Ты мне — жизнь, я тебе — смысл жизни

Лучи холодного сентябрьского солнца робко проникали в комнату через незашторенное окно. Они ровными полосками ложились на голый пол и неспешно растекались дальше по комнате, с течением времени захватывая всё больше предметов интерьера в свой золотистый плен. Причудливые тени ложились на стены, превращая маленькую неубранную комнатушку в нечто совершенно новое и интересное, в нечто такое, что хотелось исследовать как можно скорее, позабыв о недавних делах и заботах. Кто знает, что именно удастся здесь найти? Это вполне могут быть магические артефакты, сундуки со сверкающими сокровищами или даже проход в другой мир, тщательно припрятанный под пылью под кроватью. Но какая пыль может быть в таком чудесном месте? Да это ведь настоящая пыльца фей, не иначе. Однако магические артефакты могли быть давно украдены, сокровища — храниться в другом месте, а проход в другой мир мог давно стать неисправным из-за того, что им давно никто не пользовался. Но что точно можно было найти в этом причудливом месте, так это ужасного злобного дракона, который только-только проснулся и сейчас вяло потирал заспанные глаза. Эрен, рассеянно проведя ладонью по взъерошенным после сна волосам, окинул комнату хмурым взглядом. Судя по нежно-голубому цвету неба за окном, на учёбу он давно уже проспал. Дражайшая сестра, похоже, всё ещё была обижена на него, поэтому никак не смогла найти и минуты времени с утра, чтобы заскочить в эту тёмную обитель и растолкать своего непутёвого братца. Ну ладно, не очень-то это ему и нужно. Выходной лишним не бывает. Встав с нагретого за ночь теплом его тела местечка, Эрен с наслаждением потянулся. Как обычно, после сна все его конечности затекли, будто спал он всю ночь не на диване, а на каменном полу. Однако настроения, которое и так находилось на уровне немногим выше плинтуса, это ни капли не улучшило. К тому же остро стоял вопрос: чем заняться? Встать с кровати уже получилось — в отличие от вчерашнего дня, когда Эрен проснулся аж в семь утра, но зато часов до двенадцати никак не мог вылезти из-под одеяла — ну, а дальше-то что делать? Идти на пары не было уже никакого смысла, равно как и желания. В то же время идея снова просидеть весь день в четырёх стенах также не казалась привлекательной. Размышляя о том, как провести оставшуюся часть дня, Эрен неспешно поплёлся на кухню, потому что проснувшееся вместе с ним чувство голода терзало его изнутри своими острыми когтями неимоверно сильно, безжалостно намекая, что не мешало бы уже чего-нибудь и поесть. В голове мелькнули безрадостные мысли о том, что готовить, скорее всего, придётся самостоятельно, ведь извиниться перед Микасой вчера так и не получилось. Не то чтобы Эрен не пытался это сделать — он пытался, ещё как! — но тут дело было в самой девушке. Слова, так опрометчиво брошенные парнем в порыве ослепляющего гнева, сильно задели её, и как бы он ни пытался попросить прощения, Микаса просто отказывалась его слушать. Первую попытку Эрен предпринял сразу же, как только нашёл в себе силы подняться с дивана. Тогда он покопался в своей сумке и нашёл деньги, которые вернули ему в полном объёме за невыполненную процедуру. Отсчитав ту сумму, которую взял в долг у Микасы, он пошёл к девушке, чтобы вернуть деньги. Та холодно посмотрела на бумажки, которые он ей протягивал, то и дело отводя взгляд травяных глаз в сторону, и равнодушно произнесла: — Было бы интересно посмотреть, как бы ты вернул эти деньги, лёжа в земле. Или ты собирался сделать это в следующей жизни? Эрен и слова сказать не успел, как девушка встала со своего места и ушла в другую комнату. Парень положил деньги на кухонный стол, ведь оставлять их себе он даже и не думал. Сумма была невелика, Эрен попросил в долг только потому, что его последней зарплаты не хватило бы, чтобы полностью покрыть расход на процедуру, а ещё месяц такой жизни он терпеть просто отказывался, но вернуть её стоило именно сейчас. Ближе к вечеру деньги всё-таки исчезли со стола, однако Эрену стало легче совсем не намного, ведь несмотря на то, что он весь день пытался поговорить с Микасой, она его попросту игнорировала. Девушка то демонстративно затыкала уши наушниками, в которых — Эрен был абсолютно уверен — даже не играла музыка, то сбегала от него в другую комнату, то включала телевизор и выставляла звук едва ли не на максимум, чтобы его не слышать. Микаса целых полчаса изображала живую заинтересованность в грёбаном сериале для домохозяек, в котором мыла было больше, чем на всех мыльных заводах мира вместе взятых, лишь бы был повод не замечать Эрена. Когда же он не выдержал и выключил чёртов голубой экран, Микаса сказала, что слишком устала и пойдёт спать. Того, что на часах было всего лишь пять часов вечера, никто из них предпочёл не замечать. Поразительное единодушие. Вот что значит — семья. Поняв, что от сестры ничего не удастся добиться, Эрен решил оставить её в покое. А потом как обычно не завёл будильник, ведь просыпаться привык от голоса сестры, а не раздражающего слух писка. Поэтому на быстрый завтрак парень даже не надеялся. Он уже представлял, как будет разделывать мышь, которая наверняка успела повеситься в холодильнике, как будет греметь кухонными шкафчиками в поисках нужных предметов, как сначала спалит квартиру, пока будет готовить, а потом затопит её, когда будет мыть посуду. Ну и, конечно же, воображение парня не могло не нарисовать во всех красках ошарашенное и недоумевающее лицо Микасы, когда она вернётся в родное пепелище и увидит весь этот кошмар. Прямо как вишенка на торте. На невкусном и отвратительном на вид торте, ведь Эрен не очень хорошо готовит, и в данном случае «не очень» является синонимом к «не подпускайте этого придурка к плите, это точно плохо кончится». К счастью или сожалению, прогнозам Эрена относительно своего дальнейшего времяпрепровождения не суждено было сбыться, ведь на столе находилась тарелка с едой, возле которой лежала записка. — Не забудь разогреть, — прочитал парень вслух написанные аккуратным мелким почерком сестры строки. — Похоже, потоп на сегодня отменяется, — хмыкнул Эрен и, следуя напоминанию с записки, поставил тарелку в микроволновку и выставил нужное для разогрева время. Несмотря на то, что Микаса всеми силами избегала Эрена днём ранее, она всё ещё заботилась о нём. От этого стало приятно и стыдно одновременно, ведь парень так и не смог попросить прощения нормально. Он не жалел, что решился на эвтаназию, ошибкой свой поступок Эрен признавать не желал, ведь всё ещё считал такой выход единственно правильным. Однако то, что стоило всё же держать свой длинный язык за зубами, Эрен понял довольно быстро. Его порой действительно раздражала вечная опека сестры, в конце концов, он давно не ребёнок, чтобы она продолжала так к нему относиться. Да и красной-девицей он вроде не уродился, а значит, всегда был вполне в состоянии постоять за себя. Вот только Микасе это никакими словами не объяснишь. Хоть они даже и не кровные родственники, Микаса всегда следовала за Эреном, перенимала его увлечения и хобби, урезала время, отведённое на свои дела, лишь бы провести с ним как можно больше минут. Микаса была дорога Эрену, и как бы ему не хотелось, чтобы девушка тратила больше времени на себя саму и дала ему больше воздуха, он никогда не хотел её обидеть. Однако из-за своей несдержанности и импульсивности всё же сделал это. Парень отчётливо понимал, что загладить вину нужно любой ценой, даже если Микаса будет делать вид, что всё в порядке. Наверняка это будет лишь притворством, ведь девушка мастерски научилась скрывать свои эмоции перед окружающими. Зачастую, даже глядя ей в глаза, было совершенно невозможно понять, о чём она думает в данный момент. Порой её флегматичный взгляд заставлял людей чувствовать себя не в своей тарелке, отчего многие избегали смотреть ей в глаза. Громкий звук разнёсся по кухне, давая понять, что еда уже разгорелась и готова к употреблению, что не могло не радовать голодного, словно стая волков, Эрена. Он выключил микроволновку и, мигом открыв дверцу, тут же потянулся за тарелкой с ароматно пахнущей едой. Вот только парень не учёл, что вместе с едой разогрелась и тарелка, поэтому обжёг подушечки пальцев о горячую посуду. Чертыхнувшись, Эрен одёрнул руки и легонько подул на пальцы, пытаясь таким образом хоть немного облегчить боль. Наученный горьким опытом, который получил буквально несколько секунд назад, он схватил со спинки стула кухонное полотенце и предпринял ещё одну попытку отвоевать свою еду из лап коварной микроволновки. И на этот раз сия тяжкая битва была выиграна без единого ранения. Призом же был вкусный завтрак, от одного взгляда на который у парня начинали течь слюни. Эрен уже заканчивал мыть за собой тарелку и столовые приборы, как до его слуха донеслась мелодия, звучавшая где-то в глубине квартиры. Парень выключил воду и прислушался, чтобы убедиться, что это ему не померещилось. Мелодия не прекращалась и становилась только громче, отчего сразу стало понятно, что это звонит телефон. Эрен наскоро обтёр руки полотенцем и поспешил в свою комнату, где и надрывался сейчас мобильник. Найти устройство оказалось не так уж и просто, а всё из-за извечного бардака в комнате. Ответить на звонок парень успел в последний момент, и сразу же услышал взволнованный голос, донёсшийся из динамика: — Слава Богу, Эрен, ты ответил. Парень мгновенно понял, что этот облегчённый вздох принадлежит его лучшему другу. — Что случилось, Армин? — тут же поинтересовался Эрен, внутренне напрягшись. — Да ничего… Я просто рад, что с тобой сейчас всё в порядке, и… — тут же замямлил парень в трубку, явно не зная, что ответить на этот вопрос. — А я должен быть не в порядке? — в свою очередь удивился Эрен, не совсем понимания, по какой именно причине другу вдруг понадобилось беспокоить его. — Ну, знаешь, сегодня мы с Жаном и Микасой обедали вместе, как обычно делаем во время больших перерывов, — начал Армин издалека. — Тебя с нами не было, а Микаса выглядела так, будто была расстроена чем-то, да и разговаривала даже меньше, чем обычно. Ну Жан и поинтересовался, в чём дело. Она сначала не хотела отвечать, всё пыталась убедить нас, что всё в порядке, даже умудрилась взять себя в руки и состроить своё обычное выражение лица, но ты же знаешь, какой Жан упёртый, — немного нервно хихикнул в трубку парень, — поэтому продолжил допытываться до неё… В общем, Эрен, Микаса сказала, что позавчера ты был в «Крыльях свободы». Это правда? По голосу Армина Эрен слышал, как тот на самом деле взволнован. Он пытался вести разговор так, как делает это обычно, однако нотки нервозности выдавали его с головой. Настало время Эрена не знать, что ответить на прямой вопрос. Видимо, этот вопрос действительно волновал Армина, раз уж он спросил так в лоб, ведь обычно он был весьма деликатен и любил ходить вокруг да около, обрисовывая все детали проблемы. — Эрен? Ты меня слышишь? — после пары минут молчания в трубке вновь послышался голос друга. — Да, — сухим голосом ответил парень. — В смысле, да, я действительно был в «Крыльях». На том конце провода раздался рваный вздох. Микаса никогда не стала бы врать о чём-то подобном, но Армин всё равно был до глубины души ошарашен, услышав это от самого Эрена. И Эрен мог его понять. Наверное. Ведь, скорее всего, это довольно шокирующе — узнать, что твой друг всерьёз захотел умереть. Эрен не знал точно, ведь у него не было подобных друзей. Вместо этого он сам стал таким другом. — Но почему, Эрен? — поражённо воскликнул Армин. — Неужели ты ещё не оправился после той аварии? Но ведь прошло столько времени и… — Да причём здесь время, Армин? — перебил друга Эрен. — Какая разница, сколько лет прошло — два года, три, семь лет или десять — это ни на что не влияет! Легче не становится, жизнь не налаживается, эти чёртовы кошмары не проходят, а люди, Армин, — он запнулся на мгновение, — люди не возвращаются. — Но как ты не понимаешь, Эрен, это же… — затараторил Армин, но через пару секунд в трубке послышались какие-то шорохи, а потом и возмущённое: — Эй, погоди, я не договорил! — Посмотри-и-ите-ка, кто это здесь разнылся и стал бабой! Йегер, ты сам вообще слышишь, какую чепуху несёшь, или ПМС влияет на тебя не так, как на других представительниц прекрасного пола? Ну ты бы предупредил о наступлении «этих» дней, я бы купил тебе грелку! — Эрен мгновенно узнал язвительный голос Жана. — Чего заткнулся? Давай, продолжай душераздирающую историю своей никчёмной жизни, тебе почти удалось пробить меня на слезу! — Ты вообще что там делаешь, лошадиная морда? — возмущённо воскликнул Эрен. — А ну-ка, будь послушной животинкой и верни телефон представителю человеческого вида, а не то я не дам тебе овса на ужин! — Я?! Это что я-то делаю? — тон Жана звучал не менее возмущённо. — Я здесь, вообще-то, пытаюсь утешить твою сестру, которую ты, сволочь такая, умудрился сильно обидеть! — Руки прочь от Микасы, конины кусок, — зарычал Эрен, — А не то я… — Что? Ты — что? Снова разревёшься и будешь всем доказывать, какой ты несчастный? Я тебя умоляю, Йегер, не позорься и перестань быть такой тряпкой! А то я даже отсюда чувствую, как от тебя несёт тупостью и мягкотелостью. Напомни, как такое ничтожество вообще смогло остаться в живых? Ты был настолько жалок, что тебя не приняли даже в центре лёгкой смерти? Ну, чего молчишь? Небось зажимаешь себе рот рукой, чтобы я не слышал твоих позорных всхлипов? Да не стесняйся, тут все свои! Дай ты уже Микасе в тебе окончательно разочароваться, чтобы она поняла, что ты никогда не был достоин того, чтобы она тратила на тебя своё время. Слов парня Эрен будто не слышал. Он стоял, как громом поражённый, не двигаясь и даже почти не дыша, и невидящим взглядом смотрел куда-то сквозь стену. Такую реакцию у него вызвали не оскорбления Жана — напротив, подобная манера общения была для них обоих более чем привычной, — но конкретный вопрос. Действительно, а почему он остался жив? Тот мужчина по какой-то причине не ввёл ему необходимый препарат, но Эрен, будучи в тот момент слишком злым и расстроенным, попросту забыл задать один простой вопрос. — Эй, ты там что, пытаешься от обиды ложкой вены вскрыть? — спросил Жан всё ещё насмешливым, но уже менее уверенным голосом. — Эрен? Твою мать, Йегер, да скажи ты уже хоть что-нибудь! — Извини, — очнулся Эрен. — Просто кое о чём задумался. — О том, какую бы юбку завтра надеть в универ? — незамедлительно последовала подколка. — Да-да, и об этом тоже, — отмахнулся парень. — Слушай, мне уже пора. И, Микаса, — позвал Эрен, давно догадавшись, что разговор идёт по громкой связи, — скорее всего, я сегодня снова буду поздно, но не волнуйся, со мной всё будет в порядке. Мне просто нужно кое-что узнать. И, пожалуйста, не игнорируй меня вечером, когда я снова попытаюсь перед тобой извиниться. До встречи! Бросив трубку, Эрен кинул телефон на диван и побежал в ванную. Ему ещё нужно было умыться, одеться, а потом отправиться на другой конец города, лишь бы задать одному хмурому и неприветливому мужчине один-единственный вопрос.