Эгоист по соседству / В сарае без Чимина

      Ночью Чимин не спит, лежит, в потолок смотрит и думает. Перебирает всю свою жизненную историю и корит себя за свои же чувства, что тогда, семь лет назад, что сейчас. Наступая на одни и те же грабли, усмехается, горько анализируя, и за трусость себя корит.       Юнги ведь не виноват в том, что у Пака тараканы вида несуществующего в природе. Он достоин хоть скомканного объяснения. Чимин не хочет делать ему больно, а потому решает играть свою роль до конца, вопреки своим чувствам. Чимин - эгоист. И останется им навсегда. ***Семь лет назад*** - Алло? Да, мам? - Здравствуй Чимини, извини, что звоню на занятиях…       Разговор заканчивается так же внезапно, как и начался, а Пак срывается с занятий и летит по присланному смской адресу.       Белые стены угнетают, вокруг все в халатах стерильных и пахнет неприятно. Он давно не ребенок, но больницы как в детстве не любит.       К нему подходит мужчина и приглашает в палату, слёзы наворачиваются, хоть и обещал сам себе не плакать. ***       Запах доносящийся из кухни будит организм быстрее, чем его хозяина. Продрав кое как глаза, Чимин плетется на кухню ведомый урчащим желудком. Он подремал пару часов, ему хватит - это всяко больше, чем вчера на целый час.       Юнги хозяйничает на чужой плите, готовит кофе в кофемашине, которой сам Пак не очень хорошо владеет. Звук умирающего кита застает врасплох обоих. Мин резко разворачивается, чуть ли не проливая чашку американо на соседа, подошедшего достаточно близко, а Чимин руками живот обнимает, в надежде, что это его заткнет. Юнги смотрит в глаза, затем молча ставит чашку кофе перед соседом, тарелку спагетти и кивает головой, мол «завтрак подан, хозяин, жрите пожалуйста».       Пак чувствует себя неловко: сегодня впервые он никого не хочет выгнать, после проведенной вместе ночи, впервые ему готовят завтрак, а не он. Такая забота безусловно приятна. - Эм, спасибо…- полушепотом произносит Чимин садясь за стол, он может поклясться, что увидел проскользнувшую на лице парня слабую улыбку. - Ешь давай.       Завтрак прошел в тишине, она не была гнетущей, больше невесомой, в ней было приятно, не смотря на раздражающий фактор в виде собственных мыслей. - Я вообще-то никому не разрешаю хозяйничать у меня на кухне... - как бы невзначай подмечает Пак, допивая кофе, когда Юнги моет посуду. - Значит я буду первым. Поставил чашку и грабли убрал свои, - Мин забирает пустую чашку из рук соседа, бьет того легонько по руке, что тянется за мочалкой, сам споласкивает и ставит на сушку. - Эй, какого хрена?! - вопит Чимин, когда его подхватывают за талию и закидывают на плечо, - Блять, Юнгииии, поставь на место сейчас завтрак обратно выйдет ! - Ничего, поешь дважды, - выдаёт Мин и ржёт, крепче держа соседа за ноги.       Пак перестаёт брыкаться чисто из соображений безопасности, но пытается уцепится за косяк при выходе из кухни, так сказать шанс на спасение, который благополучно проёбан. Чимина опускают на кровать и заворачивают в одеяло рулетиком. - Ты больной, а больным нужно внимание и уход, - опережает вопросы сосед. - Ну так уходи... - бормочет нечто из под одеяла. - А еще всяким пидорам нужно наблюдение врача, поэтому я останусь. - Ты, что будешь жить у меня? - с осторожностью уточняет Пак - Смотря как ты будешь себя вести. - И что? Завтраки тоже входят в наблюдение врача? - бровками играет и ухмыляется - Не дождешься, это было извинение за вчера, - разворачивается и уходит из комнаты.       Чимин, заметно погрустневший, выпутывается из одеяла и шлепает в ванну. Вода успокаивает, смывает напряжение, а мысли приходят к странным умозаключениям в итоге.       Действия одних людей перекрывают действия других людей. Звучит странно возможно, но только вдумайтесь, неужели вы никогда не замечали. Воспоминания связанные с кем-то, мы никогда не забудем, можем лишь перекрыть другими воспоминаниями. Это как ходить в кофейню с некогда дорогим человеком, а потом звать туда другого, создавая новые ассоциации с этим местом. Как ездить всегда одним маршрутом, а потом менять его, как менять глупые, милые, странные привычки, чтобы отвлечься.       Боль от одних мы стараемся перекрыть другими, не всегда удаётся, но тот кто это придумал - гений. Ведь память не стереть, можно только затмить. Плохие поступки перекрывают другие более плохие, или очень хорошие на столько, что разочарование в людях уходит на задний план и тебе снова хочется им верить. Пока не окунут в грязь, и так по кругу. Город, который таит в себе тайны двух людей, преображается, когда ты наполняешь его новым смыслом.       Этот круговорот эмоций - вечный двигатель и естественный отбор. Кто то выдерживает, а кому то нужно чуть больше усилия и поддержка, чтобы выбраться. Но все мы эгоистично используем людей. Осознанно или нет уже другой вопрос не стоящий рядом с текущим выводом. Как и не стоит рядом вопрос поддержки близких и друзей, людей, которые безвозмездно отдают тебе часть своего сердца и души, лишь бы подлатать то, что кто-то разрушил. Им всё равно на причины и следствия им бы улыбку твою снова видеть искреннюю, снова валяться на песке ночью, хомячить зефир и считать звезды, бегать через пешие фонтаны, намокая по самое не балуй, босыми ногами через газон и ржать как припадочным, с таблички «по газону не ходить», в кофейне пить любимый кофе и обсуждать самые тупые идеи, настолько, что кажутся гениальными. Искренность - лучшая отдача. - Эй, отпусти, отпусти!! - вопит маленький Чимин, когда его на плечо друг закидывает. - Кто сожрал мой йогурт, а ну признавайся? - друг бросает его на кровать и начинает щекотать, от смеха слёзы текут, а хохот слышно наверняка на улице через приоткрытое окошко в их мир.       В реальном же слёзы текут у Пака только от ностальгии. Как бы он хотел вернуться, если бы только смог что-то изменить. Остановить, запретить, вовремя промолчать, хоть что-то. Всё могло быть по другому.       И снова действия Юнги его вгоняют в это состояние, словно он знает и намеренно это делает, чтобы Пак смог сполна прочувствовать и принять своё ничтожество, только вот не помогает такая терапия, хочется вздернуться, ну или на худой конец с моста сигануть, на котором надписи успокаивают и призывают одуматься.       Мин же по опыту своей жизни решил, что соседа не оставит в таком состоянии, мало ли чего учудит, по себе судит. Ведь если бы не Хосок в то время, кто знает до чего он докатился.       История была простой: детства своего он не помнил, оно только отголосками приходило к нему во снах. Мин поступает в университет на врача и его в какой-то момент начинают преследовать кошмары. Да такие сильные, что депрессия не заставила себя долго ждать и вот среди всего этого морального пиздеца появляется с ноги солнышко, именуемое Чон Хосоком. Не сразу Хорс конечно пробился сквозь эту колючую броню, но все таки смог. Через ненависть, ругань, пакости и кучу хуйни они стали близкими друзьями. Юнги доверял Хосоку всё и даже больше, а потому сны тоже подвергались обсуждению. Друг с него не ржал, не называл шизиком, просто поддерживал и обнимал, в особо хуевые дни ничего не спрашивая, Мин потом сам рассказывал, когда чувствовал, что готов. Безоговорочно доверять человеку и быть уверенным в том, что тот не придаст - вот истинное счастье.       Ситуация с Чимином была обсуждена по телефону и собственно участившиеся приступы кошмаров, чувства странные рядом с соседом тоже. Юнги был выслушан, обсоветован и послан нахуй на неделю отпуска в студии, а после так вобще назван пидрилой потому, что до сих пор не прислал нужный бит.       Лучший друг хуле. Спасибо Хорсу за то, что тот есть.