Орхидея

Ни когда не мог бы подумать, что Мин, сам Мин Юнги может кому-либо подчиняться… Это выглядит так забавно, он, весь такой важный и непоколебимый — словно маленький ребёнок рядом с этим парнем, как зависимый. Так мило, что я просто завораживаюсь, когда вижу их взаимоотношения. Сам же Чимин — очень хрупкий на вид, нежный, но в нём есть что-то такое… Странное, что заставляет подсознательно подчиняться. Именно поэтому, я не смог тогда перечить ему, когда они собрались ехать в Орхидею, хотя я прекрасно понимал, что вся эта затея — полный бред, но… Кто меня слушал? С ними же я ехать не собирался — не хочу туда возвращаться, хоть и знаю, что в этом нет ничего такого, просто — я не смогу посмотреть в глаза Чону, если вдруг он там будет. Ха-х, и почему я надеюсь, что его там не будет? Словно, моё «отстранение от работы» что-то изменило — он как ходил туда спустить пар, так и будет ходить, а я — всего лишь очередной его омега, исчезновение которого ничего не значит… Почему я хочу сделать из себя какую-то значимую фигуру, хотя прекрасно знаю, что это не так… — Так всё, хватит! Ким Тэхён, почему ты превращаешься в депрессивное нечто? — Я вскочил на ноги напротив зеркала и стал пристально в него смотреть. Парниша на холодной глади был растерянный и словно убитый изнутри — нет, это не я, я никогда таким не был и не буду! Я сильный, хороший и весёлый — я всё смогу! И никто мне не нужен, будто я зависимый щенок, не могущий без посторонней помощи — ха, это не так. Зачем мне все эти любовные истории? Я — почти сформировавшийся подросток, да, хоть и так получилось с беременностью, но почему я должен задумываться о таких вещах — по закону я ещё ребёнок, так что — я хочу и имею право веселиться, что я и буду делать! — И не какие Чон Чонгуки мне для этого не нужны! — Парниша, напротив меня уже был не тем забитым человечком — пафосная смеющаяся улыбка, с ноткой сарказма и непонятным блеском в глазах. Боже, как же мне этого не хватало. Так приятно ощущать себя прежнего, уверенного в себе, беззаботного. Я не обязан изменять себя, свой внутренний мир, из-за каких-то дурацких обстоятельств. Ничего, я и не в такие дурацкие ситуации попадал — всегда выкручивался, выходя сухим из воды. И сейчас прорвусь. Хочется танцевать, прыгать — энергии так много, что просто устоять на одном месте невозможно. Я вмиг спустился, чуть не слетев с лестницы, на первый этаж, начиная носиться из одного угла комнаты в другой, не до конца понимая, что именно я хочу сейчас сделать. Вдруг появилось так много сил и идей, что хочется их всех реализовать. С этого дня — я становлюсь прежним, нормальный Ким Тэхёном, которого некоторые называют гиперактивным и странным.

***

Юнги вернулся один, как мне показалось. Его настроение был полностью противоположным моему, как и в принципе сам парень. Мы с ним что-то вроде двух крайностей, которые, в теории, не совместимы. Кажется, он чем-то сильно был нагружен, что на секунду появились прошлые страхи, неуверенность, но я довольно быстро позабыл их, вновь становясь собой. Любопытство, как змей искуситель, шептало подойти к нему и начать докучать вопросами, повторяя их вновь и вновь, пока он не ответит, или может пока я ему не надоем и он не запрёт меня в какой-нибудь комнате, подальше от себя. — Ну что? — Слишком резкий и быстрый вопрос, но я с собой ничего не могу поделать. Парень посмотрел на меня, словно над чем-то раздумывая, не зная как сказать. — Как съездили то? — Я придвинулся к Мину ещё ближе, чуть ли в глаза к нему не заглядывая. — Всё нормально, теперь Чон Чонгук знает о ребёнке и ты был прав — ему действительно всё равно. — Юнги отвёл взгляд… Он мне врёт? Но почему и на счёт чего именно? Того, что они видели Чона? Нет смысла врать на этот счёт… На счёт того, что ему всё равно? Но это же бред, ведь изначально Юнги сам хотел заставить Чонгука отвечать за свои поступки, а сейчас — говорит подобное, словно отгораживая меня и Чона друг от друга. Что за бред? Я только хотел задать очередной вопрос, высказав все свои мысли про эти «нестыковки», но вовремя заткнулся. А нужно ли мне это? Хочу ли я этого? Ведь, проще будет верить, что Чон Чонгуку действительно наплевать, чем рыться во всё этом, ища правду… Хочу ли я разбираться во всё этом? Однозначно — нет. Путь всё будет так, как сказал Юнги, я ему доверяю, думаю — у него есть причины на то, чтобы врать мне. — А давай запечём мясо? Я так его хочу! — Юнги немного «удивился» от того, как быстро я сменил тему, будто чувствуя, что я догадался о том, что он врёт. Несколько секунд он на меня просто смотрел, а после, едва заметно улыбнулся уголками губ. — Конечно, если ты этого хочешь. Этот вечер и вправду удивителен. Вот что значит психосоматика — я запросто убедил себя во всё этом и мне стало на порядок легче, словно и не было всего этого. Это просто очередной этап моей жизни, когда я попал в «передрягу» из-за своего любопытства. И мне это нравится, ведь моя жизнь — полна каких-то странный, смешных и неловких ситуаций. Думаю, обычная, нормальная жизнь — не для меня, мне постоянно нужны какие приключения. Скорее всего, кто-то скажет что я глуп и отношусь к таким серьёзным вещам столь легкомысленно, но ведь если задумываться, размышлять о каждой подобной ситуации так глобально, но и жизни, как таковой, не будет. Просто так получилось — ничего с этим теперь не поделать. Юнги периодический словно проваливался в своим мысли, будто возвращаясь к той информации которую узнал. В этот момент он становился таким серьёзным и суровым, что мне становилось не по себе. Безумно было любопытно, что там произошло, но если я узнаю хоть каплю — не смогу остановиться и скорее всего ввяжусь в что-то более глобальное. Это такое странное ощущение, словно предчувствие чего-то нехорошего, опасного от этой, неизвестной мне информации. Теперь я точно уверен, что мне категорически нельзя её знать, но… Ненавижу своё природное любопытство — чем тщательнее от меня это скрывают, тем сильнее хочется узнать. Чёрт, мне нельзя знать эту информация, я просто уверен, надеюсь, всё будет нормально…