feel that pain

Тайны, что я в сердце держал, Скрыть сложнее, чем я ожидал. Просто я хочу быть твоим. Arctic Monkeys 'I Wanna Be Yours'

***

Сознание бросает несвязные картинки и отдалённо слышится до боли знакомая мелодия. Образы теряют свои очертания, всё как-то смазано и непонятно, будто погрязшие в амнезии воспоминания, которые туманом пытаются ворваться в мозг. Напротив что-то стеклянное и волнообразное, похоже на зеркало, но оно плывёт. Джисон пытается отчаянно в него заглянуть и понять, где он находится. Какие-то странные чувства внутри. Немного наклонившись, зеркало даёт хороший угол обзора, и Джисон видит себя, он улыбается, искренне, так, что морщинки вокруг глаз собираются – вот оно значит как. Немного постояв, Хан чувствует что-то еще, он не один, сзади него виднеются очертания второго человека, Джисон чувствует руки на своей талии и мягкие губы на шее. Не те губы, которые он привык чувствовать. Эти приятнее. Если присмотреться, то в этом человеке можно увидеть Минхо, в его излюбленной джинсовой рубашке. - Доброе утро, бельчонок, - тихо шепчет в шею и пускает точечный разряд по всему телу, который разом концентрируется где-то в области живота. – Джисони, - так же мягко снова зовет приятный голос. Джисон понимает, что что-то тут не так. Зеркало куда-то окончательно уплывает, руки на талии становятся подозрительно мягкими, будто облачными, и Минхо уже нет рядом, и сам Джисон уже не улыбается. Хан с трудом разлипает глаза и не сразу понимает, что происходит, а потом перед собой видит Ли в домашней одежде, с лопаточкой в руках и растрепанными волосами. - Подъём, соня, - Минхо улыбается так ярко, как только может себе позволить. Джисон щурится, потому что настойчивое солнце рвется через огромное окно. Чертовски непривычно после своего первого этажа в зачуханном переулке просыпаться на восьмом этаже с видом практически на весь Сеул, ну или, как минимум на добрую его половину. – Иди умывайся, завтрак готов. – Старший разворачивается и следует на кухню, за ним идёт и Джисон. Джи узнает нотки той самой мелодии, которая ему снилась - на кухне играла музыка, она была негромкой, но спокойной и приятной. Шатен пытается вспомнить, что именно ему снилось, но жалкие попытки достигнуть каких-либо картинок разбиваются о массивный барьер в голове. Единственное, что осталось ото сна – приятное щекотящее чувство под ребрами. - Arctic Monkeys? – спрашивает Джисон, поглядывая на стереосистему старшего. - Да, знаешь их? – Минхо ставит две тарелки на стол, а следом и чашки с кофе. - Конечно, всю школу их заслушивал, - тихо говорит Хан, погружая первый кусок омлета в рот. – Вкусно. - Приятного аппетита, - молвит Минхо, делая то же самое.

***

Сегодняшний день значительно отличается от других, как и вчерашний. Джисон даже решает пойти сегодня на первую пару, потому что так сказал Минхо. И он даже слушает, записывает и старается не отвлекаться на другие мысли, прилагая уйму усилий на оборону от них. На одной из перемен парень замечает в дали светлую макушку Феликса, который усердно пытался не уронить несколько учебников из рук во время бега, потому что куда-то заметно спешил. Джисон даже машет в знак приветствия, а Ли с улыбкой кивает ответ. Совсем всё по-другому.

***

- Привет, хён, - Джисон заходит в кафе и сразу же направляется в подсобку, чтобы переодеваться. - Приветики, - при виде Чана всегда первое, что бросается в глаза, так это его кудрявые волосы и умилительная ямочка, когда он улыбается. Все девушки, которые когда-либо заходили в кафе единожды – потом не раз возвращались, чтобы быть той самой, которая сможет его охмурить. Но результаты каждой были безутешны. Джисон даже стал сомневаться по поводу ориентации друга. – У тебя что-то случилось? – заинтересованно спрашивает Бан, глядя на вышедшего за стойку друга. - Нет? – задумавшись, скорее спрашивает, чем отвечает Джисон. - Ну ладно, ты как-то по-другому выглядишь, - Чан возвращается к своему «любимому» занятию – протирание столешницы. Кажется, он вообще эту тряпку из рук не выпускает. – Я бы даже сказал, как-то лучше. – Джисон пожимает плечами в ответ, вспоминая вчерашний вечер откровения с Минхо. - Выспался, - незамысловато отвечает парень. – Хён, - спустя пару секунд снова привлекает внимание старшего. - М? – не глядя на Хана, вопросительно мычит Чан. - Не хочешь в кино сходить с ребятами в следующий выходной? - Ого-го, - Крис искренне удивлён. – Мальчик Джисони решил куда-то выбраться? А с кем? Феликс и этот, блин, опять забыл имя этого черного пятна… - Чанбин, хён, его зовут Чанбин, - Джисон закатывает глаза. – Да, с ними, и ещё несколькими ребятами. - Хм, ты же знаешь, я за любой движ. А что за фильм? - Астрал. - О Боже, серьёзно? – обреченно вздыхает старший. – Я ведь так люблю ужастики. - Ты можешь не идти, - снова флегматично пожимает плечами Хан. - Ну уж нет, - отрекается Чан уже в полной готовности слушать заказ только вошедшей пары. Джисон перенимает эстафету протирать уже затёртую до дыр столешницу, думая далеко не о самых приятных вещах. Парень снова покрывается неприятным полотном страха, вспоминая о том, что не взял вчера трубку. После этого было несколько сообщений, читать которые он не решался. Кажется, в жизни шатена появилась новая закономерность – он начинает бояться, как только из виду пропадёт Минхо, и это вполне объяснимо. Сердце снова начинает ускоряться, чуть ли не разбиваясь о стенки грудной клетки, каждая венка в теле начинает настырно пульсировать, а на лбу появляется испарина. Джисон знает, что не сможет так вот прятаться всё время и что ему предстоит серьёзный разговор, которого он панически боится. Лишь ласковый голос повторно твердит в голове «Я буду рядом» и становится несколько спокойнее. Джисона снова пробирают знакомые ощущения приятного покалывания под кожей, когда по радио играет та же утренняя песня. Сон так и норовит вспомниться и только появляются какие-то очертания и иллюзия того, что вот-вот, ещё чуть-чуть, и он вспомнит, как всё в миг снова исчезает. - Чего задумчивый такой? – Чан врывается в чужие мысли, и Джисон сначала недоуменно смотрит на напарника. – Что? – вопросительно изгибает бровь второй. – Э-эй, не нужно на меня так смотреть. – Крис машет руками перед глазами Джисона, на что тот смаргивает. - Не задумался я. - Ну да, я вижу. Этот твой, - Чан кивает на вошедшего парня, до конца не разглядев его. Джисона будто по голове ударяют и его окатывает холодным потом с надоедливой паникой, которая отдаёт шумом в ушах и металлическим привкусом во рту. Кажется, он прокусил губу. В кафе зашел он. - Привет, котёнок, - вроде ласково, но довольно злобно произносит парень, сверля взглядом Хана, который снова готов забиться в угол со жгучим в сердце желанием исчезнуть. – Мне нужно с тобой поговорить, дорогой. – Парень приподнимает лицо Джисона за подбородок, заглядывая в так старательно отведённые глаза. Тщетно. - Я на работе, - робко и чертовски неуверенно говорит Хан. - С каких пор ты стал таким смелым, сученок? – притворно улыбается, чтобы создать иллюзию для окружающих, что всё хорошо. Хан ловит себя на мысли, что был бы совсем не против, окажись тут неожиданно Минхо. - Давай не здесь, пожалуйста, - руки предательски трясутся, выдавая грёбанный страх, так легко и беспроблемно вызывающий бунт всех нервных клеток внутри. Шатен находит в себе долю смелости, которая у него успела зародиться вчера, и тратит её всю на то, чтобы убрать чужую руку, прикосновение которой снова вызывают такое ненавистное, жгучее, разъедающее изнутри чувства тошноты. – Мы можем поговорить потом? – Джисон с трудом поднимает взгляд, прилагая максимум усилий, чтобы выглядеть невозмутимо, но это не помогает. Он ещё так не умеет. - Потом? – парень напротив хмыкает. – Хорошо, как скажешь, малыш. – Он поддаётся и опускает руку лишь на пару сантиметров, а потом единым резким движением приближает лицо Джисона за затылок. – Но учти, чем позже это произойдёт, тем хуже тебе будет. Хочется убежать и расплакаться, как ребёнок, наивно и беззащитно, где-то спрятаться так, чтобы не нашли. Не нашли никогда, противные мысли и ощущения возвращаются, повторно заполняя Джисона изнутри, смещая всё, что так трепетно смог зародить Минхо. Хан понимает, что не может снова отдаться этому так легко. Он ведь пообещал себе. Поэтому берёт себя в руки, сглатывает подступающий страх, сжимает челюсти и коротко кивает. Мужчина выходит, злобно фыркнув напоследок. Чан лишь вопросительно его провёл взглядом, не заметив ситуации, раскинувшейся между ним и Джисоном. На выходе из кафе, он пересёкся с Минхо. Одарив друг друга смертоносным взглядом, парни разошлись восвояси. Ли заходит в помещение и беспокойно смотрит на Хана, а тот, в свою очередь, завидев старшего облегчённо вздыхает, и всё успевшее заполнить организм Джисона за последние несколько минут, выходит с каждым выдохом, и каждым шагом Минхо навстречу. И вот кровь уже не бурлит, сердце не норовит вылететь куда-то в неизвестность, желание исчезнуть и потеряться растворяется, тошнота отступает, тучи над забитым мозгом понемногу расходятся и дышать становится легче. - Что он хочет? - Минхо спрашивает тихо, присаживаясь на высокий стул. – Привет, Чан, - заметив бармена неподалеку, здоровается и возвращается к слегка успокоившемуся Хану. - Поговорить, - Джисон уже делает латте, будто это рефлекс, не забыв добавить туда сладкого сиропа. Ли обеспокоенно вскидывает брови, как бы спрашивая продолжения. – Я сказал, что мы можем потом поговорить. А когда - не знаю. - Чем быстрее, думаю, тем будет лучше, - пожимает плечами Минхо. - Да, вот только я не знаю как, - Джисон разворачивается, отвлекаясь от кофе. – Не знаю, что говорить, где это делать, я не знаю какая будет реакция и последствия, я просто… - Джи снова овладевает паника, когда он начинает беспорядочно махать руками, даже не подбирая слова. - Эй, тише, тише, - Ли берёт его за руку и кладет на барную стойку, призывая к спокойствию. – Ты можешь это сделать здесь, в кафе, где много людей. Здесь есть Чан, я буду недалеко, тебе не о чем беспокоиться, Сони, - Минхо удается внушить немного утешения, благодаря чему Хан уже не трясётся так заметно, и, коротко кивая, соглашается. – А ещё я могу ребят подключить, чтобы тут сидели, - Ли легко пожимает плечами и по-доброму смотрит на Джисона, улыбаясь, внушая ещё больше доверия. - Да, ты прав. Джисон продолжает делать кофе и, хоть он и ощущал тёплый взгляд Минхо на спине, чувствуя себя в безопасности, внутри всё равно был небольшой мятеж беспокойства, он был остаточным, ничтожно маленьким, но таким сильным, что волны, которые он пускал по организму, достигали самых кончиков пальцев, отдавая прохладой кожи. Да, Джисон был готов к переменам, какими бы они ни были, да и отступать уже некуда. По крайней мере, если он вдруг решит отказаться от всего, в его жизни теперь есть Минхо, который приведёт его в чувства и не позволит достичь синдрома отмены. Джисон настолько погрузился в свои мысли опять, что случайно проливает немного горячего кофе на руку. - Айщ, - тихо выражается себе под нос. - Джисон? – Минхо беспардонно заходит за барную стойку посмотреть на несильно обожженную руку Хана. - Ничего страшного, - говорит шатен, с попыткой забрать руку. - Аккуратнее нужно быть, бельчонок, - говорит старший с улыбкой, и Джисон чувствует жгучее чувство дежавю, будто он это уже где-то слышал. – Ты помнишь, как я тебе вчера сказал, что ты в безопасности? – Минхо аккуратно берёт лицо Хана в руки, глядя в глаза. Тот утвердительно кивает. Руки у хёна очень мягкие. – Ты можешь мне верить, я не дам тебя в обиду. Хана внутри разъедает до боли теплое чувство рядом с этим человеком. Так не может быть, думает он. Это невозможно, - возражает сам себе, разум перечит чувствам неизвестного происхождения. Таким, которые не кажутся чужими, которые хочется ощущать чаще и больше. Хочется схватиться и никогда не отпускать. - Я, конечно, не хочу прерывать вашу идиллию, ребят, но если начальник увидит, то отсюда под пинок полетим все мы втроём. Минхо коротко кивает и снова забавно подмигивает Хану, удаляясь на своё прежнее место посетителя, Джисон с горем пополам доделывает кофе и отдаёт старшему. Тот оставляет купюры и собирается уходить. - Хён, - Джи не сразу решается позвать парня, и от неуверенности делает это тихо, но Ли его слышит и оборачивается. – Спасибо, - Минхо лишь улыбается на это, добавляя тихое «ты заслуживаешь лучшего, Сонни» и покидая заведение. Всё нажитое внутри падает, будто разбиваясь, и на замену приходит что-то непозволительно чуткое и близкое.