Вынужденные героини

      Длинные коридоры особняка казались бесконечными и слишком тёмными по сравнению со спальней. Будто жуткий лабиринт без какого-либо выхода, в котором по необъяснимым причинам оказалась девушка.       Эцуко всё больше и больше приобретала уверенности в теории, что Юи здесь пленница или, по крайней мере, девушка должна была себя так ощущать.       Их с Аято комната будто находилась в каком-то отдалённом крыле, где было крайне мало других комнат. По первости Мори не могла разглядеть в полумраке хоть какой-нибудь двери, но пройдя немного направо она всё-таки нашла что-то похожее на неё. К сожалению, закрытую. Девушка прошла чуть дальше, встречая каждую новую комнату через метров пятнадцать. Сейчас дом казался ей невероятно огромным.       В конце длинного коридора было окно, из которого можно было увидеть сад и дорожку, ведущую в лес, а там из-за крон деревьев можно было разглядеть и крышу готического здания. Мори предположила, что это могла быть часовня или церковь.       Пришлось вернутся к спальне Аято и Юи и пойти в другую сторону. Поиски пока не давали результатов. Девушка надеялась хотя бы найти какую-то открытую комнатку, которую она могла бы изучить и получить больше информации.       Свернув в другой коридор, Эцуко очень скоро набрела на двойные двери, слегка приоткрытые. Луч оранжевого света тянулся через щель и освещал противоположенную стену. Заглянув туда девушка смогла рассмотреть просторную комнату с камином, внутри которого танцевали языки пламени и тихо потрескивали догоравшие дрова. Огонь и ещё пару тускло горящих настенных светильников неспособными были полностью осветить такую большую комнату, потому по углам спряталась тьма, скрывая некоторую часть обстановки. Однако дорогой на вид диван, обитый красной тканью с резными ножками, поставленный прямо перед камином нельзя было не заметить, а значит и юношу, лежавшего на этом самом диване. Очень тихо, едва различимо, по комнате разливалась мелодия одного из произведений Рахманинова.       Девушка не была настроена на разговор, и, хоть комната и была открыта, она не считала нужной обыскивать её. Страх риска сказать что-то не то был сильнее, чем желание начать поиски ответов. Не успела Эцуко отойти от двери, как низкий мужской голос позвал блондинку. В нерешительности Мори застыла, мечась между идеей вступить в диалог и просто напросто сбежать. Сделав шаг назад, девушка уже думала пустить прочь, но куда? В такой темноте она запросто расшибёт себе лоб.       - Ты так и будешь стоять там столбом? – сказал блондин.       Его голос не звучал нервно или нетерпеливо. Он был полностью спокоен и расслаблен, кажется, даже не побеспокоился бы, если бы Эцуко и правда просто ушла. Может и не разозлился бы.       Медленно двери распахнулись, издавая еле уловимый скрип, и Юи шагнула на красно-жёлтый ковёр, расстеленный на полу.       - Не боишься, что он снова вспыхнет из-за твоих «прогулок»? – вопросил парень, также неподвижно лёжа на диване.       Мори подошла чуть ближе и рассмотрела лицо вампира. Правильные и красивые черты очень поразили девушку, но тут же она вспомнила, что парень перед ней не человек, да и это всего лишь придуманный персонаж, так отчего же ему не быть красивым в «ожившей» форме. Распахнутые голубые глаза смотрели не на неё, но в потолок. Такие же небесно-голубые, как у дорогой сердцу подруги, которая сейчас в беде не меньше, чем она сама. От этих мыслей ей стало невесело.       - Не будешь со мной теперь совсем говорить?       Ложная Юи завертела головой и ответила, отведя взгляд на огонь. - Нет, буду, конечно, - кротко ответила блондинка. - Так, что у вас там произошло? Весь особняк прочувствовал злость Аято, - интонация его была сплошным потоком звуков, будто его эта тема не интересовала вовсе, но точно поставленный вопрос противоречил этому. - Ничего необычного. Бытовая драма, - буднично ответила Эцуко. - «Бытовая драма»? – переспросил вампир и ладони Мори похолодели. Может стоило выразиться иначе? – Странное определение, но очень точно описывает происходящее между вами. Удивительно, что ты после всего так просто его отпускаешь?       «Он много знает, кажется. Но как вытянуть из него аккуратно информацию?» - подумала Эцуко и наконец то посмотрела на вампира. Его взгляд уже был направлен на неё и изучал её фигуру.       - А у меня есть возможно ему воспрепятствовать? Ответом ей послужил тяжёлый вздох. - Ты не знаешь, как скоро он вернётся? - Откуда мне знать, если даже ты понятия не имеешь? – как-то раздражённо ответил блондин.       Девушка смущённо потупила взгляд, но не от недовольства вампира, а только потому что, Эцуко считала, что так бы сделала Юи. Это или что-то другое повлияло на него, но вампир быстро вернулся в расслабленное состояние.       - Что он сказал по поводу твоей просьбы? Ты ведь попросила его? Мори окончательно растерялась.       О какой просьбе вообще идёт речь? Почему парень этим вообще интересуется? У них с Юи были какие-то особенные договорённости? Даже приблизительно сейчас было невозможно догадаться о чём спрашивает вампир. Нужно было придумать, как выкручиваться. - Он подумает, - тихонько проговорила девушка. - Значит, это уже полпобеды для тебя. Ты смогла ему сама хоть о чём-то заявить. Поверь, ничего хорошего не произойдёт, если продолжишь быть тряпичной куклой.       Эцуко кивнула. Диалог развивался не в её пользу, а скорее даже против неё, поэтому нужно было срочно уходить. Любая причина бы подошла, а ещё лучше, чтобы блондин сам закончил разговор и Лжекомори просто ушла исследовать особняк дальше.

***

      Парадный холл представлял из себя огромное помещение с колоннами и большой лестницей с первого на второй этаж. В помещение не было и намёка на уют, только вычурная роскошь и холодная отстранённость.       На первом этаже было также много коридоров, но количество открытых комнат довольно увеличилось. Всё это были комнаты общего пользования: гостиная, кухня, столовая, ванная комната, ещё одна гостиная… Девушка успела услышать шаги и голос за закрытой дверью, на ручку которой Эцуко уже положила ладонь. Мори не спешила беспокоить человека в комнате, а решила подслушать, о чём говорит этот некто.       Второго голоса слышно не было из чего можно было сделать вывод, что беседа происходит по телефону. - Хорошо, я вас понял, - расслышала Эцуко. – Можете не беспокоиться по поводу девчонки. Она никуда не убежит и никому ничего не скажет. Если потребуется, то я уберу её при первой возможности, но сейчас такой необходимости нет. Спокойно и уверенно кто-то в комнате говорил о чьём-то убийстве. Стало очень даже не по себе, ведь разговор вполне могли вести о Комори, пусть и мужчина не назвал имени «девчонки».       Остальную часть разговора было сложно подслушать, ведь мурашки и холодный пот не давали сконцентрироваться, а мысли о том, что на неё могут вести охоту только, усугубляло ситуацию. Что же Юи и вампиры такое тут творили, что Эцуко то и дело находит какие-то сомнительные улики, указывающие, что обстановка в этом доме накалена до предела?       Мори приняла решение не продолжать осматривать эту часть дома от греха подальше, ведь кто знает, может загадочная личность решит сотворить сказанное, как только завидит блондинку. Даже если речь шла не о Комори, ей вполне могло попасть за то, что она услышала то, что слышать была не должна.       «Голос совершенно точно не мог принадлежать ни Аято, ни Шу. Это был и не Райто. Думаю, манера говорить у него другая. Слишком низкий для Канато, если он звучит здесь также, как и в игре.» - размышляла девушка, пока кто-то грубо не окликнул её. - Эй, ты чего тут делаешь?       Из арки, ведущую в противоположенную часть дома, вышел белокурый парень. У него были просто роскошные волосы цвета первого снега и ярко-красные, как спелая вишня, глаза. И внешне он выглядел как изнеженный мальчишка, но его недовольное выражение лица всё портило, и из милого ангела он превращался в нечто холодное и жестокое. От неожиданного появления парня Эцуко потеряла дар речи. Нужно было что-то ответить, хотя бы поприветствовать младшего из братьев.       Субару тем временем двигался в её сторону.       Сжав кулаки, впиваясь короткими ноготками в ладони, блондинка выпалила: - Гуляю.       Он в ответ как-то невесело ухмыльнулся и остановился на расстоянии вытянутой руки. Скрестил руки на груди и напряжённо уставился на девушку. Эцуко прям-таки ощущала, как парень ждёт очередного ответа. Как уже успела заметить Мори, давить на собеседника аурой – общая способность этой семейки. Впрочем, это была всего лишь тактика морального угнетения оппонента.       - А ещё мне надо было кое-что забрать из комнаты Аято, - честно сказала девушка, опустив голову, лишь изредка бросая взгляд на альбиноса, чтобы определить его реакцию. - И что? Хочешь, чтобы я помог тебе выкрасть это? – яростно спросил парень, злясь, но ответ его явно не смутил. - Нет! – поспешила ответить Мори. – Я... Эцуко замялась и стыдливо уставилась на свои ботинки, сложив руки в замок, будто стесняясь чего-то. Девушка очень надеялась, что ей удаётся изобразить нашкодившего ребёнка, которого отчитывают родители. - Чего? – в той же манере проговорил Субару, так что Мори решил, что спектакль одного актёра пока идёт успешно. Он ей верит. - Я заблудилась.       Альбинос замолк.       Он не верил своим ушам? Она ошиблась? Она снова напряглась, как струна, раскрыв стеклянные, от страха, глаза. Благо светлые кудри скрывали это от вампира.       - Ты и правда дура! – тихо рассмеялся Субару. – Совсем дура.       Пусть сыплет своими оскорблениями сколько хочет, ведь их наличие совсем не обижало Эцуко, которая была и рада, что он так просто поверил её совершенно глупой лжи. Что ж, то, что Комори в этом доме считают непроходимой тупицей, может даже сыграть Мори на руку. - Помоги, пожалуйста, Субару. Она старалась звучать как можно несчастней, обречённей. Он хоть и садист, но девушка отлично помнила, что вампир очень добр в душе, вопреки своим пристрастиям. Эцуко не была уверена, что это возможно в реальности, но задумываться о какой-либо логике в сложившейся ситуации не приходилось.       - Ладно, покажу тебе дорогу. Но забирать будешь сама. Не хочу потом быть крайним, - фыркнул парень и пошёл на второй этаж. – Шевелись, давай!       Не очень-то и дружелюбно, но лучше, чем ничего.       Японка понимала, что сейчас она шла по самому краю. Окажись альбинос хоть чуть наблюдательнее, то раскрыл бы её в два счёта. Она была уверена, что парень ничего не понял. От такого типа стоит ожидать другой реакции, если он заподозрит хоть каплю лжи. Агрессию и непонимание. Может даже крики. Смех и оскорбление – явный признак того, что ситуация странной ему не показалось.

***

      Комната Аято была совсем в другой стороне.       Дверь оказалась не заперта. Под наблюдением красных глаз блондинка зашла в комнату Аято. Субару же остался за дверью. Не ушёл. Хоть он и сказал, что вмешиваться не хочет, но то, что он встал у стены и периодически оглядывал коридор походило на то, что он встал на стрём.       Диваны, комод и пыточное устройство. Ни намёка на человеческую кровать. Комната выглядела довольно пустой, пусть она и принадлежала вампиру. Может дело в том, что теперь он обитал в одной комнате с девушкой, а может тут всегда было так пустынно.       «…и одиноко» - пронеслось в голове девушки.       Размышлять о заполненности комнаты и чувствах её хозяина от такой несправедливости можно было вечно, но неопределённость в количестве времени, которое у неё осталось, подгоняло. Мест куда вампир мог деть телефон было не так много. Неудивительно, что гаджет оказался во втором открытом ящике, где ещё хранилось какое-то тряпьё.       Что-то привлекло её внимание. Всего на секунду она заметила, как нечто не вписывающиеся лежит под какой-то кофтой. Уголок какого-то чёрного предмета. Это могло быть и что-то незначительное, не стоящего внимания. Могло, но Эцуко решила всё-таки отодвинуть ткань.       «Какого чёрта Аято хранит пистолет?»