Грань

После дня, почти впустую проведённого в реальности, мир сна мне казался райским уголком. Пусть развитие и скакнуло на несколько веков назад, но тем не менее мне было довольно приятно проснутся и почти сразу услышать птичьи песни и отсутствие мерзких звуков автомобильных клаксонов. Лошадиное ржание, человеческий (и не только – есть ещё орчьи порыкивания) разговор, топот служанок и грохотание посуды на кухне – всё казалось настолько естественным, что реальность серела и обесцвечивалась. Спускаясь по ступеням на первый этаж таверны, я еле успел увернуться от бегущей наверх девчушки-служанки, а вот внизу уже было довольно людно – бОльшая часть постояльцев уже встали и теперь завтракали. Завидев меня, хозяин нервно сглотнул, и, запинаясь, пошел ко мне: - Что желает господин? Я моргнул, затем ещё раз. В каком смысле я – господин? Мои товарищи уже завтракали, и судя по их довольным усмешкам, моя удивлённая моська доставила им удовольствие. Тут я глазами запнулся за Нила, и в душе поднялась злость. Этот урод… Похотливое животное! Ещё и подобрал такую, что на мальчишку похожа! Я зло посмотрел на некроманта и решительно уселся со стороны эльфийки – она, как сторонник жизни, решительно отсела от того, кто работает с мёртвыми. Спустя некоторое время передо мной упала тарелка с моим завтраком. Хотя она больше походила на поднос. На котором лежало множество небольших кусочков всякой всячины. Я хмуро посмотрел на парня, затем подхватил вилку и решительно воткнул её в первый кусок. Смотря на развороченное мной, настроение поднималось. Баст только фыркнула, уткнув нос в свою тарелку. Нил тоже хмыкнул, спрятав улыбку в высоком стакане со своим напитком. Я ещё яростнее проткнул очередной кусок. - После еды начинаем сборы – нам надо успеть до начала холодов. Инга согласно кивнула, складывая приборы, и стала подниматься из-за стола. Нил дал знак хозяину, и тот с радостью дал знать, чтобы готовили нам запасы на дорогу. Я задумчиво гонял по тарелке какой-то фрукт, наслаждаясь покоем. После слов хозяина, служанка вернула нам наши вещи, и мы решительно стали собираться. Во дворе конюх передал Нилу, Инге и Баст поводья трех лошадок явно деревенской – простенькой масти. Я даже возмутиться не успел – а моя?! В сёдла никто не повскакивал – к выходу со двора таверны мы пошли на своих двоих. За воротами наша компания резко вильнула влево – мы продолжили наш путь в столицу. Я выпустил Шарлотту, поражаясь столь быстрому росту моей подруги – драконица казалась уже больше лошади. Задорно тряхнув головою, четырехкрылка сделала пару пробных взмахов и радостно взмыла в небо. Почти сразу драконица приземлилась передо мной, приставляя мне свою спину. Нил, хмыкнув, сбросил передо мной какие-то ремешки, хитро сплетённые между собой. - Драконья сбруя, специально для четверокрылых, - пояснил он мне. И, видя, что я в ступоре смотрю на перемешанные ремни, со вздохом поднял их, широким движением набрасывая на спину драконицы. Ремни гибкими змеями стекли между крыльями и на шею, сразу смыкаясь концами. Через несколько ударов сердца Лотта красовалась передо мной, подставляя металлические крепления солнцу, чтобы те играли бликами на солнце. На спине находилось седло с удобными стременами. Его удобство было оценено мной по полному – забравшись на её спину (конечно, с помощью и подсказками), я пристроился на седле, изучая своё новое место – наездника. Драконьего наездника. Драконица терпеливо дождалась, пока я не освоился. Затем она сделала пару пробных шагов, нерешительно взмахнула крыльями на пробу, и, перейдя на быстрый шаг, а затем и бег, начала идти на взлёт. Я вцепился в седло, ноги онемели, а зубы сжались так, что казалось – ещё минутка, и зубная эмаль превратится в крошки. Резкий толчок, и Лотта взлетела. Я сперва заорал – уж больно всё напоминало столь знакомые для многих американские горки. Затем, правда, рот пришлось захлопнуть – сильный поток воздуха и мелкие жучки во рту не способствовали приятному. Как только драконица выровнялась, я нерешительно открыл левый глаз. Хоть высота и была велика, но тем не менее мне дух захватывало не от ужаса, а от красоты. Хотя, если подумать, то не так давно я уже был в полёте. Правда, тогда я падал вертикально вниз. Взяв наклон, Шарлотта начала заходить в вираж. Мой живот перемахнул через воздушную яму, а затем я начал орать от восторга. Ещё несколько поворотов, и Лотта пошла на снижение. Лошади недовольно всхрапнули, переминаясь с ноги на ногу. Мои спутники уже устроились на животинках, и следовали по широкой дороге. Лотта перебежкой приземлилась и стала бежать вровень с лошадьми, периодически пофыркивая. Наша разношерстная компания мирно следовала по каменистой дороге, переговариваясь и обсуждая наше прибытие в столицу. По всему выходило, что мы успеем аккурат перед началом Турнира Райнруж. Как мне рассказали, на этом турнире принять участие могли любые команды, состоящие из не более, чем девяти и не менее, чем пяти. Маги, мечники, лучники, люди, эльфы, гномы, орки, полукровки… Так же можно вписывать своих питомцев. По пути Инга продолжила изучение запрещённой для эльфов магии, а я, в целях эксперимента влезал в её волшбу, периодически превращая её заклинания во что-то невероятное. Эльфийка начинала ругаться и грозилась, что заставит Нила наслать проклятие или Баст – подтравить меня. Я понимал, что эльфийка ведёт себя ну совсем как мать. Ну, или, как чересчур заботливая старшая сестра. Видимо, сказывалось общение в эльфийском дворце. Баст, тем не менее, Ингалария почему-то упорно считала чуть ли не своим дитём. А вот оборотень почему-то стремилась, как котёнок, прижаться к боку, забиться ко мне под «крыло». Нил понимающе усмехался, не пытаясь мне помочь. Но тем не менее, не смотря на шипение Баст, некромант тоже периодически подшучивал надо мной, отпуская пошлые шуточки. Инга хмыкала, периодически пофыркивала, а я только и мог, что брыкаться от этих двоих. Но, смотря на свою холодность, взгляды Инги, кидаемые на меня, я понял, что при удачных обстоятельствах она набросится на меня голодным зверем. В той же книге я вычитал универсальное заклинание щита. Ну, как вычитал… Инга попробовала его создать, а я влез в колдовство (в очередной раз) и перекроил кружево под себя. Как итог – сферическая форма вокруг меня закрывает меня от любого, кто имеет на мой счет тёмные мыслишки. Я стал спать спокойно. Но ровно до тех пор, пока эти засранцы не догадались думать о чём-то хорошем. Как результат – утро с моими криками. Сперва – от страха. Кто-то залез в мою постель! Пнуть наглеца! Нил, кстати, первым и отхватил смачный такой пендель пониже спины… это потом уже догадались уворачиваться – спросонья я несколько прямолинейный и ещё непроснувшийся. Колдовал я на чисто интуитивном уровне. Напавший на нас зверь, единственное, кстати, нападение, просто проскакивал нас моим порталом – вокруг нас будто преграда перебрасывающая появилась. Конечно, сперва я перепугался так, что мой страх захлестнул и драконицу, на которой я в тот момент ехал. Четырехкрылка заволновалась, переступая широкими лапами, а налетевший на нас то ли кабан, то ли нечто похожее, но несколько мутированное, проскочил наш пятачок дороги и вылетел с другой стороны, выкатив глаза. Тряхнув головой, зверюга развернулась к нам снова, начиная разгон. Мы так и встали, смотря на эти действия. А кабанище продолжал наступать и продолжал промахиваться, попадая в мои порталы. Под конец мне надоело, и перед кабаном появился не переливающийся мыльными пузырями, а голубо-пурпурный всплох. Выскочивший оттуда клыкастый, не раздумывая, рванул от нас как можно дальше, не оборачиваясь. От его тёмно-бурой жесткой шерсти осталось лишь воспоминание – волоски где-то отсутствовали клоками, а где-то вообще дымились. А мы продолжили свой путь, каждый думая о своём. Больше никакое зверьё нас не трогало, и мы преспокойно проехали раннее несколько враждебный участок. Видимо, убежавший вперёд разнёс «радостную» весть по лесу и все другие попрятались. * * * Приближение к столице ознаменовалось… появлением моря. Левее нашего пути деревья разошлись, являя нашему взору водную гладь. Я вперился туда и на дорогу перестал смотреть вообще – гораздо интереснее было смотреть на плавающие и… летающие корабли. Когда я увидел в первый раз, как крупный парусный фрегат вдруг завибрировал крупной дрожью, а затем начал плавно подниматься из воды, чуть не чебурахнулся вниз. Нил только и успел, что подхватить меня с другой стороны – как потом оказалось, моя левая нога соскользнула со стремени, и я, не зная – не ведая, сделал на неё упор. Некрос, как выяснилось, спас мою шею, а заодно голову и задницу… Потом появился порт, где стояло и висело в воздухе (для летающих – верхние уровни) множество самых разнообразных, и даже вычурных судов. На стенах развивались разноцветные флажки, для нас кажущиеся маленькими разноцветными точками. Я радостно потёр лапки – праздник – это хорошо. В городские стены мы въехали вместе с какими-то торговцами – смотря на их животных, которые были довольно разнообразными, что позволило Шарлотте не сильно выделяться. В принципе, незамеченными мы тоже не прошли – от поста стражи шустро убежал прохиндей, размахивая свеженаписанными листами. Нил только пожал плечами – стандартная процедура для любого приезжего в город на хищном животном. На последнее заявление некроманта я жутко обиделся, а Лотта дунула ему на макушку слабеньким потоком огня. Как итог – завившиеся и подпаленные волосы парня, фыркающая кошка, отвернувшаяся в сторону, чтобы скрыть улыбку, эльфийка и довольная ящерица – та ещё компания для простого человека… Нил, кстати, потом дулся на нас минут семь-девять – а затем к нам подошёл страж, сунувшийся было к нам по поводу моей боевой подруги. Некромант, несколько взбешённый тем, что его волосы подпалили, резко сунул перед носом рыцаря в доспехе своим кулаком с блеснувшим перстнем, прошипел что-то на ухо, и повелительным движением отпустил изрядно перетрусившего стража. Я посмотрел, как парень отточенным движением переворачивает перстень печаткой в ладонь, и подумал, что для изгнанного из высшего учебного заведения студиоза он чересчур… умный, что ли. И слишком уж важный, если все перед ним чуть ли не на колени падают. * * * Остановиться некромант решил в одной из гостиниц, в которой было обустроено место для драконов и их владельцев – высокие потолки, огромные окна, укрепленные магией, большое пространство и продуманное ложе для летающих ящериц. Шарлотта мигом облетела помещение огромными перебежками, сунула любопытную мордочку в своё будущее спальное место, недовольно фыркнула и решительно показала мне, что спать устроится в моей кровати, рядышком со мной. Затем её вездесущее четырехкрыльство обнаружило столь же внушительную купальню, и я, за шкирку, был утянут в царство воды и мыла душистого. Через полтора часа банных процедур, все мы, отмытые и переодетые, собрались в смежной комнате, дабы вкусить чё-нить вкусное и жи-и-ирное. Затем я решительно направился к себе – дорога на драконе оказалась настолько эмоциональной, что теперь я еле переставлял ноги. Но дойти до своей кроватки мне было не суждено – прямо передо мной вдруг внезапно зашатался кинжал, опасно вибрируя. Пока я рассматривал, как из камня на рукояти медленно выползал сизый дым, моё тело становилось всё ватнее и тяжелее. Я уже начал заваливаться на бок, когда меня подхватили чьи-то руки, а я, как сквозь толщу воды, увидел, что передо мной стоит будто пират. - Ну вот, уже и глюки от чрезмерной активности мозга, - как пьяно хихикнул я, отрубаясь в конец. * * * Никто не заметил, как три размытые тени выскользнули из гостиницы, быстрыми и затяжными прыжками преодолевая расстояние от крыши к крыше, удаляясь от здания и держа свой путь в сторону порта. Приказ капитана выполнен – поймать человека, что прибыл в столицу верхом на драконе в сопровождении некроманта, мелкой девчонки и эльфийки. Пока его странные попутчики боролись с сонным зельем, цель была успешно уведена почти у них из-под носа. Знать бы, зачем их капитану этот худосочный заморыш…