Что хочет женщина

      День выдался тёплый, солнечный, по-настоящему весенний – с лёгким ароматным ветерком, жужжащими вокруг цветущих яблонь пчёлами, с птичьими трелями и высоким, ослепительно голубым небом без единого облачка.       Стася меньше всего ожидала, что Влад предложит встретиться на даче для серьёзного разговора. На той самой даче, которая когда-то была приобретена ими. Желание уединиться во время отдыха своей семьёй, и отделиться от родителей Анастасии, подтолкнуло их не только совершить эту покупку, но и начать новую интересную игру в семейное гнёздышко на природе.       И в доме, и на участке вокруг него, всё делалось своими руками. Посаженные ими вчетвером яблони и вишни уже превратились в настоящий сад, скрывающий за бело-розовыми кронами деревьев небольшой, почти игрушечный, домик.       «Как тут хорошо! И прибрано, ухожено!» – подумала Стася, войдя на участок и прикрыв за собой массивную калитку под стать высокому забору. Огляделась, рассматривая аккуратную лужайку между деревьев, высокие конусы клумб, которые она когда-то придумала и населила разными по времени цветения растениями. В глубине участка за домом, где беседка, увидела легкий дымок – значит, Влад там и разжег костёр.       «Наверно мусор решил жечь, чтобы не терять зря время», – подумала, шагая по дорожке, выложенной разноцветной плиткой. И перед её внутренним взором встала картина, как они разводили костры когда-то весной и осенью. Этим занимались Влад и Димка, называя мужской работой. Стася и Юлька таскали им в качестве топлива листья и ветки, старые газеты и разный хлам ненужный, что горит. Но в основном они, женщины, ухаживали за цветами, создавая на участке красоту. А потом около беседки ставился мангал и жарились шашлыки или сосиски, наполняя воздух таким ароматом, что слюнки текли заранее, ещё до обеда. И обеды эти на свежем воздухе всегда были особенно вкусными, лучше городских домашних. И не сравнить их ни с одним рестораном.       «Хорошее было время», – мысленно вздохнула Стася, – «наверно он решил напомнить мне об этом. Подчеркнуть, чего я сама себя лишила. Поэтому и пригласил на дачу. И он, пожалуй, прав. Собираться всей семьёй на даче и теперь можно, когда дети выросли. Просто компания будет большая. Не только вчетвером сюда приезжать можно, но и с друзьями детей, или с теми, кого выберут Юля и Дима в спутники жизни. А потом здесь внуки будут бегать и это уже не за горами. И всё без меня, если нам не удастся договориться».       Владислава она увидела сидящим за столом в беседке, уткнувшегося в ноутбук. Он быстро и увлеченно набирал текст, а костёр горел сам по себе на привычном месте.       – Влад! – окликнула Анастасия, не дойдя до беседки несколько шагов. – Здравствуй!       – А? Привет! Проходи, присаживайся. Кофе хочешь? – мельком взглянув на бывшую жену и снова погрузившись в свою работу, буднично бросил Влад. – Термос и чашки перед тобой, поухаживай сама за собой, пожалуйста. Извини! Я сейчас, это быстро.       – Очередная книга? – спросила Стася, зайдя в беседку и присев напротив него.       – Ещё не знаю. Пока только исследование темы радикального изменения жизни отдельно взятого человека, но в художественной форме, – быстро ответил Влад, пробегая глазами по тексту на экране.       – Женщины? – поинтересовалась Стася.       – Почему ты так решила? – удивился Влад. – Нет, мужчины.       – Которого вдруг бросила любимая и любящая жена? – задала следующий уточняющий вопрос Стася.       – Любящая? Ты что-то путаешь! Если любят, то не бросают. Это раз. И потом, почему обязательно бросила? Тебе приятнее так думать? Это назвать по-другому можно. Например, разрывом или расставанием, – с усмешкой произнес он.       – Или глупостью, которую делает один, а страдать она заставляет многих, в том числе и самого глупца, – с грустью проговорила женщина. – Но ты не прав, бывает в жизни и такое, что любовь есть, а глупость делается.       – Это что-то новенькое для литературы! – рассмеялся Влад.       – Но не для жизни, что и обидно, – вздохнула Стася, пояснила, – всегда приятнее совершать эксклюзивные ошибки, а не повторять чужие. На чужих принято учиться, это сберегает нервы и время. Конечно, и на своих не запрещено, но не смешно это только при персональных, собственных ошибках.       – Интересное наблюдение, – прокомментировал Влад.       – Было бы таким, если бы не оказалось собственным опытом, – высказалась Стася.       – Стасенька, теория не может обойтись без практики. Без подтверждения опытным путём её состоятельности. Не следует так относиться к успешно проведенному эксперименту. Тем более, когда теоретические выкладки подтверждены, и это позволяет сделать какой-то вывод, – быстро сказал Влад. – И останавливаться, долго размышляя над проделанными опытами не имеет смысла. Надо переходить к следующим или другое исследование начинать.       – Для этого команда единомышленников нужна, – со значением произнесла Стася.       – А может быть, подопытные кролики? – тоже многозначительно уточнил Влад.       – Это с какой позиции смотреть, – улыбнулась Стася. – Можно себя назначить кроликом, а можно быть партнёром с равными правами.       – А как быть с теми, кто принудительно становится участником эксперимента? Или ты предлагаешь всех опросить и у всех согласия добиться? А представляешь ты, сколько их? – продолжая разговор в том же ключе, спросил Влад.       – У тебя уже кто-то есть? – прямо спросила Стася, которой надоело объясняться в завуалированной форме.       – Ого, совсем как в фильме, помнишь? Я же не спрашиваю тебя, Марго, одна ли ты идешь в ЗАГС?! – весело напомнил Влад эпизод картины «Покровские ворота».       – Я не удивлена, всё закономерно. И мои вопросы тоже, – вздохнула Стася. – Я опоздала? Поезд ушел?       – Смотря, какой пытаешься догнать ты, – задумчиво проговорил Влад. – Ничего не стоит на месте, и всё изменяется, подчиняясь естественным законам жизни. Нельзя вернуться в прошлое. Даже если построят машину времени, она лишь будет иллюзию возврата создавать.       – Понимаю, – кивнула Стася. – И то понимаю, что родительское гнездо для птенцов лишь временное пристанище, пока не оперятся, не начнут самостоятельный полёт. Но если такое гнездо существует, его можно навещать хотя бы.       – Чтобы продолжало существовать гнездо, откуда улетели повзрослевшие птенцы, его кто-то сохранить должен. Осознанно это делая, отвечая за свои действия и поступки, – сказал Влад.       – Хочешь сказать: единожды солгавший, кто тебе поверит? – воспользовалась Стася крылатым выражением, чтобы задать очередной вопрос.       – Безусловно. Вопрос доверия важнее даже, вопросов, касающихся чувств. Совместное существование не является синонимом совместной жизни, не говоря уж о счастливой жизни, – ответил Влад.       – А чувства слишком нематериальны? Их в качестве слагаемых успеха невозможно просчитать, а поверить трудно и проверять накладно? – грустно спросила Стася.       – Есть у тебя идея, как проверить? – глядя ей в глаза, вопросом на вопрос ответил Влад.       – Можем вместе что-нибудь придумать, если есть желание, – улыбнулась Стася.       – О каком желании идёт речь?! – рассмеялся Влад. – Этим словом можно описать столько разных побуждающих к действию мотивов. Только прибавив дополнение: заветное, сиюминутное, животное, плотское, непреодолимое, чувственное, неисполнимое, последнее.       – Мудрёно! По-моему, желать равняется хотеть. И, значит, желание порождает стремление к удовлетворению. – Стася рассмеялась! Продолжила оживлённо. – Если двое хотят и могут, препятствий нет, и незачем придумывать их, правда? Или всё просто только в юности, а жизненный опыт усложняет жизнь?       – Тебе не кажется, что безоглядное стремление к удовлетворению желаний, но не потребностей, не путай, уже завело тебя в тупик? Не всякое желание является потребностью, есть капризы, а их удовлетворять сизифов труд. Неиссякаемые они! И собственные требуют немалых затрат, а другого человека – ещё больших! Удовлетворение чужих капризов самое неблагодарное занятие, оно приводит в порочный замкнутый круг, из которого только выпрыгнуть можно, да и то не всегда, – серьезно сказал Влад. – Жизнь иной раз короче требуемого времени для того прыжка.       – Владь, почему у нас не получается разговора без метафор? Мы чего-то боимся и прячемся так? – устало спросила Стася. – Мне с тобой, писатель, никогда не сравняться в умении складывать красивые и ёмкие фразы. Я могу просто честно сказать, что люблю тебя и хочу быть рядом с тобой. И попросить прощения хочу, очень надеясь, что ты поймёшь, насколько искренне раскаиваюсь.       – Стаська, а что насчёт наказания скажешь? Или ты считаешь, что уже достаточно наказана? – грустно поинтересовался Влад. – А ты не думаешь о том, что твоя попытка всё начать сначала испортит жизнь ещё нескольким людям, нанося повторный удар некоторым из них? Не слишком много жертв? Или тебе безразлично, и ты для достижения своей цели не остановишься ни перед чем, как уже сделала?       – А без жертв никак? – грустно спросила Стася.       – Боюсь, что не получится, – ответил Влад.       – Скажи, у тебя есть какое-то своё предложение? Обозначь свою позицию, пожалуйста. Мне надо знать, осталось ли за что бороться, – попросила Стася, с грустью глядя в глаза Влада.       – Тебе соврать или ответить честно? – тихо спросил он.       – Врать не надо. Мы никогда не унижали враньём друг друга, – напомнила Стася.       – По-честному? Не знаю. И что предложить, и сохранилось ли под руинами что-то. И как это проверить, тоже. Тащить тебя в постель пошло. И заниматься поисками истины таким путём не хочется, и даже страшно. Ты же понимаешь, что будет полной катастрофой, и если ничего не выйдет, и если выйдет, но не так, как было раньше. А что-то мне подсказывает, что по-старому без шансов, – объяснил Влад.       – Думаешь, по-новому обязательно будет хуже? На лучшее ты не рассчитываешь даже? Пессимистично, ничего не скажешь! – она горько рассмеялась. – В конце концов, мы оба понимаем, что обоюдное желание близости может стать отправной точкой новых отношений. И если оно есть, то со всем остальным мы справимся, минимизируя ущерб для всех дорогих нам людей.       – Не буду спорить. Из угольков ведь разгорается костёр, правда? Но как нам сделать шаг навстречу друг другу, чтобы он исходил не от мозга? Лучше бы от души, сердца или естества, – вздохнул он.       – А вот это, кажется, знаю я! – обрадовалась Стася. – Нам требуется обстановка, которая не напоминала бы о прошлом. Уж если начинать сначала, то всё должно быть новым! Поехали куда-нибудь, где никто из нас не был? И не вместе, а чтобы встретиться уже там! Мы будем независимыми друг от друга, сможем приглядеться. И если нас потянет, то и в постели можно не вспоминать ничего из старого ассортимента, а постараться удивить друг друга. Потом возможность будет делать выводы и строить планы.       – Хочешь рискнуть? Всегда была авантюристкой! А если тебе не понравится результат? – спросил, осторожничая, Влад. Восхищаясь Стасей и поднимаясь в собственных глазах на изрядный высоты пьедестал, ведь именно его готовы добиваться, прилагая немалые усилия.       – Хочу, Владь! Искренне. И не хочу заранее о плохом думать. Наша поездка может для всех остаться тайной. Так мы ничего не испортим никому, согласен?       – Да! – и чуть помолчав, прибавил, – Куда-нибудь поехать, тоже. А для сохранения тайны, мы могли бы организационные вопросы решать в переписке. И для эксперимента нашего лишний раз встречаться неправильно, наверно.       – Отлично! Я всё поняла. Спасибо! – воскликнула, сияя, Стася. – Сбросишь мне СМСкой мыло, я перешлю тебе варианты, сможешь выбрать.       – При подборе не стесняйся в средствах, – улыбаясь, посоветовал Влад. – Не думаю, что ты захочешь воплотить в реальности поговорку о том, что с милым рай и в шалаше. Хотя, конечно, и от места нахождения шалаша многое зависит.       – И кто из нас авантюрист? – расхохоталась женщина. – Если ты будешь продолжать в том же духе и в поездке, я потеряю голову! Мне и так очень нравится мужчина, что сидит сейчас напротив, а когда у него появляются шальные мысли и глаза загораются азартно, я за себя не отвечаю.       – Прекрасно! Продолжай умело вешать лапшу на уши этому мужчине, и у него возникнет иллюзия собственной неотразимости, – подыграл ей Влад.       «Стаська умница. Поездка на многие вопросы поможет ответить. И как игру, всего лишь игру, её можно воспринимать. И расслабиться на время, позволить себе получать удовольствие. И набрать эмоциональные впечатления. Если ничего у нас не получится, хоть книгу смогу написать потом и довольно интересную», – размышлял Влад, набивая в сообщении для неё адрес своей электронной почты.       – Стасенька, кофе попей, – напомнил он.       – Владь, а покурить можно? Я сорвалась, – призналась она стыдливо.       – Не только ты, – он усмехнулся. – Кури, конечно. Если всё получится, мы снова вместе бросим эту гадость. За компанию легче получается преодолевать дурные привычки.       – Я согласна! Мне вообще кажется, у нас найдется много всего, что можно вместе делать, – закуривая, задумчиво произнесла Стася, – раньше находилось.       – Посмотрим. – Влад улыбнулся и тоже достал сигареты. – Так и тянет сакраментальную фразу произнести: поживём – увидим. Но подобным завершают романы, а до финала нашего, оказывается, ещё далеко.       Стася благоразумно промолчала и сидела потупившись, хоть ей хотелось броситься на шею Владу и разрыдаться, потому что его слова она восприняла, как протянутую ей руку. Но ведь это ещё не распахнутые объятья, и спешить не надо.       Прощание их было по-деловому кратким, без вольностей, но если кто-нибудь спросил бы каждого из них, чего им больше всего хотелось в тот момент, они ответили бы одинаково: «Поцеловаться!»