Архитектура любви

— Вам всё нравится? А то вы подозрительно молчите, — ухмыляется начальница, закидывая себе в рот креветку. Марине нравится одно только присутствие Волковой рядом, а остальное уже и не важно. Смущает немного место. Довольно дорогое кафе, которое находится в десяти минутах от офиса. Как ни странно женщина и девушка пошли до этого заведения пешком, дыша весенним расцветающим воздухом. Марина с Алёной обычно ходят либо в KFC, либо в небольшое кафе «Миндаль» с отличным внутренним дизайном. По ценам выходит стабильно и недорого, девушка наедается на целый день, да и атмосфера ненапряжная. Правда первый вариант старается исключать, так как фигуру можно быстро потерять. А Виктория Владимировна повела её в немного пафосное место, дорогой дизайн, «дорогие» люди внутри, меню с завышенными ценами — ощущение, что они пришли в ресторан на вечерний ужин. Марина и смущает тот факт, что пообедать также вкусно и намного дешевле можно и в других местах, эта роскошь абсолютно ни к чему. Женщина выбрала ризотто с креветками, а Марина обычную пасту с морепродуктами. В итоге цены оказались в три раза дороже, чем в обычном месте для смертных людей. — Конечно, всё. Но больше всего мне нравитесь Вы, — проговаривает Марина немного улыбаясь и несмотря на Волкову. Бам. Буц. У начальницы падает вилка и ударяется со звонким звуком об тарелку. Марина тут же подняла глаза на Викторию Владимировну и встретилась не с очень одобряющим взглядом. Викторию повергло это в шок. Так открыто заявлять об этом — дико. Она и так уже знает, поэтому громких слов не требуется. Но слова, тем не менее, ударяют прямо в самое сердце. От одной фразы у женщины начинает приятно стягивать низ живота. Девушка влияет на её эмоциональное состояние лишь одной фразой. — Вот это реакция, спокойней, — уголки губ Марины поднимаются вверх, и она стреляет ухмылкой в сторону начальницы. — Так Вы не ответили на вопрос, — быстро перевела тему начальница, нервно проверяя свой телефон. Женщине кажется, что она под вечным устремленным надзором. Они сидят друг напротив друга, поэтому девушка то и дело смотрит заинтересованным взглядом в сторону Виктории Владимировны. — Да, всё отлично, вкусно. Но, — делает паузу Литвинова, осмотревшись вокруг, — в следующий раз пойдем в менее престижное заведение. Марина рискует. Причем всем. Рискует получить жёсткий выговор от начальства за переходящую грань. Волкова пододвигается ближе к столу, и расстоянии между сидящими немного уменьшилось: — А кто сказал, что будет следующий раз? — тихо произносит Виктория не своим голосом, отчего у Марины появляются мурашки на коже. Что творит с ней эта женщина? Она сама ходит по тонкому лезвию ножа, заигрывает, флиртует. Для зеленоглазой это остается непонятным. — Это уже Вы сами решите, может быть даже захотите, — отвечает девушка. — Вы живёте с родителями или как? — Или как, — немного дерзит девушка. — У Вас кто-то есть? — В плане? — притворившись глупой, спросила девушка. — В этом самом плане, — серо-голубые глаза взглянули в зеленые и проникли в душу. — Ох, если Вы об этом, то нет, живу я одна. Родители даже не в Москве проживают, а в Твери. Я собственно оттуда. Получилось, что поступила в универ сюда и начала взрослую самостоятельную жизнь во всех её представлениях. — Я не знала, что ты приезжая, — опять этот быстрый переход с «Вы» на «ты». Марине нравятся такие изменения в женщине, когда она немного расслабляется и становится совершенно обычной без своих принципов. — Еще один факт обо мне. А Вы давно в браке? Счастливы? Девушка хочет немного надавить на женщину, понимая что это опасно. — Я не хочу это оглашать, к тому же мы с Вами не в тех отношениях немного, — Виктория стремительно сделала шаг назад. Испугалась, что переход на более доверительные отношения грозит ей. — Виктория, — зеленоглазая замолчала, утонув в этих искренних глазах, которые выдают Волкову. Они сидели за дальним столиком, где собственно говоря уже практически никого не было. Литвинова протянула свою руку к руке начальницы, лежащей на столе. Лишь положила сверху и осталась неподвижной. Разряд тока прошелся по обеим. — Владимировна, — продолжила девушка спустя, — Вы сами спрашиваете у меня такие вопросы, поэтому я хочу узнать Вас немного больше тоже. Вы можете мне доверять. Не стоит постоянно прятаться в свой кокон. Наверное, первый раз за их знакомство начальница действительно вслушивалась в каждое слово, произнесенное девушкой и внимательно смотрела в глаза. Ей было плевать, что рука её подчиненной находится на её руке и это будни, где присутствуют куча людей. Руки пришлось разъединить в разные стороны, так как их идиллию нарушил официант, который просто спросил «Всё ли у них нормально». Виктория, не растерявшись, попросила принести счёт. — Вы правы отчасти. Я в браке 16 лет. Вышла когда мне было двадцать два года, молода и невинна. Счастлива ли я? Не знаю ответа на этот вопрос. Единственное, что меня радует так это счастье в глазах сына. Да и вообще к браку привыкаешь, это определенная стабильность. — Стабильность — это скучно и не интересно. Неужели Вам не хочется чего-то эдакого? — Вы еще слишком молодая, чтобы понять. Все равно стабильность иногда терпит крах, с этим ничего не поделаешь. — Например? — с любопытным взглядом спрашивает девушка. — Например как у меня, Вы хотите всеми силами разрушить мою стабильность. У вас неплохо это получается, — женщина резко отворачивается в сторону идущего к ним официанта и старается держать себя в руках. Марина же тем временем мысленно пребывает в лёгком шоке, то и дело непрерывно моргает глазами дабы проверить сон это или нет. — Ваш счёт, — идеальным голосом проговаривает официант, — у Вас по карте или наличными? — Наличными, — доброжелательно ответила женщина молодому парню, который то и дело стрелял глазками в сторону начальницы. Официант отошёл от их столика, оставив счёт. Зеленоглазая молниеносно протянула свою руку к маленькой коробочке с чеком, как Волкова сделала тоже самое. — Я оплачу, отдайте, — Виктория тянет коробку ближе к себе. — Нет, я оплачу сама за себя, Виктория Владимировна, — настаивает на своём девушка, не отпуская коробочку из рук. — Марина, это я Вас пригласила в такое заведение, мне не тяжело это сделать. — А мне не тяжело самостоятельно оплатить, я не привыкла к поблажкам. — Давайте еще устроим спор на эту тему прямо здесь. В самом деле, Марина, не воспринимайте этот знак по-другому. Я правда прошу Вас отдать счёт, я хочу заплатить за Вас, и это не обсуждается. «Прошу Вас», — прокручивается в голове у Марины, и она задумчиво отпускает ладонь. Начальница попросила её, а она начала этот неловкий спор. — В следующий раз плачу я, и это не обсуждается, — немного обидчивым тоном сказала девушка и погрузилась в телефон. На что Волкова лишь усмехнулась, правда незаметно от Марины. Вышли они в полном молчании. Конечно, девушку задело поведение начальницы, поэтому она задумалась о чём-то своём. — Так и будете дуться? — с белоснежной улыбкой спросила Виктория Владимировна, повернув голову в сторону девушки. — Кто сказал, что я дуюсь? — пробурчала Марина и продолжала медленно идти, смотрев на асфальт. — Обычно Вы на меня так смотрите, глаз оторвать не можете, а сейчас Вам интересней смотреть на свои ноги. Я даже ревную, — произносит женщина, едва успев понять, что она наделала. В очередной раз не смогла устоять перед девчонкой. — Правда? — вдруг удивленно поднимает глаза вверх Литвинова. — На самом деле, хочу поблагодарить Вас за прекрасный обед. И хочу заранее пригласить Вас на завтрашний обед. Отказ не принимается. — Правда, — немного ослабляет шаг женщина и в конце концов останавливается, — завтра не получится и послезавтра тоже… Не успевает договорить Виктория Владимировна как девушка её перебивает и актерски закатывает глаза: — Как обычно, шаг вперёд и два назад. — Вы не дослушали даже, — хмурится Волкова и поджимает губы, — я уезжаю в командировку, на две недели в Вашу любимую Германию. — А почему Вы только сегодня сказали об этом? Уже завтра же ведь. — А я должна Вам всё сообщать? — поднимает одну бровь начальница и смотрит пронзительным взглядом. — Было бы хорошо, если бы так, — смеется Литвинова и решается продолжить, — писать будете? — Кому? — Мне, кому еще. — Не собиралась, — задумчиво произносит Волкова. Они всё также стоят посередине улицы на тротуаре. Опаздывают обе на приличное количество времени. Ладно то Волковой можно приходить когда она захочет, а вот Марине нет. — Теперь собираетесь, — дерзит девушка всеми способами. — Не слишком многого хотите? — уголки губ начальницы взлетают осторожно вверх. — Нет, всего лишь маленький отчёт, как долетите. Ну и несколько сообщений в день о том, что всё нормально дабы я не волновалась. Номер то у Вас мой есть. — Пошлите уже, а то опаздываем, — смеется Виктория Владимировна и начинает думать о своём.

***

В.В.В улетела в Германию, тем временем как Марина сидела в офисе, которой без присутствия начальницы стал каким-то серым, обычным и тусклым. Девушка уже автоматически начала скучать по женщине, хотя не прошло еще и суток. Две недели. Две недели без двусмысленных взглядов. Две недели без серо-голубых глаз. Перечислять ещё можно долго и монотонно. Факт остается прежним. Литвинова сойдет с ума и скорее всего не выдержит. Но в такой ситуации ничего не поделаешь, остается только мирно ждать. Литвинова ждала. Долго и упорно не отрываясь от телефона. Каждый раз кидала взгляд на загоревшийся дисплей в надежде увидеть смску от неё. И каждый раз она смахивала указательным пальцем эти надоедливые уведомления. Смс-отчёта от Волковой не пришло, Марина даже начала немного волноваться. «Долетела, не долетела», — проносилось в голове у девушки. На секунду разум взял вверх, и зеленоглазая подумала, что Виктория Владимировна явно не собирается отчитываться перед ней. Даже несмотря на последнюю встречу, которая прошла очень даже на «ура». Марина решилась. Отбросить свои принципы и не мучить себя, в первую очередь. Взяв резко телефон и пролистав самые дальние сообщения, нашла номер начальницы. Сразу вспомнилось то самое неожиданное смс от Виктории Владимировны, когда та поинтересовалась дома девушка или нет. Марина [11:17] : Долетели? Всё хорошо? Девушка в буквальном смысле выдохнула. Долго решалась отправлять или нет. В итоге поняла, что терять её собственно нечего. Ответа она явно не ждала, думала что её сообщение так и останется просто «прочитанным». Спустя полчаса телефон завибрировал. Марина бросила все бумаги на стол, да так, что некоторые упали на пол. Девушка даже не стала сразу их поднимать, а ринулась к телефону. [11:50] : Да Определенно не то, чего ожидала Литвинова. Но хоть так. Слишком сухо и безэмоционально. Ответ, содержащий в себе абсолютно ничего. Марина выжидала 10 минут, для того чтобы ответить, и всё это неспроста. Не хотелось казаться в глазах начальницы психопаткой, которая отвечает на простое сообщение спустя секунду. Марина [12:00]: Я рада за Вас. Девушка действительно рада, и это неподдельные чувства. Беспокоить начальство не хотелось, поэтому девушка не стала ничего писать. Не стала навязываться. Да и Волкова, по мнению девушки, не горела желанием продолжать общаться. Прошло дня четыре. Скучными и одинаковыми для Марины и интересными и рабочими для Виктории. Они как-будто были в разных режимах. Одна выживала, нехотя волочась на работу, а вторая была вся в работе и наслаждалась редкими прогулками по Берлину. Вечером этого же дня, Марина решилась снова напомнить о себе начальнице. Время в Москве было около одиннадцати часов вечера. Девушка мысленно всё просчитала, что сейчас в Берлине девять вечера, и Волкова определенно не должна спать. Марина [23:06]: Как командировка? Банальный вопрос, но зеленоглазой действительно интересно как обстоят дела у её любимой женщины. [23:07]: Обыкновенная, куча работы и так мало времени насладиться городом. Марине кажется это диким, её начальница ответила ей не скомканным предложением. Её начальница. Которая одним ледяным взглядом может убить. Которая к себе на шаг не подпускает никого. Марина [23:07]: Очень жаль, постарайтесь уделить время этому замечательному городу. Сбега́йте с конференций и совещаний. [23:09]: С радостью бы. Но боюсь, что поймают. Не в моём стиле сбегать. Девушка сидела в гостиной своей квартиры с бокалом белого вина. Голову уже затуманило. Марина [23:09]: Не замечала) [23:10] : Вы много не знаете и не видите. У вас как дела? Как офис в моё отсутствие? Марина [23:15]: Дела обстоят обычно, серо и пусто. Что на душе, что в офисе. [23:22]: Есть на то причины? Марина [23:24]: Вы. Ответа не приходит. Марина всматривается в яркий экран своего айфона и видит надпись «прочитано». Неожиданно поступает звонок в Whats App'e. Звонок от начальницы. Марина дышит непрерывно и резко моргает глазами. Не верится, что Волкова звонит ей. Первая мысль была даже то, что В.В.В. нечаянно набрала Марину. Литвинова всё-таки берёт телефон дрожащими руками и отвечает на звонок. Происходит неловкое молчание около десяти секунд, так как зеленоглазая не решается даже заговорить первой. Волкова прерывает эту идиллию: — Не люблю общаться смсками, — спокойным тоном выдаёт женщина. — Я не ожидала даже. Приятно слышать Ваш голос, — очень тихим голосом проговаривает девушка, вцепившись в телефон. — Я полна сюрпризов, у меня такой красивый вид из окна отеля наблюдается, что не хватает бокала вина для атмосферы. — Видимо у меня не хватает только красивого вида из окна, — с сарказмом отвечает Марина, по-тихонько опустошая бокал. — Пьете в одиночестве? — улыбчивым голосом говорит начальница. Марине на секунду становится плохо от её голоса. В хорошем смысле. Такая непринужденная беседа, столь неожиданный звонок. Всё это вводит девушку в тупик и какой-то транс. — К сожалению да. Но это одна из моих традиций наслаждаться белым полусладким вином в пятничный вечер. Расслабляет. — Белое, — задумывается Виктория на другом конце провода, — полусладкое. Ммм, всё что я люблю. — Наши вкусы совпали, мне нравится это. — Мне тоже. Они разговаривают около часа. Для простых отношений между начальницей и подчиненной это дико. Непозволительно. Они обе это понимали и обе продолжали беседовать. Наверное обо всём на свете, о Германии, в первую очередь. Оказалось, что конференция проводится там не в первый раз, и Волкова уже посещала эту страну, а также еще множество стран, таких как Чехия, Венгрия, Австрия и т.д. Марина же рассказывала о своих маленьких путешествиях: о поездках в Турцию с мамой, о поездке в Питер с подругой и т.д. Диалог, да и сам разговор был лёгким, в какие-то моменты даже забавным. У Марины складывалось ощущение, что она смогла растопить лёд в сердце женщины. Потому что её голос казался искренним, добрым, в какие-то моменты даже нежным. Виктория Владимировна внимательно слушала Марину, все её мелкие рассказы то о детстве, то о родителях. Так общаются сверстники, либо даже подростки, когда понимают, что влюбились. Всё бы было ничего, если бы время не перевалило за полночь. Скорее всего, они проболтали бы до середины ночи. Но у Волковой ранний подъем и совещание, а у Марины работа. Обе это понимали и без громких слов пожелали друг другу доброй ночи.

***

— Приём, приём, — шепчет Алёнка в ухо подруги, которая сидит и неотрывно смотрит в монитор ноутбука, — там поговаривают твоя Волкова вернулась с командировочки. Не вижу счастья на лице. — Серьезно? — чересчур безэмоционально говорит Марина, даже удивляясь самой себе. — Да, — прищуривает глаза Алёна и удивленно смотрит на зеленоглазую, — ты чего? «Даже не предупредила», — детская обида пробегает в мыслях. С того звонка прошло действительно много времени. И ни на одно смс из пяти женщина следом не ответила. Шёл тотальный игнор с её стороны. Марина кусала губы постоянно как видела это «прочитано» и никакого ответа взамен. Что случилось с Викторией Владимировной она понятия не имела, да и сейчас тоже. В очередной раз лишь женщина сдала назад и показала свою слабую сторону. Это уже не удивляет, Марина с этим давно смирилась. Скорее всего этот факт даже не расстраивает, больше злит. Что у Волковой нет элементарного уважения к девушке, и она использует её только тогда, когда хочет. — Ты куда намылилась? — с ошеломленным взглядом смотрит Алёна на нервно-собирающую бумаги Марину. — Угадай с трех раз, — дерзит девушка и вылетает из отдела проектировщиков. Марина шла быстро, настойчиво и упорно. Прошла мимо секретарши, даже не одарив её взглядом. Без разрешения открыла дверь к начальству и благополучно теперь стоит внутри. Плевать, что она нарушила все правила этикета. Плевать. Женщина, стоит около шкафа и пролистывает документы до тех пор, как не слышит сильно- захлопнувшуюся дверь, от чего даже вздрагивает. Взгляд сразу падает на стоящую в нескольких шагах девушку, и женщина лишь туго сглатывает. — Марина, что Вы тут дела… — зеленоглазая перебивает начальницу и нервно стоит на месте. — Мне надоело уже это всё. Сами напросились, — Марина молниеносно сокращает расстояние, попутно бросая бумаги на стол и впечатывается требовательным поцелуем в женщину, прижавшись к ней всем телом. Виктория не успевает даже отвести губы от чужих губ, лишь продолжает бить обеими руками по спине девушки в попытках выбраться. Но хватает её ненадолго. Буквально через тридцать секунд сплошных ударов и отталкиваний, она всё также остается прижатой своей подчиненной к шкафу. Тем временем, как Марина безжалостно целует столь желанные и мягкие губы, которые уже отвечают взаимностью. Каменная стена рушится. Защита слабеет, а руки начальницы уже блуждают по талии Марины.