Внеорбитные

      Парни спят до самого обеда. Солнце их не беспокоило, так как Арсений ещё заранее задвинул шторы, чтобы не просыпаться с первыми лучами солнца. Первым пробуждается Попов, чувствуя обжигающее дыхание у себя на щеке. Он поворачивает голову в сторону мальчишки и улыбается, смотря на него. Тот, приоткрыв рот, тихонько посапывал, а язычок чуть вываливался изо рта. Арсений почти невесомо целует его в ротик, из-за чего парень чуть дергает головой и облизывает губки, но не просыпается. Мужчина бережно, стараясь не разбудить спящее чудо, перекатывает его на спину, вынимая свою руку из-под его головы, он забирается под одеяло с головой и начинает осыпать тело любимого нежными поцелуями, начиная от груди и опускаясь всё ниже и ниже. И, добравшись до паха, чуть поднимает свою же рубашку, которую вчера надел мальчик, вверх и умиленно ухмыляется, смотря на прелестный член младшего, который, как и его обладатель, мирно спал. Арс кончиком языка проводит по всей длине, а после оттягивает крайнюю плоть, кидая взгляд на чуть поерзавшего парня. Когда тот вновь замирает, продолжая спать, мужчина осторожно опускает его член, начав вбирать в рот яички того, посасывая их и перебирая во рту. Шаст начинает чуть ерзать и шумно дышать, чувствуя губы на своем члене и яичках, он пытается свести ноги вместе, но мужчина их только шире разводит, и не сдержано стонет чувствуя, как по его члену водят рукой. Он распахивает глаза и хватает ртом воздух, кидая взгляд на место рядом с собой в поисках Арсения, не находя его там, и переводит взгляд вниз, смотря на комок из одеяла, быстро скидывая его на пол. — Доброе утро, — хрипло шепчет Арсений, чуть щурясь и переводя взгляд на мальчика, водя рукой по уже вставшему члену. — Д-доброе, ах-ха, ут-тро, — выстанывает он, когда мужчина насаживается ртом на его член.       Антон шире раздвигает ноги и опускает руки на голову старшего, выгибаясь. Он закидывает свои стройные ножки на плечи мужчины и сладко постанывает, сжимая его волосы в кулаки. Арсений берет до основания, двигая головой довольно быстро, и сжимает аппетитные бедра, фиксируя их на месте. Он ненадолго выпускает член средних размеров изо рта и, смочив два своих пальца вязкой слюной, вновь берет в рот и возобновляет движение, слушая сладкие поскуливания нижнего. Медленно введя палец в тугую дырочку мальчика, Попов оглаживает нежные стенки, чуть давя на них. Он быстрее двигает головой и втягивает щеки, позволяя нижнему насаживать его голову на свой член, как ему вздумается, и медленно вводит второй палец, начиная искать простату. Когда парень издает громкий стон, как никогда прежде глубоко насаживая голову мужчины на свой член, Арс начинает двигать пальцами в такт движения у него во рту, терзая простату, давя на неё, доводя мальчика до довольного скулежа и протяжных стонов. Резко вставив пальцы по самые костяшки и надавив на комок нервов, мужчина втягивает щеки сильнее, создавая вакуум, и сам стонет от громких и до одури сладких стонов своего мальчика, чувствуя, как тот изливается ему в рот, сжимая в себе изящные пальцы. Он проглатывает вязкое семя, чтобы, не дай Бог, не захлебнуться, и отстраняется, когда Антон расслабляется. Медленно высунув из расслабленного тела пальцы, Арс слизывает остатки спермы с ровного члена и ложится рядом с чуть дрожащим телом, улыбаясь, когда тот начинает жаться ближе, слепо тыкаясь носом ему в горячую шею. — Сейчас надо будет собираться, Тош, — шепчет Арсений на ушко парня и поглаживает его по волосам. — Ну блин… А всё так хорошо начиналось, — тяжело вздыхает Шаст, отстраняясь от мужчины. — Я в душ, — он встаёт с кровати и, оттягивая полупрозрачную рубашку вниз, топает босыми ногами на выход из комнаты, зевая себе в руку.       Кинув взгляд на время, Арсений что-то решает для себя и тоже поднимается, бегом выходя из комнаты, чтобы успеть ущипнуть Антона за аппетитную попку у двери. Он звонко смеётся, слыша почти писклявое «мудак», и уходит на кухню, начиная готовить завтрак в два часа дня. Включает на телевизоре музыкальный канал и, чуть покачивая бедрами в такт песням, продолжает жарить яичницу с беконом. Он, уже выключив плиту, раскладывает завтрак по тарелкам, не замечая, как к нему со спины подкрадывается парень. Шаст, коварно сверкая глазами, больно щипает накаченную ягодицу мужчины, что тут же дергается от боли. — Ах ты… сука… — шипит Арсений и, развернувшись, бежит на выход из кухни за смеющимся парнем, потирая ягодицу. — Ну все, Шастун, ты доигрался.       Попов рычит, перехватывая шалунишку у лестницы, подхватывает его на руки и отходит к дивану, укладывая на него ёрзующую тушу. Резковато раздвинув стройные ноги, Арс устраивается между ними и перехватывает руки парня, которыми тот пытался оттолкнуть, занося их над его головой. Он наклоняется и впивается зубами в тонкую кожу на ключице юноши, придавливая его сверху своим телом, чтобы не дергался. Шаст взвизгивает, дергается и визжит, пытаясь вырвать руки, но мужчина крепко фиксирует их над его головой, прижимая к дивану. — А-арс! А-ай! Не надо, я так больше не буду! — хнычет и в тоже время смеётся он, когда его начинают щекотать.       Антон пытается цапнуть мужчину зубами за руку, ущипнуть или же оттолкнуть от себя, но тот уворачивается. Он продолжает молить и упрашивать Арсения остановиться, на что тот только посмеивается и продолжает пробегаться тонкими музыкальными пальцами по слегка торчащим ребрам любимого. Даже крики не помогают, и Арсений продолжает издеваться над несчастным, придавленным к дивану Тошкой. Ещё какое-то время поиздевавшись над парнем, мужчина убирает от него руки, насмешливо глядя на парня перед собой, что шумом дышал, прикрыв глаза. — Будешь ещё щипаться? — Гад, — открывает глаза Шаст, поджимая ушки назад. — Приму это за согласие, — усмехается мужчина и целует русую макушку парня напротив, наваливаясь на него сверху.       Антон лишь фыркает на это, обнимая мужчину и поглаживая по спине, пока тот начинает осыпать его щеки поцелуями. Так парни пролежали около десяти минут и, когда младшему нечем было дышать из-за тяжелой туши, лежащей на нем, он выползает из-под Арса, чуть не плюхнувшись на пол, и идёт на кухню, громко сообщая, что хочет есть. Арсений лишь тихо смеётся, вставая и идя следом за парнем. Он выключает давно закипевший чайник, наливает себе кофе, а младшему чай, и ставит все на стол. Усевшись за стол, парни начали свой поздний завтрак. Антон всё пытался отмазаться от похода на светскую тусовку с коллегами Арсения, но мужчина как всегда отмахивался и говорил, что будет весело. Шаст лишь фыркает на каждую такую фразу, прекрасно зная, что все будет совсем не весело.       После завтрака парни начали собираться в салон, так как Тошка довольно давно не подстригался и выглядел, как растрёпанный воробушек. Самому парню не хотелось делать толком ничего, поэтому из квартиры Арсений выносит его чуть ли не на руках, пока парень вновь начинает ныть о своей несчастной жизни. Также он тянет его за собой до самой машины, которая ждала у подъезда, и заталкивает внутрь, уже начиная злиться, так как парень не переставал бубнить. — Шастун, заткнись уже, — хмурится Попов и садится в машину рядом, кивком давая понять водителю, что можно ехать.       Антон все же затыкается, отворачиваясь к окну. Может, он и правда зря это всё? Всё-таки там не так уж скучно, да и будут они там недолго… Хотя все эти дамы и не дамы, которые будут пытаться подлизаться к Арсению весь вечер, незаметно отталкивающие Антона подальше, полностью отбивали желание идти куда-то. Хочется закрыться с мужчиной в их уютной квартирке, спрятаться ото всех и никогда не расставаться. Он задумывается и совсем не замечает, как машина остановилась напротив салона. Попов, сказав водителю, чтобы тот подъехал через полчаса, выходит из машины, вытягивая следом замешкавшегося парня, что часто моргал, оглядываясь. Он приобнимает Антона за талию и идет ко входу в здание, осматривая его голову и ушки, спрятанные под тёплой шапкой, при виде которых на лице сразу появляется лёгкая улыбка. Антон шипит, чуть не врезавшись в идеально чистое стекло, не заметив его, он заходит в салон и стягивает шапку, в который раз за день обречено вздыхая. Не любит он все эти стрижки, ножницы, машинки. Он бы так и ходил с торчащими во все стороны волосами, но Арсений, который разговаривал с парикмахером в стороне, явно не позволит ему этого. Поэтому, стянув верхнюю одежду, он проходит к креслу и плюхается в него, поджимая ушки. Ну, поехали. — Антон, не дёргай ушами! — Тош, тебя поранить могут. — Антон, сука, сиди ровно! — Брейте налысо! — Нет! — восклицает Шаст и на этот раз вскакивает с кресла, когда вновь включается машинка.       Уже прошло около получаса, а парню только успели помыть голову и частично подстричь, так как он то дергал ушками, когда волосы сушили феном, подстригая кончики, то дергался сам при звуке включенной машинки, порываясь встать. Так ещё и Арсений, бурчащий над ухом. Он жуть как нервничал, так на него ещё и орут. Ещё немного и в ход пойдут слёзы, лишь бы от него отстали уже наконец. Тяжело вздохнув, Арсений смягчается, видя лёгкий страх на лице мальчика, он сажает его обратно в кресло и чешет за ушком, вызывая мурчание. — Тош, просто посиди немного. Всё будет хорошо.       Дальше всё было немного лучше. Шаст уже не пытался встать, лишь вздрагивал при включении машинки для стрижки волос. Он пытался не дергать ушками, но контролировать он их не мог, это было инстинктивно. Ругаться на него перестали, и от этого было спокойнее. Терпеливо дождавшись, пока парикмахер закончит, Антон вскакивает с кресла и подлетает к зеркалу, рассматривая свои ушки, ощупывая. Не найдя повреждений, он облегченно выдыхает и переводит взгляд на посмеивающихся мужчину и девку, которая его стригла. Он фыркает, гордо взмахивая хвостом и поднимая голову, и берет свои вещи, начиная собираться. Антон выходит на улицу, сразу замечая машину водителя Арсения, и уходит к ней, садясь и вновь здороваясь с водителем. — А меня подождать не мог? — садясь в машину, произносит Арсений. — Ты так мило хихикал там с этой тетей, не хотел тебе мешать, — отвечает ему Шаст, отворачиваясь к окну, — Ну чё, дала номерок?.. — Дала, — усмехается старший, крутя в пальцах визитку. — Я и не удивлен…       Антон поджимает ушки, заметно унывая, и опускает взгляд на торчащую на джинсах нитку, чуть дергая за неё. Арс, заметив перемену в настроении мальчика, садится ближе и обнимает его, укладывая голову младшего на свое плечо, целуя в макушку, и крепче обхватывает его талию. Он кладёт белый листок на колени парня, и тот, попадя в руки к Тоше, сразу становится мелкими кусочками. Антон рвет бумажку с номером до тех пор, пока цифры на ней невозможно было прочесть. Куда они не пойдут: всякие особы суют свои номера его мужчине: ресторан — официанты или же посетители, кино — зрители и работники, парк — прохожие. Просто везде. Где бы они не были. Но Попов ведь и правда очень красив, ночью и днём, при свете и без, в дорогих костюмах или же в обычных, но не менее дорогих вещах. Его поведение, харизма, то, как он общается — до жути сильно притягивает. И если сейчас он мягко улыбался, возвращая визитки с номерами обратно или же после выкидывая в урну, то раньше он бы не упустил шанса позабавиться с какой-нибудь дамой или парнем, что длилось всего на ночь. Сейчас же Попов почти ручной в этом плане, ни один номер у него не задерживался, через какое-то незначительное время отправляясь в мусор или в руки Антошки, а оттуда уже в урну с мусором, только в истерзанном виде. Шаст засматривается на профиль любимого мужчины, полностью уходя в размышления, сам того не замечая, сильнее рвя несчастную бумажку.       Когда они приезжают к дому, Антон быстро выкидывает весь мусор в урну у лавочки и забегает в подъезд, не дожидаясь Арсения, который догоняет его только у лифта. Они поднимаются в квартиру, и Тошку сразу отправляют собираться, чтобы он в последнее время не бегал в одних труселях. Парень убегает сначала в ванную, а после в комнату, где на кровати уже лежал смокинг, и надевает его, каждую секунду томно вздыхая. Как только он надел белоснежную рубашку, сзади внезапно появляется Арсений, а его руки под этой самой рубашкой. — Господи, какой же ты красивый… — шепчет он на ушко мальчику, начиная расстегивать рубашку. — Просто произведение искусства. — Арс? М-мы же опоздаем, — выдыхает младший, когда с него стягивают рубашку.       Он поворачивается, смотрит на мужчину, одетого в шикарнейший черный костюм с белой рубашкой, томно выдыхая, уже совершенно не от досады. Кто-кто, а этот мужчина и правда произведение искусства. Антон послушно встает на колени, стоит Арсению чуть надавить на его худые плечи, и начинает спешно расстегивать ширинку, тыкаясь в слегка выпирающий из-под штанов бугорок. Парень опускает руку к своему члену, принимаясь по нему медленно водить, ведь у них нет времени на долгую прелюдию. Он набирает быстрый темп, двигая головой и помогая себе второй рукой, двигая ею по члену любимого, чуть давится, но не отстраняется и старается не сбиваться с темпа. Когда ему на макушку опускается тяжелая рука, он перекладывает ручки на бедра мужчины и послушно расслабляет горло, когда тот начинает толкаться ему в рот, сначала медленно и аккуратно, а после грубо и быстро, загоняя головку в самое горло, заставляя давиться и жмуриться. Арсений поднимает мальчишку, впиваясь в его губы настойчивым поцелуем, толкает к кровати, в итоге подхватывая лёгкое тело младшего на руки и осторожно укладывая на кровать. Он отстраняется, стягивая с себя всю одежду, максимально аккуратно складывая ее на кресло, отправляя на него и смокинг Тоши, чтобы, не дай Бог, не порвать. Вернувшись к взъерошенному парню, мужчина стягивает с него бельё и довольно резко переворачивает на живот, ставя в коленно-локтевую позу. Арсений, решив не медлить, извлекает из прикроватной тумбы презервативы со смазкой, выливая её себе на пальцы, и начинает быстро, но максимально аккуратно растягивать тугую дырочку Антона, подготавливая под себя. Не торопясь, старший растягивает нижнего тремя пальцами, а после, надев на давно изнывающий член презерватив, нетерпеливо входит в парня, слушая довольный стон. Он надавливает на спину Шаста, намекая прогнуться, что парень послушно делает, и притягивает мальчишку к себе, нежно целует, медленно проникая до конца. Антон сладко стонет в поцелуй, плавясь под ласковыми поглаживаниями сильных рук Арсения, и сильнее выгибается, сжимая белоснежное постельное бельё в руках. Мужчина начинает совершать первые толчки, плавно двигая бедрами, чтобы не принести мальчику какой-то дискомфорт или боль, придерживает младшего за бедра, потихоньку набирая темп, с каждым толчком входя глубже и резче, выбивая из груди парня сладкие стоны, которые с каждой минутой становились все громче и громче. Вскоре Арсений начинает быстро вбиваться в тугую дырочку, загоняя член по самое основание, заставляя парня срываться на громкие стоны, и крепко сжимает аппетитные ягодицы, хрипло постанывая. Мужчина рычит ему на ухо, с силой стискивая девичью талию, прижимая к себе ближе. Парень кричит, не сдерживаясь, когда в его тугую дырочку с силой начинает вколачиваться толстый член, принося лёгкую боль, но в тоже время невероятное удовольствие. Входя быстрее, загоняя большой орган по самое основание, приближая тем самым их обоих к разрядке, Попов целует любимого мальчика в висок и лишь крепче прижимает к себе, оглаживая его живот и грудь. Антон срывается чуть ли не на визг, чувствуя, как внизу живота всё стягивается в тугой узел, а после по всему телу разливается тепло. Их стоны сливаются воедино, доводя обоих до пика, шлепки голых тел друг о друга сносят крышу, не позволяя останавливаться ни на секунду. Мужчина кусает мальчишку за плечо, чувствуя, как мышцы ануса того начинают с новой силой сжиматься. Он берёт в руку аккуратный член парня, принимаясь водить по нему в темп толчкам, чувствуя, что долго не протянет. Они кончают практически одновременно, с разницей в секунды. Арсений делает ещё несколько резких толчков и, войдя по самые яйца, кончает в презерватив, держа парня за бедра, не позволяя рухнуть на кровать, когда тот изливается ему в руку.       Попов вытирает руку о испачканную простынь и, медленно, чтобы не причинить боли, выйдя из расслабленного тела, укладывает его на кровать и ложится рядом, крепко обнимая. Он стягивает презерватив, завязывая его в узелок, и закидывает под кровать. Через некоторое время к ним должна приехать команда из клининговой компании убирать квартиру, так почему бы не оставить им подарочек. Они валяются на кровати минут пятнадцать в полной тишине, наслаждаясь приятным теплом, исходящим друг от друга. Голова Шаста покоилась на подкаченной груди старшего, который чесал за ушком, а хвост блаженно гулял из стороны в сторону в ленивом помахивании. Вставать не хотел никто, но через несколько часов им придётся ехать на встречу, ведь именно там у Арсения будет первая встреча с новыми спонсорами, нужно произвести хорошее впечатление, что у него, он уверен, получится. Попов осторожно выпутывается из крепких объятий и поднимается с кровати под недовольный стон. — Не ворчи, нам надо собираться, — закатывает глаза Попов и, поцеловав мальчика в макушку, натягивает боксеры и идёт на выход из комнаты. — Я что-нибудь приготовлю.       Антон забавно фырчит ему вслед и поднимается с кровати, надевая нижнее бельё. Он осматривается и, схватив свой телефон, читает сообщения от Димки, который так и не выздоровел от своей «болезни». Громко фыркнув, Шаст отправляется на кухню, откуда веял приятный запах жареного бекона. Как только он переступает порог кухни, его заключают в крепкие объятья и дарят нежный поцелуй в макушку между ушек, делая до одури счастливым. Парни садятся за стол и начинают поздний обед, тихо разговаривая всё о той же тусовке, на которую они скоро отправятся. Шаст пытается уговорить Арсения уйти оттуда как можно раньше и не задерживаться там даже на час, что у него совершенно не выходило. Стоит мужчине погладить за ушком, как все претензии упархивают на юг, и он соглашается на всё, продлевая момент ласки. Закончив трапезу, они отправились в спальню, начиная заново одеваться. Арсу приходилось уворачиваться от похотливых ручек парня, которые тянулись прямо к ширинке. Надев пиджак, он замечает, что потерял одну золотую запонку, и, когда Тоша начинает ползать по полу на коленях с выпяченной задницей, то сам еле сдерживается, чтобы не отыметь прямо на полу непослушного мальчишку, который, наплевав на слова мужчины, что возьмёт другие запонки, продолжал ползать по полу.       Через какое-то долгое время они были полностью одеты и выходили из дома. Арсений взял другие запонки, а Тоша остался недовольный таким раскладом. Они выходят на улицу и идут к черному BMW х7. Шастун тихо ваукает, рассматривая машину, не понимая, когда Арсений успел её купить. Заметив это, Попов усмехается и открывает дверь, позволяя парню первому запрыгнуть в машину, садясь следом. Водитель тут же трогается, направляясь в нужное место, не говоря ни слова. Антон крутит головой, рассматривая салон дорогой машины, чуть приоткрыв рот. Боже, она прекрасна. Он как-то несколько лет назад пытался сдать на права, но по серьезным обстоятельствам уехал в Москву вместе с Арсением, а потом уже было не до вождения. Шаст выучил всю теорию, ему оставалось сдать только практику, но из-за разбитого состояния он просто забил на всё. — Чего залип?       Шепот на ухо заставляет вздрогнуть всем телом. Антон только сейчас замечает, что смотрел в одну точку, почти не моргая. Он слабо качает головой и переводит взгляд на мужчину, что кончиком носа тыкался в гладкую щеку юноши. — Арс, я хочу на права сдать, — решается он, смотря прямо в глаза. — Хорошо, завтра после учебы я тебя заберу, и поедем запишемся в автошколу, — кивает старший.       Антон ярко улыбается и крепко обнимает своего мужчину за торс, впиваясь в его губы нежным поцелуем, на который тот сразу отвечает. Поцелуй длится недолго, всего пару минут, но рука мужчины уже успевает переместиться на зад младшего, чуть сжав его. Они отстраняются друг от друга, когда машина тормозит напротив ресторана. Арсений коротко бросает водителю, что напишет, когда их нужно будет забрать, и выходит из машины вместе с Антоном, который тут же берёт мужчину под руку, прижимаясь. Парни, оставив верхнюю одежду в гардеробе, заходят в большой светлый зал, где уже скитались гости, образуя кучки по несколько человек. Шастун всё также держит мужчину под руку, рассматривая всё вокруг и чуть помахивая хвостом, замечая, как тот привлекает внимание окружающих. Он замечает молодую девушку с черным тонким хвостом, выглядывающим из-под вечернего платья, и такого же цвета ушки. Она стоит рядом с объёмным мужчиной, надменно улыбаясь и плечом прижимаясь к своему спутнику, который беседовал с не менее солидным мужчиной. Антону становится даже как-то не по себе, когда Арсений направляется прямо к той парочке, а когда он ещё и отнимает руку, то становится даже страшно. Но парень облегченно выдыхает, когда властная рука его мужчины опускается на его талию, чуть прижимая к себе. — Арсений Сергеевич, здравствуйте, — улыбается пухлик, как только Попов подходит, и пожимает ему руку. — Здравствуйте, — тихо произносит Шастун, как только мужчины здороваются друг с другом. Он переводит взгляд на девушку, что без доли стеснения рассматривала его пышный хвост и ушки, переливающиеся при свете люстры. — Антон, это мой главный руководитель по продажам — Алексей Борисович. И директор фирмы по продажам спортивных автомобилей «GYPSY» — Анатолий Иванович, — представляет Попов стоящих рядом мужчин, которые поочередно пожимают руку парню.       Антон мягко улыбается, какое-то время стоя рядом с Арсением и отвечая на простые вопросы про возраст, образование и немного затрагивая отношения с Поповым, но эту тему мужчина сразу переводит. Стоять рядом не было смысла, потому что мужчины начали разговаривать об экономических проблемах, а его мозг отключился после фразы «Если предприятие не выпускает продукции, то оно несет убытки… бла-бла-бла». Дальше он слушать не стал и, мягко извинившись, отходит к столу с едой и алкоголем, тяжко вздыхая. — Только ты приносишь мне радость в этом бренном мире… — шепчет он, съедая канапешечку.       Он закидывает на тарелочку еды и осматривается на Арсения, который над чем-то смеялся. Тихо фыркнув, Шаст начинает поедать разные виды канапешек, запивая всё шампанским. Какое-то время он стоит один, пытаясь наесться несчастными продуктами, наколотыми на зубочистки, как вдруг на его спину опускается чья-то ладонь. Он распахивает глаза и выгибается, пытаясь уйти от прикосновений, слыша тихий смех за спиной, явно принадлежащий девушке. Повернув голову чуть вбок, он видит ту самую девушку, что еще пару минут назад стояла рядом с мужчинами. — Э-эм, привет? — улыбается она и чуть отталкивает парня, открывая вид на фужеры с шампанским, беря один. — Решил спиться? — А? Н-нет, просто так встал… рядом, — мямлит он, вызывая смех у девушки. — Да ладно, я шучу, успокойся, — качает головой она и смотрит прямо в глаза, по-кошачьи щурясь. — Ирина. — Антон, —кивает он и, когда новая знакомая протягивает руку, от незнания, что делать, пожимает её. — Ты смешной, Антон, — улыбается она, делая глоток шампанского.       Они немного неловко, но начали разговор, обсуждая красивый интерьер и скучных людей, что болтали о чём-то своём, находя даже что-то смешное. Шастун много пил, непонятно почему волнуясь. Он редко встречался с людьми такого же типа, как и он, а тут такое… По общению с ней было понятно, что гоняется она явно не за любовью и лаской, а за купюрами и достатком. От этого становится грустно. Многие бизнесмены готовы отдать целое состояние, чтобы завести себе «котика». А сами эти «котики» не правильно используют этот дар и ведутся. — Знаешь, я хоть тут с бойфрендом, если его можно так назвать… — смеется девушка, наблюдая за тем, как парень осушает пятый за вечер стакан шампанского. — Но тут столько харизматичных людей, если ты понимаешь о чём я, — она игриво двигает бровями и осматривается, чуть щурясь. — Не хочешь развлечься? — Ч-чего? Н-нет, не хочу, — чуть хмурится парень, мотая головой. — Ну и дурак, — смеётся ему в ответ, осматривая гостей. — Говорят, тут мистер Попов самый успешный среди всех гостей… Как думаешь, как он выглядит? Я бы с радостью побыла его кисой на ночь…       Антон замирает. Что она только что сказала? Он хмурится и ставит стакан на поднос мимо проходящего официанта и, кинув что-то вроде «Не думаю, что он поведется на таких, как ты», уходит от удивленной девушки, идя к своему мужчине. Хуй он за сегодня от него отойдет хоть на шаг. Ну уж нет, какие-то шалашовки не будут заигрывать с его молодым человеком, думает Шастун, подходя к Арсению и беря под локоть, сразу привлекая его внимание. — Извините… Вы продолжайте, — неловко улыбается он, когда мужчины замолкают.       Через пару минут к ним подходит ещё парочка мужчин, которые скромно представляются и начинают обсуждать какой-то новый проект. Антон знал, что у Попова большая компания и множество сотрудников, но все равно удивлялся, когда через каждые десять — пятнадцать минут к ним подходили как и мужчины, так и женщины, чтобы поздороваться и перекинуться парой слов с Арсением. Шастун просто стоял рядом и мило улыбался, иногда чуть кивая, чтобы показать, что слушает, хотя он ничего не понимал. Ирина куда-то смылась, видимо, пошла на поиски приключений, точнее господина Попова. Антон удивляется, как Арсений не устает говорить. Люди рядом меняются каждые двадцать минут, а мужчина мастерски находит новые темы для разговоров, привлекая всех дам и парней его сотрудников, спонсоров и других людей, которые к ним подходят. Шастун уже от нечего делать просто рассматривает пузырьки шампанского в бокале, незаметно поглаживая руку мужчины выше локтя. — Арсений Сергеевич, вот я вас и нашел, — Антон поднимает голову, замечая, что все, с кем мужчина говорил минуту назад, отходят от них. От пискляво-приторного голоса он дергает ушком, морщась. — Привет, Глеб, — вновь улыбается Арсений, пытаясь скрыть усталость. — Вот знаете, Арсений Сергеевич, вроде люди богатые, а на фитнес денег не найдут… — брезгливо говорит рыжий парень в сером приталенном костюме, осматриваясь на гостей, большинство составляющих которых были полными мужчинами. — Зато работают хорошо, — мягко отвечает ему Попов и приобнимает Антона за талию, прижимая ближе к себе. — Не то что ты, — чуть хмурится Шастун, смотря на секретаря своего парня. Выпитый алкоголь ударил в голову, развязывая язык. Он понимал, что ему может влететь, но за языком совершенно не следит и не собирается. — Ой, а ты, наверное, м-м… — строит задумчивого рыжик, не обращая внимания на слова. — А, да, Антон. Арсений Сергеевич говорил о тебе. — Да ты что? — Ага. — И что же он говорил? — Да так, ничего такого. Только… — Глеб не успевает договорить, как в разговор вступает Попов, явно чем-то недовольный. — Извини, нам уже пора. Кое-кому завтра на учебу, а кому-то на работу, — он протягивает руку секретарю, который тут же ухватывается за неё, задерживая рукопожатие. — Хорошо, доброй ночи. — Ага, пока, — шипит Шастун и вырывает руку мужчины из цепкой хватки рыжего парня, царапая тыльную сторону его ладони. — Ой, прости, мне так похуй, — добавляет он довольно громко, привлекая внимание почти всех гостей. — Антон, — хмурится Арсений, замечая кровавые полосы на руке у Глеба.       Он быстро извиняется и, схватив своего мальчика за руку, крепко сжимая её, и идёт на выход из ресторана, не обращая внимания на легкое сопротивление, набирая сообщение водителю. Мужчина отнимает из тонких пальцев парня бокал с шампанским, ставя его на поднос мимо проходящего официанта. Они молча надевают верхнюю одежду и выходят из здания, сразу замечая нужную машину. — Да не надо меня трогать, я сам сяду, — возмущается Антон, когда Попов, открыв заднюю дверь, хватает его под плечо, подталкивая. — Заткнись лучше, — буквально запихнув брыкающегося парня в машину, он садится следом, кивая водителю, давая понять, что могут ехать.       До дома они добираются в полной тишине, лишь тихое радио, которое включил Антон, разбавляло напряжение в машине. По Арсению было видно, что он раздражен, но Шастун старался не обращать на это внимание, немного нервно помахивая хвостом. И из-за чего, блин? Ну поцарапал он наглого секретаря, и что? Не будет руки распускать. Даже по сути злиться не на что… Также молча они выходят из машины, когда та останавливается напротив подъезда. Парни поднимаются в квартиру и, как только Антон остается без верхней одежды, его грудью припечатывают к стене, а сзади слышится звук расстегивающейся ширинки. Он дергается, пытаясь вырваться, но мужчина сильно давит на спину, вдавливая в стену. Антон кричит о том, чтобы мужчина его отпустил, на что тот хватает за руки и заводит их за спину, больно скручивая. Он поджимает ушки и хвост, зажмуривая глаза, когда его хватают за шиворот рубашки и тянут в спальню.       Оказавшись в спальне, Арсений толкает его на кровать и вынимает из шлевок брюк кожаный ремень, кидая на кровать рядом с парнем. Он скидывает пиджак в кресло и уходит в сторону гардеробной, грозно кидая парню, чтобы тот раздевался. Шастун, не желая испытывать терпение мужчины сильнее, дрожащими от волнения и страха руками стягивает пиджак идеального смокинга, небрежно кидая его в кресло, и начинает расстегивать рубашку, пока мужчина копошился за белыми дверями гардеробной. Он возвращается, когда Антон сидит полностью голый, забившись в угол, и кидает вибратор средних размеров на кровать, заставляя парня шумно сглотнуть. Мужчина подзывает парня к себе пальцем, начиная закатывать рукава на рубашку до локтей. Шастун послушно подползает и смотрит на мужчину, молча приспуская его брюки вместе с бельем, когда тот указывает на них кивком. Он берёт в руку чуть напряженный член и облизывает головку, принимаясь быстро водить по нему рукой, посасывая самый кончик. В следующую секунду на его щеку прилетает звонкая пощёчина, а на глазах сами собой выступают слезы, Антон поднимает взгляд на хмурого мужчину, который грубо убирает руку парня от своего члена, и молча продолжает сосать, закрывая глаза, смаргивая выступающие слезы. Он морщится, когда смазанный холодный вибратор вторгается в тугое отверстие, давя на нежные стенки, и активнее двигает головой, когда мужчина толкается ему в рот. Через несколько минут по всему телу проходится ток, вырывая из груди скулеж. Шастун выгибается от вибраций и громко стонет, когда игрушка задевает чувственную точку внутри. Он поднимает взгляд на мужчину, а тот, откинув пульт управления, хватает парня за волосы и начинает быстро и глубоко толкаться в его рот, не обращая внимания на то, что тот давится и плачет. — Почему ты ничего не можешь делать тихо, а, блядь? — рычит он, проталкиваясь членом прямо в глотку парня, заставляя жмуриться.       Антон вытягивается на кровати, пытаясь отстраниться, но Арсений крепче сжимает волосы, насаживая обратно. И когда он уже начинает задыхаться, мужчина всё же отходит, тихо рыкнув. Младший тут же хватается за горло, выплевывая слюну вперемешку с естественной смазкой, что струйкой скатывается по подбородку и груди, и жадно хватает ртом воздух, не обращая внимания на адскую боль. Ему сейчас так хочется отмотать время назад и, свернуться в комочек под боком у любимого мужчины, но вместо этого он будет получать по полной, а всё всего лишь из-за необдуманного поступка… Он хочет кричать, когда мужчина переворачивает на живот, но он не может из-за резкой боли в горле, поэтому лишь тихо плачет, уткнувшись носом в мягкую подушку. В следующий миг на его ягодицы обрушивается удар ремнем. Он вскрикивает и завивается от боли дугой, пытаясь прикрыться руками, но их грубо заламывают за спину, причиняя ещё больше боли. Арсений не сдерживаясь бьёт ремнем по бархатной коже на ягодицах и бедрах, иногда ударяя и по ляжкам, оставляя красные полосы на нежной коже, пока Шастун громко плакал и пытался уйти от ударов. Когда на его заднице не было ни единого живого места, мужчина откидывает ремень на пол и садится на кровать, притягивая парня к себе и укладывая его животом на колени. Антон всхлипывает вновь зажмуривается. Бедра нещадно садили, горло от криков и грубого минета просто разрывало от боли, а плечи и руки от фиксации в одной позе. Он поднимает взгляд заплаканных зелёных глаз на мужчину, но тот даже не смотрит на него, от чего становится обиднее в сотни раз сильнее. Арс хватается за основание вибратора, что не доставлял никакого удовольствия нижнему, и вынимает его. Парень думает, что всё закончилось, но мужчина резко вставляет игрушку обратно, принося неописуемую боль. Он кричит и просит прекратить, но старший быстро и до одури грубо трахает извивающегося у него на коленях парня вибратором, не обращая внимания на крики. Через мучительные двенадцать минут мужчина всё же вынимает игрушку и скидывает несчастного парня на пол с высокой кровати, совершенно не заботясь о том, что тот больно ударяется коленями. Схватив Антона за волосы, он грубо толкается членом в его рот, другой рукой оттягивая челюсть. Антон открывает рот, не решаясь сопротивляться, и кладет дрожащую руку на член мужчины, начиная активно двигать головой, помогая себе рукой. Он, не обращая внимания на боль, чуть насаживался горлом на головку, желая, чтобы всё это поскорее закончилось. К счастью, мужчина кончает довольно быстро, вновь проталкиваясь в глотку парня членом. Арсений, заправив член в боксеры, поправляет брюки и молча выходит из комнаты, оставляя рыдающего мальчика одного.       Антон, проклиная этот день и чертова Арсения, залезает на мягкую кровать, скуля, замечая кровь на вибраторе, тут же скидывая его на пол, стирая с лица слёзы. Он укутывается в одеяло, что причиняло дискомфорт, соприкасаясь с поврежденной кожей на ягодицах, и поджимает ушки, сворачиваясь в комочек. Засыпает котёнок быстро, чувствуя тепло и мягкость большого одеяла, что приятно пахло стиральным порошком. Этой ночью ему ничего не снилось, он просто отдыхал от тяжелого дня, ничего не чувствуя.