Маленькое недоразумение

Подписывая этот договор, нахожусь в трезвом уме и ощущении идиота.

Колобок

После фестиваля дел стало значительно меньше. Хибари просто делил работу на троих, и мы так шустро всё выполняли, что заканчивали примерно часов в пять. Если кто-то справлялся со своими заданиями раньше, то шёл помогать остальным. Хибари мог сам спихнуть что-то на нас, если возникали какие-то срочные текущие дела, но случалось такое довольно редко. В общем, жизнь текла спокойно и размеренно. Настолько, что пару раз мы уходили с работы все вместе, перед этим проведя немного времени втроём в менее формальной обстановке. Когда Тетсу, справившись с делами первым, пришёл к нам и начал отвлекать разговорами, а в открытое окно залетел Хибёрд, я невольно вспомнила то время, когда меня ещё не приняли на постоянную работу. Правда, тогда именно я наседала разговорами, пока доделывала повязку для шефа, а воспоминания, хоть и были относительно счастливыми и мирными, отдавали лёгкой грустью. А теперь я могла в такие вечера дышать полной грудью. Более того, я в тайне ждала их. Конфликт колец начался настолько буднично, что это знаменательное событие можно было легко пропустить. Началось всё с того, что Савада с друзьями резко затесались в ряды злостных опаздывающих и прогульщиков. Я опасалась, что Хибари вызовет их на дисциплинарную комиссию, но он на удивление бездействовал. Возможно, дело было в том, что вот-вот должны были начаться каникулы. Периодически в журнале появлялись справки по болезни и пометки об уважительной причине того или иного пропуска, и я, тяжело вздыхая, послушно исправляла данные в базе. Уж не знаю, кто и где для Вонголят их делал, но нам всем было так проще. Ещё я поглядывала на Хибари. Он уже должен был получить своё кольцо, однако шеф никак этого не выдавал. Он вёл себя как обычно, в его внешности тоже не появилось изменений. Я думала, что увижу половинку его кольца хотя бы на цепочке где-нибудь под рубашкой, но не было похоже, чтобы шеф его носил. До каникул осталось каких-то три дня, когда вдруг в кабинете появился... Дино. У нас в то время заканчивался обеденный перерыв, и мы втроём отдыхали на диване. Кусакабе рассказывал какой-то смешной случай с одного из своих уроков, а я, хлебая сок, слушала. Хибари с умным видом глядел в телефон, но я краем глаза замечала, что он иногда отвлекался и поглядывал на нашего коллегу, прислушиваясь к нему. Я чувствовала себя очень умиротворённо, слушая с лёгкой улыбкой и иногда вставляя комментарии. Потому приход Мустанга стал для меня полной неожиданностью. Собственно, сказать честно, никто из нас не был готов. Мы с Тетсу взорвались смехом как раз в тот момент, когда дверь стукнулась о стену. Я обернулась, ожидая увидеть кого-то из учителей или на крайний случай учеников, и замерла, резко оборвав себя. Кусакабе тоже замолчал, а Хибари, сначала кинув на вход незаинтересованный взгляд, рывком поднялся. — Хибари Кёя? — произнёс Дино, глядя на шефа. Затем взгляд скользнул за его спину и упёрся в напрягшуюся меня. — Лиссана, рад видеть. Коллеги кинули на меня по быстрому внимательному взгляду. Под таким вниманием мне стало неуютно, но не рассказывать же остальным о том, как мы встретились с Дино в горах. Я тоже поднялась. Против воли сощурилась. — Взаимно, Дино. Ты к шефу? Радости во мне не было ни капли. Его приход означал уже официальное начало Конфликта колец. Значит, где-то в Намимори была и Вария, а нарываться на них мне не хотелось. Да и Хибари, очевидно, на какое-то время снова нас покинет. Кусакабе тоже подался вперёд, видимо, почувствовав угрозу. Мустанг, естественно, это заметил, потому постарался доброжелательно улыбнуться. — Не стоит так нервничать. Я друг Реборна. — О, так ты от малыша, — Хибари оскалился, а в руках появились тонфа. Дино усмехнулся, и я тоже увидела у него кнут. Допустить погром в кабинете я не могла. Только не компьютеры... — Стоять! — рявкнула я. Голос прорезался так неожиданно, что я сама испугалась. Мужчины снова с удивлением воззрились на меня. Я решила ковать железо, пока горячо, и упёрла руки в боки. — Только не здесь! Хибари вскинул брови и, демонстративно перехватив тонфа, развернулся ко мне всем корпусом. Несмотря на очевидность угрозы, я не дрогнула. — Мебель, документы, техника, — перечислила я кандидатов в сопутствующие жертвы. Дино и правда отступил. — Компьютеры с отчётами! — страшным голосом прошептала я, округлилв глаза. Тут в себя пришёл и Хибари: лихорадочный блеск с желанием убивать в его глазах поугас. Он опустил руки и развернулся на выход. — Идём на крышу, — бросил он, проходя мимо Дино. В коридоре я увидела ещё и мужчину в очках и с проседью в волосах. Кажется, Ромарио. Он вежливо прикрыл дверь кабинета, прежде чем поспешить за Хибари с Дино. — Что это было? — Кусакабе, про которого я уже немного забыла, впервые подал голос. Коллега сидел в немного странной позе с приподнятыми руками, собираясь то ли встать, то ли защищаться, то ли кого-то ударить. — Без понятия, — и не так уж и соврала. Да, я знала, что Дино пошёл тренировать Хибари к бою Облака. Однако какого хрена наш многоуважаемый шеф послушал меня и вышел из кабинета, вместо того, чтобы забить до смерти, чтобы не выпендривалась... Кажется, он на самом деле становился чуть менее отбитым, чем в каноне. И даже не знаю, плохо это или хорошо. Конечно, то, что лёд тронулся, не могло не радовать, но вот чего ещё от него ожидать, я уже не знала. — У тебя есть какое-нибудь задание? — после недолгой паузы спросил Кусакабе. Видимо, он тоже понял, что шефа мы не дождёмся. — Есть, где-то минут на сорок. Я уже почти всё доделала, — я, украткой вытерев вспотевшие ладони о брюки, направилась к столу. — Зайди потом ко мне. Весь день мы с Кусакабе старательно выдумывали себе занятия, чтобы как-то оправдать своё нахождение на работе. Хибари так и не вернулся, а подниматься к нему на крышу и спрашивать никто не рискнул. Я, правда, всё же чуть-чуть сунулась, но даже не рискнула раскрыть дверь. Услышала звуки борьбы, немного поприслушивалась, а затем ушла. Кусакабе отпустил меня сильно раньше, и я решила воспользоваться этим и не пошла сразу домой. По поводу идеи с Мукуро я успела немного подумать. Может, ананас повредил мне мозг, но я считала, что хотя бы попытаться стоило. Ехать до Кокуе было примерно столько же, сколько до моего дома, но в другую сторону. Я могла выделить на Мукуро минут сорок, максимум час, иначе рисковала вовсе не добраться до дома. Собственно, это могло бы войти в традицию. Парк Кокуе выглядел уныло. Мне предстали огромные разваленные здания, битые стёкла и прочий мусор на дорожках и заросшие парковые зоны. Я шла медленно, чтобы не напороться на острые осколки и торчащие гвозди. Издали вроде как заприметила здание театра Кокуе, однако дорожки петляли так, что я даже примерно не могла сказать, как к нему подобраться. Пока же я просто шла, разглядывая высокую траву по сторонам и переступая упавшие ветви. Не представляю, какого бедняжке Хроме постоянно находиться в таком месте. За Кена и Чикусу я как-то не особо переживала, а девочка, живущая на иллюзорных органах, абсолютно точно заслуживала лучшего. Вдруг я услышала откуда-то со стороны голоса. Прислушавшись, опознала крикливый тембр Кена и завертела головой в поисках пути к нему. На самом деле, встреча с шестёрками Мукуро была мне на руку. Во-первых, они не будут нервничать из-за своего драгоценного лидера и моего присутствия с ним. А то, что они об этом узнают – лишь вопрос времени. Во-вторых, они знают парк куда лучше и смогут проводить меня в кратчайшие сроки. Не придумав ничего лучше, я попёрла напролом, сквозь траву и кусты. Брюки тут же покрылись пылью и листвой, а треск поднялся такой, что меня даже слегка оглушило. Парни, скорее всего, тоже сразу же его услышали, однако их голоса, даже если и звучали, перекрывало грохотом ломающихся веток. Я брела, в полголоса матерясь, пока не услышала впереди окрик: — Эй, кто там? Я остановилась, немного скорректировала направление и крикнула в ответ: — Почти свои! По крайней мере, очень знакомые! Ой, блять! Нога попала в невидимую в густых зарослях ямку, и я чуть не навернулась. Если раньше трава была по пояс, то теперь и вовсе стала выше моего роста, потому я совсем перестала что-либо видеть. Однако спустя минуту всё же вывалилась на небольшую площадку и тут уже увидела две знакомые физиономии. Дружки Мукуро, говоря цензурно, крайне обалдели, когда поняли, что за медведь к ним продрался. — Ты? — Кен держал между пальцами одну из своих звериных челюстей, но, опознав меня, убрал её куда-то в карман. Затем он пренебрежительно дёрнул плечами и даже сплюнул. — Помощница Хибари Кёи? — Чикуса был повежливее, да и своё йо-йо он тоже убрал подальше. Его присутствие меня крайне обрадовало, так как из всей компании Мукуро он казался самым рассудительным и спокойным. — Привет, парни, — я помахала ручкой, а затем, сматюкнувшись в очередной раз, принялась отряхиваться. — Мне нужно поговорить с Мукуро. Сможете отвести? Два дружка удивлённо замерли. Я взглянула на свои часики, раздражённо цокнула и, оставив одежду как есть, перевела взгляд на них. Времени оставалось всё меньше, потому пора было парней торопить. — Откуда ты знаешь? — ошарашенно пробормотал Чикуса. — Помнишь, зачем он в своё время искал меня? — ответила я вопросом на вопрос. Дождавшись осознания в глазах хотя бы одного, продолжила. — Мальчики, у меня осталось не так много времени. Мне ещё ехать в другую жопу Намимори. Так что давайте пропустим ту часть разговора, где я вас уламываю, а вы отказываетесь, и перейдём сразу к счастливому финалу, в котором мы все дружно идём к Мукуро. То, что я хочу ему предложить, в его же интересах. — Почему мы должны тебе верить? — осклабился Кен. Я вздохнула, но терпеливо ответила: — Я пришла одна, без злого Хибари на буксире. Одна я ему не причиню вреда. Хроме тоже может за себя постоять, так что бояться меня не нужно. А о том, насколько полезен наш разговор, судить будет уже сам Мукуро лично. Ещё вопросы? Дружки переглянулись. У меня создалось ощущение, что они без слов о чём-то разговаривали. Как бы мне ни хотелось поторопить их, пришлось немного подождать. — Хорошо, мы проводим тебя до Мукуро-самы, — милостиво согласился Чикуса. Меня повели по дорожке, минуя какие-то повороты. Я честно пыталась запомнить дорогу, но вскоре сбилась. Парни не оборачивались и не проверяли, не потерялась ли я где-то, наоборот, они начали о чём-то перешёптываться. Шли они, несмотря на разговоры, довольно быстро, и меня такое вполне устраивало. Мы зашли в нужное здание, и мои провожатые, не сбавляя ходу, двинули к лестнице наверх. Перед одной из дверей они остановились и впервые обернулись. — Тебе туда. Надеюсь, не нужно просить тебя не совершать опрометчивых поступков? — для порядка поинтересовался Чикуса. Однако ответа он не особо ждал и сразу после своих слов повёл друга в обратном направлении. Я вежливо постучала и приоткрыла дверь. В том самом зале прямо на полу сидела худенькая девочка, а рядом с ней лежал уже знакомый трезубец. Она подняла голову, стоило мне зайти, и на её лице отразилось удивление. — Здравствуй, Хроме. Меня зовут Лиссана, — мягко начала я, медленно подходя к ней. Девочка была очень бледной, и иссиня-чёрные волосы это подчёркивали ещё сильнее. А вот фиолетовый глаз, тот, что не скрыт повязкой, выглядел эффектно и ярко. Я даже загрустила, насколько обычно и блёкло выглядела на фоне всех встреченных участников мафии. — Здравствуйте, — тонким голоском поздоровалась Хроме. Она следила за мной несколько настороженно, но за трезубец не хваталась. Я остановилась шагах в пяти от неё и присела на колено. Теперь наши глаза были примерно на одном уровне. Сумку поставила рядом, при этом держа руки на виду. Так девочка должна нервничать поменьше. — Я вынуждена попросить тебя об одной услуге. Можешь помочь мне связаться с Мукуро? Мы не так давно с ним встречались, потому что ему нужно было кое-что от меня. И мне придётся сейчас ему это отдать в обмен на кое-какую его помощь. Хроме несколько недоумённо моргнула, при этом став немного похожей на сову. Она внимательно оглядела меня и подобралась. — Вы из Вонголы? Мукуро-сама должен сделать что-то для босса? — Нет, я не имею отношения к Вонголе. Это наши с ним личные дела. Девочка кивнула. Она подняла трезубец и прикрыла глаза. Её губы пару раз беззвучно шевельнулись, будто она что-то кому-то говорила. Затем её голова слегка дёрнулась, а после... Глаза раскрыл уже кто-то другой. На меня смотрел расчётливый взгляд, а губы изогнулись в жёсткой улыбке. — Надо же, удивлён. Рад встрече, Лиссана, — голос зазвучал ниже и насмешливее. Манера речи тоже изменилась и стала вальяжнее и снисходительнее. — Хотела бы сказать то же самое, но не люблю врать, — я поднялась, более не чувствуя себя обязанной быть аккуратной с собеседником. Мукуро был не нежной Хроме, потому пережил бы, реши я его даже отпиздить ногами. — Я к тебе с предложением. — Заинтригован, — иллюзионист расслабленно откинулся, прислонившись к стене. Он одёрнул короткую юбку и, угнездившись поудобнее, прищурился на меня. — Тебе нужны были мои знания. Я готова ими поделиться, если ты избавишь меня от страха воды. — Ты же понимаешь, что я не психотерапевт? — уточнил Мукуро. Однако я заметила интерес в его глазах. К тому же, он не отказывался сразу, а это знак. — Понимаю. Но ты ведь можешь это сделать? Он не ответил сразу, а в задумчивости отвёл взгляд. Тонкие пальцы Хроме начали крутить манжет на пиджаке. — С чего ты решила, что я могу тебе верить? Этот вопрос я не ожидала, потому удивлённо хлопнула глазами. Конечно, он не доверял мне, и это очевидно. Но я не думала, что в моём рассказе он не сможет отличить ложь от правды. Может, я думала о способностях Мукуро слишком хорошо, но в моём понимании иллюзионисты являлись в первую очередь психологами. Ведь ты не сможешь спутать мысли, если не знаешь, как человек думает. Тогда, возможно, его обработка моего мозга уже началась, и Мукуро проверял мою реакцию. — Ты не можешь, однако и я не могу. В худшем случае ты получишь дезинформацию, а я рискую куда большим. Но я готова на это и не собираюсь тебя обманывать, — я выдержала небольшую паузу, ожидая комментариев. Когда их не последовало, наклонилась и протянула ему ладонь для рукопожатия: — Ну как, работаем? — Скорее, это я должен у тебя спрашивать, — иллюзионист склонил голову. Он больше не отводил взгляд, буквально в наглую следя за мной. — Во время этого сеанса тебе придётся очень тщательно контролировать свои мысли и полностью сосредоточиться на своём страхе. Я смогу заблокировать ровно столько эмоций, сколько ты испытаешь. Иными словами, если ты боишься умереть в воде, мне придётся кинуть тебя в ту самую реку и продержать там как можно дольше. Кроме того, если ты допустишь какие-то другие мысли и вызовешь другие эмоции, велик шанс, что они тоже будут заблокированы. Я выпрямилась, раздумывая. Собственно, неудивительно, что в терапии от Мукуро будет мало приятного. Но я готова была рискнуть. — Так что скажешь? Работаем? — передразнил меня Мукуро, сам протягивая руку. — Работаем, — я пожала ладонь Хроме. Её пальцы показались на удивление тёплыми. — А теперь мои условия, — я выставила перед собой раскрытую ладонь и принялась загибать пальцы. — Во-первых, ты можешь задать три вопроса и делаешь это здесь и сейчас. — Четыре, — тут же с азартом включился иллюзионист, однако я качнула головой. — Это не предложение, а факт, и он не обсуждается, — я снова взглянула на время. — Я готова выделить на это не больше пяти-семи минут. Вполне достаточно для трёх вопросов. — Попробовать стоило, — Мукуро закатил глаза, но спорить не стал. Видимо, он решил поспорить просто потому что мог и при этом не думал реально получить какую-то пользу. — Во-вторых, ты не задаёшь встречных вопросов. Я выдаю тебе какое-то количество информации, и ты на этом останавливаешься. Конечно, если не хочешь потратить все три вопроса на одну тему. Мукуро театрально поморщился, но кивнул. Кажется, я не зря придумывала всякие ограничения, этот жук действительно будет юлить и выискивать пространство для хитрости. — В-третьих, ты не будешь использовать полученную информацию против меня и моих друзей. — Конкретнее. Кто именно твои друзья? Я закусила губу, вертя понятиями и так, и эдак. Ответ выходил довольно простым и коротким. — Дисциплинарный комитет Средней Намимори, особенно Хибари Кёя и Кусакабе Тетсуя. Прости, Тсуна, как бы мне ни хотелось тебя прикрыть, боюсь, не выйдет. У Мукуро, если я правильно помнила, до сих пор зрела в ананасе идея-фикс с помощью Тунца уничтожить мафию. И пусть в известных мне арках они были больше союзниками, нежели противниками, кто знает, что будет дальше. Однако, если я включу в список Саваду, Мукуро мог соскочить, и даже его желание понять, что со мной не так, не поможет. — Хорошо, принимается, — иллюзионист снова разулыбался, но следующий вопрос прозвучал довольно жёстко. — Это всё? — Не совсем. Ещё небольшой совет в качестве знака нашей "дружбы", чтобы тебе было понятнее, в какую сторону думать. Я не знаю ничего о секретных технологиях, планов баз и особняков, грязных секретах и ничего того, что помогло бы тебе сбежать из тюрьмы. Я всё же решила дать ему такую небольшую подсказку. Иначе, если бы Ананас протупил, диалога у нас бы не вышло. — И что же ты тогда вообще знаешь? — в тоне зазвучало открытое принебрежение. Я скрипнула зубами, но всё же сохранила какое-то спокойствие. К этому вопросу я тоже готовилась и заранее продумала, какую информацию готова раскрыть. — Кое-что о прошлом. И о будущем. Не всё, я знаю подробно о двух важных событиях, которые вот-вот произойдут. И немного ещё о двух, что после, но довольно мало, так что не советую их затрагивать, — я решила делать упор только на событиях аниме, которые помнила достаточно хорошо. В арках Шимон и битвы малышей Аркобалено была уверена не достаточно для этого разговора. — В качестве затравки, если тебе не достаточного самого моего присутствия здесь. В детстве ты состоял в семье Эстранео, где над тобой ставили опыты. Там же ты познакомился с Кеном и Чикусой. Вместе вы оттуда сбежали, и ты знатно поразвлёкся в Италии, контролируя людей в мафии и заставляя их убивать друг друга. После тебя загребли в тюрьму, но ты сбежал и оттуда, а в школу Кокуе поступил в качестве фиктивного студента по обмену. Достаточно, надеюсь? Лицо Мукуро просто надо было видеть. Ради его ошарашенного выражения стоило прийти сюда и начать эту опасную игру. Он замолчал, глядя куда-то сквозь меня. Я немного подождала, но, когда контакты в ананасовом мозгу так и не встали на места, снова подала голос: — И ещё кое-что. Закрой ротик и не делай больше такое выражение. На лице Хроме выглядит жутко. Иллюзионист с лязгом сомкнул челюсти. Надеюсь, он не мечтал в тот момент перекусить мне шею. — Что ж, — медленно протянул он, возвращаясь в своё привычное амплуа. — Признаю, это было очень неплохо. Но у меня тоже будет кое-какое условие. — Справедливо, — кивнула я. Хотя, если уж на то пошло, о какой справедливости может идти речь в разговоре с Мукуро? — Я хочу знать, какое отношение ты имеешь к Вонголе и её боссу? — Никакое, — я пожала плечами, когда меня пронзил подозрительный прищур. — Я работаю на Хибари Кёю. Вонгола заинтересована в нём, а не во мне. — Они знают о твоих секретах и о том, почему я тебя похитил? При воспоминании о нашем с Мукуро времяпрепровождении по спине пробежали мурашки, а пальцы сковал озноб. Я повела плечами, сбрасывая напряжение. — Если ты никому не рассказал, то нет. Потому что я молчала. — Хибари тоже не стал бы, — вдруг начал рассуждать Мукуро. — А вот Фута... Аркобалено мог бы надавить или использовать манипуляцию, чтобы он рассказал о том рейтинге. По телу снова прошла дрожь. Почему я не подумала об этом раньше? Фута круглосуточно сидел в доме Савады, и Реборн мог в любой момент узнать! Единственное, он ещё не предпрининял ничего против меня. Возможно, пока не считал проблемой. Или же решил, что через меня Мукуро хотел подобраться к Хибари, и успокоился на этом, потому не спрашивал ничего у Футы. Очень бы хотелось. — Отсюда возникает ещё вопрос, — продолжил Ананас, не дав мне времени попаниковать. — Если Вонгола решит использовать Хибари в своих делах, что ты сделаешь? Какая будет твоя позиция? Я не особо понимала смысла таких странных вопросов. Возможно, Мукуро пытался понять, насколько велик был у меня риск попасть в мафию и, соответственно, у него – помочь потенциальному врагу. Но выяснять такое через подобные вопросы казалось для меня странным. Ну да ему виднее. — Хибари не подпустит лишних людей к своим делам и сражениям. В любом случае, работаю я на него, а не на Вонголу, и в ближайшее время не собираюсь это менять по своей воле. Для меня важнее интересы Дисциплинарного комитета. Если они совпадут с интересами Вонголы, мне не будет до этого дела. — Что ж, принимается, — иллюзионист полностью отошёл от шока и снова вальяжно растянулся на полу. — Вот, как мы поступим. Я задам свои вопросы сейчас, как ты и хотела. Но для своей части сделки мне нужно немного подготовиться. Я пришлю за тобой кого-нибудь из своих ребят через пару дней. — Только пусть они не ведут меня сюда. Не знаю, помнишь ли ты, как далеко я живу, потому просто поверь на слово, это реально далеко. Мне бы не хотелось ночевать здесь и утром ловить попутки до школы. — Что-нибудь придумаю, — отмахнулся Мукуро. — Итак, мой первый вопрос: что это за два события, о которых ты знаешь? — Точнее, — я скрестила руки на груди и приготовилась внимательно следить за словами. Сейчас было особенно важно не ошибиться и не промахнуться. — Полагаю, разборки за кольца Вонголы – это, одно из них, — заметил Ананас. — Расскажи о следующем. Что ж, он сам напросился. Я планировала выдать самый минимум, раз в вопросе не было конкретики. Тот минимум, от которого, вероятно, Мукуро не будет ни жарко, ни холодно. — Это случится через десять лет. Появится новая семья, против которой Вонгола будет сражаться. И нюансы этих разборок таковы, что в будущее попадёт наше молодое поколение, младше на десять лет, — немного промолчала и прибавила на всякий случай: — Хроме тоже, понятное дело. — Да, понятное, — пробормотал Мукуро, изучающе глядя на меня. Пусть он вроде как поддержал разговор, мысли его были явно далеки. — Ты не врёшь. — Я говорила, что собираюсь быть честной. — Да... Из тебя мог бы получиться интересный иллюзионист. Либо слишком гениальный, либо совершенно никчёмный. Но правду с пылью мешаешь неплохо. А сквозь правду не пробиться, так что... Ананас вдруг заткнулся. Его глаза снова расширились, а после в них появилось какое-то опасно блеснувшее осознание. Милое личико Хроме заострилось, и я поёжилась, но смогла побороть желание отступить. Сначала подумала, что он начнёт спрашивать дальше про арку будущего, однако его вопрос застал меня врасплох. — Тот твой блок на памяти, те воспоминания о смерти. Они ведь настоящие? Мои губы дрогнули, и я опустила глаза. Такого предвидеть было просто невозможно. Но как? Неужели эти прошлые рассуждения его натолкнули? — Это твой второй вопрос? — решила всё же уточнить я, надеясь ещё уйти от темы. Но иллюзионист, почувствовав слабость, вцепился как ищейка. — Лиссана! — прозвучало очень требовательно. — Да, — тихо ответила я. Затем прямо встретила горящий нетерпением взгляд ананаса. Сама же обещала... — Это мои настоящие воспоминания. Мукуро, получив подтверждение, взглянул на меня с лёгким интересом, словно после этого признания у меня должны были вырасти рога. Я вдруг поняла, что он не ждал развития темы и не придумывал новый вопрос, а просто читал мои эмоции. Возможно, так он узнавал меня лучше и делал какие-то свои выводы. Как-то так смотрели на жука в банке: без планирования и предположений, просто ждали, в какую сторону он поползёт и где остановится. Вот и Мукуро наблюдал. А мне, к сожалению, было чем подкормить этого энергетического вампира. Я снова вспомнила тот самый роковой момент, который иллюзионист заставлял меня переживать. Всё время я старалась отрешиться и думать о своей смерти так, будто она случилась с кем-то другим, с другой Лизой, а не со мной. Отчасти так и было: та Лиза, что жила в маленьком городе в России и училась на врача, умерла. Однако этот прямой вопрос словно заставил меня принять ответственность. Это не кто-то другой, это Я умерла. И сейчас я впервые за всё это время сказала об этом вслух, подразумевая именно это. Жаль, что в этот момент со мной был именно Мукуро. Не знаю, что он прочитал по моему лицу. В нём самом же я не увидела каких-то эмоций, кроме этого самого лёгкого любопытства. Отчасти меня это радовало. Он для меня никто, и для него факт моей смерти – это просто факт. Такой же, как, например, прогноз погоды. Значит, что бы он ни увидел, ему будет всё равно. — Я жду третий вопрос, — постаралась звучать спокойно и собрано. Пауза немного затянулась, и мне это не нравилось. Чем меньше сейчас у иллюзиониста будет времени на подумать, тем лучше. — Да, — откликнулся он. Во взгляд вернулась задумчивость, и я втихаря перевела дух. Внимание иллюзиониста ощущалось чем-то липким и приторным. Забавно, что в голову полезли такие странные мысли. — Во всех тех событиях, которые ты знаешь, я принимал какое-то участие? — Я согласно склонила голову. — На стороне Вонголы в качестве хранителя Десятого? — Снова кивнула. Кажется, Мукуро эта информация не понравилась. Но я здесь не за тем, чтобы его развлекать и радовать. Мысленно я прокрутила в голове наш разговор, и он показался удовлетворительным. Вроде бы я не ляпнула Ананасу ничего критичного, и для меня, как и для парней из ДК, открытые ему сведения не должны нести угрозы. Иллюзионист тоже напряжённо о чём-то думал, и я поспешила в это дело влезть, пока он не додумался ни до чего опасного: — Все вопросы заданы. Моя часть сделки выполнена? — Да, выполнена, — чуть поморщившись, снисходительно объявил он. У меня зачесались кулаки ему вмазать, и единственное, что меня остановило – нежелание калечить бедную девочку, в теле которой он сидел. Кстати о ней. — Это я приготовила для Хроме. Так что не сожри всё сам, — я положила рядом плитку шоколада, которую купила перед приездом сюда. Мукуро снова иронично разулыбался, однако я заметила, что на мгновение на его лице появилось что-то более спокойное. — Она получит его в целости и сохранности, не переживай, — после иллюзионист позвал дружков и велел им проводить меня до выхода. Как ни странно, закончили мы вполне себе вовремя. Я смогла доехать до школы, а там до последнего автобуса до дома у меня даже оставалось около получаса. Всё время я размышляла над нашим разговором. Мне очень не нравилось, что Ананас каждую нашу встречу узнавал обо мне всё больше, причём то, что лучше бы не знать вообще никому. Хотя, быть может, в тюрьме Вендича мои секреты будут надёжно скрыты. Однако Аркобалено, проживающий в одном доме с Футой, меня напрягал. Я всё время, что жила в мире мафии, остерегалась Реборна. Возможно именно такое отношение к нему меня и выдало. Надеюсь, что паникую я здесь зря и отделаюсь в итоге лишь испугом. Хотя что-то мне подсказывало, что даже наши контакты с Реборном будут проходить исключительно в рамках моей особой удачи. Забегая немного наперёд... так всё и вышло. Разве мог Аркобалено пропустить те фанфары, с которыми мы вдвоём с Мукуро со всей этой авантюрой наебнулись?