ошибок. Повернув лицо к прислуге, Вэй Ин одним движением закрыл тешань и, направив на Лань Чжаня, произнёс: — Вот за этого благородного мужа я бы вышла. или нет. Сейчас он понимал Мадам Юй, грозившуюся когда-нибудь отрезать ему слишком длинный язык. Право слово, это стоило сделать ещё тогда. Но деваться некуда — первое, что пришло ему в голову, уже сорвалось с языка и отступить — значит проиграть битву. — Вы только посмотрите, какая грация движений! Какая стать! Сколько во взгляде блеска просветления! Скрывать не буду — я была слегка ослеплена Добродетелью. Поэтому внимательно вглядитесь перед собой и вспомните своего Господина. Если не уверовали, повторите действо и подумайте, у кого больше шансов. Я надеюсь, что моих слов достаточно. А теперь прочь с глаз моих долой, холопы! Слуги, явно впечатлившись как речью Вэй Ина, так и суровым видом Второго Нефрита, припустили так, что только пятки и мелькали. У Сянь подавил в себе желание сплюнуть. Будь он один, не постеснялся бы призвать пару-тройку мертвецов пояростнее. Ещё бы и Вэнь Нина сверху добавил и любовался, как назойливых мух рвут на части. — Эм… Учитель? — немного смущённо спросил Дэмин, явно просёкший его намерение. — Не переживай — я себя контролирую, — устало произнёс У Сянь, поворачиваясь к Лань Чжаню лицом. — Прошу простить меня, господин заклинатель из благородного ордена Лань, за столь отвратительную сцену. По-другому они бы не поняли. Позвольте узнать ваше имя — всё же, я вам обязана. «Быть может теперь, познакомившись по-новому, получится начать с чистого листа». — Лань Ван Цзи, — ответил он ровно, не отрывая пристального взгляда. — Сам Второй Нефрит! Вот это встреча, — стараясь как можно естественнее изобразить удивление, воскликнул Вэй Ин. — Моё имя Фан Юй Пэн. Наслышана о ваших деяниях. Моя признательность вам не знает границ. Сердечно благодарю вас за помощь. — Мгм, — ответил Лань Чжань, чуть кивнув. — Учитель, вы не захворали по дороге? — спросил Дэмин, часто-часто моргая. — Я погляжу, братцы-кролики, вам уже лучше, — весело заметил Вэй Ин, бросая лукавый взгляд на своих учеников. Не мудрено, что мальчишки так реагируют — в обычных ситуациях он никогда не использовал высокую речь. Но им это знать не обязательно. — Прошу, сжальтесь над нами, — произнёс Цзяньпин, морщась. — Не надо нас так называть! — Отчего же? Кролики чрезвычайно милые создания. — И вкусно выглядят! — воскликнул Дэмин, делая шаг вперёд. — Вы же не планируете нас съесть? — спросил Цзяньпин, сильнее цепляясь за одежду товарища. Раскрыв тешань, Вэй Ин прикрыл рот, расплывающийся в счастливой улыбке. Небожители, хоть кто-то был с ним солидарен. У него получилось воспитать прекрасных учеников.

***

— Учитель, позвольте узнать, — осторожно спросил Цзяньпин, когда вся компания — адепты Гу Су и они, стояли у выхода из города. — Как вы добрались до этого города? — Я? Я… — начала Юй Пэн, но осеклась, вспоминая конфузливо. — Я забыла свою лошадь. — Я это предполагал. Пойдёмте, вернёмся за ней, — предложил ей юноша, надеясь, что никто за ними не увяжется и у него появится шанс поговорить с Учителем. — Раз мой ученик предлагает свою помощь, то кто я такая, чтобы от неё отказываться, — пожала плечами женщина, поворачиваясь к Дэмину. — Мы вас скоро догоним. Так что ступай в путь смело. — Конечно! — кивнул юноша, поняв манёвр друга и тут же включаясь в разговор с другими заклинателями. Цзяньпин, шедший чуть позади Учителя, не мог дождаться, когда же они скроются из виду. Странные железки не давали покоя, и что-то подсказывало, что только Фан Юй Пэн может пролить свет на то, что же это. — Так что ты хотел мне поведать? — наконец спросила она, даже не смотря на него. — Благодарю, что стёрли Замкнутый круг. Если бы не вы, мы бы там и полегли, — чуть склонил голову Цзяньпин, не прекращая шаг. — Как я уже писал, тот мертвец оказался чем-то схож с Вэнь Нином. После того, как его обездвижили, из его головы удалось извлечь вот это. С этими словами он вручил Юй Пэн железки. Стоило женщине увидеть их, как привычная улыбка сползла с лица и в глазах блеснули алые блики. — Запомни, что я тебе скажу. Впредь, если натолкнётесь на нечто подобное — проходите мимо. Вступайте в битву, если это задевает простых жителей или кого-то ещё можно спасти. Это — не ваш нынешний уровень способностей. Надеюсь, ты и сам это понимаешь. Цзяньпин кивнул. Он прекрасно понимал, что если бы не Учитель, подоспевшая вовремя, они бы умерли в первые минуты. Раз Фан Юй Пэн обходит стороной тему этих железяк, лежащих у неё в ладонях — значит, так и надо. «Хорошо наше странствие началось». — Госпожа Фан! Вы вернулись за пропажей? — поприветствовала издалека девушка. — Совсем старая становлюсь — память прохудилась, — улыбнулась Юй Пэн, стирая с лица следы тяжёлых дум. Цзяньпин всегда поражался, как это у неё получается, — так быстро меняться. Секунду назад она источала желание убивать, была готова ринуться в бой и жестоко расквитаться с невидимым противником. Но стоило появиться на горизонте кому-то, как Юй Пэн становилась обычной женщиной, с широкой улыбкой встречающей знакомого. — Ну что вы! — всплеснула руками девушка. — Не стоит на себя наговаривать. Вон как за вами мужчины бегают. — Только мухобойкой и отгонять, — усмехнулась Юй Пэн, скрещивая руки на груди в задумчивости. Прикрыв глаза, она повернула голову в сторону проёма меж домами и после паузы произнесла с вздохом: — По каким кустам ты таился? Нет, не отвечай. Это я просто так спросила. — Эм… Хорошо, — ответил вышедший из тени Вэнь Нин, в чьей заплетённой косе торчали ветки да листья. — Вэнь Нин. Ступай к развилке, что на центральном тракте, и жди меня там. Не беспокойся — я дойду туда в сопровождении своих учеников и адептов Гу Су Лань. Согласись, лучшего эскорта мне и не сыскать, — произнесла Юй Пэн, приводя в порядок волосы Вэнь Нина. — Хорошо, — кивнул тот, чуть наклонив голову, чтобы женщине было удобно. — Госпожа Фан. Думается мне, что ваши спутники заждались вас. Ступайте в путь смело. А я переплету косу вашему дракону, — заверила Юй Пэн девушка, кладя ладони на плечи Вэнь Нина. — В таком случае вверяю создание его причёски тебе, — улыбнулась Учитель, подходя к лошади и беря её за поводья. — А нам пора.

***

Дэмин взирал на стоящую к нему спиной Учителя, что с тяжёлым прищуром всматривалась в открывающийся с обрыва вид на озеро. Со стороны могло показаться, что заклинательница углядела что-то странное или тёмное и теперь раздумывала, как с этим разобраться. Но Дэмин, давно познавший истину, только спросил: — Учитель Фан, вы ведь взяли с собой сменную одежду? — Что за глупости ты говоришь, — удивилась Юй Пэн, бросив немного осуждающий взгляд на своего ученика. — Естественно! — Тогда, пожалуйста, отдайте, если не хотите, чтобы и её сушить пришлось, — протянул руки юноша, принимая кулёк. Юй Пэн, точно получившая отмашку, стремглав понеслась к обрыву и, прыгнув, полетела в озеро. — Неужто там что-то находится? — взволнованно спросил Сы Чжуй, всё ещё смотря на край обрыва и запоздало кладя ладонь на эфес меча. — Странно, что я ничего не почувствовал… — Правильно, что не почувствовали. Там ничего нет, — сказал Дэмин, подходя к обрыву, и, зажав куль с одеждой под мышкой, поднёс ладони ко рту и закричал: — Хороша ли водичка? — Прекрасна! — донёсся снизу радостный голос заклинательницы. — Но с нашим озером она не сравнится! — Что это было? — задал волнующий всех вопрос Цзинь Лин. — То есть взрослая женщина спрыгнула в озеро просто потому, что хотела? — Да, — усмехнулся Дэмин, отходя от обрывая и начиная собирать хворост для костра. — Разве для всего нужна причина? Или для вас сиюминутное желание не является достаточным? — Да кто в здравом уме позволит себе такое? Она же взрослая! Взрослые так не поступают! — Простолюдины, наслаждающиеся каждым моментом жизни. Коими мы являемся, — произнёс Цзяньпин, вылезший из кустов с парой фазанов в руках. Оглядев озадаченных адептов ордена Лань, молодого господина Цзинь и Дэмина с кулём, спросил: — Она внизу? — Да, — ответил друг, сооружая горку из хвороста. — Я уже гадал, всё ли хорошо. Учитель выглядела напряжённой в последние часы путешествия. — Как видишь, ей мало нужно для счастья, — хохотнул Дэмин, принимая из рук Цзяньпина фазанов. — Не без того, — раздалось совсем рядом. Устремив свои взоры к обрыву, юные адепты лицезрели мокрую, как мышь, но счастливую Фан Юй Пэн. Стоя на цыпочках на парящем тешане, на секунду она показалась им невероятно прекрасной небожительницей, что освещаемая солнцем на дыхании ветра сошла на землю, полную ненужных людских страстей. Но видение рассеялось, стоило ей ступить на траву. Она улыбнулась открыто и произнесла: — Ах, как хороша водичка! О, кажется, я вовремя подоспела! О бог ты мой, чего вы смущаетесь? Неужто ни разу не видели женского тела? Наблюдая как постепенно лица адептов приобретали ярко-алый оттенок, Юй Пэн, стараясь сдерживать вырывающиеся из груди смех, приняла наставительный вид и сказала: — Вам ещё многому учиться и учиться! Лучше возьмите пример с Хань Гуан Цзюна. Он даже бровью не повёл. Вот кому всё равно до телес старой перечницы. — Учитель Фан, вы не старая! — возразил Дэмин, успевший разжечь огонь и методично разбиравшийся с фазанами. — Старая-старая, не пытайся подлизываться, — рассмеялась Юй Пэн, поднимая с земли куль со сменной одеждой и направляясь к густым кустам, покачивая бёдрами. — И хватит стоять столбами. А то как к земле примёрзли. Лучше помогите с нашей трапезой. Как известно, кто не работает — тот не ест. — То есть если мы не поможем, то останемся без еды? — поразился Цзинь Лин такому нахальству. — Ты не посмеешь. — Очень даже, — самым доброжелательным тоном заверила его заклинательница, скрываясь в густых кустах. — Она не шутит, — на полном серьёзе сказал Дэмин. — В этот раз — точно нет, — подтвердил Цзяньпин. — Мы уж точно знаем. Ощутив угрозу остаться без обеда, адепты Гу Су Лань принялись помогать своим попутчикам. Что-что, а возможность полакомиться только что поджаренным мясом они очень не хотели упустить.

***

— О небожители! — с набитым ртом произнесла Юй Пэн, пытаясь справиться с только снятыми с огня фазаном. — Как же вкусно! — Учитель, подождите, пожалуйста, — сказал Цзяньпин, копошась в своей котомке и вручая женщине солонку. — Ваш перец. У нас как раз закончился, и я решил прикупить на ярмарке в одном из городов. — Какой у меня хороший ученик, — растрогалась Юй Пэн, прикрывая ладонью рот. — Заботится в своём учителе даже в своём первом странствии. Как я горда тобой. — … Прошу, — промямлил юноша, передавая ей чуть влажную тряпицу и отчаянно пытаясь скрыть выступающий румянец на щеках. Приняв из рук ученика тряпицу, женщина, проглотив последний прожаренный кусок, щедро посыпанный перцем, вытерла руки от жира и расправила рукава серого ханьфу. Поправив складки, она обратила свой взгляд на уставившегося на неё в упор насупившегося Цзинь Лина. — Молодой господин, вам не по нраву пища простого люда? — Как можно быть такой неаккуратной? — выкрикнул мальчик, вертя в руках самодельный шампур с мясом. — Можно. Когда очень хочется полакомиться жареным фазаном, сидя на природе с приятными людьми после опасной заварушки, из которой все выбрались живыми, — грех не отобедать всласть. Не побрезгуйте, Молодой господин. Хань Гуан Цзюн хоть и благородных кровей, но и он трапезничает с такими, как мы, наслаждаясь каждым укусом. Так что… — Да понял я! — перебил её Цзинь Лин, впиваясь в мясо. — Вот это я понимаю аппетит, — хихикнула Юй Пэн, взирая на сидящего рядом юношу ласково. — Госпожа Фан, — сказал Сы Чжуй, закончив со своей порцией. — Куда вы отправитесь странствовать далее? — Я дойду до центрального тракта и пойду домой. Там у меня полно дел. Здесь же я только потому, что мои дорогие ученики взволновали меня сообщением о «странном лютом мертвеце». Теперь же, когда проблема решена, я не в праве мешать своим ученикам в их странствии. — Может, что-нибудь приобрести, Учитель? — спросил Дэмин, решивший после трапезы прогуляться и наконец вернувшийся. — Мы правда можем. — Я верю тебе. Но что это у тебя в руках? — указывая на круглые алые плоды, горкой покоившиеся на руках Дэмина. — Вы не поверите, я нашёл неподалёку дерево с этими плодами! Они такие сладкие, что сложно остановиться! — О, ты нашёл ямбери*! — встрепенулся Цзинь И, вскакивая с места. — Покажешь, где ты их нашёл? — Конечно! — согласился Дэмин, аккуратно ссыпая плоды на заботливо расстеленную Цзяньпином ткань. — Налетайте, учитель! Мы ещё соберём вам в дорогу. — Конечно, — улыбнулась Юй Пэн, провожая взглядом удаляющихся мальчишек. Дождавшись, когда те скроются, женщина обратилась к оставшемуся сидеть напротив Лань Чжаню. — Хань Гуан Цзюн, я понятия не имею, что здесь творится, но в то, что пытались втравить моих учеников — непонятно даже мне. Город, кишащий мертвецами, в котором энергия застаивалась не один год, который таит в себе немало тайн, — проблема не одного ордена. Боюсь, тебе придётся уведомить главу своего ордена, а он уже Верховного Заклинателя. — Мгм, — согласился с ней Лань Чжань, чуть кивнув. — Всё же какая хорошая погода! В такую только жизнью наслаждаться, да вкусную еду вкушать, а не разбираться с чужими проблемами… — Вэй Ин, — тихо произнёс Лань Чжань, смотря прямо на собеседницу.

***

У Сянь знал. Он предполагал, что блестящий ум Второго Нефрита не позволит ему, уже бывшему Старейшине И Лин, скрыться в лисьем дожде** по имени Фан Юй Пэн. Только не он. Понемногу вспоминая своё бытие мужчиной, он однажды, ради интереса, задумался: кто из его прошлого окружения догадается первым, если встретится с его новой оболочкой лицом к лицу. Изо дня в день, из недели в неделю результат раздумий был одинаковым. Кто приходил в И Лин под предлогом ночной охоты прямиком из Гу Су? Кто шёл ради него на всё, даже если это стоило ему большого наказания? — Вот так просто? — выдохнул Вэй Ин, закидывая ногу на ногу. — Мгм, — ответил Лань Чжань. — Твои ученики говорят твоими словами и действуют твоими поступками. — Приму как комплимент, — сказал Вэй Ин, поправив волосы. — Я… даже не представляю, с чего начать. Признаюсь честно, хочется со всего. Слова застревали в горле и в голове происходил какой-то кавардак. Что это с ним такое? Он же мужчина. Он может собраться и всё рассказать, о чём думал все эти годы. — Как долго ты здесь? — спросил Лань Чжань, решивший начать первым. — Уже шесть лет. Это тело мне пожертвовали добровольно. Предугадывая твой дальнейший вопрос, скажу, что это был очень качественный ритуал. Я бы мог сбежать в случае неточного желания жертвующего. Но эта женщина чётко его сформулировала, надежно привязав меня к тому месту, где жила. — Ты не пытался обойти его? — спросил Лань Чжань, смотря пристально, выжидающе. — Лань Чжань, ах Лань Чжань, какого ты обо мне мнения? — наигранно-обиженно спросил его Вэй Ин. — Пытался, конечно. Не единожды. Как-то раз, когда я решился и собрался переступить порог того дома, мне вдруг стало тяжело дышать. Тело точно свинцом налилось. Я не особо помню, что со мной тогда было. Мне показалось, что я вернулся в тот момент, когда меня драли на части мои же призванные мертвецы. Только в этот раз рвали мою душу. По кусочку, отщипывая медленно, приговаривая: «Ты обещал», «Моя дочь», «В безопасности». Только после того, как я нашёл в себе силы и отпустил свой замысел о побеге, пытка остановилась. С тех пор я оставил мысли о подобном. Во избежание повторения. — В Гу Су могли бы решить эту проблему, — сказал Лань Чжань ровно. В прошлом бы Вэй Ин подумал, что Хань Гуан Цзюну всё равно. Что он просто хочет решить сложную загадку, чтобы продвинуться в своём совершенствовании. Но живя на забытых землях, в окружении таких разных ребятишек, У Сянь заметил, как Цзяньпин напоминает Лань Чжаня. Он мог выглядеть невозмутимо, хмурить брови в раздражении, сердиться, когда его отвлекают. Но однажды, когда на похвалу тот хмыкнул устало, он развернулся так, что У Сянь заметил заалевшие уши. Откровение, открывшееся ему так внезапно, пролило свет на многое. — Лань Чжань, не стоит. Я понимаю, что ты хочешь как лучше. Но там хорошо. Приятные люди, привыкшие ко всякому, безбрежные леса, чистое озеро, в ясные деньки похожее на сияющую драгоценность. Ты и сам можешь убедиться в этом! Приходи в эти края. Пусть они и за пределами империи, но на мече туда можно за несколько часов долететь. — Ты приглашаешь меня? — Конечно! — улыбнулся У Сянь, неотрывно смотря в невозмутимое лицо Хань Гуан Цзюна. «Ты столько раз звал меня к себе, всякий раз натыкаясь на глухую стену моего упрямства. Пришла и моя очередь. Может быть там, в месте, которое стало для меня «домом», я и смогу рассказать тебе всё, не таясь».