Fragilite

      На бал Открытия Сезона в Олмаке собрался весь цвет английского общества. Дамы — Патронессы клуба постарались на славу. Сотни свечей, гирлянды из лент и цветов, сияющий паркет и море шампанского. Придирчивые устроительницы предельно строго расписали состав и порядок выхода пар на традиционный Первый менуэт. Самые прелестные девушки и самые красивые мужчины лондонского света построились парами в бальном зале, в ожидании первых аккордов музыки. Даже Аято и Райто на время были «прощены». Их внешняя привлекательность и природное изящество перевесили сегодня их дурную репутацию.              Рейджи в пару досталась дебютантка, хрупкая высокая брюнетка с томными карими глазами и по-детски острыми ключицами. Он чувствовал, как дрожит ее рука, как она трепещет от волнения и боится встретиться с ним глазами. Спустя два года, его все еще забавляли эти бесконечные робкие девочки в одинаковых белых платьях. При общении с ним они, как правило, немели и ужасно смущались. Он же, произнося банальные любезности, мысленно представлял, как бы они выглядели на его столе в лаборатории, или как он вгрызается в эти нежные шейки, или что-нибудь еще более извращенное, в зависимости от того, насколько очередная девица была глупа.              Но сегодня ему было не до нее. Его внимание приковала пара в центре зала. Да и не только его. Все собравшиеся украдкой или откровенно на них поглядывали. Стройный как юный Адонис молодой мужчина и его, теперь уже официальная, невеста, высокая изящная девушка, гибкая и грациозная как Диана. Сравнение с античными божествами пришло в голову почти всем. Отчасти из-за того, что молодые люди были синеглазы и светловолосы, отчасти из-за скульптурного благородства их черт, но более всего из-за ощущения, будто от них исходит невидимое сияние. Нет ничего приятнее, чем любоваться красивой влюбленной парой. А эти двое явно были влюблены.              Рейджи наблюдал за Шу и его девушкой с растущим глухим раздражением. Подобно ядовитому плющу его мятежную душу оплетали горечь, темная страсть и жажда разрушения. Смотреть на счастье ненавистного старшего брата было почти физически больно. С каждой минутой желание уничтожить их кокон света только усиливалось. Даже музыка не отвлекла его от клубящейся тьмы мстительных мыслей, он танцевал совершенно механически. Мучительные пятнадцать минут перетаптывания на месте и многократных поклонов привели его в состояние близкое к бешенству. Менуэт был чертовски скучным танцем. Он едва нашел в себе силы вежливо поблагодарить партнершу и вернуть ее дуэнье.              Прежде чем подойти к брату, ему пришлось взять себя в руки. Усилием воли, он заставил утихнуть свою внутреннюю бурю и отправится знакомиться, с самой любезной из своих улыбок.              — Шарль? Давно не виделись. Позволь тебя поздравить с предстоящим событием, — Рейджи мягко улыбнулся, в ответ на настороженный колючий взгляд брата, — Представишь меня своей невесте? — он повернулся к спутнице брата, и она, к его удивлению смело встретила его взгляд.       — Джоанна, познакомься, это мой брат, Рейдж Сэнт-Круа. Моя невеста Джоанна Вилингхэм. — Шу был предельно краток и сух, чем заслужил удивленный взгляд своей возлюбленной.       — Совершенно очарован, — Рейджи принял ее руку и формально коснулся губами шелковой перчатки, — весть о вашей помолвке застала всю семью врасплох. Шарль эгоистично вас скрывал.       — О, познакомившись с вами, я его не осуждаю, — она лукаво улыбнулась, — вероятно он боялся конкуренции. Минуту назад я его считала самым красивым мужчиной на земле, но теперь вижу, что это у вас семейное.       Рейджи ослепительно улыбнулся в ответ:       — Вы еще не видели наших младших близнецов. Они непременно попытаются вас соблазнить и отбить.       Она звонко рассмеялась и непроизвольно взяла Шу под руку, словно подчеркивая, что принадлежит ему.       Рейджи внутренне скрипнул зубами от злости, и, чтобы скрыть сверкнувшие глаза, церемонно поклонился, — Позвольте пригласить вас на следующий танец на правах будущего родственника?       Джоанна вопросительно взглянула на Шарля и, не встретив поддержки, нерешительно кивнула давая согласие. Почему-то в присутствии брата он ощутимо напрягся, под тканью сюртука она чувствовала его окаменевшие мышцы.              Девушка украдкой рассматривала Рейджа, удивленная столь очевидной несхожестью братьев. Они были словно свет и тьма. Как день и ночь. Но оба удивительно, нереально красивы.       Будучи художницей, она, пожалуй, не смогла бы выбрать, кто из братьев более совершенен и чьи черты утонченнее.       Насколько Шарль был солнечным и светлым, настолько же его брат был воплощением ночи. Она интуитивно чувствовала, что его душа печальна, наполнена тенями и тайными демонами. Это заставляло только острее ощущать его привлекательность.       Он протянул ей руку, приглашая на танец. Последний раз оглянувшись на резко помрачневшего Шарля, Джоанна смешалась с толпой танцующих.       Рейджи танцевал словно в дурмане. Он вдруг почувствовал, как волшебно пахнет Джоанна. Запах ее сладкой крови, ее уникальный аромат перебивал все остальные запахи в забитой людьми зале. Понятно почему Шу так околдован. Почему он «влюблен». И почему хочет жениться. Скрыть свое сокровище от хищных родственников. Эта девушка просто божественный нектар в совершенной оболочке.       Невинная женственность Джоанны неимоверно его заводила. Он жадно рассматривал ее точеное породистое лицо, упрямый подбородок с ямочкой, пухлые мягкие губы, созданные для поцелуев, высокий чистый лоб, яркие умные глаза, синие как небо перед грозой. И, ко всем этому, соблазнительное юное тело, нетронутый бутон с дивным ароматом. Рейжди едва не зарычал от желания ее попробовать.       — Я, признаться, была немало удивлена, познакомившись с вами, — вежливая светская реплика партнерши вернула его в реальность, они все еще танцевали очередной пресный менуэт, перетаптываясь на одном месте и периодически кланяясь, — Шарль говорил, что у него пятеро братьев, но я не ожидала, что вы так непохожи.       — Он пошел в мать, она была очень яркая… А я, как говорят, почти полная копия отца. Однако мы все же братья, пусть и совершенно разные. И не только внешне.       — Мне тоже так показалось, — она задумчиво кивнула, — я знаю, что любит Шарль, а что любите вы? Что занимает ваш досуг? Шарль сказал, что вы живете в Лондоне круглый год, чем же вы занимаетесь, когда все разъезжаются по окончании сезона?       — Очень смелый вопрос, для юной леди… Вы уверены, что хотите знать, как проводит дни и ночи одинокий обеспеченный джентльмен? — он насмешливо прищурился, намеренно ее провоцируя.       — О! — Джоанна осознала двусмысленность своего вопроса и очаровательно вспыхнула от смущения, — Вы же знаете, что я не ЭТО имела ввиду!       — Конечно, дорогая мисс Виллингхэм, -продолжил подтрунивать он, — разве может приличная девушка интересоваться такими вещами? Но, если вы наклонитесь поближе, я поведаю вам о своей порочной тайной страсти.       К чести Джоанны, она оказалась достаточно умна, чтобы понять, что над ней подшучивают. С видом заговорщицы она приложила ладошку к очаровательному ушку:       — Ни одна приличная девушка не может устоять, если ей хотят доверить порочный секрет.       — Темными, одинокими ночами… — Рейджи сделал драматическую паузу, — я делаю духи!       — Что? — ее изумление было совершенно неподдельным, — Духи? В смысле. дамские духи?       — Да, я парфюмер. И, признаюсь, недурной. У меня есть талант, угадывать персональный аромат конкретного человека, будь то дама или джентльмен…       — О… как необычно! — столь странное для благородного джентльмена увлечение явно заинтересовало девушку, ее прямо распирало от любопытства, — вы можете угадать сочетание аромата для любого человека?       — Ну, для знакомых людей я делаю это лучше. Например, я мог бы сделать духи для вас…       Его предложение, высказанное тихим, мягким тоном вдруг показалось ей остро интимным, как будто он попытался коснуться чего-то внутри нее, чего-то очень личного. Девушка напряглась, разом утратив желание обсуждать тему духов, и меж ними повисло напряженное молчание. Прервал неловкую тишину Рейджи.       — Так странно, Джоанна, я постоянно бываю в свете и ни разу вас не встречал, ни на балах, ни в салонах. Удивляюсь, как я мог пропустить столь ослепительную красавицу.       — Я не выезжала. Моя матушка скончалась и весь прошлый год мы соблюдали положенный траур, — девушка постаралась сделать вид, что не заметила его откровенного комплимента.       — Мне очень жаль, простите что вынудил вас об этом вспомнить.       — Ничего страшного, спасибо, — она слабо улыбнулась       — И мне вдвойне жаль, что я не встретил вас первым… — вдруг вкрадчиво и печально произнес он, — вы поистине ослепительны, мне даже больно на вас смотреть… — в подтверждении своих слов он коснулся рукой груди, словно у него и правда болело сердце.       Джоанну охватило волнение, столь неожиданным стало признание от человека, которого она знала всего пятнадцать минут. Да еще и брата ее жениха. Этот опасный разговор о духах, и откровенные намеки. Неуместность происходящего и странная тоска, которая зародилась где-то внутри нее после его слов, заставили ее защищаться.       — Прошу вас, мистер Сэнт-Клер, не стоит говорить подобных вещей. — Джоанна намеренно назвала его по фамилии, устанавливая формальные рамки. Что-то в этом молодом человеке тревожило ее. Вызывало смутное беспокойство и желание отстранится. Возможно потому, что иногда она ловила на себе его жадный изучающий взгляд, который совершенно не вязался с его непринужденными мягкими манерами. Вот и сейчас, стоило ей отстранится, как его вкрадчивая мягкость исчезла в мгновение ока, глаза гневно вспыхнули, лицо будто накрыла мрачная тень.       — Я оскорбил вас, Джоанна? — он проигнорировал ее намек и пристально, с мрачным напряжением искал ее взгляд, — моя вина лишь в том, что, как и многие несчастные до меня, я забылся на мгновение, и пал жертвой вашей красоты и очарования.       — Мистер Сэнт-Клер, — Джоанна подавила желание возмущенно вырвать руку и уйти, но к несчастью этого не позволяли правила этикета, до конца танца она была его пленницей, — я невеста вашего брата, и люблю его. Мне жаль, но я не могу ответить на ваши внезапно вспыхнувшие чувства, — в последнюю фразу она вложила всю холодность и сарказм, на которые была способна.       Он гордо вскинул голову, как от пощечины. Посмотрел ей в глаза и от тяжести его пылающего взгляда Джоанна затрепетала. Он был оскорблен, он был в ярости и неотразимо, демонически красив в своем гневе. Девушка со смесью отчаянной храбрости, страха и восхищения смотрела на него не отводя взора, не желая проиграть поединок характеров.       Он сдался первым. Занавес невероятно длинных ресниц скрыл горящие гранатовые глаза, и он поклонился, завершая танец. На ее счастье музыка смолкла. Не встречаясь с ней взглядом, Рейдж вернул ее Шарлю, поклонился еще раз и быстро пошел к выходу. Джоанна с тревогой смотрела ему вслед, интуиция подсказывала ей, что она только что нажила себе большую проблему. Возможно даже приобрела врага.