III
20 января 2019 г., 00:21
Песня дня: Mike Shinoda Can't — Hear You Now
8 декабря, 23:20
Итак, на позапрошлой неделе, поревев в одиночестве, (фи, гадость), я все-таки собралась. В принципе, я бы и продолжила, возможно, жевать сопли, тем не менее воздействие «пустоты», кружащей надо мной, окончательно опостылело настолько, что даже разозлило. Я про себя повторяла, как заклинание: «Уйди, ты мне не нужна! Да, я одна. Да, заступиться за меня некому. Да, сама по себе. Да, раньше получала от них. Эти детские страхи — ничто. Запомни, они ничто. Просто барьер, блокирующий мне путь дальше». (Потом «пустота» вдруг затихла. Ха-ха, может, я стала такой жуткой, что пугаю теперь и ее?) Тогда мое возвращение на литературе было встречено настороженно. Не ожидали такой бурной реакции, посему ни одна гадина не смела открыть свой рот. Однако уже через пару дней тот умник снова завел привычную песню про дуру и уродину. Оборвав «куплет» на середине, я бросила: «А основания какие?». Он, замерев на секунду, не растерялся и продолжил, как ни в чем ни бывало. В общем, заело пластинку у мальчишки, что я безразлично заметила. Не получив ответа, не замедлила объявить, кто из нас пиздабол. Да, конфликты я всегда решала мирно — через переговоры и без оскорблений. Но что поделаешь, если люди — кретины? Что же касается того несчастного, то он стушевался и хотел было доказать обратное, но к нему пристал его же друг-сундук, верная тень, подражавшая ранее до мелочей, и я демонстративно отвернулась. Ну, разумеется, этому товарищу показалось мало. Только вот в следующем случае мне хватило пренебрежительной ухмылки и одного-единственного вопроса, чтобы мигом уничтожить чрезмерную самоуверенность задиры: «И чо?» (Приятно в некотором смысле опускать подобных экземпляров. Господи, выражение лица, когда неожиданно обламывают второй раз подряд, бесценно). Конечно, этот чувак еще со своей компанией подходил, но всякий раз я притворялась глухой, либо, не меняя положения, в котором находилась, поднимала на секунду-другую средний палец. И вот, наконец, от меня отстали. С сего момента ни один мелкий гениус не помешает нормально дышать. Как же фантастически хорошо мне на самом деле живется. Все мои «проблемы» тоже решаются щелчком пальцев. Отныне я действительно не слышу ничьи глупые попытки уязвить. Моей ахиллесовой пяты с детства, восприимчивости к чужому негативу, нет. И это великолепно. В некоторой степени я чутка развеселилась, взглянув на ситуацию со стороны. Бросили друзья — нормально; рассталась с парнем — нормально; скрытая болезнь, которая может привести к раку, — нормально; не далекий по уму одноклассник обижает — ой, как грустно, давайте поплачем. Почему я вообще из-за такой ерунды убивалась аж месяц? Серьезно, лучше б побольше готовилась к олимпиаде по français! Городской этап был как никак вчера! (Любопытно, я хоть в призеры попала? Француженка мне голову оторвет, если, как минимум, я не обогнала параллель по баллам. А для нее 63 из 70, как вышло в сентябре на школьном, — отвратительный результат). Однако, что сделано, то сделано. Так что, сдала я иль не сдала, все равно надо расслабиться. Тем более, суббота. Что ж, внезапно планы сложились сами собой. Не успела я придти со школы, как мне позвонила Марина. Она извинилась, что очень долго не могла связаться, предложила пройтись по городу. Моему изумлению не было предела. («Вау, неужели меня помнит кто-то?») Заслышав такое, скажем, в октябре, я не поспешила бы соглашаться, ведь по сути слово «занят» у людей часто значит «нашел дело поважнее». Однако Марина пускай за почти девять лет общения в качестве лучшей подруги так и не узнала меня полностью. Все, что ей нужно последние пару лет — человек, с которым можно выпить да обсудить собственные заботы. Естественно, я ни собутыльницей, ни психологом никому не хочу быть, так что регулировала наше общение, как могла. Тем не менее, сегодня мне было без разницы. Я ощутила, словно мне опять двенадцать, и мы по-прежнему каждые выходные выбираемся за сухарями по пять рублей, а потом носимся по городу в поисках автоматов с водой, имея из емкостей лишь ее тубус с карандашами, который она забыла в рюкзаке после художки. (М-да, момент, когда нас облило с ног до головы, незабываемый). Поэтому я без колебаний проговорила: «Да с кем не бывает! Я сама вся закрутилась. Давай встретимся». Сильно в ее жизни ничего не изменилось. Разве что покрасила волосы в голубой. Мы прошли полгорода, обсуждая обзоры и блоггеров-обзорщиков, и тут ее осенила гениальная мысль: — Слуш, может зайдем ко мне? Сухари и ноутбук есть, мамки нет. Ты ж никуда не торопишься? — Да куда ж я денусь! — только и всплеснула я руками. Итак, мы двинули в ее квартиру, которую, судя по виду и запахам не посещали давно. Именно об этом я поинтересовалась, когда, пройдя из прихожей на кухню, мы сели за стол. — А, я ж те не рассказывала! Мы переехали! — стукнула себя по лбу Марина. — Загородный дом мама какой-то нашла, а квартиру эту мы ещё думаем только продавать или сдавать в аренду. — Ла-адно, — протянула я. — Кру-уто. — Будешь что? — она достала пачку кофе и…бутылку. — Ты ж знаешь, я не пью, — поморщилась я. — Тем более водяру. Так что давай-ка чай по старинке. — Окей. Пару минут, что знакомая вертелась с чаем, я провела на диване напротив, ища фильм. Кстати, это были «Сумерки». Глупейшая мелодрама, однако именно поэтому мы чуть ли не каждые пять минут ржали. — О, смотри, у нее челюсть снова отвисла! — Нет, это специальный прием. Называется «лицо дауна». Говорят привлекает вампиров. — Ну да, кровосися же. — У, а шо на украинском изъясняешься? — Потому что слава Украине! Ну, и тому подобные абсурдные шутки сыпались во время просмотра. Затем мы несколько оживились, и с натяжкой можно назвать танцами то, что последовало далее. Мы дергались под музыку по типу «шедевров» от LITTLE BIG, «Цветов настроения» и «Холостяка». Особенно, зашла «Монетка» от ЛСП. До конца вечера периодически перекидывались репликами героев из нее. Примечательна также была беседа в комнате. — Кстати, я тут случайно на днях нашла страницу твоего любовника, хы, — ни с того ни с сего вбросила Марина. — Базаришь? — мое идиотическое настроение не пропало. — Конечно, хочешь глянуть? — Хм, — я на секунду задумалась, сдвинув брови к переносице. — Да нахрен. На баб чей поди еще подписан, нафиг мне оно, — махнула рукой, лишь почуяв зародившееся любопытство напополам с горечью. Хотя, возможно, чай был чересчур крепкий. — Угу, прям в точку, Оксан, — хмыкнула Марина. — Мне, впрочем, похуй. — Мне тоже, — криво усмехнулась я. — Базаришь? — попыталась пародировать интонацию Олега подруга. — Конечно! — пожала плечами. Остаток нашей встречи не особо помню. Все как-то смешалось для меня в единое мыльное пятно: танцы под рэп, «Тархун», фонари ночного города, проносящиеся мимо машины, дома со светом из окон… В моей голове было полнейшее спокойствие, ослабившее «пустоту». Она по силе подобна котенку сейчас, тем не менее кошки все-таки царапаются. «Пустота» не исчезла, зацепив когтем тоски сердце, однако такой, что, надеюсь, я завтра проснусь, помечтав немного о несбыточном, потянусь и пойду заваривать кофе. Все должно же быть так!
