Глава 7
3 декабря 2018 г., 07:27
На следующие несколько недель они настолько погрузились в повседневные дела, ставшие невероятно домашними, что почти забыли о нынешнем состоянии этого бренного мира.
А меж тем проблема реально существовала.
Северус укреплял ограду вокруг дома. Он таскал сосновые ветки и, заточив, вставлял в землю по периметру.
Сэм пек куличики, но тут вдруг отвлекся и указал на что-то.
Северус обернулся и почувствовал, как в желудке образовался ком.
Вдалеке, прорываясь сквозь деревья, можно было разглядеть фигуры… Инфицированные.
И их много.
Имея дело с одним или несколькими Инфицированными, можно их обогнать или перехитрить.
А это… толпа.
Некий стадный инстинкт заставил их объединиться, и они образовали толпу, которая путешествовала в поисках пищи.
Позабыв о ветках, Северус метнулся к Сэму и перебросил его через плечо, не обращая внимания на его хихиканье.
Стену он преодолел быстрее, чем когда-либо прежде, быстро отдал Сэма Гермионе, поджидающей у окна. Она услышала шум, когда он бросил ветки, и приготовилась к чему угодно.
Позаботившись о мальчике, он передвинул комод к окну, забаррикадировав его.
За ночь подтянулись другие Инфицированные, и когда они проснулись утром, то были полностью окружены.
Гермиона обеспокоенно посмотрела на Северуса, а Сэм расплакался. Тогда Северус просто прижал к себе обоих, обещая защитить.
***
Северус впервые за минувшие годы слегка поправился. Спать он ложился в ждущие объятия горячей маленькой ведьмочки, и голодные рези в желудке, ставшие его спутником, отступили. С тех пор, как они обосновались в домике на железнодорожной станции, они жили хорошо благодаря яблоням и охотничьим способностям Гермионы, приносившей свежее мясо, но теперь, когда они сидели на пайках, их число стремительно иссякало. Они смогли залечь почти на две недели. Две недели ушло на то, чтобы толпа инфицированных миновала дом. Сэм рвался на волю сильнее всех. Большую часть жизни мальчик провел в пути и сейчас не мог понять, почему они заперты в комнате, ведь прежде ничего подобного не было. Он расстраивался и громко плакал, пока Гермиона со слезами на глазах не успокоила его заклинанием, ослабленным Империо, поскольку она волновалась, что у него начнется приступ астмы. Северус прижал к груди притихшего, но все еще всхлипывающего мальчика, пока тот не уснул. Плакала и Гермиона, чувствуя вину за свои действия, Северус не позволял ей винить себя, заключив в объятия обоих.***
Когда опасность миновала и появилась возможность выйти, они двинулись в город. Им были нужны припасы, припасы, которые продержатся. Мясо и яблоки — это прекрасно, но нужно нечто не скоропортящееся, что не пропадет дольше, чем несколько дней, на случай нашествия еще одной толпы инфицированных. Сухие продукты и консервы, которых у них сейчас очень мало. Было безмолвно решено идти вместе. Им было нужно быть вместе. Придя с юга, Северус знал, что ничего там не осталось, Гермионе было известно то же самое о восточной стороне, поэтому они двинулись на север. Они с трудом смогли определиться, что брать с собой, а что оставлять. В итоге кое-что оставили в доме, но большинство вещей поволокли на себе. И решиться оставить их временный дом пустым тоже было непросто. Всегда существовала вероятность, что его кто-нибудь обнаружит, и обоснуется внутри. Все, что было нужно Гермионе во время этого разговора — каменный взгляд Северуса, так что она попросту стиснула челюсть и кивнула. Посыл был ясным. Если бы пришлось, он бы убил ради них. Ради их безопасности. А Гермиона позволила бы ему это. Они не хотели никому вредить, но собственная безопасность превыше всего, и если кто-либо попытается отнять их убежище, он дорого поплатится за это.***
Они пришли в деревню примерно через час ходьбы и уже собирались уходить, но увидели знаки. Первое, что они сделали — взобрались на огромный дуб и принялись слушать. Так они провели добрую четверть часа. Разобрали какие-то шаркающие звуки, должно быть, зверь или несколько инфицированных. Но не было голосов, а шаги явственно принадлежали человеку. И, самое главное, не было слышно воя. По истечении пятнадцати минут Гермиона спустилась и бегом ринулась в деревню, не обращая внимания на беспокойство Северуса. Он лучше дрался и физически был сильнее, но она была меньше, ловчее и проворнее. Спустя пять мучительных минут ожидания она вернулась и кивнула. Северус спустился с дерева и направился к Гермионе с Сэмом на плечах. Они добрались только до двух первых домов, прекрасно осознавая, что уже достаточно времени провели вдали от своего безопасного убежища. Наполнив рюкзаки, они медленно направились к выходу, Сэм захотел идти сам, Гермиона взяла его за руку, а Северус шагал следом, позволив Сэму очутиться между ними. Когда они подошли к своему дому, первым вперед пошел Северус. Как только он убедился, что в здании безопасно, они тут же забаррикадировали дверь изнутри. Сэм уже устал, для него это был долгий день, и он вскоре уснул. Гермиона отнесла его на кровать, а затем столкнулась в коридоре с Северусом.***
Она повернулась к двери спальни. Её голова и ладони были прижаты к стене рядом с запертой дверью, она несколько раз глубоко вдохнула. Северусу не нужно было объяснять её состояние, отчего она дрожит и так дышит. Облегчение. Они были дома. Они были в безопасности. Сегодня столько всего могло пойти не так. Но все же они вновь очутились здесь. Он подошел вплотную, стоя на волосок от неё. И, едва прижал её к себе, как с её губ сорвался мягкий стон. Его левая рука очутилась за её спиной, в то время как правая ласкала её грудь. Он знал, что ей нужно. Грубым движением он запустил руку ей в джинсы, стягивая их, пока они не обнажили ягодицы. Он со стоном терся затвердевшим членом о её попку, а руку сунул ей в трусики. Её стон был глубоким и низким, он ощутил, что она слегка сдвинула ноги. Он сильнее вжался в неё сзади, наслаждаясь трением, а, когда он ласкал её, то игриво покусывал за плечо. Её руки и лоб все еще были прижаты к стене, она продолжала стонать и задыхаться от его прикосновений. Вдруг она попятилась назад, но он подтолкнул её вперед, сильнее прижав к стене, она застонала, изогнувшись в его руках. Ей не потребовалось много времени, чтобы достичь пика наслаждения, и вот он уже стонал, ощущая, как её тело дрожит от оргазма. Едва к ней вернулся разум, как она тут же подтянула джинсы и опустилась перед ним на колени. Настал его черед класть руку на стену, когда она извлекла его член из штанов и тут же обхватила губами. На сей раз она не стала возиться с очищающим заклинанием, а тут же взяла в рот. Восторженно шипя, он не мог сдержаться, и его бедра стали качаться в такт её движениям. Она двигалась с ним так слаженно, что он вскоре выдохнул ее имя, предупреждая. Он вновь кончил ей в рот, и она вновь проглотила его сперму, затем выпрямилась, а вот его ноги держали с трудом. Стоя перед ним, она рассеянно заправила прядь его волос за ухо, и он взглянул на неё. Ему не давало покоя то мгновение, когда она побежала в деревню. «Я чуть не потерял её сегодня». Он сжал её в своих объятиях. Крепко прижимая ее к себе, прижимаясь лицом к её волосам и вдыхая её запах. А она… она обнимала его в ответ, так же сильно, как и он ее.
