Let me under your skin

      Вода в душевой оказалась едва-едва теплой, но напор был хорошим, и после обжигающего мороза и колючего ветра это было даром свыше. Невесть откуда взявшийся корабль, казалось бы, нашедший своё последнее пристанище в безмолвных снегах, неожиданно спас их. К вороху вопросов в духе “Где я?"и “Как найти своих?” добавилось два новых.       Как здесь появился корабль?       Что произошло за борту?       По вытер лицо грубым льняным полотенцем и ещё раз взглянул на себя в узкое зеркало. Ожог краснел под толстым слоем терпко пахнущей бакты. Непочатая банка нашлась в шкафчике медотсека, как и бактапластыри.       По старался не смотреть на кошмарную койку, когда обыскивал комнатку. Света было не достаточно, чтобы не щуриться, когда читаешь надписи на этикетках. Кроме того, по трубам изредка прокатывался своеобразный металлический стон, от которого По невольно втягивал голову в плечи. Он никогда не считал себя трусом, но усталость переутомлённого организма брала своё, и рациональное мышление давалось чуточку труднее, чем обычно. Натянув чистые штаны и майку, он отправился обратно в рубку, где на фоне инеевого иллюминатора склонился треугольник спины Фазмы — женщина пыталась что-то сделать с панелью управления.       По пути По всё же завернул в пищевой отсек, схватив в охапку первые попавшиеся пайки. От голода его желудок словно прилип к позвоночнику, и такая близость пищи вызвала ненужное нервное возбуждение. Какая разница, в самом деле, откуда взялся этот жуткий транспортник? Это убежище, тут есть еда. Этого вполне достаточно.       Он сел в скрипнувшее кресло, вывалив хрустящие брикеты прямо на бесполезную панель. — Половина тебе, половина мне, — довольно сказал По, хватая ближайший паёк. — Я бы и сама могла, — пробормотала Фазма, не отрываясь от куска железа в руках. Блок питания, тот же, что он сам ковырял совсем недавно. — Считай это проявлением вежливости, — улыбнулся По.       Солоноватый вкус прессованного белка и сыпучая, липнущая к зубам текстура — это было восхитительно. — С чего это? — Ты мне — форму, я тебе — пайки, — с набитым ртом пояснил По, делая ещё один укус. — Вежливость. — Я принесла тебе форму, — медленно произнесла Фазма, раздражённо откладывая бесполезный блок в сторону, — потому что презренный повстанец в броне штурмовиков Первого Ордена — это одна из наиболее поганых вещей, существующих в Галактике. — Да брось, — хмыкнул По. — Признай, я в ней хорошо смотрелся! — Для потенциальной мишени — возможно.       Она аккуратно надорвала обёртку и надкусила паёк. Конечно, Фазма голодна, как и он сам, и всей её хвалёной выдержки не хватило, чтобы оставить глаза открытыми при соприкосновении вкусовых рецепторов на языке и параллелепипеда белковой субстанции.       По развеселился окончательно — непрошибаемый капитан оказалась вполне земным существом с земными потребностями.       Он принялся за следующий паёк. Фазма молча жевала, наблюдая за лампочками над иллюминатором. — Я плох в роли мишени, — продолжил он проказливо, — сколько выстрелов пролетело мимо? А ведь я просто бежал, даже не прятался! И всего раз попали! Скажу тебе, — он гордо задрал нос, — вот если бы я был на своём корабле — у вас не было бы ни шанса! Да пусть и не на своём, я летаю на всём, что имеет крылья!.. — Ты опять это делаешь, — мрачно посмотрела на него Фазма. — Что я делаю? — Треплешься не по делу. — Ну… мы ведь завтракаем. Или обедаем? Неважно, мы едим! В Сопротивлении мы всегда общаемся за столом, обсуждаем разные новости, это же весело!       По свободнее откинулся в кресле, задрав ноги на приборную панель. Что-что, а кожаные кресла пилотов имперцы делать всегда умели! — Неужели вы в Ордене не болтаете о том и сём в столовых? Сидите и молча уплетаете свои казённые харчи? — Не твоё дело, — отрезала Фазма. — Значит, я попал в точку! — Нет. — Значит, точно попал! — хмыкнул По. Желудок удовлетворенно урчал, получив наконец-то долгожданную порцию еды.       Фазма молча протянула руку за следующим пайком, игнорируя испытующе глядящего на неё По. — Хотя я думаю, — продолжил он, — что у вас всё строго. Офицеры не сидят с солдатнёй и всё такое. У вас, капитанов, наверное, своя тусовочка? Полируете доспехи друг другу? — Ты не бессмертный, Дэмерон, — прорычала Фазма. — А моё терпение не бесконечно! — Ладно-ладно, — По обезоруживающе улыбнулся, но лицо женщины по-прежнему было потемневшим. — Не нашла ничего нового?       Фазма покачала головой.       Он опустил ноги на пол корабля и приступил к осмотру ящиков под панелями, которыми не успел заняться ранее. Предыдущие находки ограничились лишь спутанными комками проводов, какими-то стальными обломками с острыми краями и старыми тряпками, которыми явно полировали стекла дольше, чем сам По жил на этом свете. Одним словом, мусор. — Ты разбираешься в системах связи? — вдруг спросила Фазма. — Не особо, — отозвался По из-под бокового стола. — Я пилот, а не механик. — Но справиться с поломкой сможешь?       Он открыл новый ящик. Пустота. — В простейших случаях. Трансиверы и передатчики совсем не моя стихия, обычно для этого у меня есть мой приятель-дроид. Эх, где-то он сейчас…       Разогнувшись от яркой внезапной мысли, По выбрался из-под стола, изумлённо уставившись на Фазму. — Погоди-ка… Ты не разбираешься в механике? — Я и не должна, — пожала плечами та. — Я капитан штурмовиков, и у меня есть дела поважнее, чем копаться в этих ржавых коробках.       По чуть не захлопал в ладоши от восторга. — Тогда тебе придётся признать, — довольно сказал он, — что тут не обойтись без моих сильных сторон! — Связь — не твоя сильная сторона, — поморщилась Фазма, комкая пакетики от пайков в хрустящий шарик.       По лукаво смотрел, как она одним точным броском отправила комок в открытый шкафчик у дальней стены рубки. — Да, но признай, — не отступая, он снова улыбнулся, — что здесь я тебя обошёл! Значит ли это, что подготовка в Сопротивлении лучше, нежели в Первом Ордене? — Это значит, — в голосе зазвучала сталь, — что в Первом Ордене существует распределение обязанностей для эффективной совместной работы, в то время как Сопротивление копошится на задворках помоек Галактики одной огромной бесполезной крысиной кучей! — Ты злишься, а это значит, что я снова попал в точку! — подытожил самодовольно По. — Ну ничего, я скромный и не буду бахвалиться своими умениями, это некультурно. — Засунь себе свою культуру!..       На этот раз По был наготове и успел увернуться от хорошо поставленного удара кулаком. — Ладно-ладно, не горячись! Возможно я… возможно я смогу собрать передатчик… — пальцами он дотронулся до еще влажных после душа волос, — или попробую починить уже существующую систему. Но я ничего не обещаю. Никогда подобным не занимался, механики и дроиды делали всю чёрную работу.       Фазма злобно смотрела на него. В её груди отчётливо что-то клёкотало, да и не сходящий с щёк румянец выглядел не слишком здорово. — Ты в порядке? — с опаской спросил По. — В полном! — рявкнула Фазма. — И у меня вполне хватит сил, чтобы…       Речь вновь прервалась кашлем; переведя дух, Фазма резко поднялась на ноги и прошагала мимо По в пищевой отсек. Там зашумела вода. — На твоём месте я бы выпил чего-нибудь горячего! — через плечо бросил По, возвращаясь к ящикам под панелями. Кое-где попадались выцарапанные чем-то острым имперские лозунги, что свидетельствовало о почтенном возрасте их транспортника. Обычно чем старше был корабль, тем больше приветов от предыдущего экипажа получала нынешняя команда, и даже железные тиски дисциплины Империи и Ордена не удерживали от вандальства. Почему-то этот факт порадовал По.       В новом ящике обнаружилась плоская коробка — носитель голо-записи. К тому моменту как нахмуренная Фазма со стаканом дымящегося кафа вернулась и снова опустилась в своё кресло, По уже вставил носитель в нужный разъём. Случайно или нет, но неведомый разрушитель не тронул голо-проигрыватель, и когда По нажал нужные кнопки, в воздухе возникла прерывистая голубая голограмма.       Пожилой человек с короткой кустистой бородкой и клочками волос над ушами устало смотрел сквозь них. Он завалился набок в кресле пилота, будто только что прошагал огромную спортивную дистанцию. — Итак, — наполнил кабину шелестящий старческий голос, — я Винсент Эперхорт. Полагаю, я теперь один. Джейкоб где-то снаружи.       Фазма сделала глоток кафа, не мигая наблюдая за прозрачной фигуркой. Эперхорт невесело усмехнулся, исподлобья глядя прямо перед собой. — ...я не думаю, что кто-то найдёт эту запись, но всё же — приветствую вас! Надеюсь, у вас есть голова на плечах и вы уберётесь подальше из этого могильника!       Он засмеялся, словно закаркал. По и Фазма переглянусь, но ни один из них не проронил не слова. — Мы сбились с пути где-то на краю Неизведанных Регионов, — продолжил старик, — навигация полетела к чертям после встряски в Осколке Империи. Да уж, там нам дали жару. Куда автопилот нас завёл, так и не получилось определить. Звёзды тут больные, да и тех не видно. Если, — он опять криво усмехнулся, отчего его лицо задёргалось, как при судорогах, — если только вы сами не тронетесь, конечно. Тронутые всегда общий язык находят, верно?       Его глаза повернулись в глазницах и уставились куда-то наверх. — Я теперь один, — повторил он, обращаясь к невидимому собеседнику. — Впрочем, в этом полно плюсов. Я всегда предпочитал работать в одиночку, никто не дёргает тебя под рукав, никто не донимает бессмысленными вопросами. Как можно совершить прорыв, если все кругом только и делают, что шатаются туда-сюда? Джейкоб так и не понял, но он всегда был глуповат…       Он снова посмотрел в камеру, и По стало не по себе от его застывшего взгляда. — Все остались под крылом. Я бы закопал их, да уже стар для такого, а лёд тут толстый. Да уж… и холодрыга, ненавижу этот вонючий снег. У меня на родине был климат помягче. Но я останусь здесь, вместе со всеми. По другому-то никак, мы столько… мы через столько передряг вместе прошли! Ух! И тут тоже помогали друг другу!       По стенам корабля прокатился новый стон. Изображение дернулось от помех, но тут же вернулось в исходную форму. — Если вы нашли эту запись, — продолжил старик Эперхорт, — то улетайте, пока в ваших баках есть хоть капля топлива. Иначе планета станет вашей могилой. Не лучшее место, чтобы окопаться, а?       Он опять разразился каркающим неприятным смехом и вдруг прервался, пристально уставившись вперёд. По сглотнул — эта голограмма словно смотрела прямо на него. Верхняя губа Эперхорта беспрестанно подёргивалась. — Ведите себя прилично, дорогие гости, — его бормотание было почти неразборчивым, — вытирайте ноги, мойте руки, не устраивайте беспорядок в хозяйских комнатах! Не тяните в рот что попало!       Собственные слова показались Эперхорту настолько смешными, что в этот раз карканье продолжалось почти минуту. Затем запись прервалась.       Фазма молча сделала глубокий глоток кафа. — Я его знаю, — медленно сказал По. — Крифф, я знаю этого человека!       Он взволнованно вскочил, не зная, что делать. — Но я не думал… их ведь не нашли!.. — О чём ты? — сквозь зубы процедила Фазма. По растерянно посмотрел на женщину. — Винсент Эперхорт, — повторил он имя. — Я знаю его, я даже встречался с ним когда-то! Это… это такое невероятное совпадение, что даже дух захватывает!       Фазма резко встала, со стуком поставив стакан на приборную панель. — Объясни немедленно, Дэмерон, — её брови гневно сошлись на переносице. — Прекрати бегать туда-сюда! — Ладно, я… Ох, это странная история, — он запустил руку в мокрые волосы, припоминая события прошлых лет. — Я долго жил на Явине-4 с дедом. Отец и мать всю жизнь работали на благо Сопротивления и Республики, и дед воспитывал меня до сознательного возраста, пока я сам не пошёл учиться… — Твои семейные истории мне не интересны, Дэмерон! — ...и дед знал целую кучу самых разнообразных личностей, и когда они приезжали в гости, у меня дух захватывало! Столько историй из разных, самых дальних уголков Галактики! Это было захватывающе! Я обожал сидеть за столом со взрослыми, слушать их разговоры допоздна, а потом идти спать и видеть прекрасные сны!       Фазма утомлённо потёрла переносицу пальцами. — Ближе к делу! — Ах да, — По возбуждённо прошёлся по рубке, совершенно не обращая внимания на недовольство капитана. Воспоминания и мысли путались, но постепенно он выцеплял нужное, хотя и крепко подзабытое. — Так вот, Эперхорт был пару раз у нас дома. Он был крупным специалистом по молекулярной биологии; помню, что даже профессорствовал в Университете Рудрига… Он был старой закалки, и идеи Империи совершенно не поддерживал, хотя вслух редко об этом говорил. Но потом, когда Первый Орден поднял голову, он, хоть и будучи пожилым человеком, связался с генералом Органой и присоединился к Сопротивлению. — Подобное к подобному, — процедила презрительно Фазма.       По оставил её ремарку без внимания. — Я его не видел, был на боевых вылетах, а он… Он работал где-то на Внешнем кольце, занимался агитацией. Генерал посчитала, что для активных действий он староват, а вот красноречие Эперхорта может поработать на пользу движению.       Он потёр подбородок рукой, припоминая события последних лет. — Они… они должны были захватить транспортник с деталями, — произнёс По задумчиво, — и прилететь на одну из наших баз. Команда Эперхорта, их было шесть человек. Не помню точно, что было важнее, сам корабль или детали. Это было вскоре после Крейта, генерал отправила меня… ну да, неважно. Я проторчал на другом конце Галактики несколько месяцев, а когда вернулся, оказалось, что команда Эперхорта пропала. Их так и не нашли, связь восстановить не удалось. Мы прочесали окрестности Камино, где Эперхорт последний раз вышел на связь, но никто точно не знал, когда они исчезли с радаров. Возможно, они попытались прыгнуть, и их занесло не туда.       Фазма недоверчиво покачала головой. — И когда это произошло? — Как раз около полугода назад, — потрясённо сказал По. Он всё ещё до конца не верил в произошедшее. — Это… это невероятно! Мы нашли Винсента Эперхорта! — Мы нашли запись, — сказала Фазма. — Винсента Эперхорта тут нет, как и его отребья. И… что значит “все остались под крылом”?