О том, что между ними

На небо выходит яркая полная луна. Они стоят на опушке леса, чего-то выжидая. Бакуго косится в сторону, а потом делает шаг к призраку. Тот сразу заметно вздрагивает и переводит свое внимание к нему. Пальцы впиваются в рукоятку фонаря. Он уже догадался, что его сейчас ждет. Бакуго облизывает свои губы, а потом наклоняется вперед. Быстро, сразу же утыкаясь носом в воротник капюшона. Изуку стоит на месте, даже не двигается. Кажется, что он и не дышит. Хотя дышит ли он вообще? Призрак парит над землей и послушно выжидает момента, когда оборотень сделает то, что делает всегда. И он дожидается. Тот сначала порыкивает себе под нос, фырчит, словно играется, как какой-то домашний песик с резиновой косточкой. Смещается. Немного отстраняется, потому что иначе ему мешает ткань и бант, которые буквально лезли в рот, и снова подается вперед, закапываясь лицом внутрь капюшона. Ткань натягивается на голову, и Бакуго слышит только тихое и недовольное урчание со стороны призрака. Его лицо морщится, и Кацуки чувствует это физически, потому что призрак явно пытается вырвать себе немного больше места, елозя в крепкой хватке оборотня. Но при всем при этом, Изуку не пытается вырваться, только принять позу поудобнее. Капюшон каким-то чудом продолжает держаться на голове призрака, хотя по всем законам физики должен был уже давно свалиться. Даже шапочка не сваливается, которая, кажется, была приклеена к нему. Весь Изуку — аномален, не поддается законам физики. По итогу Кацуки оказывается практически закопанным в капюшон. Его грязноватые лохматые пряди щекочут призраку веснушчатую щеку и нос, но Мидория только прикрывает глаза. Ему не очень-то удобно в таком положении, но раз Кацуки нравится — он потерпит. Блондин шумно втягивает носом воздух, словно до этого задерживал дыхание, а теперь ему наконец позволено вдохнуть. Тычется носом сначала в скулу, ластясь, а потом смешно фыркает, проводя носом по холодной коже к шее. Его кончик носа, в отличие от оставшегося тела, ледяной, а иногда он вообще кажется мокрым, пусть это и не так. И, наверное, он куда холоднее самого Мидории, раз тот так отчетливо ощущает разницу в температуре. Раньше он дергался каждый раз, чувствуя прикосновение носа к себе, но сейчас привык. Временами призрака перекрывает. В такие моменты он, несмотря на собственное смущение, когда его тыква полыхает ярко-алым пламенем, касается пальцами лица Бакуго, поглаживает чуть выпирающие скулы, крепкий подбородок, а потом накрывает ладонями рот и нос волколака. Бакуго никогда не понимал, зачем он так делает. Первое время он вообще огрызался, не позволяя призраку даже коснуться себя, а потом как-то смирился с этим, лишь сверля Изуку раздраженным взглядом. Однажды он все-таки спросил, чем тот занимается, но в ответ получил короткое: — Холодный нос, — и Кацуки сразу понял, что к чему. Хотя смысла в действиях духа не видел. Вряд ли у него как-то получится согреть эту часть тела. Да и зачем? Изуку вообще редко говорил. Редко и мало. Голос его был тихим, скрипучим, и Бакуго мелко передергивало первое время, когда они только познакомились. Голос пробирал до костей, холодил, словно въедался через кожу и просачивался в кровеносные сосуды, разнося по всему организму страх и ужас. Да, Изуку и вправду был пугающим, в определенные моменты, но стоит привыкнуть, и сразу становится понятно, что на самом деле призрак совсем не страшный. Наоборот, он тебя испугается быстрее. Чем Бакуго в последствии и стал активно пользоваться, и привидение позволяло делать с собой буквально все. Бакуго блаженно закрывает глаза. Позволяет себе расслабиться. В очередной раз он вдыхает полной грудью, жмурится, он мелко вздрагивает, а потом замирает, принюхиваясь. Почему-то Изуку пахнет трясиной, какой-то затхлой тухлятиной. Словно он только что вылез из болота, разве что мокрым не был. Хотя могут ли призраки намокать? И если верхняя часть Изуку была хоть насколько-то материальной, то что там, внизу? Бакуго ненадолго задумывается над этим. Наверное, все-таки ниже талии вряд ли будет стекать вода. Но надо это обязательно проверить. В общем, определенно не самый приятный запах в жизни каждого, но Бакуго к нему привык. Почти сразу. Если бы его просто так кто-то спросил, до его личного знакомства с Изуку, как пахнут призраки, Бакуго для начала ответил бы, что никак. Это же, блять, призрак. Но если подумать хорошенько, попытаться представить, то именно что-то такое, холодное и мокрое, на ум и приходило. К слову, одно такое болото было в том самом лесу, где они с Изуку часто прогуливались. Почему-то не думать об этом не получается. Расслабленность как рукой сняли, и Кацуки угрожающе зарычал в ухо. Вот именно сейчас ему не хотелось размышлять над этой глупой и никому не нужной деталью. Изуку при этом что-то буркнул про себя, хотя это больше походило на скрип двери, а после заткнулся. Бакуго мог поклясться, что сейчас призрак косится в его сторону, пытаясь что-то рассмотреть, понять, что вызвало у блондина такую реакцию. Но вряд ли он смог бы что-то увидеть. Если так подумать, то Изуку действительно может пахнуть болотом из-за болота. Призрак проводил достаточно времени в лесу, где иногда его находил оборотень. Он мог просто прогуливаться по округе, как неожиданно из куста мог вылететь дух, который, стоит ему заметить Бакуго, радостно верещит. Хотя и понял это Кацуки не сразу. Все же звуки, издаваемые Мидорией, радостными назвать было сложно (а верещанием так уж тем более), а эмоции — так вообще отсутствуют на лице. Только свет фонаря начинал переливаться от желтого к теплому оранжевому, а вырезанная мордочка показывала улыбку. Изуку вообще следовал за оборотнем чуть ли не с их первой встречи. Ни за кем так не летал, как за ним, а спросишь, почему так — просто пожимает плечами. В лесу, в котором они проводили немало времени вместе, было всегда грязно и сыро. Словно там целыми днями шли дожди, но, сколько Бакуго пробыл времени в этом мире, так ни одна капля не упала с неба. Однако болота не пересыхали, и Мидория мог днями торчать там. Вроде бы в нем водилась какая-то зеленая хреномуть, с которой и сдружился дух. Может, каждый раз, когда они встречаются, она утягивает Мидорию на самое дно, из-за чего тот в конце концов и пропитался запахом трясины? Еще и сам весь зеленый, грязный такой, из-за чего он больше напоминает не призрака, а какого-нибудь каппу*. Еще и светится, хоть и слабо, каким-то зелено-синим светом. Надо где-то отыскать огурец и подсунуть призраку. Тогда уж точно получится узнать, призрак он или только притворяется. Помнил бы Кацуки, как пах Изуку в их первую встречу, точно сказал бы, виноват в этом тот болотный чудик или же это нормально. Нормально для призраков или хотя бы для Изуку конкретно. Бакуго вообще больше призраков лично не встречал, а это было достаточно странно.