Disarming Athena/Обезоруженная Богиня войны

Создавалось впечатление, что Миранда умеет контролировать погоду. После очень холодной зимы в Нью-Йорк пришла ранняя весна. И с более теплой погодой между нами началось какое-то безумное притяжение. Я старалась не думать об этом, но мое тело реагировало мгновенно, как только я видела Миранду вдалеке, и непроизвольно поворачивалось в ее сторону, даже если она была на расстоянии 60 метров. Мой живот наполнялся бабочками, а сердце сильно начинало биться в груди. Когда она произносила мое имя, меня пробирала дрожь. Я постоянно наблюдала за ее глазами, губами и руками. Она все это знала и использовала в личных интересах. Последнее время Миранда с особым садизмом подходила к своему выбору одежды. Она больше не носила ничего строгого и обычного из своего гардероба. Теперь она каждый день надевала самую сногсшибательную одежду. В ней Миранда была не просто роскошной, но также очень сексуальной. И я это не придумывала. В один прекрасный день, рот Джессики раскрылся от удивления, когда я сняла с Миранды пальто, и мы обе увидели бледно-серый топ плотно облегающий ее грудь, с глубоким V-образным вырезом, что заставляло Миранду выглядеть совсем неземной женщиной, безумно сексуальной и в тоже время слегка распутной. «Ух ты», — выдохнула в шоке Джессика, прежде чем смогла опомниться. Миранда прижала руку к груди, инстинктивно прикрываясь, и до того, как она смогла отпустить какой-нибудь язвительный комментарий своей младшей ассистентке, который, непременно, довел бы Джесс до слез, я очень тихо сказала: «Миранда, Вы, действительно, выглядите восхитительно. Серьезно, просто Вау». К нашему удивлению, вместо того, чтобы сыронизировать, Миранда сказала: «Спасибо, Джессика». Джесс светилась от счастья потом еще несколько дней.

***

Казалось, что Миранда целенаправленно выбрала тактику сражения методом своего соблазнительного внешнего вида именно в то время, когда природа просыпалась, за окнами чудесно светило солнышко и стояла теплая весенняя погода. Сегодня, под ее легким шерстяным пальто был надет плотно прилегающий к телу кардиган, а из него виднелась полупрозрачная кофта. Когда мы поднялись в офис, Миранда, по традиции, заставила меня снять с нее пальто и отдала сумку. Но на этом женщина не остановилась. Она захотела, чтобы я также сняла ее кардиган. Это было очень трудно сделать, не прикоснувшись к ее телу. Сложно было оставаться служанкой, когда мои глаза были жадно прикованы к полупрозрачному материалу кофты. Миранда выглядела такой мягкой и красивой (и она производила такое впечатление, до тех пор, пока не открыла рот, из которого вылетели язвительные замечания). Но потом, она, кажется, устала от легкой неземной одежды и пришла в короткой куртке от Balmain. Куртка в изобилии сверкала переливающимися бриллиантами и была с острыми шипами, а так же с завышенными плечевыми подушками, в стиле 1980-х. Я была поражена, увидев, что после этого все в офисе начали перенимать эту тенденцию. Тем не менее, никто не перещеголял Миранду. Что касается меня, я была вне всеобщего помешательства 80-ми, в отличие от многих, которые веселились с неоновыми цветами, куртками и брюками, как у Миранды. Я была слишком занята работой над своим собственным стилем каждое утро. И я, кажется, нашла его, что мне необычайно нравилось, и Даг практически всегда одобрял мои наряды. Впрочем, как и Миранда, которая никогда не говорила ничего о моей одежде, но иногда я получала от нее кивок головы или улыбку. И при взгляде на меня она никогда не поджимала губы, несмотря на то, что я не следовала новому тренду Подиума. Единственное мое отступление было, когда я пришла в шикарных золотых туфлях Zanotti с открытым носом. Я надела их с простой юбкой и топом. «О, я понял», — сказал Найджел, когда увидел меня в тот день. Это был редкий случай, когда наши пути пересекались, поэтому я остановилась, чтобы пообщаться с ним. «Ты слишком умна, чтобы быть в тренде, но ты будешь насмехаться над каждым, кто осмелится быть смелым, красивым и храбрым». Я усмехнулась, но не успела ответить, прежде чем он продолжил. «Эмили сказала мне, что все твои вещи в последнее время просто невероятны. Я не представляю, откуда они у тебя — конечно, это все не просто так, хм? По ее словам, это не наш гардероб». Телефон Найджела загудел, и он, взглянув на него, сказал: «Это та, кто в представлении не нуждается. Пора спешить, — он резко отвернулся и поспешил в сторону нашего офиса, но потом обернулся и сказал:  «Пойдем с тобой сходим куда-нибудь. Я хочу знать все о твоем сладком папике, — его брови с надеждой взлетели — Может, у него есть друг?» Я усмехнулась и отмахнулась от него, но он расстроил меня. Никто больше не придал значения переменам в моем новом облике. Джессика и все остальные, предположили, что моя одежда из рабочего гардероба, но Найджел и Эмили, которые видели меня только мимоходом, сразу поняли, что что-то случилось в моей личной жизни. Ну, им не стоит продолжать задаваться вопросами, подумала я. Я никогда им ничего не расскажу. Потому что если я проболтаюсь, то о последствиях можно будет только догадываться. Скорее всего, Миранда станет все отрицать. Также, это может смутить ее и привести в ярость. Либо она будет абсолютно безразличной. Но я не хотела это узнавать. Кроме того, все на работе и так были измучены и озлоблены, поэтому, не исключено, что они подумают, что я лгу, либо они предположат, что Миранда подарила мне все это по какой-то гнусной причине. Будет лучше, если никто в Подиуме не узнает о ее необычном даре. Теперь это стало моим самым любимым секретом.

***

В один из дней Миранда внезапно отменила 80-е, появившись с головы до ног в Шанель. Ее платье было ванильного цвета, а жакет кремовый. Я посмотрела внимательно на нее в лифте. «Полагаю, тебе нравится, — сказала она. — Но смогла бы ты догадаться, что это Шанель, если бы не было логотипа? Думаю, что нет, и подозреваю, что ты ничего не поняла без этого». — она указала на эмблему на пиджаке. «Возможно, у меня нет слов объяснить почему, но я думаю, что узнала бы», — ответила я, протягивая руку и прикасаясь к ее одежде. Я легко провела пальцами по ткани. «Знаете, я узнала много других важных вещей, — сказала я, глядя ей в глаза. — Об издании, о запуске бизнеса, о бюджете, об ограничениях во времени, о соблюдении сроков. Я научилась работать на тех, кому просто невозможно угодить». Я бросила вызов и это сработало, Миранда посмотрела на меня с раздражением. «Но я также узнала, насколько невероятна Ваша работа», — сказала я. Миранда желала поместить большую статью Chanel в следующий выпуск, и она забраковала некоторые фотографии Патрика, которые были, на мой взгляд, просто потрясающими. Она разрезала изображения, потому что они не полностью отражали тему, которую она хотела раскрыть в этой статье. «И я узнала, что Миранда Пристли, которая так любит искусство, ходит по канату над куполом. Поднимает искусство на более высокий уровень в своем журнале, полностью уничтожая его», — добавила я тихо. Ее глаза были прикованы к моему лицу, казалось, мы были полностью изолированы от внешнего мира. Я провела пальцем по золотой кнопке, также украшенной логотипом «Chanel». «Но, можно сказать, я ничего не узнала о моде, потому что я не знаю, что сказать, чтобы описать Вашу одежду от «Chanel», помимо того, что она выглядит на Вас очень элегантно и стильно. Вы так хорошо умеете это носить. Вы просто великолепны в этом». И тут я поняла, что сказала. Я поняла, что кнопка, которую я трогала, была у нее на груди. Я поняла, что Миранда находится очень близко, так близко, что в этом было что-то интимное, поэтому я сильно смутилась и отошла от нее, покраснев.

***

Однажды утром, снимая жакет Миранды, я нечаянно коснулась ее груди. «Я случайно», — пробормотала я немедленно. Но ее вздох и мимолетная реакция ее тела вызвали у меня страстное желание прижать эту женщину к стене прямо здесь и сейчас. Я поняла, что теряю контроль рядом с ней. Поэтому я прибегала к «сухому безразличию», так я называла свое поведение, в те моменты, когда я не флиртовала с ней в лифте, а Миранда не воображала себе, что я должна играть роль куртизанки, приказывая прикоснуться к ней. Каждая из нас притворялась, что ее совершенно не заботит присутствие рядом другой. Проблема заключалась в том, что я была единственная, кто играл по правилам. Я притворялась, что Миранда просто обычная женщина, а не та, с которой я мгновенно теряю рассудок. Но она продолжала усложнять мне жизнь, провоцируя своими сексуальными нарядами, когда весна полностью вошла в свои права и на ней теперь не было никаких пальто, только легкие одежды. Я постоянно думала о том, когда закончится эта пытка, но так же я понимала, что одновременно закончится и мое время. Поэтому я пыталась гнать от себя эти мысли и сосредоточиться на чем угодно, кроме нее, потому что осознавать, что я не увижу ее больше ни в какой другой весне было безумно тяжело. Но настал день, когда Миранда пришла в чем-то особенном, и эта одежда просто требовала моего признания. На ней был костюм от Bill Blass, который неимоверно соблазнительно обтягивал все ее тело. Узкие брюки, жакет без рукавов, а под ним тонкая шелковая комбинация, которую Миранда уже надевала несколько раз, и которая каждый раз будоражила мое сознание. Практически все время жакет был застегнут на все пуговицы, но иногда Миранда стратегически расстегивала его и клала руку на бедро. И открывалось восхитительной красоты боди, которое обтягивало ее грудь и талию так, что никто, будь то гей, натурал или бисексуал, не мог отвести глаз. Даже в свои пятьдесят, Миранда не боялась носить сексуальные одежды, и она демонстрировала на высшем уровне. Я приметила ее костюм еще издалека, когда она появилась в вестибюле. Я увидела брюки в обтяжку, я увидела, как жакет выглядывает из-под тренча, и уже тогда я поняла, что это будет нечто чертовски сексуальное. Я начала говорить о расписании, пытаясь сохранить самообладание, как я это делала уже несколько дней подряд, но Миранда сразу же распахнула плащ и расстегнула жакет. Конечно, я не смогла отвести взгляд от ее груди. «Что ты говорила о Патрике?» — спросила она самодовольным голосом, зная, что она со мной делает. Она явно издевалась. Я посмотрела на нее с опаской. На самом деле я чувствовала себя не в безопасности. Вот и конец затишья. Я убрала телефон и подошла к ней ближе и распахнула края ее верхней одежды, а затем жакета. Сумка Миранды, которую я до этого держала, небрежно упала на пол. Я смотрела, как боди обтягивает ее кремовую кожу и грудь, а Миранда смотрела не отрываясь мне в лицо. Я поняла, что не только она на меня действует на меня магнетически, но и я на нее, потому что в этот момент ее губы приоткрылись, и она резко вдохнула, а на ее шее быстро запульсировала вена. «Вы пытаетесь убить меня», — пробормотала я. Я жадно осмотрела ее тело и подняла глаза. Мы смотрели друг на друга. Некая искра пробежала между нами, и, я ощутила это всем телом. Я почувствовала дикое желание. Тогда я снова опустила глаза на ее грудь и Миранда тихо застонала. Я отвела взгляд и мы обе закрыли глаза. Лифт остановился за несколько этажей перед нашим, что было очень вовремя, потому что ситуация вышла из-под контроля. Я отошла, а Миранда запахнула плащ. Человек, который вызывал лифт, увидел нас и отошел в сторону. «Я думала, тебе все равно», — беспечно сказала Миранда, поднимая сумку с пола. «Я пыталась действовать профессионально», — возмутилась я. Она закинула голову назад и рассмеялась над моим заявлением, от чего я тоже невольно засмеялась. «Благодаря Вам мне было очень сложно это делать», — сказала я через мгновение. «Тебе было сложно? — она окинула меня взглядом, — Это ты распахиваешь мою одежду в любое время, когда тебе вздумается и пялишься на меня, указывая что мне делать. И это благодаря мне тебе было сложно?» Я приложила ладонь ко лбу и улыбнулась. Конечно, она все обставила так, будто я командовала ей и строила глазки, забыв при этом, что она полностью контролировала ситуацию. «Вы понятия не имеете, как Вы действуете на меня», — сказала я. «Скажи мне», — тихо попросила она. «Я думаю, Вы достаточно слышали моих признаний», — улыбаясь ответила я, бегая глазами по ее лицу. Лифт остановился и просигналил нам об этом. «Ах, спасена звонком», — сказала я и вышла следом за Мирандой, а потом ускорилась, чтобы открыть дверь офиса и пропустить ее вперед. Я непринужденно забрала ее сумку и легко сняла с нее пальто, в то время как Миранда осторожно взяла Книгу и кофе. Джесс даже не взглянула на нас.

***

«Судя по всему исповедей в лифте больше не предвидятся», — сказала Миранда через несколько дней, когда я собиралась побыстрее начать зачитывать расписание, чтобы не обращать внимание на ее черное платье Prada, которое на ней так хорошо смотрелось. Платье полностью соответствовало ее фигуре. Миранда уже успела догадаться по моему первому взгляду, что я восхищена ей, поэтому она настаивала: «Скажи мне, как я влияю на тебя. И если ты не сделаешь это немедленно, и если опять сегодня будешь спасена звоном…» — она наклонила голову в сторону. Я нахмурилась и дерзко спросила: «То что? Что Вы собираетесь сделать? Уволите меня снова?» Я должна была понять, что она всего лишь дразнила меня, и, возможно, я поняла бы это при обычных обстоятельствах, но сегодня утром я была особенно уставшая и подавленная. Я опаздывала, поэтому моя прическа и макияж были сделаны на скорую руку, чем я была очень недовольна. Именно поэтому ее фраза была воспринята мной неправильно. Мне показалось, когда я услышала тон Миранды, что, возможно, она решит прекратить наши утренние поездки в лифте. И это было бы вполне обосновано, принимая во внимание, как я выглядела сегодня (на мой взгляд) неряшливо. Так что она вполне могла вышвырнуть меня из нашего «частного клуба». Лифт остановился на третьем этаже. Я злобно посмотрела на мужчину, который увидел Миранду, но все равно собирался войти внутрь. «Ради Бога, что никто не может подняться по лестнице в этом здании?!» — огрызнулась я на него. «Ты зря теряешь время», — произнесла Миранда сладким голосом, еще до того, как двери закрылись, и прежде, чем мужчина успел что-либо сообразить, а только стоял напротив нас и хлопал глазами. Когда мы снова остались наедине, я взглянула на Миранду, посмотрела ей в глаза и начала говорить, осознавая, что это была совсем не та сексуальная болтовня, которую она ожидала услышать. Но все это было правдой. Я смотрела, как номера этажей загораются на панели и говорила, и говорила. «Вы хотите узнать, как Вы влияете на меня… Иногда это просто объяснить, допустим, в такие моменты, когда я вижу Вас в соблазнительном боди или в пальто от Фенди… А иногда очень сложно, как, например, в тот раз, когда я наблюдала за Вами с девочками на Хэллоуин. Я помню Ваш взгляд, каким было Ваше лицо. Лицо не бизнес-вумен, а мягкое лицо любящей мамы. Я ощущала, что присутствую при чем-то очень личном и от души радовалась тому, что Вы счастлива. Есть и другое… когда не просто и не сложно, это, как данность, когда Ваш муж подает заявление на развод, и Вы пытаетесь не плакать, а я очень хочу утешить Вас, при этом изо всех сил стараюсь сама не расплакаться, я спрашиваю Вас, чем я могу помочь, на что Вы отвечаете, чтобы я просто делала свою работу, — я сглотнула. — Вот так Вы влияете на меня, Миранда». Лифт внезапно остановился и двери открылись. Миранда замерла на мгновение, а затем вышла и дождалась, пока я открою ей дверь. Я сделала это и мы зашли молча в офис. Мои руки дрожали, когда я расстегивала ее светлый тренч. Как я не старалась совладать с собой, но наша первая поездка в Париж преследовала меня до конца дня и еще Миранда постоянно называла меня по имени в этот день.

***

Следующее утро было особенно тяжелым. Я ушла в тягостные воспоминания о Париже, о моих ошибках и ошибках Миранды, что даже не заметила при встрече какая одежда была на ней. Я едва осознала, что она приехала, только когда она появилась рядом. Мы зашли в лифт и ехали какое-то время молча, пока она не заговорила. «Я обернулась, а тебя не было, — в ее голосе звучало больше недоумения, чем гнева. — Я была в шоке и… сначала даже испугалась, что с тобой что-то случилось. А когда я поняла, что ты ушла от меня по своей воле, то рассердилась — она проницательно посмотрела на меня — Поэтому, когда ты постучала в мою дверь посреди ночи, я прогнала тебя, без всяких вопросов». Она посмотрела на двери лифта. Ее следующие слова звучали, как признание. «Почему ты не подумала хорошенько, прежде чем уйти, о той женщине от которой ты решила сбежать? Быть может, однажды ты обнаружила бы, что она не такая холодная сука, которую ты ненавидишь? Теперь… эта женщина не может заставить себя уволить тебя и при этом делает тебе самое немыслимое предложение, которое она когда-либо делала своим сотрудникам, звучащее примерно так: выбери то, что ты хочешь, Андреа, и я предоставлю тебе это». Я была ошеломлена. Я вышла из лифта, как в прострации, открыла ей дверь, смутно воспринимая окружающую реальность. Я взяла сумочку Миранды и начала расстегивать ее пальто Стеллы Маккартни, которое было не по погоде теплым. Я подумала, не холодно ли ей? Мне очень хотелось согреть ее, мою истинную богиню, которая была во много раз лучше, чем Афина. «Мне очень жаль, Миранда». «Есть еще кое-что, что тебе стоит понять, Андреа. Я действительно ценю, как ты выполняешь свою работу». У меня снова возникло желание поинтересоваться, зачем тогда надо увольнять того, чью работу она ценила, но я уже знала ответ на этот вопрос. Миранда хотела, чтобы я двигалась дальше, она не хотела держать меня здесь, как помощницу, когда четко видела, что будущее ярко сияет на моем горизонте. Она говорила об этом, еще в самом начале, только я упрямо не хотела ее слышать. Наши взгляды встретились и я улыбнулась, наконец, приняв тот факт, что меньше, чем через месяц, я уйду от нее.