Disarming Athena/Обезоруженная Богиня войны

В то время как Миранда, Джесс и команда Найджела были заграницей на модных показах в Лондоне, Милане и Париже, мне практически нечем было заняться, и я использовала это время для обновления своего резюме, а так же для улучшения навыков своего письма. Все, что мне теперь нужно было делать на работе, это отвечать на звонки, количество которых сократилось в разы, потому что все знали, что Миранды нет в городе. За это время произошла только одна важная вещь: Миранда начала мне звонить без всякой на то причины. В первый раз, когда она позвонила мне на мобильный телефон по европейскому времени было уже после полуночи, поэтому я очень удивилась и сразу сняла трубку. Мое сердце охватило беспокойство. «Миранда?» «Андреа, — устало сказала она. — Итак, твой мобильный телефон находится в рабочем состоянии, а не на дне фонтана или канализации». Я хихикнула. «Ах, смеешься. Видишь? Я же говорила, что ты быстро оправишься», — она просто повесила трубку.

***

Во второй раз, когда она позвонила, был уже час ночи в Нью-Йорке. «Миранда?» «Я разбудила тебя», — сказала она после небольшой паузы. «Вы в порядке?» — спросила я, зевая. «Да, да». Я провела рукой по своему лицу, пытаясь проснуться и начать говорить внятно. «Ммм, Вам нравятся показы?» Она молчала. «Миранда?» «Было бы легче, если бы ты была здесь», — повторила она. А затем она начала обвинять Джессику в некомпетентности и сказала, что, те вещи, которое предлагали дизайнеры, не оправдали ее надежд. Внезапно проснувшись, я слушала длинный перечень ее разочарований и понимала, что Миранда только и делает, что отпускает язвительные комментарии всем и вся. Я всегда про это знала, но иногда забывала, потому что, когда ты с ней постоянно, многие из этих комментариев направлены на тебя. Она разносила в пух и в прах всех, кто представлял на подиуме что-то меньшее, чем выдающееся, потому что они тратили ее время, вызвали негативные эмоции и не показали в итоге ничего стоящего. Я слушала и слушала, а когда она замолчала на мгновенье, я спросила: «Миранда, я могу сделать что-то, чтобы облегчить Вашу жизнь?» Тогда она обрушилась на меня с обвинениями, что я плохо натренировала Джессику. «Я позвоню ей, как только мы разъединимся, и обсужу с ней некоторые детали ее работы», — предложила я. Миранда вздохнула и сказала: «Хорошо, но не ожидай чудес, она не такая шустрая, как ты».

***

Третий, и последний, звонок от Миранды поступил, когда она была в Милане. «Миранда», — сказала я, не в силах сдержать зевок, потому что в Нью-Йорке снова было за полночь, в то время как у нее было около шести утра. «Андреа, я опять тебя разбудила? Солнце только село, почему ты спишь? Тебе что, девятнадцать? Или двадцать?» Я усмехнулась: «Мне двадцать пять». «Какой ужасный способ жить в двадцать пять», — она тоже зевнула. «А что Вы делаете, почему не спите? Сколько у вас там сейчас, ранее утро?» — а затем я поняла, что она, возможно, все еще в постели, и меня обдало жаром. «Я встаю», — подтвердила она мою «чудовищную по невозможности» догадку, а затем снова начала жаловаться на дизайнеров и Джессику, а также на Найджела и всю его команду. Она даже с ехидством упоминала про кошмарный макияж Эмили. «Эмили красивая, — сказала я, потому что мне вдруг стало не комфортно говорить об этом с Мирандой. — Пусть у нее будут веки, как у фламинго, если она хочет». Миранда замолчала, а после спросила: «Твой сосед по комнате — гей?» Я вспыхнула и начала переживать, что наш разговор становился очень личным. «Да». «А ты… бисексуалка?» Очень личным и очень волнительным. «Хм… Не… думала об этом на самом деле». Повисло молчание, а затем она спросила: «Скажи мне что-нибудь, что тебе нравится во мне». О Боже. Я сглотнула и подумала, как долго я смогу выдержать это. Я представляла ее в Париже, в позапрошлом году, в ее сером халате, когда она выглядела такой беззащитной и слабой, но ответила так: «Мне нравится, как искусно Вы носите одежду. Как доспехи». Миранда очень тихо хмыкнула. «Лифт скучает по Вам», — сказала я ей. Глава 12 Миранда и Джессика вернулись на день раньше, что должно было меня осчастливить, но этого не произошло — меня это испугало. Когда водитель Миранды позвонил, чтобы сообщить, что они в пути, я со всех ног побежала в Старбакс, оттуда пулей прилетела в ее кабинет, оставила там кофе, а затем бросилась вниз встречать Миранду у лифта. В любой другой момент я была бы в восторге увидеть ее, но теперь, все, о чем я думала — только о своей одежде: о платье, которое слишком свободно висело на мне, не смотря на то, что оно было подпоясано ремнем; о кардигане, поверх этого платья; и о туфлях, которые были даже не туфлями, а сабо. Пока Миранды не было в офисе я воспользовалась этим и надевала самые жалкие вещи из своего гардероба. Если бы я знала, что она приедет сегодня, я бы обязательно оделась иным образом. Миранда прошла через вестибюль, глядя мне прямо в глаза, по-видимому, она была рада меня видеть, но потом она обратила внимание на то, как я одета, и выражение ее лица стало непроницаемым. Ее глаза опустились на мою обувь и я почувствовала, как ее взгляд примораживает мои ноги к полу. Она ничего не ответила на мое «Доброе утро» или на мой вопрос о поездке. Она больше не смотрела на меня. Она отстранилась, как только я сняла ее пальто и стала относиться ко мне, как к самому большому разочарованию в ее жизни. Это было больно и я не знала, как это изменить. Я не могла носить одежду Подиума, но и ее неодобрение я тоже вынести не могла.

***

На следующий день я надела юбку, которая мне шла, она, конечно, устарела в глазах окружающих, но, по-моему, она была весьма модной и выглядела хорошо. Блузка же была свободной для моей тонкой талии, но это не смотрелось очень ужасно. Туфли были одними из тех, что Найджел дал мне недавно, и, хотя они были шикарными на фоне остальной одежды — они хорошо подходили к ней. На самом деле, я не была похожа на того, кто работает в Подиуме, но это было самое лучшее, что я могла надеть, с моим ограниченным доходом. Я стояла у лифта, где я обычно дожидалась Миранду. Но иногда, в особо напряженные дни, когда было очень много людей, желающих вызвать лифт, я отбегала к дверям, чтобы посмотреть, не подъехала ли еще ее машина, чтобы я могла вызвать лифт точно к тому моменту, когда она подойдет. Но, в большинстве случаев, я просто стояла и ждала ее появления здесь, а потом смотрела на то, как она проходит через вестибюль и люди поспешно отступают в сторону, как будто она была злым военачальником. «О, черт возьми», — тихо сказала я, когда увидела ее сегодня. Миранда была в легкой черной шубке от Dennis Basso, и при всей моей ненависти к меху, было трудно испытывать отвращение, потому что на Миранде это выглядело потрясающе. «Доброе утро, Миранда», — тихо поздоровалось я и провела рукой по двери лифта, когда она вошла в него. Она сразу же повернулась ко мне, когда двери закрылись и подала знак головой, указывая, что я должна подойти ближе. «Прикоснись к нему», — приказала она. Я мгновенно потянулась и начала гладить мех на ее плече, спускаясь по руке к запястью. «Выбор твоей одежды становится крайне ужасающим», — сказала она. Я промолчала. «Можешь объяснить, в чем дело? Ты же вполне прилично одевалась до этого. А теперь выглядишь столь же отвратительно, как в первые дни твоей работы». Меня как по лицу ударили и я отшатнулась от нее. «Я не беру больше ничего из гардероба журнала», — тихо промямлила я. «Почему?» Я молчала, уставившись в пол. «Андреа, твоя дерзость осточертела мне. Ты сейчас здесь. Ты все еще работаешь в Подиуме. Начни одеваться уже наконец». Я кивнула, не поднимая глаз. Но я не собиралась подчиняться. Весь этот день я не могла больше смотреть на Миранду. Я чувствовала свое уродство и на душе от этого было так гадко, что хотелось сбежать. После того, как Джесс вернулась с обедом для Миранды, я ушла на свой обеденный перерыв, при этом решила потратить личное время на выполнения других поручений, которые Миранда поручила выполнить Джессике, но я хотела вырваться из офиса. В один момент, бегая между магазинами, мне захотелось просто скользнуть в толпу и не возвращаться на работу. Неудивительно, что в это самое время Миранда позвонила мне. Я уставилась на свой телефон, но не ответила. Вместо этого я села на лавку и неподвижно сидела так на холоде, стараясь не думать о ней. Когда я все же вернулась на рабочее место, Миранда уже уехала к Нине Риччи и не появилась больше в офисе до конца дня. Я предложила Джессике уступить мне доставку Книги, но она ласково улыбнулась и покачала головой. «Я не думаю, что это хорошая идея, Энди. Миранда в ярости, что ты не вернулась». Глава 13 Я не нервничала, увидев Миранду утром, несмотря на то, что Джессика предупредила, что она злилась на меня. Я устала от ее оскорблений. Я считала, что поступаю правильно, не заимствуя больше рабочих вещей, а меня за это вознаграждали презрением. Я уродливая для нее. Плюс к этому жирная и глупая. Что ж. Сегодня на мне было шерстяное платье Chloé из старой коллекции с темными колготками, а так же плоские ботинки Jimmy Choo, которые Миранда ненавидела, но они были шикарные, и они дали моим уставшим от высоких каблуков ногам блаженный отдых. Я не удосужилась сказать Миранде «Доброе утро», а просто молча зашла с ней в лифт и нажала кнопку. Я чувствовала, как она смотрит на меня, хотя я стояла перед дверьми лифта, а она позади меня. Я не буду брать ничего из гардероба, и она не сможет заставить меня это сделать. «Андреа». «Да?» — выпрямилась я, но не обернулась. Она схватила меня за локоть и рывком повернула к себе. «Посмотри на меня», — прорычала она. Я посмотрела в ее сторону, но не на нее. Я не хотела показаться неуважительной, но мне было очень сложно смотреть на нее всякий раз, когда я ее разочаровывала. Миранда резко сдернула с глаз солнцезащитные очки и рявкнула: «Смотри на меня». Я попыталась, но не смогла. По какой-то странной траектории мой взгляд убежал от нее к стене лифта. Она так сильно дернула меня снова и я чуть не споткнулась на ровном месте. На этот раз я испугалась и посмотрела на нее в полном шоке. Она крепко держала меня за руку, глядя прямо в глаза. «Никогда не игнорируй мои телефонные звонки. Как бы ты ни сердилась на меня, — что-то мелькнуло в ее взгляде, но я так и не разобрала что именно — Ты поняла?» Я кивнула. «Не путай одно с другим». Я понятия не имела, что она подразумевает. Что я путала? Я попыталась найти ответ в ее глазах, но там было только предупреждение и гнев. Затем она оттолкнула меня и задумчиво посмотрела на мой внешний вид и до того, как лифт добрался до нашего этажа, она сняла с себя золотой шарф Hermès и накинула его на мою шею. «Вот, — сказала она, — теперь не так ужасно». Я еще долго не могла прийти в себя от случившегося. Как будто она объявила меня красивой, одарив платком с королевского плеча. Весь день я была на облаках, вдыхая ее запах.

***

На следующее утро я стояла у лифта и ждала Миранду в одежде, которую я носила практически весь прошлый год, и я знала, что она ей надоела, потому что она озвучила это ещё прошлой зимой. Но у меня было мало одежды. Я оставила ее шарф Hermès у нее на столе, когда принесла Starbucks, перед тем, как вернуться обратно, чтобы дождаться ее прибытия. Я все еще парила в небесах от ее поступка, и ничто, никакое оскорбление, не могло испортить моего хорошего настроения сегодня. Тем более, ее оскорбления относились не ко мне лично, а касались того, как я себя веду, или моей одежды, например. Ведь на самом деле, половина моего гардероба была отвратительной, а вторая заставляла меня выглядеть толстой. А вот оскорбления моих умственных способностей были просто смешными. Это вообще не про меня, не так ли? Она не может так думать. Миранда проследовала через вестибюль в длинном кожаном пальто и кашемировом платье от Valentino, которое оттеняло его как по цвету, так и по текстуре, и я поняла, что смотрю во все глаза на нее. «Ты выглядишь… потрясающе», — сказала я ей, когда мы вошли в лифт. «А ты по-прежнему выглядишь сиротой, — сказала она, оглядывая мою одежду. — Что мы будем с этим делать? О, я знаю!». И Миранда сунула мне два пакета. Один из них был от Phillip Lim, другой от Jimmy Choo. Я посмотрела на нее, и в недоумении спросила: «Что?» «Ты не можешь отказаться от этого, Андреа, это не из нашего гардероба». Я была ошеломлена. А Миранда была похожа на кошку, проглотившую канарейку. «Это на сегодня, когда мы добираемся до офиса, ты переоденешься. Ты удручаешь меня своей печальной одеждой. Думаю, тебя это тоже удручает». Я хотела возмущаться, возмущаться и возмущаться. Но мое глупое сердце трепетало, и я улыбнулась. «Спасибо». «О, улыбка, — сказала она, — я думала, что ты потеряла эту способность». «Вы уволили меня», — напомнила я ей. «И это не конец света. В самом деле, Эмили», — она закатила глаза. Я усмехнулась. Когда находишься в лифте с Мирандой так близко, все остальное отходит на задний план, время замирает. «Другая одежда будет доставлена в твой дом сегодня вечером», — сообщила она мне. «Я не полагалась на твой вкус, — она еще раз пробежалась взглядом по моему платью и сапогам, — хотя там есть несколько вещей Chanel, которые, думаю, тебе понравятся… Ты могла бы выбрать все что пожелаешь из нашего шкафа, но ты это упрямо отказываешься делать. Так что теперь у тебя есть то, что я выбрала для тебя». Я хотела сказать ей, что я выбрала то, что я предпочитаю — мою потертую одежду, но это была ложь. Или, что я выбрала работать на нее. Но это была другая ложь. Если бы было возможно я хотела получить и то, и другое.