Я поцелую тебя в половине пятого

Глава III «В бой»       Полли не помнила, как оказалась здесь. В уютной знакомой кофейне старенькие, но удивительно вписывающиеся в интерьер часы показывали 5:47 утра. Неоновая табличка "open 24 hours", вкупе с другими, мягко освещали лицо девушки и стоящий перед ней стакан карамельного латте.       Кроме неё в кофейне находилась, по всей видимости, студентка, зашедшая за очередной порцией бодрости в виде двойного эспрессо. Она что-то нервно печатала на своём чёрном ноутбуке и периодически отправляла сообщения на телефоне. Также через столик от неё сидел мужчина лет 30, уплетая заказанный сэндвич и понуро смотря по сторонам.       Приглушённый свет, еле слышное потрескивание ламп, хруст салата и клацание клавиш, смешанное с запахом кофе и невероятно вкусных булочек с корицей, создавали непередаваемый уют. Казалось, будто весь мир вымер от какой-нибудь катастрофы, и теперь осталось только 4 человека, преспокойненько сидящих сейчас здесь. Четвёртый – бариста, официант, частично повар и давний друг Полли – вышел из кухни с подносом свежевыпеченных булочек. Трое "выживших" сразу набросились на поднос.       —Тише, не разорвите меня на части! – полувозмущаясь, полусмеясь сказал бариста.       —Не беспокойся, ты нам ещё нужен, – улыбаясь, сказала студентка, повертев в руке булочку, щедро политую сливочным кремом и источающую аромат корицы.       —Ты обязан рассказать нам рецепт, – потребовал мужчина. Его угрюмость сменилась басистым, с лёгкой хрипотцой, смехом.       —Давно бросили? – раздался неожиданно голос Полли, доселе молчавшей.       Студентка вопросительно взглянула на Полли, потом перевела взгляд на мужчину. Бариста продолжал с невозмутимым видом протирать стаканы, но с нетерпением, сравнимым с нетерпением детей, желающих поскорее показать новую поделку, посматривал своими зелёными, загоревшимися интересом глазами на мужчину. Он же, в свою очередь, опешил и стоял с приоткрытым ртом с поднесённой к нему булочкой.       —Ээээ …А, ну, примерно пару недель назад...Но как Вы... Полли развернулась на стуле, облокотилась правой рукой о барную стойку, закинула ногу на ногу и начала размеренно говорить:       — От вас не пахнет табаком, хотя некоторые привычки выдают в вас курильщика. Например, желтоватый оттенок кожи на кончиках пальцев правой руки (а судя по тому, как держали вилку, вы правша); присутствуют мимические морщины вокруг губ и подбородка, однако вы не привыкли к активному выражению эмоций на лице, так что 2:0 в пользу курения. К тому же, в этой кофейне присутствует специальная комната для курильщиков, однако Алекс, – она указала на баристу. – до сих пор её не открыл, а вы находитесь здесь уже больше часа, судя по вашему чеку. Однако сели вы рядом с ней в надежде хотя бы почуять запах дыма. Хотя я вам отдам должное, вы хорошо держитесь и даже не назвали точную дату своего отказа, как это часто делают заядлые курильщики. Полли развернулась лицом к барной стойке и выдержала небольшую паузу, после чего добавила тихо, больше для самой себя:       — А от своей привычки я так и не смогла отказаться. Вы уж простите, издержки профессии – обратилась она уже к мужчине, одарив его одной из своих любезных улыбок, предназначавшихся для сглаживания конфликтов.       — Оливер, – подал голос бариста, – ты совсем не интересуешься новостями? Это детектив, раскрывший "дело Зондора", её буквально неделю назад показывали по всем каналам.       — Молодой потомок Шерлока Холмса? – спросила девушка, процитировав один из громких заголовков множества статей.       — Именно, – ответила Полли, подмигнув.       — Это всё, конечно, хорошо, но булочки остынут, – сказал Алекс, озабоченный вовсе не температурой булочек. Когда все расселись по местам, а Полли сделала глоток своего латте, он спросил:       — Неужели они настолько вкусны, – указал он на лежащее перед девушкой чудо пекарни – что ты готова приходить за ними в такой час?       — Сдаюсь, ты меня раскусил, – ответила Полли и подняла руки в знак своей капитуляции.       — Прекращай паясничать. Ты не первый и, к сожалению, не последний раз сидишь в моей кофейне и...       Звук «ф» он произносил всегда мягко и звучно, что необычайно нравилось Полли. Алекс берёг его больше других и произносил специально будто даже на французский манер. А девушке очень нравился французский язык, она даже подумывала начать его учить. Но всё ограничилось несколькими дежурными фразами вроде «Bonjour», «Qu’est ce que c’est» и некоторых других. То же самое касалось и некоторых других языков, например…       — Ты слушаешь меня вообще? - вырвал её Алекс из страны Отвлечённых мыслей.       — Я слушаю, но дело-то как раз-таки в том, что оказываюсь здесь не первый раз, и не первый раз слышу от тебя одни и те же слова. Да и не только от тебя, раз уж на то пошло. Я понимаю, вы все желаете мне исключительно добра. Ты желаешь... – на этих словах она взяла его руку и взглянула прямо в глаза, от чего у Алекса перехватило дыхание и встали дыбом волосы. - но послушай. Я не буду принимать решения, не разобравшись и не убедившись сама в их правильности. Ты меня знаешь.       — Именно. Я знаю тебя ещё со школьной скамьи; знаю, какая ты была жизнерадостная и живая. Окрыляла всех, кому посчастливилось видеть твою улыбку или смеющийся взгляд, твои напевы и танцы у всех на виду. Я…я никогда не видел тебя…такой.       — Вот, что любовь делает с человеком, – сказала Полли и отхлебнула от стакана с латте.       — Никогда в жизни не поверю, что это любовь, – ответил юноша, чуть повысив голос. – сама говорила: "любовь не может быть страданием". Поверь, я потратил не один год, чтобы осознать такую простую истину. "Как же так, – думал я, – неужели вот так просто любить без всяких слёз и истерик? А как же безответная любовь?"– на этом моменте он осёкся и, поймав взгляд собеседницы, продолжил:       — Но на самом деле, истинная любовь – это счастье. Когда ты даришь его человеку безответно, и сам счастлив от этого. Всё остальное – привязанность, симпатия, привычка – всё, что угодно, но только не любовь.       Наступило всеобщее молчание. Больше не слышалось клацание клавиш, жевание, даже сам город, который к этому времени уже начал просыпаться, затих. На улице уже светало, да и основные источники света были включены. Атмосфера ночного полубара-полукофейни сменилось атмосферой типичного модного кафе в центре города, однако на самом деле, заведение находилась ближе к окраине.       Внутреннее напряжение Полли достигло того пика, что оно выплеснулось наружу: она будто приподнялась на стуле, бесконтрольно сжимая руку Алекса и неподвижно глядя на него. Он видел, как в её глазах вспыхнула какая-то искра, и от той девушки, пришедшей сюда час назад, не осталось и следа.       — Алекс... – только и смогла произнести Полли.       — По, послушай меня. Тебе нужно отпустить его. Ты тратишь на него все свои силы и с каждым днём увядаешь всё сильнее.       Между делом молодой человек взглянул на часы, взял пульт и включил телевизор.       — Но...       — Никаких "но"! – на этих словах он кинул пульт назад в ящик под стойкой. - Не смей мне говорить, что ты не сможешь. Ты влюблена не в человека, а в моменты, которые ты проводила с ним. Дионис больше не тот человек, и поэтому тебе больно. Всё лицо Полли напряглось. Она впала в серьёзные раздумья. Она отвернула голову влево, в сторону телевизора, который был включён на программе новостей, поджала губы и чуть нахмурила брови.       — Подумай над...       — АЛЕКС! Сделай громче! – воскликнула Полли, вскочив со стула и уставившись в телевизор.       Две-три секунды хватило Алексу, чтобы недоумённо посмотреть на неё, потом на телевизор, опомниться, схватить пульт и прибавить громкость.       — ...в "Сивелиус парк" было найдено тело молодой девушки, Софи Морган, если верить найденным документам. Полиция больше не даёт никаких комментариев. Если вы располагаете сведениями об этой девушке, пожалуйста, позвоните в полицию по номеру, указанному на экране.       Полли испытывала одновременно и страх, и неверие своим глазам, ушам, да вообще всему, что сейчас происходило. Задумчивость сразу куда-то улетучилась, лицо вытянулось, всё мышцы находились в напряжении. Она стояла в одной позе ещё минуту, смотря на фотографию девушки в новостях, которую 12 часов назад видела у себя дома. То же чёрное каре, круглые очки и тёмные, почти чёрные глаза. Это точно она...Но как...       На барной стойке неожиданно завибрировал телефон, и сердце Полли, итак уже заходившееся от сложившейся ситуации, стало биться ещё быстрее. На экране высветилось "Дэвид" и emoji полицейского. Девушка взяла трубку, ловя на себе недопонимающие взгляды посетителей и самого Алекса.       — Я говорил тебе, что отпрашиваться с работы пораньше – плохая примета, – послышался в трубке недовольный мужской голос.       — Я…я не…       — Ты в деле?       — Д-да, разумеется.       — Я сейчас недалёко от твоего до…       — Нет, постой, – перебила его Полли и снова начала тереть виски и лоб от смущения. – я не дома.       После минутного молчания она добавила:       — Помнишь кофейню "У Ала", где мы часто бываем?       — Понял. Буду через 5 минут.       Нажав на красную кнопку сброса вызова, Полли сидела за барной стойкой и приводила принятую информацию в порядок. К счастью, в это время как раз начали приходить посетители, и Алекс ушёл их обслуживать. "Слишком много всего и сразу, – думала Полли. – хвала богам, что именно меня поставили на это дело. Но что же делать с Дионисом..." Подобные мысли роились у неё в голове. Всё смешалось с чувством подходившего к груди азарта, вызванное расследованием нового дела.       Оставив деньги за кофе и булочку, она бросила Алексу кривенькое по произношению "au revoir" и по-детски, с некоторой искрой безумия, улыбнулась. Это была единственная её настоящая улыбка, которая была переходной от просто улыбки к смеху. После того, как она скрылась за дверью и спустилась по ступенькам, студентка спросила у Алекса:       — С ней всё в порядке?       — Будет, – ответил ей юноша. – она сильнее, чем думает.