Теа

      — Колин, я ухожу! — красивая рыжеволосая женщина заперла взмахом палочки дверь своего кабинета и поправила сумочку на плече. — Ты остаешься?       — Да, Джинн, — отозвался из соседнего помещения мужской голос. — Мне еще поработать нужно, в завтрашнем номере статьи не хватает! Хорошего вечера!       — И тебе того же, — фыркнула Джинни, двинувшись в сторону выхода из редакции.       Статьи не хватает… Конечно не хватает! Откуда ей взяться, если в этом унылом болоте, именуемом магической Британией, в последнее время ничерта не происходит? Никаких скандалов, никаких происшествий, ни одной даже самой завалящей сенсации! Джинни эта «тишь, гладь, божья благодать» порядком раздражала. Она прямо-таки физически чувствовала, как ее талант чахнет под гнетом повседневной рутины, а ведь она способна на большее! О, еще как способна!       Женщина вышла на улицу и с удовольствием ощутила на лице дуновение вечерней прохлады. Или точнее сказать, ночной.       Джинни наколдовала Темпус.       Ну, так и есть. Время уже заполночь. Но сразу аппарировать домой нет никакого желания. Джинни глубоко вдохнула свежий воздух. Пустынный переулок магического квартала, где располагалась редакция «Пророка», манил своей тишиной и прохладой, словно приглашая неспешно прогуляться под звездами.       Почему бы и нет?       Женщина откинула за спину длинные, идеально прямые волосы и медленным прогулочным шагом пошла вперед. В голове неспешно крутились привычные мысли, появляющиеся каждый раз, когда она оставалась наедине с собой.       Тяжелые мысли, душные. О набившей оскомину скучной работе. О не сложившейся личной жизни. О бесконечном, тотальном одиночестве… и о том, за что ей все это? Чем она заслужила такую судьбу? Тайная комната, война, смерть Фреда, проклятый Поттер, едва не сломавший ей жизнь, неудачный брак с Невиллом… Черт возьми, да даже семья отвернулась от нее после той истории с…       Джинни остановилась и раздраженно тряхнула головой.       Вспоминать об этом не хотелось. Так же, как и о предательстве родных. Она вычеркнула их из своей жизни, заставила себя считать их умершими. Всех, кроме Рона. Он единственный поддержал ее тогда и вслед за ней разорвал все связи с отцом и старшими братьями. Ну и пусть. Пусть у нее будет лишь один близкий человек на всем белом свете, ей большего и не надо.       Не надо…       Джинни внезапно ощутила приступ дурноты. По телу волной прокатилась слабость, перед глазами поплыли темные круги.       Что это?       С трудом удерживая равновесие, она привалилась спиной к стене дома. В ушах нарастал пугающий гул, колени предательски подкашивались, лоб покрылся холодным потом…       Затуманенный взгляд скользнул по пустынному переулку. Никого… или? Краем глаза Джинни уловила какое-то неясное движение справа от себя.       — Что с вами? Вам плохо? — обеспокоенный женский голос ворвался в гаснущее сознание.       — Помо… помогите, — немеющими губами прошептала женщина, сползая по стене вниз.       Кто-то подхватил ее уже у самой земли, не дав упасть. Последним, что она увидела, были яркие, словно светящиеся, глаза напротив, а затем все померкло.

***

      — Что с Джинни? Где она?!       Дежурный целитель Роули обернулся на голос. К нему стремительным шагом приближался заместитель Главы аврората.       — Доброй ночи, мистер Уизли, я…       — Что с моей сестрой?! — рявкнул Рональд, сверкнув глазами.       — Прошу вас, не кричите, пациенты спят, — попытался успокоить его Роули, но добился обратного эффекта.       Рыжеволосый мужчина скрипнул зубами и неожиданно схватил его за ворот мантии, дернув на себя.       — Или ты немедленно скажешь мне, где Джинни, или я…       — Мистер Уизли, — как можно более ровно произнес колдомедик, — не нужно так нервничать. С вашей сестрой все в порядке. У нее случился сосудистый спазм, вследствие чего она потеряла сознание на улице, но, к счастью, ее вовремя заметила прохожая и доставила к нам. Сейчас мисс Уизли спит, ей необходим покой, — он посмотрел в заметно посветлевшие глаза напротив. — А теперь, не могли бы вы отпустить меня?       Рональд шумно выдохнул и разжал хватку.       — Извините, — буркнул он, яростно взъерошив волосы, — тяжелая смена, я двое суток на ногах, а тут еще…       — Я понимаю, — великодушно отозвался Роули, поправляя мантию. — Кстати, та девушка, которая помогла вашей сестре, все еще здесь, если вы хотите…       — Где она?       — В кафетерии. Она и сама выглядела не слишком здоровой, но от обследования отказалась, и я предложил ей перекусить.       — Хорошо, — Рон устало потер глаза. — Я пойду, найду ее, но если Джинни проснется…       — Конечно, я сразу же сообщу, мистер Уизли.

***

      Девушка действительно обнаружилась в кафетерии.       Хрупкая, неестественно бледная, с растрепанными темными волосами, она и правда выглядела несколько болезненно. А резко очерченные скулы и длинноватый нос только усиливали это впечатление.       — Здравствуйте, — Рон подошел к столику, за которым она сидела, грея руки о чашку кофе, и плюхнулся на свободный стул. — Это вы помогли моей сестре?       Откровенно говоря, у него не было ни сил, ни желания общаться с кем-либо, но элементарная вежливость требовала хотя бы поблагодарить. Однако, в тот момент, когда девушка подняла на него взгляд, все мысли о хронической усталости и паршивой смене разом вылетели из головы.       С худого, бледного и, в общем-то, не слишком привлекательного лица на Рона смотрели поразительной красоты глаза. Теплые, странного янтарно-желтого цвета, в глубине они мерцали золотистыми искрами, завораживая не хуже болотных огней.       — Если вы брат той женщины, что упала в обморок на улице, то да, это я, — негромко ответила девушка, не отводя взгляда, а Рон вдруг понял, что ему сложно сосредоточиться.       — Спасибо вам, — наконец пробормотал он, поняв, что пауза затянулась. — Меня зовут Рональд Уизли.       — Очень приятно, Рональд, — девушка протянула ему руку, в глубине ее глаз вспыхнул лукавый огонек, — а я Теа.       — Теа, — эхом повторил Рон, осторожно пожимая тонкую кисть.       Имя у нее тоже было красивое. Вкусное. Легкое. Словно тающее на языке… И откуда в нем взялась вдруг эта поэтичность?       Рон тряхнул головой.       — Что-то не так? — с легким недоумением спросила Теа, вновь обхватывая ладонями чашку с почти остывшим кофе.       — Все в порядке, просто тяжелый день, — буркнул Рон, уставившись на ее руки.       Это почему-то казалось ему безопаснее, чем смотреть в глаза.       Тонкие пальцы с короткими, аккуратно подпиленными ногтями, слегка обветренные розоватые костяшки, узкие запястья с полупрозрачной кожей, под которой отчетливо выступали голубые венки… Взгляд скользнул чуть дальше и зацепился за витой серебряный браслет, выглядывающий из-под рукава кожаной куртки.       — Может, кофе? — легко предложила Теа, и Рон машинально посмотрел ей в лицо.       — Отличная идея.       Девушка улыбнулась краешком губ и, поднявшись со стула, отправилась к дальнему столу с горячими напитками. Рон проводил ее задумчивым взглядом.       Сколько ей лет? Восемнадцать? Двадцать? Еще совсем ребенок, а как держится… Ни разу не отвела взгляд первая, да и наверняка заметила, как он пялился на ее руки, но не напряглась ни на секунду. Подобную естественность и у взрослых людей не часто встретишь.       Рон отмечал все это на автомате, не сосредотачиваясь. Привычка, выработанная за годы службы в аврорате позволяла ему подмечать такие детали бессознательно, на уровне рефлексов.       Интересно, она местная?       — А вот и кофе, — на столе перед Роном появилась кружка с ароматным напитком, неуловимо отдающим корицей, Теа вернулась на свой стул. — Надеюсь, с вашей сестрой все будет в порядке?       — Спасибо, — Рон обхватил ладонями нагретые керамические бока кружки и посмотрел на девушку. — Да, Роули сказал, что это был какой-то спазм… Вы видели, что с ней случилось?       Теа пожала плечами.       — Я шла мимо, увидела, что женщине плохо. Она выглядела очень бледной, явно теряла сознание… я подумала, вдруг что-то серьезное, и подошла, а она как раз в этот момент отключилась.       — Вы и сами выглядите уставшей, — заметил Рон, делая осторожный глоток. — Вам, наверное, нужно домой.       Девушка рассеянно запустила пальцы в густые волосы, и Рон внезапно вздрогнул.       — Проблема в том, что у меня пока нет дома, — Теа отчего-то слегка виновато улыбнулась.       — Как это?       — Понимаете, я только сегодня прибыла в Англию, — пояснила девушка. — У меня здесь нет знакомых, но мне посоветовали гостиницу для волшебников, которая находится где-то недалеко от того места, где я встретила вашу сестру. Я как раз ее искала, вот только забыла название…       — Дырявый котел, — подсказал Рон и слегка поморщился. — Клоповник.       — Ну, особого выбора у меня нет, — округлив глаза, сообщила девушка. — Тем более, я приехала ненадолго. Так, на экскурсию… Всегда мечтала побывать в Англии!       — Вы из штатов? — поинтересовался Рон, отметив почти полное отсутствие акцента.       Теа засмеялась.       — Нет, я живу во Франции…       — Мистер Уизли! — раздался вдруг рядом голос Роули. — Вы просили сообщить, если Джинни проснется. Я, конечно, настаиваю на том, чтобы ближайшие сутки ее никто не беспокоил, но она очень хочет вас видеть.       — Да, конечно, — Рон отодвинул чашку с недопитым кофе и, поднявшись на ноги, обернулся к девушке. — Теа, пойдемте со мной. Заглянем к Джинн, а затем я провожу вас до Дырявого котла, чтобы вы снова не заблудились.       — О, я буду вам очень, очень признательна! — мгновенно согласилась она, и Рон был ей за это искренне благодарен.       Его всегда раздражало, когда в ответ на предложение помощи люди, а особенно девушки, начинали мямлить что-то о неудобстве и нежелании напрягать других.       — Отлично, тогда идем.

***

      — Рон, — едва брат вошел в палату, Джинни почувствовала, как в глазах закипают слезы. — Рон, забери меня отсюда…       — Эй, ты что? — он присел рядом с ней на кровать, и она заметила, насколько измотанным он выглядит.       Трехдневная щетина, красные от недосыпа глаза, сероватый цвет лица… а в глубине глаз плещется беспокойство. Он волнуется за нее. Единственный человек в мире, которому есть до нее дело.       Джинни всегда считала себя сильной. Смелой, самодостаточной, не нуждающейся ни в чьей опеке и защите. Будучи младшей в огромной семье, она с детства страстно жаждала одиночества, возможности жить самостоятельно, ни от кого не зависеть и ни перед кем не отчитываться. И, надо сказать, она своего добилась. К своим тридцати семи годам она стала обеспеченной, успешной женщиной, знаменитой на всю страну и способной позволить себе хорошую квартиру в центре магического Лондона.       Но тогда, в переулке, поняв, что вот-вот потеряет сознание, Джинни впервые по-настоящему испугалась.       Потому что вдруг очень отчетливо поняла, что если с ней что-то случится, этого никто не заметит. В редакции у нее был свободный график и маловероятно, что ее отсутствие кого-то обеспокоило в ближайшие несколько дней, с Роном они тоже общались не часто, обычно встречались раз в месяц за чашкой кофе… а больше у нее никого не было. Вообще.       Отчаяние захлестнуло горячей волной, заставив слезы покатиться по щекам.       — Рон, я тебя умоляю, забери меня, — она вцепилась в его руку мертвой хваткой. — Я не хочу быть здесь, не хочу быть одна!       — Джин, тебе нужен уход, — Рон накрыл ее судорожно сжатые пальцы ладонью. — А я не могу сейчас быть с тобой, мне нужно возвращаться на работу…       — Да к черту твою работу! — Джинни почувствовала, как от безысходности у нее начинается истерика. — Ты можешь хоть раз забыть про нее ради меня?!       — Прекрати вести себя как ребенок! — на смену беспокойству в голосе Рона пришло раздражение. — Ты прекрасно понимаешь, где я работаю! Мне через несколько месяцев светит повышение, и я не могу на все наплевать ради твоих минутных капризов!       — Это не каприз! — крикнула Джинни, вырывая руку. — Я просто не могу так больше, понимаешь? Я не могу постоянно быть одной!       — Не можешь быть одной — заведи любовника! Я тебе не нянька! — рявкнул Рон, резко поднимаясь на ноги и запуская пальцы в волосы. Но затем, взглянув в залитое слезами лицо сестры, смягчился. — Джин, я понимаю, тебя прижало. У меня тоже такое бывает, но это пройдет. Надо просто потерпеть…       — Рон, я устала, — обреченно выдохнула Джинни. — Я устала постоянно терпеть, устала уговаривать себя, что все хорошо, потому что на самом деле все ничерта не хорошо! Наша жизнь — дерьмо. Я каждый вечер возвращаюсь в пустую квартиру, ты сутками пропадаешь на работе, потому что тебе тоже не к кому спешить домой, и можно убеждать себя сколько угодно, что это предел наших мечтаний, но факт в том, что это ложь! — голос сорвался, слезы потекли с утроенной силой, и Джинни запрокинула голову. — Я скучаю по прежним временам, Рон, — тихо добавила она, глядя в пустоту перед собой. — Никогда не думала, что скажу это, но время войны с Волдемортом было самым счастливым в моей жизни. Тогда у меня было все — друзья, любовь, приключения. Ты же тоже был счастлив, помнишь? Пока вы с Гермионой не расстались…       — Тебе напомнить, почему мы расстались? — сквозь зубы прошипел Рон. — Она предала нас! Тебя и меня! Защищала Поттера до последнего, наплевав на всех вокруг! Не удивлюсь, если она изменяла мне с ним у меня за спиной! Слышать о ней не хочу! Никогда! Поняла?       Джинни подняла на него больной взгляд.       — Гарри не только тебе жизнь испортил, — хрипло сказала она. — Но он мертв уже пятнадцать лет, а мы живы…       — Он сам в этом виноват! — яростно выплюнул Рон. — Если бы он послушал нас, если бы не уперся рогами, у всех все бы было хорошо! Мы же пытались помочь ему, все пытались, а он послал нас и сам подписал себе приговор!       — Так ты успокаиваешь свою совесть? — внезапно очень тихо спросила Джинни, глядя в горящие ненавистью глаза брата. — Говоришь все это себе, чтобы тебя не мучило чувство вины за его смерть?       — Что ты несешь? — выдохнул Рон, замерев. Его лицо побелело как полотно.       Джинни криво усмехнулась.       — Я была там, помнишь? Я все видела. Вы тогда сказали всем, что не знаете, чье именно заклятие попало в него, чтобы те, кто был на стороне Поттера не начали мстить убийце, а я сделала вид, что ничего не заметила, но я солгала. Я видела, что именно ты выпустил ту Аваду ему в спину. Возможно, если бы не это, ему бы снова удалось сбежать.       — Как ты смеешь обвинять меня в этом?! — с бешенством процедил Рон. — Я спасал тебя! И себя, и всех остальных! Помнишь, что случилось, когда его пытались схватить в первый раз? Он был опасен!       — Я не обвиняю тебя. Мне просто интересно, ты действительно ни капли не раскаиваешься в том, что сделал?       Рон нехорошо сощурился.       — А как насчет того, что сделала ты?       — Это другое, — Джинни побледнела.       — Да ну? Ты же тоже предала Гарри, помнишь?       — Он сам в этом виноват! — закричала женщина. — Любая так поступила бы на моем месте!       — И на моем тоже! — рявкнул в ответ Рон.       На несколько мгновений в палате воцарилась звенящая тишина. Во взгляде Рона горело бешенство, в глазах Джинни плескалось отчаяние.       Наконец, женщина отвела взгляд.       — Извини. Не стоило вспоминать об этом.       — Не стоило, — все еще раздраженно, но уже спокойнее буркнул Рон и провел ладонями по лицу. — Ладно, если ты не хочешь оставаться здесь, я договорюсь с Роули, чтобы он отпустил тебя домой и… черт! — он вдруг прикрыл глаза. — Я же еще Тею обещал проводить.       — Кого? — не поняла Джинни.       — Девчонку, которая тебе помогла, — отмахнулся Рон. — Она не местная, приехала в Лондон на экскурсию, собирается остановиться в Дырявом котле.       — Да, я помню, — Джинни, нахмурившись, потерла лоб. — Она подбежала, когда я уже почти упала… А где она?       Рон, пожав плечами, открыл дверь и выглянул в коридор.       — Роули! Где та девушка? Позови ее, пожалуйста, и принеси вещи Джинни. Да, я ее забираю, — он вернулся в палату. — Слушай, может попросить кого-то из твоих подруг посидеть с тобой?       Джинни мрачно посмотрела на него.       — Каких подруг, Рон? Этих змей подколодных, которые вьются вокруг меня, надеясь засветиться в прессе? Или коллег, которые только и ждут момента, чтобы занять мое место?       — А что, с нормальными людьми общаться нынче не модно? — язвительно спросил Рон. — Что ж ты окружаешь себя такой сволотой?       — А сам-то? — огрызнулась Джинни. — Много у тебя настоящих друзей, на которых можно положиться в трудный момент?       Рон не успел ничего ответить. Дверь вновь приоткрылась и на пороге появилась молодая девушка в джинсах и кожаной куртке.       — Извините, — она, очевидно, заметила, что прервала их разговор, — Дерек сказал, вы меня звали…       — Дерек? — Рон удивленно поднял брови.       — Ну да, — девушка махнула рукой в сторону коридора. — Целитель Роули. Мы с ним поболтали немного, он очень милый…       — А вы легко сходитесь с людьми, да? — Рон как-то невесело усмехнулся.       — Не знаю, — девушка, казалось, растерялась. — Да?       — Джинн, познакомься, это Теа, — вместо ответа произнес Рон, жестом приглашая ее пройти в палату.       — Очень приятно, — Теа подошла к кровати и протянула руку, — вам лучше?       — Да, спасибо, — Джинни неуверенно пожала протянутую ладонь и взглянула в теплые янтарные глаза. — Спасибо, что не прошли мимо.       — Да у нас как-то не принято бросать людей в беде, — девушка пожала плечами и улыбнулась.       — Теа приехала из Франции, — пояснил Рон.       — Здорово, — Джинни отчего-то ощутила, как в присутствии Теи атмосфера в палате стала легче и приятнее, и тоже слабо улыбнулась. — У меня была одна родственница-француженка… — она осеклась. — Вы учились в Шармбатоне?       — Нет, к сожалению, я училась дома, — Теа забавно наморщила нос. — Много болела в детстве.       — О, прости…       — Ничего, — легкомысленно отмахнулась девушка. — В этом даже есть свои плюсы! Ну, знаете, круглосуточный доступ к еде, учителя приходят во второй половине дня, никаких соседок в комнате, — она понизила голос до заговорческого шепота, а затем засмеялась, и смех ее оказался таким заразительным, что Джинни невольно рассмеялась в ответ.       В этот момент на пороге появился колдомедик.       — Ваши вещи, мисс Уизли, — он положил на стул рядом с кроватью легкий плащ и сумочку и, нахмурившись, посмотрел на женщину. — Я, конечно, не имею права удерживать вас здесь, но я настаиваю на том, что в ближайшие несколько дней вам небезопасно оставаться в одиночестве. Поймите, что ваш приступ может повториться, и необходимо, чтобы рядом был кто-то, кто присмотрел бы за вами…       — Спасибо, мистер Роули, — холодно ответила Джинни. — Я учту ваши рекомендации, — она проводила недовольного целителя взглядом и хотела уже начать собираться, как вдруг ей в голову пришла неожиданная идея. — Послушай, Теа, — она обернулась к девушке, — тебе ведь нужно жилье, так?       Та кивнула.       — Да, я как раз собиралась поселиться в Дырявом котле…       — К черту эту свалку! — перебила ее Джинни. — Как ты смотришь на то, чтобы пожить у меня?       — У вас? — Теа удивленно подняла брови. — Но…       — Я живу одна, у меня есть гостевая спальня, но нет того, кто мог бы «присмотреть» за мной по совету Роули, — продолжала Джинни. — Соглашайся, тебе не придется платить за жилье, а я, когда приду в норму, могу устроить тебе экскурсию по магическому Лондону, — она улыбнулась.       Теа рассеянно почесала бровь.       — Ну, в принципе, я не против…       Внезапно Рон, до этого молча наблюдавший за их диалогом, кашлянул привлекая внимание.       — Кхм, Теа, простите, вы не оставите нас на минуту?       — Да, конечно, — слегка растерянно пробормотала девушка и вышла.       — Ты что творишь? — зашипел Рон, едва за ней закрылась дверь. — С ума сошла?       — А что такого? — понизив голос, округлила глаза Джинни. — Ты же сам сказал, что ты мне не нянька! Девочке негде жить, а мне нужна компания, так почему бы нам с ней не помочь друг другу?       — Что такого?! Джин, ты понимаешь, что собираешься пригласить к себе в дом совершенно незнакомого человека? — Рон постучал согнутым пальцем по лбу.       — Она кажется довольно милой, — невозмутимо возразила женщина, надевая плащ.       — Милой? Вы знакомы пять минут! Что ты вообще знаешь об этой девице? Она может оказаться воровкой, преступницей, кем угодно!       — Рон, у тебя паранойя, — Джинни закатила глаза. — Она же еще ребенок! И, к тому же, она помогла мне…       — Это еще ничего не значит!       — Для меня значит, — жестко ответила Джинни. — И вообще, какого черта ты указываешь мне, что делать?       — Потому что я твой брат! И двадцать лет работаю в аврорате! Знаешь, сколько я таких «девочек» насмотрелся за это время на работе?       — Вот и катись на свою работу, — фыркнула Джинни. — Она же тебе важнее, чем родная сестра! А я буду поступать так, как считаю нужным. Отойди, — она решительно отодвинула Рона и прошла мимо него к двери. — Теа, ты еще здесь? Отлично! Мы можем идти.