Лавандовый ветер

      — Шерлок? Мы тебя потеряли. Ты вещи собрал? Скоро уезжаем.       Джим подошёл к детективу. Тот обернулся. Некоторое время смотрел в глаза. Так, будто хотел насмотреться на будущее. Так, как смотрят в последний раз.       После их разговора у водопада он больше не заводил свои упаднические разговоры и не мешал Джиму и Морану готовиться к маршброску по тайным тропам через Альпы.       — Дай руку, Джим.       Получив требуемое, Шерлок поднёс его раскрытую ладонь к губам и легонько поцеловал.       — Я люблю тебя, мой криминальный гений.       «Прекращай себя так вести, будто умирать собрался!» — мог да и хотел сказать Мориарти, но не стал. Какой смысл раздавать указания, которые не могут быть выполнены.       В другой руке у Холмса оказалась перьевая ручка.       — Тоже на чердаке нашёл и реанимировал?       — Ага, — Шерлок написал на ладони Джима несколько цифр и буквы: SHRL.       Джим вопросов задавать не стал. Ждал, пока просохнут чернила, а Холмс тем временем слегка массировал его пальцы в очередной попытке их согреть.       — Ты смотрел фильм с Ди Каприо «Поймай меня, если сможешь?» — спросил Шерлок.       — Нет.       — Суть фильма в том, что кто-то вроде полицейского пытается поймать парня, гениального мошенника, которого и играет Ди Каприо. Я уже не помню всего, но есть один знаковый момент. Они встречаются в каком-то заброшенном здании и полицейский предлагает мошеннику сдаться добровольно. В этом случае гарантирует ему снисхождение в суде, и говорит что снаружи засада. Если он не сдастся, а попытается сбежать, ему всё равно не уйти, но тогда он будет пойман и уже никакого снисхождения ему не видать. Ты слушаешь?       — С неослабевающим вниманием, — Джим продолжал смотреть на буквы на своей ладони.       — Суть этого момента в том, что мошенник не знает, правду ли ему говорит полицейский или нет. Идёт работа на доверии. Они довольно неплохо узнали друг друга за фильм, хоть и антагонисты. Если полицейский не врёт, и правда хочет помочь, то лучше, конечно сдаваться. Но есть шанс, что это подстава. Тогда он сдастся напрасно, хотя может сбежать.       — Трудный выбор при недостатке данных. На доверии, говоришь?       — Верно. Я это к чему… — он осторожно коснулся ладони Джима, — если послать этот буквенный код по этому номеру, мой брат Майкрофт получит его даже отсюда, через спутник, и мгновенно запеленгует твой мобильник. И пришлёт вертолёт. Мы можем послать его хоть сейчас. Сдаться. И не попасть в засаду.       — Но ты не уверен, что эта засада есть.       — Я-то уверен. Но ты сомневаешься. А Моран уверен, что нет. Не могу же я принять такое решение за вас, так вас сдать.       — А что в итоге сделал герой фильма?       — Не буду спойлерить, — тут Шерлок улыбнулся. Впервые за все дни, после его первого признания в любви, — случится оказия — посмотришь.       — Морану поручу.       — Лучше сам. Думаю, тебе зайдёт. Можно использовать этот код и позже, когда нас уже зажмут в кольцо и будет выбор: умереть в бою или выжить, но снова попасть в плен к Майкрофту… Мой брат, конечно, почти всемогущ, и прилетит на выручку как орлы в «Хоббите». Читал?       — Нет.       — Я тоже, мне Джон рассказал. Но может просто не хватить времени.       — И почему ты отдаёшь этот выбор мне? — Джим, почти злясь, пытался поймать взгляд Шерлока.       — Первую причину озвучил, вторая — у меня и телефона-то нет, третья — ты же у нас босс. И ещё. Пока думаешь, пойдём, хочу кое-что тебе показать.       Шерлок взял Джима за руку, не за запястье, а ладонь к ладони, переплетая свои пальцы с его, как делают только совсем маленькие дети.       И повёл куда-то, петляющей тропинкой.       Джим думал, что за прошедшие дни неплохо изучил окрестности, но сыщик его удивил. Привёл к какому-то обрыву, остановился шагов за пять до края и отошёл чуть в сторону, не выпуская руки Мориарти.       — Смотри.       Внизу расстилалось целое озеро фиолетовых цветов. Они волнами колыхались от ветра, и кажется, Джим даже ощутил долетающий аромат.       — Лаванда цветёт?       — Красиво, правда? — Шерлок обнял Джима, прижался к его спине, — стоять бы тут вечно, дышать этим лавандовым ветром.       — Тебе бы быстро надоело. Есть и другие способы приятного времяпрепровождения, — Джима как обожгло неожиданной мыслью. Даже странно, что она не пришла ему в голову раньше, — Шерлок… ты так давно ничего не расследовал. Ты же жить без этого не можешь. Как ты справляешься?       — У меня теперь есть другая вещь, без которой я не могу жить. И она сейчас стоит в моих объятиях и болтает глупости. Но я всё равно её люблю. И потом…       — Эй! Где вы там!!!       — Моран. Надо идти.       — Да. Только Джим, хотел тебя попросить, сфотографируй, пожалуйста, эти цветы.       — Хочешь, тебя на их фоне?       — Нет. Только цветы. Лётчики перед полётом никогда не фотографируются.       — Не знал что ты такой суеверный, — Мориарти вытащил мобильник, и ещё одна запоздалая мысль резанула по сердцу. У него нет ни одной фотки Шерлока. Как-то в голову не приходило раньше сфотографировать его. А было бы здорово, его стремительная фигура тёмным силуэтом на фоне этого фиолетового озера… но, если не хочет, то Джим не будет, — он пару раз щелкнул лаванду. В интернете таких картинок полно, но раз уж Холмсу так хочется, ладно. По пейзажу всё равно не вычислить местность.       Моран действительно их ждал. А с ним несколько неопределимого возраста людей. Джим знал, что именно они поведут их троицу через горы. Четверо стояли чуть в отдалении, с одним, самым старшим, Себастьян объяснялся на смеси нескольких языков, и, похоже, больше жестами.       Шерлок внимательно окинул взглядом их всех. Обернулся к Джиму. Тот вздохнул.       — Иди. Прояви свою дедукцию.       Шерлок направился к Морану, а Мориарти задумчиво посмотрел на надпись на ладони. Потом на свой телефон. У него тоже есть к кому обратиться, если что. Вот только этот «орёл» берет крайне дорого, не расплатишься. А что если… — Джим погрузился в свои мысли, выстраивая множество комбинаций, из которых нужно выбрать одну единственно-правильную, что приведёт к нужным последствиям. Разве Шерлок не назвал его гением?       — Себастьян?       Моран обернулся к подошедшему Шерлоку.       — Перешли на имена?       — Почему нет. Позволишь поучаствовать в вашей беседе?       — Да мы уже всё обсудили, так последние наставления.       — Не сомневаюсь. Спроси у него о самочувствии его дочери.       — Что?!       — Скажи, что читаешь на его лице тревогу по дочери и интересуешься как она, и не можем ли мы чем помочь.       — Но…       — Сделай как он говорит, Бастиан, — подал голос Мориарти.       Себ скрипнул зубами, но послушался.       Шерлок внимательно смотрел как меняется выражение лица проводника и не забывал поглядывать на остальных.       — Он говорит, что его дочь одержима…       — Нет, — прервал Себастьяна Шерлок, — слово похожее, но смысл другой. Безответно влюблена. То-то они так смотрят на тебя, будто ты её на их глазах обесчестил и сбежать собираешься.       — Что?! — вскинулся Моран, — да я в жизни его дочь не видел! Они своих женщин чужакам не показывают!       — Ты её не видел, зато она тебя разглядела. Когда ты в их деревню приходил. Эти — Шерлок указал кивком головы, — сыновья этого, — снова кивок на собеседника Морана, — но у него есть еще и дочь. Понятно по знакам на одежде. И судя по тому как он их теребит и вздыхает — с ней что-то неладно. А судя по злобным взглядам братьев… и парочке их восклицаний… Они сдали нас, так как убеждены, что наша смерть избавит его дочь от наваждения влюблённости в чужака.       — Что за бред! — воскликнул Себастьян, — я этих ребят знаю, несколько раз с ними ходил… и без их помощи мы по этим горам год будем идти.       — Скажи старику, что сожалеешь, но не можешь ответить на её чувства, потому что твоё сердце тоже разбито безответной страстью к твоему господину.       — Что???! Да я тебя…!       — Себастьян, — на сей раз вмешательства Джима не понадобилось. Шерлок положил руку Морану на плечо и чуть сжал. Совсем чуть, разве что его фиолетовая рубашка пошла складочками от каждого из пяти пальцев. И от этого прикосновения, а ещё от взгляда детектива, киллер-снайпер почему-то замолчал. Сделал пару вздохов-выдохов. И озвучил старику что-то, активно помогая себе жестикуляцией. Пару слов ему подсказал Шерлок.       Четверо братьев просветлели лицами и закричали что-то гортанное. Их отец покачал головой. Посмотрел по очереди на всех сыновей, поднял вверх руку и произнёс что-то, что и без перевода было понятно.       «Выдвигаемся».       Дорога петляла и кружила. Солнце палило и жгло. Ни у кого не было сил на разговоры. Пока Себастьян не остановился и не затеял спор со стариком.       — Что там у вас? — спросил Джим.       — Хочет повернуть в другую сторону. Я помню этот поворот, тут направо нужно, а этот заладил — «Налево, налево. Опасно!»       — Видимо, выводить нас под пули передумал, — проговорил детектив, — но отменить нападение уже не может.       Себастьян только глазами сверкнул и хотел что-то сказать, но тут Шерлок приложил палец к губам.       — Слышите?       И Джим и Себ только покачали головами.       — Ничего.       — Именно. Птицы замолчали, ветер утих. Даже эти почти не дышат.       Моран, ни слова не говоря закинул руку за спину. Миг, и верная винтовка уже была в боевой позиции. Второй — и в камни над их головами впились первые пули. В камни, только потому, что Холмс мгновенным прыжком уложил Мориарти на узенькую тропу.       Джим почувствовал как тело Шерлока дважды дёрнулось. Дёрнулось, принимая пули, предназначенные ему.