BLACKness

Огонь и лёд. Акт третий.

      Солнце уже давно скрылось за горизонтом, и над городом нависли сумерки, окутывая каменные джунгли своей загадочной тишиной. Когда опытные детективы покинули место преступления, Чонгук и Чимин остались совершенно одни в глухом закоулке не внушающий особого доверия. Шагая мимо гаражей и проходя вдоль невысоких старых домов, стоявших противоположно друг другу, создавая длинный темный коридор, парни чувствовали неприятный запах грязи и сырости. Мрачные тени облизывали стены домов, плясали в сумбурном танце, пытаясь запугать молодых офицеров. Но парни, без всякого сомнения, стремительно шли к месту убийства, освещая путь ярким светом полицейских фонарей. Слева от Чонгука находился мусорный контейнер с протухшей едой, от которого за версту пахло не только тухлятиной, но и чьими-то экскрементами. От ужасного запаха офицер презрительно поморщился, повернув голову вправо, упорно вдыхая аромат любимого одеколона, который въелся в воротник форменной куртки.       — О, черт, — шокировано произнес Пак, когда остановился возле ржавой белой двери, которая была забрызгана огромным пятном крови, чьи капли бессовестно стекали вниз на асфальт.       — Кровь никогда не видел? — надменно фыркнул Чонгук. Парень утомленно вздохнул, будто бы не желая принимать во всем этом участие, и быстро осмотрел пятно. — Убийца поставил жертву к стене и вышиб мозги.       Чимин косо взглянул на напарника, замечая его жестокую прямолинейность. Парня даже незаметно передернуло. Жертва хоть и была подонком, но творить нечто подобное хуже всего.       — Страшная смерть.       — Если ты мертв, то это уже не имеет значения, — все с тем же высокомерием и грубыми нотками в голосе, говорил Чонгук.       — Хорош уже грузить меня! — возмутился Пак, смотря как Чонгук, будто бы проигнорировав его, со всем своим неприкрытым пофигизмом осматривал местность. Он молча развернулся и зашел куда-то за угол.       Чимин, намеренно отставая на несколько шагов, плёлся за Чонгуком вглубь небольшого тупика. Из канализационных люков исходил пар, который становился более густым из-за прохладного вечернего воздуха, создавая еще более мрачную атмосферу. Возле стены здания были небрежно разбросаны пустые коробки, которые привлекали внимание Чимина. Он подошел к груде мусора и принялся раздвигать коробки ногой, в надежде найти орудие убийства и поскорее свалить из этого мерзкого местечка. Чонгук же взглянул на большой ржавый мусорный бак с отваливавшейся по бокам краской. Не нужно было даже заглядывать внутрь, чтобы понять насколько там грязно и гадко, и, конечно же, лезть и копаться в отходах в поисках оружия никто не собирался. Чон само собой понимал, что любой убийца-новичок избавился от улик именно таким путём, надеясь, что никто не станет копаться в помоях. Данный вариант, конечно, не отпадал, но был оставлен на самый уж крайний случай. Пока Чимин разбрасывал коробки, Чонгук внимательно смотрел по сторонам, рассуждая над тем, в каком месте можно было бы спрятать оружие, где никто не стал бы искать. Он взглянул наверх, осматривая двухэтажное заброшенное здание, в окнах которого царил сущий мрак, но открытая форточка явно выделялась из общей картины. Чонгук отошел чуть дальше, чтобы обзор стал больше, и внимательнее присмотрелся. Моргающая лампочка на уличном фонаре периодически освящала приоткрытую форточку, которая, как, оказалось, отражала на своих стеклах часть крыши. Когда свет вновь загорелся, Чонгук заметил что-то блестящее. Это могло быть все, что угодно — от ненужного мусора в виде старого диска, до важной улики. Чонгук не знал наверняка, но лучше уж забраться на крышу, чем копаться в мусорном баке.       — Эй, — окликнул он напарника, — на крыше что-то есть.       — И как ты собрался туда залезать? — Хмыкнул брюнет, скептически взглянув на Чона.       — А кто сказал, что это буду я?       — Ты, что имеешь в виду? — Чимин удивленно уставился на парня, ожидая пояснений. Но тут до него резко дошло. — Не полезу я никуда! Ты что, совсем охренел! Тебе надо, ты и лезь.       — Так значит это нужно только мне? — лукаво улыбнулся Чонгук, изогнув бровь. — Ну, хорошо, я добуду орудие убийства, найду преступника, а потом наградят, конечно же, меня. И чего я сразу до этого не додумался. Ну, а ты так, просто шавка бегающая рядом. Да, меня это устраивает.       — Слышь, — Чимин агрессивно толкнул Чона в грудь, отчего тот пошатнулся назад.       — Воу, полегче, — надменная усмешка слетела с губ Чонгука.       — За словами следи. — Фыркнул Пак. — Думаешь, я совсем дурак? Не вижу, что ты специально так делаешь. Хочешь, чтобы я под твою дудку плясал и твои просьбы выполнял, потому что ты ручки боишься замарать. — Усмешка с лица Чона пропала. Ну да, неприятно, когда камни летят в твой огород. — Да завлекать меня работой довольно умно, и звучит весьма соблазнительно, учитывая, что я ненавижу тебе уступать. Но может нам это и вовсе не сочтется, и пляска вся будет бесполезной.       — Вау, Пак Чимин, да ты уже не тот маленький и наивный мальчик, — наигранный восторг заиграл на чонгуковском лице.       — Решим по взрослому, — предложил Чимин, заинтересовав по сути скептического напарника. — Сыграем в КНБ.       — Чего? — опешил Чонгук, удивленно вскинув бровями. Но увидев, что Чимин был серьезен и уже встал в игровую позу, Чон вздохнул. — Ты ведь понимаешь, что продуешь. Может, лучше сразу пойдешь, чтоб не стыдится.       — Играй!       К большому удивлению Чимина, судьба-предательница снова подставила ему подножку. Три раунда закончились сухой победой Чонгука. Он наблюдал, как Пак ловко карабкался по водосточной трубе, легко подтягиваясь. Оказавшись на крыше, Чимин осмотрелся и тут же увидел лежавший на плоской кровле револьвер. Офицер присел на корточки и взял оружие в руки. На револьвере был набит серийный номер — P89097, и наименование марки оружия — Смит-Вессон 500. Открыв барабан револьвера, Чимин увидел, что не хватало двух патронов. Пак выпрямился и направился покинуть крышу, спустившись вниз, где его неохотно дожидался напарник.       — Двух патронов не хватает, — держа оружие в руках, оповестил Чимин, неспешно подходя к Чону. — Вместо того чтобы избавиться от оружия, бросив его хотя бы в канализацию, убийца решил забросить его туда. Как же глупо.       — Боже, — ошеломленно буркнул Чонгук и потер лицо ладонью, тяжело вздохнув. — Придурошный, ты зачем улику руками голыми взял? Там же твои отпечатки будут вперемешку с отпечатками убийцы.       — Умник, где я, по-твоему, должен был взять пакет для хранения улик? Я Хогвартс не заканчивал, колдовать не умею.       Чонгук закатил глаза, но огрызаться не стал. Действительно, он даже и не подумал о нужных приспособлениях для улик, но опять же, теперь он простой патрульный, а подобными делами занимаются детективы. Однако парень знал, что делать в таком случае.       — Дай сюда, — Чон выхватил у напарника оружие и осмотрел его.       — Пушку нашли. Отвезем ее в отделение — и дело с концом. А дальше пусть эти две высокомерные гориллы разбираются.       — Мы можем проявить инициативу и постараться найти владельца пушки. Нас могу за это еще и наградить.       Чимин скептически поморщился.       — Сомнительно как-то. Это не наша работа, умник.       — Боишься отличиться? Хочешь всю жизнь плескаться в грязи патрульной службы, пьяниц арестовывать да старушек через дорогу переводить? Я вот не горю этим желанием, знаешь ли.       — С чего бы тебе вообще переживать, где я там всю жизнь плескаться буду.       Чонгук снова закатил глаза и с усмешкой вздохнул.       — Это не забота. Я предлагаю тебе выгодное предложение, которое в дальнейшем тебе хорошо аукнется, но если ты так упорно ершишься, в таком случае тухни на своем дне столько, сколько тебе захочется.       — А если мы провалим дело, и все станет только хуже? Ты отдаешь себе отчет в том, что хочешь сделать? Увольнение будет самым малым последствием в случае провала.       — Ты так в себе сомневаешься. — Чонгук несколько презренно взглянул на Чимина, вскинув бровями. Он кичливо усмехнулся и направился к машине, кинув надменное «Как хочешь».       Чимин долгое время не решался. Он взвесил все «за» и «против», понимая, что прерогатива остается за предложением Чонгука. Пак мечтал стать не просто полицейским, он грезил надеждой о звании почетного детектива, чей авторитет с каждым разом все сильнее и сильнее укреплялся с каждым новым раскрытым делом. Быть может Чонгук прав, и это тот самый шанс, тот самый билет в золотой путь? Его мысли о провале тут же заменились на стремление, во что бы то ни стало найти преступника и закрыть это дело должным образом.       — Чон, постой. — Окликнул товарища Чимин. — Хорошо, ты меня убедил. Я с тобой.       Чонгук совершенно равнодушно взглянул на Чимина и, молча развернувшись, продолжил идти к машине.

***

      Проехав несколько кварталов, полицейская машина остановилась возле ближайшего оружейного магазина. Лампы уличной витрины ярко подсвечивали выставленный на показ товар, который, конечно же, находился за непробиваемым стеклом и железной решеткой. Магазин располагался на довольно оживленной улице, которая постоянно контролировалась патрульной службой во избежание сомнительных сделок и неразрешенных покупок. Заходя в магазин, Чимин заметил несколько камер слежения снаружи и пять камер внутри. «Похвально», — подумал Пак.       Продавец стоял спиной к входу, раскладывая доставленный недавно товар на пустые полки. Мужчина с небольшим пивным животиком, услышав, как внутрь кто-то зашел, тут же развернулся лицом к гостям, оставив свое дело на потом. Увидев сотрудников в форме, продавец любезно улыбнулся.       — Добрый день, господа. Чем могу помочь?       — Патрульный Чон и Пак. — Строго проговорил шатен, показывая мужчине удостоверение. — Что вам известно об этом стволе?       Чонгук положил оружие на стеклянную витрину, за которой стоял продавец. Мужчина с умным видом начал рассматривать находку, не решаясь брать ствол в руки.       — Смит-Вессон, модель 500. Зарегистрированный «магнум», калибр 357, никелированный, рукоять украшена перламутром. Хм, — усмехнулся продавец. — Такая же пушка была у генерала корейской армии.       Чимин не сдержал доброй усмешки.       — Вы же не хотите сказать, что его владелец — Пак Чонхи?       — Нет, конечно, — посмеялся продавец.       — Похоже, вы много знаете об этом оружие, — все так же строго говорил Чонгук.       — Разумеется, ведь я его продавал. Такая штука носорога остановит. И они продаются только по заказу.       — У вас есть книга заказов?       — Конечно. — Продавец нагнулся к полке и взял нужную книгу. — Вот, держите. Там все по Смит-Вессонам.       — Я гляну? — С уст Чонгук это больше прозвучало не как вопрос, а как утверждение, но продавец, судя по всему, не обратил никакого внимания.       — Конечно, пожалуйста. — Пока Чонгук внимательно листал книгу, пробегаясь глазами по записям, мужчина решил поинтересоваться в визите этих двух молодых людей. — Что-то случилось, да?       — К сожалению, — сдержанно ответил Пак. — Ну что Чон, нашел?       — Да. Мин Юнги, проживает по улице Инсадон 23, дом 115. Заказал пушку три месяца назад. — Чонгук закрыл книгу и вернул ее продавцу. — Спасибо, вы нам очень помогли.       — Всегда раз помочь полиции Кореи, — добродушно улыбнулся мужчина.       Убедившись, что посетители покинули магазин, продавец снова вернулся к своему делу, устало потянувшись.       — Что дальше, умник?       — Проверим, дома ли он. То, что он владелец пушки, еще не значит, что именно он нажал на курок.       — Ну, ты прям Шерлок, — съязвил Чимин, провожая взглядом высокомерного напарника.       Парни сели в машину, и Чонгук тут же построил нужный маршрут. Автомобиль плавно двинулся с места, покидая пределы переулка.

***

      В салоне висела гробовая тишина, но через какое-то время Чимин решил ее нарушить. Чонгука очень удивляло то, что Пак со всей своей ненавистью к нему все равно постоянно пытался завести с ним разговор, но то ли Чимин был слишком болтлив, то ли до тошноты навязчив.       — На самом деле, ничего сложного. Даже мы, обычные патрульные, тоже можем проявить инициативу. Но все равно, выглядит это все подозрительно. Вот сам посуди — уникальное оружие, куплено здесь, зарегистрировано. Если Мин Юнги убийца, то он точно не гений преступного мира.       — Почти все они небольшого ума, на этом их и ловят. Кроме того, два из трех преступлений совершаются необдуманно, — проговорил Чонгук в своей привычной манере всезнайки и выскочки.       — Еще один факт из «Энциклопедии умнейших выдумок» под редакцией Чон Чонгука. Смешно, — издевательски высмеивал Пак.       — Приехали. — Чонгук резко дал по тормозам и Чимин тут же больно ударился лбом о переднюю панель автомобиля, непроизвольно выкрикнув возмущенное «Ауч». Чон победно усмехнулся, дернув бровью, когда его пакость удалась.       Не дожидаясь напарника, Чонгук вышел из машины и направился в дому подозреваемого. Здание составляло два невысоких этажа, стены были слегка потрепанные и испачканные, что давало понять — дому уже много лет. Можно было сделать вывод, что и жильцы дома в деньгах не купались. Обычно в таких местах живут старики, которым не особо нужна роскошь — для них главное, что есть крыша над головой и, хоть какой, но уют. Зайдя в подъезд, в котором горела одна единственная лампочка, офицеры взглянули на почтовые ящики, пытаясь найти нужную квартиру по имени. Из всех присутствующих имен Мин Юнги не наблюдалось. В таком случае парни решили опросить жильцов, быть может, они знакомы со своим соседом. Постучав в первую квартиру, дверь открыла милая старушка, кутавшаяся в цветастый платок. Бабушка без сомнений назвала квартиру, которую разыскивали парни. Квартира подозреваемого находилась на первом этаже в самом конце небольшого коридора, тонувшего в темноте плохо освещенного подъезда. Встав напротив двери, Чимин постучался в дверь, увидев, что звонок был сломан: из него торчали лишь оголенные провода. Спустя секунд десять послышались шаги, а после дверь открылась. На пороге оказался светловолосый парень — определенно кореец. На вид ему было около двадцати восьми лет.       — Чего вам нужно?       — Я Пак Чимин, а это Чон Чонгук, полицейское ведомство второго отделения. Это вам принадлежит Смит-Вессон, модель 500, никелированный, с перламутровой рукоятью?       — Наверно. А что?       — Возможно, вы удивитесь, но сегодня вечером из вашего оружия был убит человек. — Несколько раздраженно проговорил Чонгук.       — Глупости. Мой магнум лежит у меня в шкафу. Можете проверить.       Мин отошел сторону, пропустив в квартиру офицеров. Когда парни зашли внутрь, Чонгук развернулся к Юнги и тут же почувствовал резкую боль, которая пульсировала в области лица, а после он рухнул на пол, потеряв сознание. Все случилось так быстро, что Чимин не сразу понял происходящее, но как только Мин накинулся на него, Пак тут же увернулся от удара. Он произвел захват руки, а после со всей силы кинул преступника через плечо. Мин больно ударился об пол, застонав от боли. Он почувствовал неприятные ощущения в мышцах, когда Чимин скрутил ему руки за спиной, надевая наручники.

***

      Чонгук чувствовал покалывающее ощущение на щеках, а после в полной мере ощутил удар пощечины. Парень лениво приоткрыл глаза и сквозь размытый образ увидел её. Он тут же полностью раскрыл глаза и резко поднялся, выкрикнув имя «Хейз».       — Нет, это всего лишь Пак Чимин, — отозвался брюнет. Чонгук проморгался и действительно увидел перед собой надоедливого напарника. — Что, девочки мерещились? — Посмеялся Пак.       — Отвали, — толкнув сидевшего рядом парня, Чонгук поднялся на ноги. Он медленно дернул головой, услышав хруст в шее, а потом осмотрелся вокруг. На полу лежал Мин Юнги, недовольно бубня под нос, чтобы его уже подняли и отвезли в отдел. Чонгуку очень хотелось ударить ногой по этому надменному лицу за то, что Мин вырубил его за секунду одним ударом. Но решил не поддаваться соблазну и агрессии.       Полицейский фургон, который вызвал Чимин, подъехал почти сразу. Пак схватил Юнги со спины и поднял задержанного, а после направился к выходу.       Снаружи парней уже ждали детективы Сон Джон и Мун Йохван. Мужчины довольно, но со щепоткой высокомерия заулыбались, увидев своих будущих предшественников. Чонгук вышел с очень озлобленной гримасой, вытирая кровь с разбитой губы, куда и был нанесен внезапный удар. Погрузив Мина в фургон, парни подошли к детективам, которые явно хотели внести свою лепту.       — Молодцы, парни. Хорошо поработали, — похлопав Чонгука и Чимина по плечу, произнес Йохван. — Мы уже связались с капитаном Кимом, и он ждет вас у себя.       — Спасибо, сэр, — сдержанно поблагодарил детектива Чон.

***

      Вернувшись в полицейский участок, Чимин и Чонгук направились в кабинет капитана. Мужчина сидел за своим столом, увлеченно читая отчеты своих подчиненных. Услышав стук в дверь, Намджун, не отрывая глаз от документов, спокойно выкрикнул «Входите». Он оторвался от бумаг, подняв глаза на стоявших перед ним офицеров Пака и Чона.       — Здравия желаем, — в голос проговорили парни.       — Вы хотели нас видеть? — сдержано уточнил Чимин.       — Так точно. — Намджун деловито сложил руки перед собой. — Что ж, могу поздравить вас, парни, с вашим первым раскрытым делом. Вы поймали Мин Юнги, ярого любителя идти против закона. За его плечами уйма грабежей, несколько запрещенных законом сделок, продажи оружия и наркотиков. Теперь ко всему этому в кармане еще и убийство человека. Парень доставил нам немало хлопот.       — Он уже был пойман? — Поинтересовался Чимин, внимательно слушая капитана.       — Конечно. Он отсидел срок за грабеж ещё в юном возрасте. После тюрьмы он успокоился, но бурлящая кровь преступника его не унимала, и Мин снова взялся за свое. — Намджун задумался, потирая подбородок пальцем. — Странно, что он так легко дался вам двоим. Вы ещё не столь опытны в следственных работах, а Мин долгое время скрывался, и за все это время, за все его преступления, нам не удавалось вновь его поймать, — командир отмахнулся, — но в прочем это не важно. Вы, парни, молодцы. Можете быть свободны.       — И это все? — прыснул Чонгук.       Чимин опешил, уставившись на напарника и удивленно вскинув бровями. Парень был в шоке от наглости Чона, ведь человек, перед которым они стояли, был не каким-то знакомым, с которым можно было бы неформально говорить, Ким Намджун их, черт возьми, босс. А Намджуна это вовсе не задело. Напротив, он сдержанно усмехнулся, деловито приподняв бровь.       — А вы, офицер Чон, ожидали что-то еще? — Капитан откинулся на спинку кресла, взглянув на парня в ожидании ответа. Но Чонгук отвечать не стал, лишь его желваки забегали на скулах. — Я понимаю, чего ты хочешь. Но ты ведь сам все прекрасно понимаешь, Чонгук. Более того, дело по застреленному американцу было не вашей обязанностью. Вы поступили храбро, взяв на себя такую ответственность, но этого мало, чтобы получить повышение. По большому счету, я должен вас оштрафовать за невыполнения своих обязанностей, но учитывая, что вы хоть и рискнули, но все же справились с делом, тем более поймав беглого преступника. Поэтому, я прощаю вам этот проступок.       — Я понял, сэр, — ответил Чонгук.       — Мы можем быть свободны? — отозвался Чимин, надеясь, что этот разговор, на сей раз, закончен.       — Да. Ваш рабочий день на сегодня закончен.

***

      Чимин быстро переоделся в гражданскую одежду и вышел из шумной раздевалки, попрощавшись с коллегами. Своего друга Хосока, Чимин так и не встретил, после того, как он вернулся в отдел после задержания Юнги. Парень на секунду расстроился, ведь ему очень хотелось поделиться с другом событиями прошедшего дня. Хосок, по мнению Чимин, скорее всего, был уже дома, поскольку смена ночного дежурства была у друга в другой день. С этой мыслью Пак неторопливо направился к выходу из здания. Когда стеклянные створки дверей автоматически разъехались перед Чимином, он вышел на парковку, проходя мимо пары тройки припаркованных автомобилей. Он направлялся к автобусной остановке, как вдруг заметил тот самый дорогущий автомобиль. Камаро стояло на все том же месте, преданно дожидаясь своего хозяина. Неужто богатея задержали на сутки, подумал Пак. Чимин и дальше пошел своей дорогой, если бы не обернулся и не увидел Чонгука, вышедшего из участка. Чон держал в руке мужскую кожаную сумку, а сам парень был одет в джинсовую куртку, явно хорошего качества, в черные штаны и спортивные кроссовки известной марки. Парень держал свой телефон возле уха, спокойно с кем-то разговаривая. Чимин не понимал, почему продолжал стоять и наблюдать за этим парнем. Чимин не было никакого интереса к нему, а желание никогда не видеть этого человека было настолько велико, что сейчас полностью противоречило его действиям. И тут Пак увидел, как Чонгук достал из кармана куртки чип-ключ и подошел к тому самому шевроле, что простояла целый день на парковке. Чимин был весьма удивлен, и на пару секунд ему даже показалось, что Чон собирался угнать машину, но реальность дала неплохой подзатыльник. Чонгук нырнул в салон, завел автомобиль и, плавно выехав на дорогу, мгновенно скрылся из виду. Чимин пару секунд стоял на месте, смотря на пустое место, где пару секунд назад стоял спорткар, пытаясь переварить увиденное. Он был очень удивлен, а где-то в глубине его светлой души брызнули искры зависти. И откуда у обычного патрульного столько денег на такую машину, возмущался Пак. Внутри него забурлила злость, но больше не из-за того, что Чонгук снова отличился, взойдя на ступень пьедестала выше, пока Чимин скромно топтался в самом низу, а потому, что он так легко подался зависти, снова макая самого себя в грязь. «Хватит уже ему завидовать! Будь выше этого!» — ругало его второе «Я». Но как бы не старался, у Чимина это плохо выходило. Парень закрыл глаза, глубоко вздохнул, и когда расслабился, пошел наконец-таки на остановку, желая как можно скорее вернуться в любимую обитель.

***

      Нет ничего прекрасней, чем стены родного дома. Этот дом — место, в котором Чонгук чувствовал себя комфортнее, чем где-либо. Большие масштабы комнат нисколько не пугали, и стены не давили на него, как в лифте новой работы. Стены приятные, кофейных тонов — цвет, который так расслаблял Чонгука, словно он маленькая зефирка, плавающая в ароматной пенке теплого напитка. Он привычным, усталым жестом снял джинсовку, повесив куртку в свой большой гардероб, в котором ему тоже было комфортно, ведь комната пропитана чистотой и теплом. А Чонгуку всегда хотелось растопить свой лёд, но вся его жизнь пропитана жестокостью, болью и смертью, отчего тепло не может существовать вместе с ним, и он все сильнее погружался в такой уже привычный холод. Убрав аккуратно обувь на полку, Чонгук зашел в просторную гостиную. Помещение было озарено только светом яркой луны, взошедшей над ночным городом. Лунная дорожка бессовестно проникала через большие панорамные окна, вид которых открывал на ночной пейзаж. Свет обволакивал пространство полуинтимной волнующей атмосферой. Чонгук прошел вглубь комнаты и сел на пол, напротив окон, подогнул колени к груди и устало оперся о спинку белого дивана. Он застывшим взглядом смотрел на ночной Сеул, который был у него словно на ладони. Чонгуку очень нравился его дом: он находился на возвышенной территории, на которой обеспеченные люди строили себе дома, словно отделяя себя от обычных людишек. Но Чонгук выбрал отдаленное от города место не из-за неприязни к бедным людям, а лишь потому, что он любил быть один. Его дом был красивый и большой, но слишком большой для него одного. Чонгук любил быть один, но одиночество незаметно съедало его. Он в очередной раз задавался вопросом, почему все, кто его окружал и кого он любил — умирали. «Да что со мной не так», — каждый раз повторял Чонгук, вымещая гнев на каких-то вещах, а потом падал на пол и отчаянно ревел, позволяя себе кричать так громко, как ему захочется, ведь его все равно никто не услышит. Но единственный человек, который и по сей день служил его верной опорой и поддержкой, человек, которого Чонгук оберегал, как нечто священное, не всегда мог быть рядом. Ким Тэхён был тем единственным, но таким редким. И сейчас Тэхён был очень нужен Чонгуку, ведь парень нуждался в его поддержке и в заботе как никогда раньше, ведь ярая, жгучая боль прошлого снова разгоралась внутри. Чонгук снова и снова прокручивал события минувшего дня, словно заевшую пластинку граммофона. Снова она, снова Хейз мерещилась ему, будто бы специально напоминая про себя, словно ее что-то тревожило.       — Я помню, Хейз, я помню, — прошептал Чонгук, склонив голову к коленям, зарываясь рукой в каштановые волосы. — Я отомщу.