Одиночество вдвоём

If this was meant for me, why does it hurt so much? And if you're not made for me, why did we fall in love?

***

      — Кажется, плохая идея была напиваться перед обратной дорогой, — с сожалением в голосе заметила Харуно и залпом допила чашку саке, зажмурив глаза. Расправив свой халат и небрежно отбросив пустую чашку, она легла спиной на пол, раскинув руки.       — К утру протрезвеешь, — флегматично обронил Саске, отпивая из бутылки. — Не думал, что тебя так быстро потянет обратно в Коноху.       — Я получила послание от моей больницы, — заплетающимся языком начала объяснять девушка, — мой первый пациент Кента замкнулся после моего ухода, поэтому мне нужно поскорее вернуться. Я не могу бросить своих пациентов, Саске-кун.       — Ясно, — он скользнул взглядом по девушке, чьи ключицы соблазнительно выглядывали из-под свободного халата. — Добе тоже послал весточку: спрашивает где мы и передаёт привет от него с Хинатой.       — Они такие милые, — икнула Сакура.       — Кто такая Хината? — поинтересовался вдруг Учиха, не имевший ни малейшего понятия, на ком женился его друг.       — Из клана Хьюга, разве не помнишь?       — Наруто сражался против неё во втором этапе чунина, да? — напрягся Саске, вспоминая, что другу тогда выпал противник из Хьюг.       — Это был Неджи, — звонко рассмеялась Харуно. — Вот результат того, что ты столько лет не бывал в деревне!       После её слов воцарилось неловкое молчание - это всё ещё оставалось больной темой. Саске решил прилечь рядом с Сакурой; их плечи едва касались друг друга, но этого было достаточно, чтобы Харуно вздрогнула и мечтательно прикрыла глаза. Она затем повернула голову к юноше и заметила, что он молча глядел на неё.       — Путешествие было замечательным. Жаль, что коротким, — прошептала она, не отрывая взгляда от него. Сакура говорила правду лишь наполовину: даже под влиянием алкоголя она бы не призналась ни Саске, ни самой себе, что во время похода её беспокоило много вещей.       Во-первых, ей всё не выходило говорить с Саске также свободно и легко, как с Ино или Какаши-сенсеем. К примеру, она целый час рассказывала ему о своей самой интересной операции, на что Учиха во время её разговора лишь слабо улыбался или просто кивал головой. Когда же она описывала ту же самую операцию Какаши-сенсею, последний завалил её кучей вопросов про каждый шаг операции, а в конце громко похвалил её.       «Это потому что мы с ним уже привыкли друг к другу, с Саске-куном просто нужно больше времени», — решила тогда Сакура, прогоняя чувство лёгкого разочарования, когда на очередной рассказ Харуно Саске лишь хмыкнул.       Во-вторых, сам Саске большую часть путешествия провёл в молчании, и общительной Сакуре иногда становилось не по себе. Между ними было так много неловких пауз, которые Харуно в отчаянии пыталась заполнить болтовней, что в итоге Сакура сдалась и внушила себе, что тишина даже лучше разговоров — главное, с любимым человеком.       Третьей причиной её легкого беспокойства было то, что они с Саске совсем друг друга не знали; хуже того: она ему не доверяла. Стоило Саске сделать резкое движение, как Харуно инстинктивно вздрагивала, поджимая свои плечи, и лицо Учихи выражало в такие моменты такое сожаление и вину, что им обоим затем становилось неловко, ведь прошлые мрачные воспоминания вновь настигали их со своими последствиями.       «Просто нужно время. Больше времени, » — твердила себе Харуно, отбрасывая своё беспокойство по поводу их с Саске отношений.       Учиха потянулся к ней и мягко поцеловал в лоб. Харуно зажмурилась от счастья и приложила руку к щеке парня.       — У нас же всё получится? — сбивчиво прошептала она, высказывая вслух вопрос, который терзал её во время всего путешествия, — я буду в Конохе, и ты снова уйдешь, но у нас ведь получится, да?       — Выходи за меня, Сакура, — вдруг резко выпалил он. Затем, помедлив, повторил более спокойным голосом. — Ты выйдешь за меня?       «У нас столько проблем, с которыми мы ещё не разобрались, и мы совсем друг друга не понимаем», — на секунду мелькнуло у нее в голове, но, удачно отбросив непрошеную мысль, она счастливо вскрикнула:       — Да!       «Это же Саске-кун, мы предназначены друг для друга», — успокоила себя она, целуя юношу в губы. Саске же одним движением развязал пояс её халата, властно прижимая девушку к себе.

***

      Сакура даже не заметила, что сидя в палате спящего Кенты, она так глубоко погрузилась в воспоминания. Немудрено, что погрузилась: после сумбурных трёх недель, которые закончились тем, что она в спешке вышла замуж за Саске, ей нужно было время привести свои мысли в порядок.       Жалела ли она о своем решении? Чувствуя тяжесть кольца, которое Саске купил на следующее утро перед их тайной свадьбой в какой-то деревушке, Сакура знала, что ни о чём не жалеет. Ей пришлось выслушать ругань родителей, которые возмущались своеволием дочери, она извинялась перед Ино и Наруто, которые расстроились из-за того, что пропустили свадьбу друзей; даже Цунаде, которая вернулась в деревню и навестила её больницу, скептически спросила Сакуру, не поспешила ли та с таким серьёзным решением, но девушка упрямо считала, что поступила правильно. Кажется, только Какаши отнёсся к новости с невозмутимым спокойствием: поздравив молодожёнов, он пожелал им счастья, а затем поспешно ушёл на одно из собраний.       Сакура стойко выдержала недовольство родителей с наставницей и возмущение друзей, потому что непоколебимо верила в то, что им с Саске суждено быть вместе. Ино и Наруто она пообещала, что позже пригласит их на совместный семейный ужин. Цунаде она ответила, что хотела быть с Саске ещё с детства, поэтому никакой спешки в её решении не было. А родителям она упорно твердила, что счастлива, даже если это было не совсем так: как бы Сакура ни убеждала себя в обратном, счастливой она себя не ощущала.       Дело было в том, что ожидания Сакуры о замужней жизни совсем не оправдались. Первые минуты эйфории сменились разочарованием, но девушка отчаянно убеждала себя в том, что со временем они с Саске разберутся в их проблемах, самой главной из которых было то, что Учиха не мог, да и не хотел задерживаться в Конохе. Даже если Сакура с наивностью полагала, что он изменит решение после свадьбы, чуда не произошло, и Саске до сих пор упрямо заявлял, что оставаться в деревне он не намерен.       «Это можно решить… Ждала же я два года… Нужно просто договориться о том, чтобы он возвращался домой хотя бы раз в месяц… Да, я поговорю с ним сегодня об этом».       Другой проблемой было то, что она до сих пор не знала многих вещей о Саске, и он не особо выказывал желания делиться с ней своими мыслями. Лишь изредка он рассказывал ей истории из своей жизни, но после каждого раза непроизвольно замыкался в себе и не изъявлял желания обсуждать своё прошлое дальше.       Более того, девушка подозревала и то, что сам Саске тоже не до конца её понимает. К примеру, когда Какаши предупредил их о том, что на Сакуру может быть совершено нападение (как-никак, она теперь официально Учиха, и враги не преминут использовать её, чтобы добраться до глаз Саске), Учиха лишь хмыкнул и сказал, что Сакура не слабая и вполне может защитить себя сама. Девушке, конечно, было приятно, что он считается с её силой, но, собственно, почему она должна справляться с этим сама, когда у неё теперь есть муж?       Но Сакура мысленно пообещала себе исправить и эту проблему. Просто им нужно больше времени наедине, больше разговоров и взаимной поддержки, и они с Саске обязательно поработают над этим. Поэтому девушка попросила Ино подменить её в больнице и, выйдя с работы пораньше, поспешила купить продуктов, чтобы приготовить ужин для новоиспеченного мужа, и быстрым шагом направилась домой. Она уже раздумывала о том, что на выходных они с Саске могут наведаться к её родителям, когда обнаружила, что в квартире никого нет, а на столе лежит записка.       «Засёк подозрительную чакру, направляющуюся к границе».       Как всегда: коротко и без возражений. Сакура швырнула пакет с продуктами на стол и опустилась на пол, прислонившись к стене.       Разве должно быть так сложно?

***

       — Неджи нии-сан! — обрадованно воскликнула Хината, приветственно обнимая брата, едва переступившего порог комнаты.       — Я только вернулся c миссии, — сказал он, обнимая подбежавшую к нему Ханаби тоже.       — Как прошло задание? — с любопытством в голосе обронила Ханаби, глядя на Неджи.       Девушки сидели за столом в одной из комнат главной усадьбы; пригласив Неджи присесть, Хината протянула брату чашку жасминового чая.       — Переговоры прошли гладко. А у вас что нового?       — Папа начал тренировать всех техникам главной ветви… Ой… Уже не главной, но ты понял! — принялась рассказывать Ханаби. — Выходит туго, только Токуме, например, удалось освоить шестьдесят четыре удара небес.       — Ичиро не появился ни на одной из тренировок, — вставила Хината, бросая осторожный взгляд на брата. Тот ей слегка кивнул: ещё на собрании, когда были выбраны члены совета, Неджи и Хината заметили явное недовольство в глазах Ичиро и решили за ним приглядывать. Юноша решил рассказать Хинате о прошлых намерениях Ичиро, и вдвоём они ненавязчиво наблюдали за ним, стараясь понять его мысли.       — Жаль, мог бы научиться новым техникам, — подметил Неджи, и Ханаби тоже внимательно посмотрела на родственников, понимая, что Ичиро они не шибко доверяют.       — Кроме него недовольные есть? — поинтересовался он.       — Остальные активно влились в жизнь клана, — поделилась Хината. — Все ходят на тренировки и участвуют в собраниях. У нас возник один вопрос по поводу возраста тех, кто может тренироваться, но на общем собрании мы с помощью голосования решили установить ограничение с пяти лет.       — Реформы работают, — с явным удовольствием в голосе заключил Неджи, затем как бы между прочим добавил: — Мне сейчас нужно вернуться к Тен-Тен, затем я зайду к Хокаге с отчётом и вечером приду на собрание.       Его сестрёнки хитро между собой переглянулись, игриво подмигивая. Хьюга тут же глянул на них с вопросительным выражением лица: что бы их взгляды значили?       — Мы знаем, что ты будешь делать предложение, Ли проболтался на прошлой неделе, — объяснилась Ханаби, — удачи, нии-сан!       Неджи тут же смущённо прокашлялся, отвёл глаза и скрестил руки, стараясь вернуть свою невозмутимость.       — Я пошёл, — резко бросил он, покидая комнату под весёлые взгляды Ханаби и Хинаты.

***

      Тен-Тен лениво лежала на кровати, притянув к себе подушку, когда услышала, как Неджи зашёл домой и окликнул её. Она хотела было встать и выйти ему навстречу, но, сделав слабую безуспешную попытку подняться, решила остаться на кровати. Наконец, умудрившись занять сидячее положение, девушка в ожидании уставилась на дверь и засияла, когда в комнату вошёл Хьюга.       — Доброе утро, — тут же сказал он, присаживаясь на край кровати и приветственно целуя её в щеку. — Доброе утро, — повторил Неджи, обратив взор на её живот.       — Я скучала. И мне было ужасно скучно, тебя не было дома с месяц!       — Я тоже соскучился, — ответил Неджи, положив руки на живот Тен-Тен. — Я уже попросил Шестого-саму о меньшем количестве заданий на ближайшие месяцы. Я и так слишком много пропустил в этой спешке, — с сожалением отметил Хьюга. — Я вижу, Ли наклеил обои в детскую?       — Он заходил каждый день, пока его не отправили на миссию. В один из визитов притащил зелёные обои, клей, и заявил, что если не закончит за час, то пробежит тысячу кругов. Я думала остановить его, но ты же прекрасно знаешь Ли.       — Тысячу кругов он всё равно пробежал, верно? — с усмешкой уточнил Хьюга, и девушка подтвердила его догадку кивком.       — Кстати, наклеил он обои первоклассно, даже если и зелёные.       — Обои могли быть розовыми или синими, если бы ты позволила мне сказать тебе, кого ты носишь под сердцем, — мельком заметил Неджи, и девушка сразу напряглась.       — Твой бьякуган доставляет столько проблем в отношениях, — буркнула она и была отчасти права. Благодаря своему бьякугану, Хьюга часто вёл себя как всезнайка. Например, после их первой ночи, когда девушка поинтересовалась, нравится ли ему её обнажённое тело, он заявил, что уже видел Тен-Тен голой сотни раз во время миссий (хоть и клялся, что случайно). Или когда она целую неделю организовывала вечеринку-сюрприз для Неджи в честь его выписки из больницы, он ничуть не удивился и заявил, что знал о вечеринке всё это время, благодаря своим глазам. Поэтому, когда вдохновлённая Тен-Тен сказала ему, что пол ребёнка должен оставаться для них сюрпризом, а Неджи на это заявил, что уже рассмотрел всё своим бьякуганом, девушка не удержалась и с досады швырнула в него подушкой.       — Не хочу знать, и не смей мне рассказывать, — упрямо заявила она. — И не надо менять обои, ты же знаешь, что ты этим разобьёшь сердце Ли, — Неджи на это пожал плечами, и Тен-Тен устало вздохнула. — Но мы можем вместе выбрать мебель для детской и начать покупать одежду…       Увидев, как Хьюга собрался было вставить слово, она его тут же перебила:       — Унисекс одежду! Которая подойдет и мальчику, и девочке!       — Хорошо, хорошо, — развёл руками юноша. — Мне нужно будет заглянуть к Хокаге-сама, но затем мы можем пойти по магазинам. Правда, давай перед этим сходим на обед в твоё любимое кафе. Я зарезервировал нам столик.       — С чего бы это? — хитро прищурила глаза девушка. Затем она опёрлась на плечо сидящего на кровати Неджи и поднялась, подходя к своему шкафу.       — Отпраздновать… Перемены в клане.       «Так вот взяла и поверила!» — с усмешкой подумала девушка, открывая шкаф и роясь в своих вещах в поисках платья. Тен-Тен замечала выжидательные и любопытные взгляды Ханаби и Хинаты, которые часто наведывались к ней на чай, а Рок Ли и вовсе не мог сдержать слёз, когда смотрел на неё дольше пары минут. Сложив два и два (к тому же Неджи и сам обещал сделать предложение после принятия реформ), девушка спокойно дожидалась кольца.       — И отпраздновать нашу любовь, — вдруг твёрдо заявил Неджи, и девушка хихикнула, всё продолжая рыться на своей полке. (И с каких пор тут такой бардак?) — Ты же знаешь, я люблю тебя, Тен-Тен, и я не могу дождаться того момента, когда мы станем полноценной семьёй, — продолжал парень.       — Неджи, ты же не собираешься делать мне предложение дома, когда я в одной пижаме? — мельком спросила девушка в шутку, наконец-то найдя своё платье и повернувшись к юноше.       Её зрелищу предстал раскрасневшийся Хьюга, который спешно поднимался с колена. Он держал одну руку в кармане и немедленно отвернулся, скрывая своё смущение.       — Мне нужно в резиденцию Хокаге, — протараторил он, чуть ли не выбегая из комнаты. Тен-Тен присела на кровать, сжимая в руках платье.       «Чёрт! Ну кто меня за язык дёрнул?»       Она просидела на кровати в течение нескольких минут, осознавая свою оплошность. Неджи явно представлял себе этот момент по-другому, а она его отпугнула. Боже, он и так столько медлил с этим предложением из-за ситуации в клане, а теперь ещё и это!       Затем её вдруг посетила мысль: а с чего это, спрашивается, только Неджи может делать предложение? Сердце её затрепетало: действительно, почему бы ей не предложить самой? Что в этом такого?       Уже через час девушка с замиранием сердца ждала своего возлюбленного на террасе их дома. Она надела свободное платье (к шестому месяцу её живот уже был довольно большим), слегка накрасила ресницы и с нетерпением всматривалась в ворота в ожидании Неджи. Когда он появился, она даже хихикнула от предвкушения и с непривычной для беременных скоростью подбежала к нему.       — Выслушай меня! — начала она. — Неджи, я тоже люблю тебя, и я не представляю своей жизни без тебя. — Тен-Тен попыталась было присесть на колено, но из-за живота у неё не получалось сделать это так элегантно, как хотелось. Кряхтя и придерживаясь за поясницу, она всё пыталась изловчиться и встать на колено. И почему её живот такой огромный?       — Нет! — завизжала она, замахав руками, когда парень решительно подошёл к ней ближе, чтобы остановить её. — Я хочу сделать тебе предложение, не мешай!       — Неджи, что это такое?! — послышался возмущённый голос у ворот, и парочка увидела рассвирепевшего от праведного гнева Хиаши.       — Смотри, до чего ты её довёл! Ей приходится при её положении на колени вставать из-за твоей медлительности! Как ты можешь так поступать с матерью своих будущих детей?       Ханаби, стоявшая позади своего отца, поджала губы и отрицательно покачала головой, глядя на брата. Лицо Неджи уже было цвета редиски.       — Это не то, что вы думаете, — начала Тен-Тен, закрывая руками лицо: боже, как неловко!       После долгих и сумбурных объяснений, которые слегка умерили пыл главы клана, Тен-Тен и Неджи направились в кафе для обеда. Всю дорогу они молчали: Хьюга злился, что всё идёт совсем не так, как он планировал, Тен-Тен же чувствовала вину за то, что рушит планы своего парня. Они пообедали, перебрасываясь парой фраз, но когда подали любимый десерт девушки, Тен-Тен, уставшая от взаимного неловкого молчания, не выдержала и начала говорить:       — Прости, прости пожалуйста, что продолжаю обламывать твои планы, — Хьюга собирался было возразить, но девушка не дала вставить ему слова и продолжила. — Не перебивай! Я люблю тебя, очень люблю и знаю, ты тоже, поэтому мне совершенно без разницы, как ты сделаешь мне предложение, даже если это будет супер банально, вроде кольца в десерте!       Увидев, как Неджи поджимает губы и буравит ее недобрым взглядом, она ойкнула.       — Кольцо в десерте, да?       Хьюга порывисто забрал её десерт в виде суфле и одним резким движением вытащил оттуда перепачканное кольцо. Встав со стула, он подошел к ней и сел на одно колено. Он двигался с чрезвычайной быстротой, видимо опасаясь того, что Тен-Тен вновь его прервёт или ляпнет не то, и когда она собралась было что-то сказать, он нахмурился и приложил палец к губам, прося её помолчать. Решительно взяв её за руку, Хьюга надел запачканное из-за суфле кольцо на палец девушки.       Воцарилось молчание. Тен-Тен молча взирала на кольцо, которое красовалось теперь на её пальце, Неджи смотрел туда же. После пары мгновений, они с самым серьёзным выражением лица взглянули друг на друга и оба взорвались счастливым смехом.

***

      — Какаши-сенсей? — Сакура робко заглянула в кабинет и в нерешительности остановилась, увидев спокойный взгляд Хатаке, обращённый к ней. Девушка не совсем понимала, сохранится ли их дружба с сенсеем после её замужества, но она не могла больше сидеть в квартире в одиночестве, поэтому по привычке наведалась в резиденцию Хокаге, чувствуя, что соскучилась по разговорам с сенсеем.       — Чай? — неуверенно предложила она, замявшись на пороге.       — У меня остались документы, которые нужно заполнять, — раскинул руками Какаши, показывая горы бумаг.       — Значит, без чая?       — Значит, заполню документы позже, — улыбнулся ей глазами Хатаке, отодвигая стопки в сторону. — Я заслужил перерыв, не так ли?       Сакура ярко улыбнулась, и Хатаке на секунду показалось, что тусклая комната стала немного светлее.       Истосковавшиеся по общению, они просидели несколько часов за чашкой чая, пересказывая события прошедших дней. Какаши рассказал бывшей ученице о переговорах, которые он провёл на прошлой неделе, Сакура же поделилась историями из больницы. Девушка невольно осознала, что давно уже не чувствовала такой комфорт и уют в общении с другим человеком. Она тут же одёрнула себя, когда поняла, что невольно жалеет о том, что не может общаться с Саске так же свободно и легко.       — Слышишь? — отвлек её от мыслей голос Какаши, — я говорю, что другие деревни уже дали одобрение на твою программу обучения. Они выберут стажёров и отправят учиться к нам в Коноху, думаю, через месяц.       — Это прекрасно! — нарочито восторженно воскликнула Сакура, отодвигая мысли о Саске подальше.       — У тебя всё в порядке? — аккуратно спросил Хатаке, увидев, как девушка натянуто улыбается. Та была застигнута врасплох: иногда она забывала о невероятной проницательности сенсея.       Сакура хотела бы соврать, что всё хорошо, точно так же, как она врала родителям или Ино, но Какаши-сенсею лгать не хотелось, то ли от того, что она прекрасно знала, что он ни за что её не осудит, то ли от того, что он все равно с легкостью раскроет её ложь.       — Не думала, что Саске вот так скоро уйдет из деревни сразу после женитьбы, — нехотя призналась она, нервно теребя воротник кофты. Какаши как-то странно взглянул на неё в ответ, будто напряжённо думая, как на это ответить. Девушке на секунду показалось, что в нем идёт какая-то борьба, но прошла лишь доля секунды, и его выражение лица вновь стало непроницаемым.       — Почему бы тебе не попробовать написать ему письмо или сказать ему о том, что тебя тревожит? Уверен, он должен понять.       «А если не поймет?..»       — Вы правы, сенсей, — слабо улыбнулась куноичи. Возникло неловкое молчание, но девушка поспешила его прервать. — Вы придёте на свадьбу Неджи и Тен-Тен?       — Тен-Тен попросила Гая выступить в роли её отца, и Гай расстроится, если я не приду на это посмотреть. Церемония, как я слышал, будет скромной и небольшой?       — Да, Тен-Тен говорила, что она не приверженец пышных торжеств, и ей лишь хочется поскорее связать себя узами брака.       Самой Сакуре хотелось бы иметь пышную свадьбу, поэтому словам подруги она мало верила. У неё тоже была скромная свадьба, но на ней она не могла прекратить думать о том, как хорошо было бы, присутствуй на церемонии все друзья и знакомые, будь там торт и музыка, будь она в свадебном кимоно… Но Учиха твёрдо заявил, что излишние церемонии только привлекут больше внимания врагов деревни к их свадьбе, чего он не мог допустить, и Сакуре пришлось согласиться с ним и отказаться от своей наивной мечты о красивой свадьбе.       Посидев с Какаши ещё час, всё не находя в себе силы уйти из его уютного офиса в свою пустую квартиру, Сакура под конец всё же заставила себя попрощаться с сенсеем. Вернувшись в безмолвную квартиру, она вздохнула, почувствовав тяжесть одиночества.

***

      На следующий день после работы Сакура в спешке надела платье и побежала к усадьбе клана Хьюга, где на закате должна была состояться скромная свадьба Неджи и Тен-Тен. Когда она прибыла на место церемонии, там уже собрались все её друзья с Академии, Гай с Какаши-сенсеем и некоторые члены клана Хьюга. Сакура поздоровалась с Наруто и Хинатой, которые уверенно держались за руки, обняла Ино с Саем, когда Яманака напомнила ей о том, что пора Сакуре начать помогать с организацией их с Саем свадьбы на правах подруги невесты. Девушка ответила ей обещанием приступить к подготовке как можно скорее, затем она перевела своё внимание на остальных гостей церемонии и с умилением вздохнула, увидев, как Гай-сенсей и Ли украдкой вытирают слёзы радости. Потом она мельком заметила, что даже обычно суровый Хиаши мягко улыбался, а Ханаби сияла, стоя рядом с отцом. Затем она невольно задержала взгляд на Какаши, который после короткого серьёзного разговора с Хиаши направился к Гаю и сочувственно похлопал того по плечу. Сакура даже не заметила, как её машинально потянуло ближе к сенсею и, подойдя к нему, она вместе с ним начала утешать растроганного до слез Гай-сенсея.       Тен-Тен счастливо сжимала руку Неджи. Обычно скованный в эмоциях, Хьюга не мог сдержать умиротворённой улыбки. Он не отводил взгляда от своей невесты: она выглядела особенно мило в широкой юкате, которая неплотно облегала её живот, волосы её были привычно собраны в две дульки, но по настоянию Ханаби, Тен вдела в причёску цветки ромашек, гармонично вписавшихся в её образ. Неджи хотел бы устроить ей более достойную церемонию с большим количеством гостей, может, даже после рождения детей, чтобы ей не приходилось искать кимоно больших размеров, но Тен-Тен категорично отвергла его идеи, заявив, что ей никогда и не хотелось пышной свадьбы. Она не кривила душой: в то время как её сверстницы грезили о грандиозных церемониях, Тен-Тен, которую не зря подруги часто нарекали пацанкой, совсем об этом и не задумывалась.       Когда она попросила Гай-сенсея заменить ей отца на свадьбе, сенсей в порыве чувств явно намеревался задушить её в объятиях, но к счастью её внушительный живот ему помешал. Плечо, к которому прислонился сенсей в приступе сентиментальности вмиг стало мокрым от его слез, но Тен-Тен это не волновало. Похожую реакцию она и Неджи получили от Ли, которому они лично объявили о свадьбе. В особняке Хьюга, Хината с Ханаби искренне обняли их обоих, а Хиаши даже одобрительно положил руку на плечо девушки, сказав, что рад принять её в клан. Оспаривать её решение провести церемонию как можно скромнее друзья не стали, чувствуя, что пышность и грандиозность совсем не подходят этим двоим. Все друзья видели Неджи и Тен-Тен как пару тихую, но уютную и спокойную, поэтому церемония была им подстать.       Сакура при виде них почувствовала: вот, как всё должно быть. Молодожёны смотрели друг на друга с такой нежностью и всепоглощающей любовью, что, казалось, они растворялись друг в друге, и на лице ни одного из них не присутствовало и тени малейшего сомнения. Они вдвоём выглядели так гармонично, так правильно, что никто бы не усомнился в том, что они предназначены друг другу судьбой.       Интересно, а как выглядят со стороны они с Саске? Так же уверенно? Так же спокойно?       Она вдруг поймала на себе взгляд Какаши-сенсея и смутилась, понимая, что всё это время он разглядывал её лицо. Неужто он понял, какие сомнения мучают её? Судя по сожалению, проскользнувшему в его взгляде, он понял. Ну конечно, с его-то внимательностью для него никогда не составляло сложности читать её эмоции. Сакура сжала кулаки, прикрыв глаза.       Всё наладится.