Глава 5. Открой свои глаза
3 ноября 2018 г., 21:49
Эрен испытывал смешанные чувства по дороге в центр смерти, из-за чего путь, длящийся долгий мучительный час, показался ему быстрой прогулкой длиной всего в пару минут. Парня обуздало неуемное волнение, но в то же время он испытывал сильное нетерпение, которое отдавало лёгким покалыванием в кончиках пальцев. Или это было из-за ледяного ветра, который вгрызался в ладони и не давал им согреться? Эрен снова забыл дома перчатки.
Не было таких сильных переживаний ни тогда, когда Эрен подавал прошение о разрешении на эвтаназию, ни тогда, когда шёл сюда день назад с целью умереть. Но почему-то именно сейчас в груди копошились неясные, беспокойные чувства. По ощущениям они напоминали шипящий и извивающийся клубок змей, которые тянут друг друга во все стороны, но никак не могут распутаться и уползти каждая восвояси. Их яд отравлял нервозностью и смятением, заставляя сердце биться чаще. Что же могло пробудить подобные эмоции? Неужели всё это из-за предстоящего разговора с тем мужчиной? Похоже, Эрен хотел услышать ответ на свой вопрос даже больше, чем думал. Но что случится, когда он узнает его? В сущности, для парня ничего не изменится, какими бы мотивами не руководствовался мужчина в тот момент, когда передумал усыплять Эрена. Сейчас парнем двигало не что иное, как банальное любопытство, ведь он ещё ни разу не слышал о том, чтобы из «Крыльев свободы» кто-то вернулся живым. За исключением персонала, конечно же. Но глупая сердечная мышца всё равно трепетно замирала каждый раз, стоило только Эрену подумать, что он снова сможет заглянуть в эти холодные серо-голубые глаза.
Грозный охранник, дежурящий возле ворот центра, узнал Эрена и неожиданно улыбнулся, отчего тот натурально остолбенел. Уж больно необычно выглядела приветливая улыбка на грубом лице. Однако парень тут же взял себя в руки и улыбнулся слегка натянуто, но не менее приветливо.
— Ты же в курсе, что я не могу пропустить тебя снова? Своё разрешение ты уже использовал, — предупредил мужчина, немного хмуря толстые, словно гусеницы, тёмные брови.
— Я знаю, — кивнул Эрен. — Я здесь не за этим.
— А зачем же ты тогда пришёл? Если ты пришёл жаловаться на то, что тебе не сделали укол, то это бесполезно. И на повторную процедуру даже не рассчитывай.
— Нет-нет, — завертел головой Эрен, немного удивлённый разговорчивостью мужчины. Видимо, стоять здесь целыми днями было слишком скучным занятием для него. — Я пришёл, чтобы увидеться с одним человеком.
— Да? — тёмные глаза сверкнули озорным блеском. — И кто же это? Уж не девушка ли за регистрационной стойкой? Правда, красавица? У неё небось отбоя от ухажёров нет, так что сильно губу на неё не раскатывай. Ты, конечно, тоже собой неплох, но можешь оказаться не в её вкусе.
— Да нет же, я пришёл к… — Эрен понял, что абсолютно точно не знает ни имени, ни фамилии мужчины, но спустя несколько секунд продолжил: — Я пришёл к мужчине, который не сделал мне укол. Низкий такой, хмурый, постоянно грубит.
Эрен выжидающе посмотрел на охранника, надеясь, что тот прольёт свет на тайну имени мужчины. Его ожидания оправдались, когда с понимающей улыбкой и лёгким смешком ему незамедлительно ответили:
— Леви Аккерман, дольше всех тут работает. Гроза всея центра — остальной персонал боится его до дрожи в коленках, а всё из-за его острого языка и грубой манеры общения. Если его разозлить, отбреет так, что сам поверишь в то, какое ты ничтожество, ещё и извинишься за это раз десять. Он совершенно не похож на других исполнителей из-за… специфики своих методов работы.
— Да уж, я имел счастье проверить это на себе, — хмыкнул Эрен.
— Пришёл за новой порцией оскорблений? — вновь усмехнулся мужчина.
— И за этим, скорее всего, тоже. Но вообще, мне нужно кое-что у него спросить.
В глазах охранника мелькнуло понимание, но произнёс он лишь:
— Насколько я помню, рабочий день мистера Аккермана заканчивается только через два часа. Неподалёку есть небольшое кафе, оно прямо на углу улицы, ни с чем не перепутаешь, можешь посидеть и подождать там. Всяко лучше, чем на холоде морозиться, к тому же, там подают неплохой зелёный чай. А выпечка у них — просто пальчики оближешь! Как-то зашёл к ним и потратил на неё чуть ли не половину зарплаты, представляешь?
— Тогда я, пожалуй, пойду туда. Спасибо, — вежливо улыбнулся Эрен и развернулся, чтобы уйти.
— Береги себя! — крикнул ему вслед мужчина.
Эрен повёл плечами, давая понять, что услышал это пожелание, и ускорил шаг. Сейчас ему действительно не помешало бы согреться и немного перекусить.
***
В небольшом укромном кафе было полно народу. В помещении стоял гул, состоящий из самых разных звуков: смешки, перешёптывания, покашливания, стук каблучков официанток об пол, звон столовых приборов при соприкосновении с тарелкой, раздражающее хлюпанье то ли чаем, то ли кофе, то ли ещё каким-то другим напитком. Всё это вкупе с неброским дизайном и временем года за окном создавало свою неповторимую атмосферу тепла и уюта. Однако Эрену сейчас было совсем не до этого. Время тянулось так же, как школьник на учёбу промозглым утром сентября — медленно и нехотя. Секунды будто через силу перетекали в минуты, и Эрену казалось, что он наяву слышит режущий по нервам скрип, который сопровождал эти незамысловатые метаморфозы. Пытаясь как-то отвлечься, парень практически полностью убил зарядку на телефоне, зато прошёл четыре уровня в игре. Он наверняка мог пройти и дальше, но ему попросту надоело пялиться в экран мобильника. Эрен успел выпить две чашки чая, который здесь и вправду был не так плох, и съесть три куска яблочного пирога, хотя сделал это скорее из-за того, что всё ещё нервничал, чем из-за того, что был действительно голоден. Но даже так ждать оставалось ещё целых полчаса. Кому-то этот срок показался бы не таким уж и большим, в то время как для Эрена, пребывающего в таком взвинченном состоянии, каких-то тридцать минут могли с лёгкостью обернуться долгими тридцатью годами. Не зная, чем ещё себя занять, парень уставился в окно. Там, за плотным стеклом, снова шёл дождь. Скупое на тепло осеннее солнце укрылось за густыми тучами около часа назад, и всё это время с тёмного неба капала вода. Эрен наблюдал, как мелкие капли, упав с высокого неба на стекло, превращались в длинные прозрачные дорожки и, сливаясь друг с другом в одно целое, продолжали стекать вниз. Это быстро наскучило, и парень обратил свой взгляд дальше — на деревья с редкой листвой, на машины, проносящиеся мимо и поднимающие брызги мутной воды из луж, на блеклые размытые огни вечернего города. Захотелось выйти на улицу и, подставив лицо каплям холодного дождя и раскинув руки в стороны, отдаться на милость пронизывающему, проникающему под кожу ледяному ветру. Промёрзнуть до самых костей, до стылого воздуха в лёгких, скрипа суставов и застывшей в сосудах крови, а потом закутаться в тёплый плед и долго-долго отогреваться, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям, чтобы не упустить тот самый момент, когда вернётся возможность пошевелить пальцами на руках и ногах. Спустя несколько минут Эрен тряхнул головой, прогоняя эти глупые мысли прочь. Его взгляд вновь стал осмысленным — пропала та лёгкая дымка задумчивости, которая ещё пару секунд назад заволакивала собой всю радужку, — и парень бросил взгляд на время. Учтя те несколько минут, что понадобятся ему на обратную дорогу до центра, Эрен решил выдвигаться сейчас. Заплатив за свой заказ и не забыв оставить чаевые, парень накинул куртку и неспешно поплёлся к выходу из кафе.***
Леви появился из дверей центра ровно через пять минут после окончания его рабочего дня, сухо попрощался с охранником возле ворот и, выйдя за их пределы, быстрым шагом направился в ту сторону, где находился Эрен. Безусловно, ошибки быть не могло. Не узнать хрупкую на вид фигуру, скрывающуюся от моросящего дождя под большим чёрным зонтом, мог бы кто угодно, но только не Эрен. Парень выпрямился и прочистил горло, готовясь начать разговор ровно в ту секунду, как Аккерман поравняется с ним. Как только мужчина приблизился, Эрен уже открыл рот, чтобы начать говорить, однако мужчина, не сбавляя шага, прошёл мимо него, будто парня здесь вовсе и не было. Опешив, Эрен ещё несколько секунд смотрел ему вслед, тупо хлопая глазами, а потом опомнился и бросился бежать, чтобы во второй раз не упустить свою цель так постыдно, как в первый. — Мистер Аккерман, подождите! — прокричал на бегу Эрен, заставляя тем самым Леви обернуться. С недоумённо приподнятой тонкой бровью, он безразличным взглядом рассматривал бегущего к нему парня, а когда тот приблизился, то небрежно бросил: — А, так ты всё ещё жив. — Вы этим недовольны? — ляпнул Эрен и тут же прикусил язык. Это совсем не тот вопрос, который он желал задать, но тот, который сам собой сорвался с языка, стоило только взглянуть на неприветливое лицо мужчины. — Скорее, горд проделанной работой, — хмыкнул Леви и, развернувшись, продолжил свой путь. — Это то, о чём я хотел с вами поговорить, — произнёс Эрен, следуя за мужчиной и стараясь больше ни на шаг не отстать от него. — Почему вы тогда не усыпили меня? Леви не ответил. Он всё так же продолжал идти вперёд, будто не было за его спиной Эрена, который шумно пыхтел позади и громко топал по залитому дождевой водой асфальту, поднимая мелкие брызги воды, которые разлетались во все стороны. Парень подумал, что его вопрос остался неуслышанным из-за шума ветра и дождя, и вновь попытался привлечь чужое внимание: — Мистер Аккерман? Мужчина недовольно цокнул языком, и Эрен, всё ещё находясь на пару шагов позади него, представил, как он закатил глаза. — Что даст тебе это знание? — ответил Леви вопросом на вопрос. — Ничего, думаю, — немного растерянно произнёс Эрен, замешкавшись на пару мгновений. — Тогда зачем ты это спрашиваешь? Мой ответ совершенно точно никак не повлияет на твою дальнейшую жизнь. Ты думал о том, что у меня может и не быть какой-то особой причины? Может быть, в тот день у меня просто не было настроения выполнять свою работу, или я забыл ввести тебе препарат, или мне стало жалко отправлять на тот свет сопляка, который ещё и жизни не видел. Выбери себе причину и отцепись от меня уже, наконец, — как-то утомлённо выдохнул Леви, будто парень доставал его уже на протяжении долгих пятнадцати часов, а не каких-то пяти минут. — Я не нуждаюсь ни в чьей жалости! — возмущённо произнёс Эрен, для убедительности даже всплеснув руками, позабыв о том, что мужчина никак не может увидеть данный жест проявления его недовольства. — Серьёзно? — хмыкнул Леви. — Именно поэтому, перед тем, как отправиться в центр, ты оставил своим близким прощальную записку? Готов поспорить на что угодно, что в ней ты написал о том, как тебе надоела «такая» жизнь и что ты больше не можешь «этого» вынести, — после этих слов Аккерман неожиданно обернулся и посмотрел на Эрена. По его ошарашенному лицу и вопросу, немо застывшему в глубоких зелёных глазах, мужчина понял, что оказался прав, и удовлетворённо кивнул сам себе. — А всё ради чего? А ради того, чтобы все подумали: «Бедняжка Анри, как мы могли быть так слепы к его страданиям? Как мы все ошибались! Это определённо наша вина». — Меня зовут Эрен! — воскликнул парень. — Да кому какая разница, — отмахнулся Леви. — Если бы ты действовал не на потеху окружающим, а под влиянием собственных эмоций, ты бы ушёл без единого слова. Молча, Эрен, не отягощая никого чувством вины на долгие годы. — Вы не правы! — тут же заспорил Эрен. — Какая разница, оставил я записку или нет? Нет гарантии, что мои близкие не стали бы винить себя в любом случае! Если бы я ушёл молча, это могло бы принести всем только ещё больше страданий! Это так больно, когда теряешь близкого человека, и не имеет значения, узнаёшь ты об этом сразу же или через некоторое время, — закончил парень опустошённым голосом. — И зная, каково будет твоим близким, ты всё равно решил умереть? — жестоко усмехнулся Аккерман. — Ты ещё тупее, чем я думал. Открой свои чёртовы глаза, мальчишка, и оглянись вокруг. Мир не вертится вокруг тебя и твоих проблем. Никто не будет утешать тебя каждый раз, когда что-то пойдёт не так, как ты хочешь. Никто не протянет тебе ключи от всех запертых дверей, даже не надейся, грёбаная жизнь так не работает. Придётся поднять свою задницу и приложить усилия, чтобы не подохнуть в том дерьме, в котором ты барахтаешься прямо сейчас. Но если ты и правда не способен понять таких очевидных вещей, то мне стыдно за то, что я тогда не поставил тебе тот чёртов укол. «Мне стыдно за то, что ошибся в тебе». Стоило Леви закончить говорить, как шумные шаги за его спиной стихли, и мужчина понял, что Эрен больше не следует за ним. Не оглядываясь, он продолжил свой путь, оставляя его наедине со своими мыслями. Парень застыл посреди дороги, поражённый чужими словами. Подсознательно он чувствовал, что Леви говорит правильные вещи, но признать это — всё равно, что признаться в том, что он слабый. А Эрен не хотел быть слабым. Он хотел быть тем, кто сам помогает другим, разрешает их проблемы и трудности с таким видом, будто сделать это было проще простого. Он хотел развеивать тучи над головами людей и помогать им увидеть яркое солнце, хотел быть надеждой и опорой для кого-то. А в итоге получилось, что он сам погряз в жалости к себе и даже не заметил этого? Хорош спаситель, ничего не скажешь! Эрена обуяла злость. Острая, обжигающая, она разнеслась по всему телу вместе с кровью, пропитала собой каждую клетку тела и наполнила каждую мысль. Эта злость была такой чистой, такой правильной и необходимой прямо здесь и сейчас. Потому что направлена была эта злость не на кого-то, а на самого себя. На слабого, жалкого и не вызывающего ничего, кроме отвращения, себя. Неизвестно, сколько бы ещё Эрен стоял, словно в землю вросший, посреди улицы, если бы не услышал громкое и требовательное «мяу!» прямо у себя под ногами. Парень опустил голову вниз, и его взгляд наткнулся на тощего чёрного кота, который размахивал мокрым хвостом из стороны в сторону. — Мяу, — вновь недовольно протянул кот, вперив взгляд своих зелёных, будто светящихся изнутри, глазищ Эрену прямо в душу, когда тот присел на корточки рядом с ним. — В этой жизни определённо пора что-то менять, — решил Эрен, мягко положив ладонь на мокрую от дождя голову животного.
