Проклятие с фамилией Коу

      Кейку кремировали в Лондоне. Усаги хоть и настаивала, чтобы Сейя летел домой, а она вернётся в Токио, когда выпишут, парень ничего не хотел слушать. Ятен так же не спешил домой. Оккупировав квартиру Сейи, он безбожно пил.       Вскоре Усаги покинула больницу. И уже на следующий день братья Коу и Усаги летели рейсом Лондон-Токио.       Ятен спал, а Сейя пустым взглядом смотрел в иллюминатор. Его состояние граничило с истерикой, но он держался из последних сил. Череда потрясений, казалось, не закончится никогда. А смерть отца и вовсе выбила Сейю из колеи, что ему хотелось выть.       — Это я виновата в смерти твоего отца, — всхлипнула Усаги, сидевшая рядом, возвращая Сейю к реальности. — Он умер из-за меня и моих обвинений.       — Не говори глупости, — Сейя повернулся к Усаги, небрежно взяв её за руку. — Он умер, потому что был болен, — его голос был напряжён. И даже попытка говорить с Усаги мягко, не увенчалась успехом. Казалось, Сейя вот-вот разрыдается, но этого не произошло. Он автоматически отвернулся, погрузившись в свои мысли.       Дорога от аэропорта до дома так же прошла в тишине. Усаги чувствовала себя ужасно неловко от близости Ятена. Хоть он и не проявлял к ней интереса, всем своим видом демонстрируя свою неприязнь ко всем, Усаги впадала в панику от одного его вида. Но когда они вошли в дом, Усаги и вовсе опешила. На руках пожилой женщины в форме прислуги плакала маленькая девочка, точь-в-точь похожая на Ятена.       — Папа! — воскликнула она, протянув руки к мимо проходящему Ятену, но тот, даже не посмотрев на ребёнка, быстро взбежал вверх по лестнице, скрывшись из виду. Девочка разрыдалась ещё больше.       — О, Господи! — взвыла женщина. — Я уже не знаю, что с ней делать. Сейя, может, поможешь? Отцу явно не до ребёнка.       — Давайте я попробую? — предложила Усаги, неожиданно даже для себя самой.       Мира вопросительно посмотрела на Сейю, на что тот одобрительно кивнул.       Как только Сена оказалась на руках Усаги, её плач прекратился. Девочка внимательно изучала нового человека.       А тем временем Мира по-матерински обнимала Сейю, плача и соболезнуя.       Примерно через час Сейя написал Ятену короткое сообщение, предлагая вместе с ним отвезти урну с прахом отца в семейный склеп.       Ятен появился в гостиной через пять минут. Всё так же игнорируя дочь, он уверенным шагом направился на улицу, где уже ждал водитель.

***

      Сейя аккуратно поставил урну с прахом отца возле урны с прахом матери. Ятен неподвижно стоял на входе, в то время как Сейя, слегка вздрагивая, тихо говорил какие-то слова в адрес отца. Слёзы жгли щёки, сердце сжималось от боли. Сейя ненавидел себя за то, что не был близок с отцом в последнее время.       — Не нужно лицемерить хотя бы здесь. Тебе всегда было плевать на отца, — холодный голос Ятена заставил Сейю вздрогнуть и повернуться к брату. — Что за бред? Я любил отца, хоть мы и не понимали друг друга, — возмутился Сейя.       Обвинение брата больно кольнуло его, Сейя и без того упрекал себя в том, что всегда шёл отцу наперекор.       — Ты никого не любишь, Сейя. Ни отца, ни меня. Тебе плевать на семью, — Ятен смерил брата презрительным взглядом.       — Знаешь что… — растеряв остатки самообладания, Сейя схватил Ятена за грудки, с силой встряхнув.       — Давай, ещё избей меня здесь, — Ятен возвёл глаза к потолку.       — Я любил отца! — прорычал Сейя Ятену в лицо. — Я люблю тебя, ублюдка! — он снова встряхнул брата. — Но и Усаги я люблю… — уже спокойней проговорил Сейя, осознав, к чему клонил Ятен. — И если бы она хотела быть с тобой, а ты мог сделать её счастливой… Я бы отступил. Но она любит меня… И если ты будешь заставлять её страдать, клянусь, мы станем врагами.       — Если бы тебя не было, она бы меня простила. Исчезни, растворись… — Ятен говорил настолько будничным тоном, будто предлагал брату выпить кофе. Глаза Сейи округлились, а пальцы автоматически разжались. Он медленно отошёл от Ятена.       — Ну, ты и мразь, Ятен… — скривился Сейя. — Дать бы тебе по роже, да руки марать не хочется.       С этими словами старший Коу вылетел из склепа. И как только он сел в машину, та тут же сорвалась с места, никого не дожидаясь.       Оказавшись дома, Сейя нашёл Усаги в комнате Сены. Девочка мирно сопела, в то время как Усаги нежно поглаживала её по голове, сидя возле неё.       — Спит? — тихонько спросил Сейя, присаживаясь на край кровати.       — Да, — улыбнулась Усаги, повернувшись к любимому.       — Нужно найти няню, — прошептал парень, рассматривая спящую племянницу.       — Не стоит. Я помогу, пока Ятен не придёт в себя. Кстати, где он? — Усаги сама не понимала, зачем интересуется.       — Не знаю, — пожал плечами Сейя, тяжело вздохнув. По дороге домой он уже успел остыть и даже оправдать Ятена. — Ты не обижайся на него, если что. Он явно не в себе. И постарайся простить.       Сейя обнял Усаги, но та немного отстранилась, взглянув на парня.       — С чего вдруг я должна его прощать? — удивилась Усаги.       — Мы рано лишились матери, — вздохнул Сейя. — А отец не баловал нас лаской. Ятен несчастный, недолюбленный ребёнок, — Сейя посмотрел на Усаги. Девушка явно недоумевала от такой внезапной перемены. — Ну, и ещё потому, что он был твоим донором и в тебе течёт его кровь, — пошутил Сейя, пытаясь разрядить напряжение.       — Ага… Прям брат и сестра, — с сарказмом ответила Усаги, поднимаясь с кровати. — Ладно, я постараюсь. А теперь пошли спать…       «Даже не представляешь, как ты права», — подумал Сейя, следуя за Усаги.

***

      Сейя плавно толкнулся в Усаги, тяжело дыша ей в рот. Тело Усаги покрылось мурашками, а дыхание сбилось. Боясь издать лишний звук, Усаги притянула голову Сейи, впиваясь в его губы. Его плавные, но мощные толчки, заставляли её стонать ему в рот, заводя парня ещё больше и заставляя двигаться всё быстрее. Обвив бёдра Сейи ногами, позволяя входить глубже, Усаги громко застонала, выгибаясь под ним и разлетаясь на осколки, одновременно с Сейей.       — Я люблю тебя, — прошептал Сейя, прижимая Усаги к себе, как самое дорогое что у него есть.       — Я тоже тебя люблю, — уткнувшись лицом в его грудь, ответила она. — Так люблю, что даже хочется плакать…       — Плакать? — удивился Сейя.       — Да… От мысли, что тебя может не стать в моей жизни, — горько проговорила Усаги.       — Не дождёшься, — заверил Сейя, крепче обнимая Усаги. — Даже если ты захочешь уйти, слёзы тебе уже не помогут. Я никогда не отпущу тебя.       Время шло к рассвету, когда в комнату к Сейе и Усаги ввалился пьяный Ятен. Едва держась на ногах, он включил свет, но к этому времени и Сейя с Усаги успели проснуться.       — А я смотрю вам тут уютненько вдвоём, — заплетающимся языком проговорил Ятен, в тот момент, когда Сейя вскакивал с кровати. — Усаги, а ты его тоже ангелом называешь или у него прозвище покруче?       Усаги ничего не ответила, молча наблюдая, как Сейя силой выпихивает брата из комнаты.       — Выходи! — Сейя с трудом выволок Ятена. Тот чуть не упал и Сейя едва удержал его.       — Руки убрал! — пьяно икнув, Ятен неуклюже сбросил руки брата с плеч. — Нам ещё подраться осталось до полноты картины.       — Пожалуйста, Ятен… Приди в себя! — взмолился Сейя. — Мне больно видеть тебя таким. Больно от того, что наши отношения стали такими… — Сейя с тоской и надеждой смотрел на брата, стараясь достучаться до его здравого смысла. Но Ятен просто рассмеялся ему в лицо.       — Какой взгляд, какая речь… Ты индийского кино насмотрелся? — Но в следующий момент Ятен перестал веселиться и оттолкнул от себя брата. — Пошёл ты! — выплюнул он, после чего зашагал прочь.       Тяжело вздохнув, Сейя вернулся в комнату.       — И долго будут продолжаться эти нападки? — поинтересовалась Усаги.       — Потерпи… Он успокоится, — пообещал Сейя, уже сам не уверенный в правдивости своих слов. Такого Ятена он не знал, как и того, чего от него можно ожидать.       К завтраку Ятен спустился позже всех. Он выглядел помято и явно чувствовал себя отвратительно.       Усевшись за стол, он поднял уставшей взгляд на Усаги, сидевшую напротив. Она кормила Сену, держа на руках.       В его взгляде читалась печаль и сожаление. Как бы ему хотелось, чтобы именно эта девушка была матерью его ребёнка. Тогда бы он наверняка любил дочь сильнее.       — Не хочешь уделить ребёнку внимание? — голос Сейи заставил Ятена оторвать взгляд от Усаги.       — Не хочешь пойти на хер и не лезть ко мне? — осведомился Ятен, после чего уткнулся в тарелку.       — Придурок, — пробурчал Сейя.       Вскоре после завтрака в доме Коу появился адвокат Кейку для оглашения завещания. И так как это могло затянуться, Усаги уехала к матери.       Сейя и Ятен сели в кресла, усадив юриста на место отца. Ятен, закинув ногу на ногу, безмятежно изучал что-то в телефоне. Он был уверен, что отец его не обидел. Сейя же напрягся. И волновало его вовсе не то что завещание окажется не в его пользу, а как раз наоборот. И в свете открывшихся подробностей было вполне логично, что большая часть достанется вовсе не Ятену. И это, скорее всего, сожжёт последний мост между братьями. Ятен не выдержит с достоинством этот удар.       После долгой вступительной речи юрист наконец приступил к основной части.       — Господину Ятену Коу завещается два миллиона долларов и сорок процентов акций компании, — ровным голосом проговорил юрист.       — Сколько процентов у акционеров? — ошарашенно спросил Ятен.       — Девять… — ответил юрист и, старательно не обращая внимания на состояние Ятена, тут же продолжил: — И контрольный пакет акций в размере пятидесяти одного процента завещается Сейе Коу. Как и прочее движимое и недвижимое имущество.       — Что? Отец оставил меня даже без крыши над головой? — нервно усмехнулся Ятен, не веря в происходящее.       — Здесь указано, что вы можете проживать в доме сколько угодно, но без права на продажу, — адвокат пожал плечами.       Ятен медленно встал, устремив взгляд на Сейю сверху вниз.       — Как ты это сделал? — спокойно спросил он, но Сейя лишь виновато опустил глаза. Ятен горько усмехнулся. — Ты отнял у меня отца. Ты отнял у меня любовь… Ты отнял у меня компанию… Ненавижу тебя, Сейя, — бесцветным голосом проговорил он. — Ты забрал у меня всё, что мне было дорого.