Тетрадь в клеточку

Рыцарские романы были особенной слабостью Березина. Частенько вечерами он читал подобные книги, проглатывая их за два дня. Воображение очень ярко рисовало синие шотландские туманы, обволакивающие старинные замки, а в ушах так и звучала игривая песнь волынки и звонкой дудочки. Если же роман был отечественный, то Серёжа с наслаждением погружался в атмосферу дивных ярмарок, зимних гуляний и опричной смуты. Вот и в тот вечер, вернувшись домой, Березин заперся в своей комнате и погрузился в чтение. Главное — не думать о Макарове, не вспоминать этот противный удушливый разговор, что состоялся некоторое время назад. За чтением частенько приходит сон, и вскоре Сергей уснул, а раскрытый толстый том упал ему на грудь. На завтрак были тонкие блинчики, которые Виталий, смеясь, щедро поливал малиновым вареньем. Серёжа мрачно жевал блинную трубочку со сливочным маслом внутри, стараясь не слушать щебет мачехи и отца. — В следующем месяце купим новый телевизор и каждому по новой паре лыж, — довольно заявил мужчина, с нежностью глядя на супругу. Та улыбнулась, делая глоток кофе. Ольга Владимировна казалась холодной и какой-то отстранённой, но с тех пор, как она стала членом их семьи, Березин понял, что эта женщина не стерва, хоть изначально такой и представляется. Она была моложавой, любящей модную одежду и макияж — современная городская леди в джинсах или кожаных штанах, которые только-только вошли в моду. Любовь её была довольно ненавязчивой и «негромкой», тогда как Виталий словно помолодел на несколько лет и «расцвёл». Он всё время шутил, придумывал новые развлечения для всей семьи, был полон энергии. Сергею это нравилось и раздражало одновременно. Но в утро мысли его были заняты не воркующей парочкой, а Олегом. Березин уверял себя, что не сказал ничего лишнего и не сделал ничегошеньки дурного, но в душе всё равно скребли кошки. — Спасибо, мне пора, — буркнул Серёжа, допив кофе, и порывисто вышел из кухни. Второпях зашнуровав белые кеды, он схватил уже ожидающий его в коридоре портфель и выскочил из дома. Было прохладно, и Березин пожалел, что не надел поверх школьной куртки штормовку. Шагая в сторону школы, Сергей думал, что сейчас его мучения закончатся. Они увидятся и быстро помирятся, потому что уже успели крепко сдружиться. И каким же было разочарование подростка, когда перед самом началом урока вошедший в класс Макаров сел не на своё привычное место, а занял предпоследнюю парту во втором рядом, даже не удостоив Березина ни единым взглядом. Внутри у Серёжи всё похолодело, сердце ускорило стук. Руки подрагивали, когда он открывал учебник, ревниво глядя на то, как Олег обаятельно, с ямочками на щеках улыбается повернувшейся к нему Самойловой. Та откровенно строила ему глазки — Макаров был популярным парнем! «И вовсе я не ревную, что за глупости?», — одёрнул сам себя Березин. Прозвеневший звонок дал ему «пинок», заставив погрузиться в науку. Но уже к началу второго урока Березин понял, что дело — дрянь. Олег не замечал его, резвясь и громко шутя среди других одноклассников, а он, Серёжа, стал невидимкой. На перемене одна лишь Ворошилова спросила: «Вы поссорились, что ли?». Березин покачал головой и Юля, пожав плечами, откусила от яблока. Остальные же, стоило Макарову забыть о Сергее, последовали за ним. «Настоящий лидер. Даже ничего для этого не делает», — подумал Серёжа не без теплоты, не без толики восхищения. Весь ад положения обрушился на Березина к концу учебного дня. Факт стал очевидным — кроме Макарова он никому не был нужен, а теперь и ему. Сергей так переживал, что даже подумал о том, что следует подойти и извиниться, но так и не смог побороть гордость. Разве, будь их дружба настоящей, Олег бы так просто отказался от неё? Стал бы дуться на обидные слова до такой степени, что даже отсел и делал вид, что Березина вовсе не существует? Нет. Тогда не стоит унижаться. А дальше потянулись одинаковые и пустые дни. Сергей старательно учился, получал только пятёрки и четвёрки, после занятий шёл сразу домой и погружался в уроки, а потом в чтение книг. Ощущение брошенности и старым другом, и новым, заполнило всё существо подростка. Он совершал какие-то действия, словно робот, не особенно задумываясь об их смысле. Чем больше думаешь, тем больнее. Однажды холодным дождливым утром всё стало ещё хуже, набрав просто катастрофические обороты. Идущий в школу Березин заметил Макарова. Тот стоял у дерева, рядом с ним находилась Самойлова. Хлопая влажными ресницами, она прильнула губами к губам парня, тот резко вскинул взгляд на Сергея. Впервые за всё время с той глупой ссоры. В этом карем взоре была растерянность. Березин почувствовал сильный удар в район сердца, а потом его будто бы проткнули горячей спицей. Серёжа отвернулся и ускорил шаг, чтобы поскорее оказаться в школе.