О наглых котах и рождественских распродажах

      Выход с больничного переполнял Бэкхёна энтузиазмом и желанием работать, чему способствовала и погода, радующая редкими в этот сезон солнечными днями. Сеул с приближением Рождества всё больше наполнялся шумом. Дороги, горожане, сменяющиеся музыкой отголоски радио со всех углов — всё это превращалось в живую какофонию, вдыхающую праздничное настроение буквально всем и каждому.       Сехун уехал в Пусан буквально сразу же, как Бэкхён поборол простуду, и обещался вернуться за несколько дней до сочельника. Всё это значило, что омеге стоило бы подготовить квартиру для приезда гостей на одну ночь как минимум, да и вообще привести жилплощадь в праздничный вид. Украшенной в компании Пака ёлки было мало хотя бы потому, что одна она смотрелась в гостиной как-то не к месту. Пометив это мысленной галочкой, Бэк напомнил себе пробежаться по моллу в поисках рождественской атрибутики в конце рабочего дня.       Стоит сказать, что болезнь омега преодолел весьма стойко, оклемавшись за несколько дней, за что уже сказал навестившему его Чунмёну спасибо. Альфа приехал сразу же, как узнал о чужом самочувствии, и привёз с собой какие-то чудодейственные таблетки. Жар сняло как рукой, а вскоре, после комплекса различных спреев и леденцов, Бэка перестал беспокоить и кашель.       Чанёль больше не приезжал, и Бэкхён был ему за это благодарен. Омега явно не был готов говорить с ним тогда, да и в способности альфы тоже сомневался, потому что это больная тема для них обоих. Бэк просто не думал, рассудив, что в этом решении более весомым будет всё же ответ сердца.       Ещё пару дней назад выхода с больничного Бэкхён боялся. Боялся собственной реакции и поведения после той сцены на кухне. Омега был дезориентирован абсолютно, отчего собственные слова о расстановке всех точек над «i» казались смешными. И Бэк бы, наверное, долго играл в прятки сам с собой, не приди он к выводу, что произошедшее не меняет ничего так кардинально, как омега себе представлял.       Наверное, всё, происходящее между ними с Чанёлем, было отчасти закономерно. И Бэкхён понимал, что эту цепную реакцию неосознанно запустил именно он, не сумев оттолкнуть ещё в самом начале. Это его слабость и только. Сантименты, прочно привязанные к приятным воспоминаниям, не без доли паковской навязчивости.       Тем не менее, пока Бэк даже представлять не брался, что будет дальше, а потому решил просто плыть по течению за неимением возможности повернуть назад.       Предрождественская неделя окутывала своей суетой, поэтому и в молле суматоха не прекратилась вплоть до обеденного перерыва, который в свою очередь был лишь небольшой передышкой перед очередным забегом. Следовало перепроверить множество моментов, пущенных на самотёк во время болезни, поэтому на перекус Бэкхён потратил всего десять минут.       Чанёль объявился в молле ближе к двум часам дня, и вид у него был откровенно неважный. Шёл альфа от главного входа, сохраняя видимость отличного самочувствия, и Бэк в это почти поверил после короткого приветствия с привычно кошачьей улыбкой. Пак скрылся в стороне лифта, когда один из сотрудников подошёл к сидящему за рецепцией Бэкхёну. — Последние пару дней совсем никакой. Должно быть, болезнь. И чёрт его знает, зачем в ТЦ приезжает. Мог бы с чистой совестью уйти на больничный. — Мог бы, — согласился Бэк, ещё несколько минут сверля взглядом виднеющиеся вдалеке двери лифта.       Окончательно в словах коллеги Бэкхён убедился часом позже, заметив секретаря Пака, спешно шагающего к лифтам. Бета нёс какие-то документы, а в придачу к ним — небольшой пакет с логотипом ближайшей аптеки. Сомнений не оставалось, визит альфы во время больничного Бэкхёна аукнулся ему сполна, и омега для себя ещё не решил, рад он этому или же нет.       С одной стороны, карме хотелось поклониться. Потраченные в тот день нервные клетки восполнились сполна, стоило Паку объявиться в отделе с аксессуарами ближе к вечеру без свойственной ему самоуверенности. С другой же стороны, желание подойти и узнать о его состоянии билось в Бэке не меньше долгожданного возмездия.       Бэкхён занимался оформлением скидочной зоны вместе с парой омег из консультантов, когда те вдруг как-то подозрительно резко оборвали ранее бесконечную болтовню. Оба поглядывали Бэку куда-то за спину, как раз туда, где находился вход, и, честно сказать, масштаб катастрофы омега в то мгновение не до конца осознавал.       Рассекретил причину заглушенный кулаком кашель и звучные шаги знакомой поступи, а после и рука, стащившая с полки одну из моделей и нагло нацепившая её на своего обладателя. — Сними, — попросил Бэкхён, взглянув на розовые очки лишь мельком. 　 — Хочешь сказать, мне не идёт? — Чанёль выгнул бровь, как бы спрашивая, а так ли омега уверен, но Бэкхён оставался непреклонен. Бэк своего скепсиса даже не скрывал. — Хочу сказать, что на нас смотрит половина твоих подчинённых, и я уверен, что впечатление это оставит не самое однозначное. — Подумают, что мы вместе? — Убедятся в том, что ты клоун, — возразил омега и удовлетворённо хмыкнул, не услышав ничего в ответ. Очки альфа покорно снял и поставил на прежнее место. — Знаешь, я днём засветился перед тобой не для того, чтобы ты расставлял здесь очки, — начал Пак ожидаемо, подперев плечом один из стеллажей. — Но признаюсь, не мог не допустить варианта, что тебе будет плевать. Обидно, вообще-то. — Я видел твоего секретаря, — спокойно ответил Бэкхён, не отрываясь от своего занятия. — И я отчётливо видел в его руках целый пакет медикаментов. — То есть в противном случае ты бы пришёл? — Не факт, — Бэк пожал плечами и бросил короткое, прежде чем перейти к следующему стеллажу: — Наблюдать за твоими страданиями мне нравится больше. — Садист. — Какой есть, — констатировал омега и мельком взглянул на остальных сотрудников, находящихся поблизости. Радовало, что в открытую на них никто не смотрел, но спокойствия у Бэкхёна от этого всё равно особо не прибавлялось, а Чанёлю так и вовсе было плевать с высокой колокольни.       Альфа всё ещё стоял где-то рядом, в наблюдении сложив руки на груди, хотя на деле, Бэк был уверен, озноб его пробивал довольно ощутимый. Признаков жара омега не замечал. По крайней мере, кончики ушей у мужчины не краснели, как это бывало в прошлом, а значит жить, как говорится, будет. — Между прочим, ты меня заразил, — заявил Пак минутой позже, облокотившись на одну из полок. — И чего ты от меня хочешь? — Тебя, — ответил альфа уверенно, и ни один мускул на его лице не дрогнул, когда Бэкхёна вмиг передёрнуло. С грохотом поставив наполненный очками контейнер на нижнюю полку, омега начал расставлять аксессуары с заметной нервозностью, после чего выдохнул спустя лишь пять секунд. — Я пошутил, — заверил Чанёль с запозданием, взглядом заставив подчинённых вернуться к работе. Стоит сказать, что с покрасневшими глазами это бессловесное предупреждение выглядело ещё более внушительным. — Бэк? — Мы на работе, — отозвался омега наконец, вернув движениям непринуждённость. — И если мы не обращаемся друг к другу формально, то хотя бы думай, что ты говоришь. — Боишься слухов? — спросил Пак как-то бесцветно, и Бэкхёну немалых усилий стоило выдержать на себе нечитаемый взгляд. В такие моменты Чанёль был особенно непредсказуем, отчего у Бэка адреналин в крови подскакивал всего от пары вариантов развития происходящего. — Боюсь, — признался омега негромко, первым отвернувшись к полупустым полкам. — Не хочу приходить на работу и знать, что меня обсуждают. Роль директорской подстилки меня не устраивает во всех отношениях. — Для таких слухов нет оснований. — Но могут появиться, если… — на секунду Бэкхён затих. Озвучивать это омега до недавнего дня боялся даже самому себе, а уж говорить об этом Паку — так и вовсе не собирался. Тем не менее, омега это начал сам, да и бегать от выводов, как показала практика, попросту без толку. — Если мы возобновим отношения, — договорил Бэк так, чтобы его слышал только мужчина. Впрочем, ему в глаза смотреть омега пока не рисковал, не желая зависнуть в замешательстве и смущении, лишь краем глаза замечая чужой резко сжавшийся кулак. — Я тебя понял, — отозвался Чанёль на удивление серьёзно и оттолкнулся от стеллажа, прикрывая рот при приступе кашля. — Спасибо, — поблагодарил Бэк, но тут же поморщился после очередного хриплого покашливания, отчаянно заглушаемого в ладони. Вид Чанёля оставлял желать лучшего, отчего жалость всё же перевесила чашу весов. — Езжай домой, тебе нужен постельный режим. — Волнуешься? — прокашлявшись, просипел альфа, натянув ломаную, но оттого не менее шкодливую улыбку. И Бэкхёна это проявление детского восторга, наверное, впервые ничуть не раздражало. — Волнуюсь, — подтвердил Бэк, но тут же добавил, опережая чужое довольство. — Мало ли, каких дел ты наворотишь с документами. — Так проконтролируй, — ответил Пак без улыбки, наклонившись чуть ниже. Дыхание его омега чувствовал хрящиком уха, с трудом подавляя в себе желание повести плечами. — Мне скучно в кабинете одному. — У тебя есть секретарь. — Он уехал по поручению и до завтра не появится, — ответил Чанёль тут же, наконец отстраняясь с шумным вздохом. Тем не менее, взгляд омега всё ещё чувствовал затылком. — Приходи. Если мы хотим во всём разобраться, бегать друг от друга не вариант.       Более мужчина ничего не сказал. Вновь раскашлявшись, он спешно покинул отдел, и Бэкхёну показалось, будто с него сняли скафандр. Прикрыв глаза в попытке успокоиться, Бэк отодвинул контейнер в сторону и кивнул на него одному из помощников, молча прося закончить. Омеге просто катастрофически было необходимо уединение.

***

      В четыре позвонил Сехун, поинтересовавшись здоровьем брата и уточнив дату своего приезда. Обещался О к концу текущей недели, а значит на всё про всё у Бэкхёна оставалось несколько дней, и это подталкивало к действиям. Разобравшись с зоной, где в предрождественскую пятницу планировалась автограф-сессия с малоизвестным Бэку писателем, омега поспешил написать список необходимого и отправился за покупками.       Это отвлекало не хуже работы, поэтому останавливаться Бэкхён не спешил. Мишура и игрушки навевали атмосферу скорого праздника, что омеге было столь необходимо, а звучащая в молле музыка расслабляла просто неимоверно.       Подняться к Чанёлю Бэк пока так и не решился. Поначалу омега отпирался из принципа, но потом, после полного исчезновения альфы из поля зрения, невольно обеспокоился. Машины его секретаря Бэкхён на парковке не замечал, да и словам Пака всё же хотелось верить, чем расценивать как очередную попытку ввести его в ступор. Ясно было одно — в кабинете Чанёль был один вот уже как полдня, не подавая признаков жизни вплоть до истечения его рабочих часов.       Бэкхён к этому времени уже расплатился за все покупки и благополучно стащил их в раздевалку, когда телефон в кармане неожиданно задребезжал.       Прочитав имя на определителе, Бэк сверился с наручными часами и в недоумении нахмурился. — Ты сегодня рано, — заговорил Бэкхён первым, садясь за стойку рецепции. — Уже свободен? — Ещё нет, — отозвался Чунмён на том конце, и Бэк даже сквозь телефонную связь слышал шум офиса где-то на фоне. — Сегодня заканчиваю как обычно, — добавил Ким вполне спокойно, но Бэкхён до последнего не мог отделаться от ощущения, что в голосе альфы преобладали нотки напущенности. — Ты тоже? — Что-то случилось? — задал омега встречный вопрос и напрягся. Утром ничего такого Бэкхён в чужом поведении не замечал, отчего сейчас был несколько взволнован. — Чунмён? — Давай съездим сегодня куда-нибудь, — заговорил вновь Ким и прочистил горло. — Коллеги посоветовали неплохой ресторанчик в десяти минутах езды от твоего ТЦ. — Это немного неожиданно, — проанализировав услышанное, заключил омега. О встречах они с мужчиной всегда договаривались заранее, отчего вот такие спонтанности просто-напросто землю из-под ног выбивали. — Ты занят? Если так, то забудь! — сразу же предупредил Чунмён, позволяя Бэку немного расслабиться. Дело было не срочное. Уже хорошо. — Если свободен, я заеду за тобой как обычно. — Я не уверен, — произнёс Бэкхён негромко, вновь взглянув на наручные часы. Прикинув, что осталось минут сорок, омега закусил губу. Всё это ему не нравилось, пусть и было это отчасти из-за трусости. — Если… я немного задержусь, подождёшь? — Никаких проблем! — заверил Чунмён, и Бэк почему-то представлял его улыбку какой-то ломаной. — Куплю нам кофе или просто посижу в машине. Заканчивай дела и выходи. — Хорошо, — ответил Бэкхён и кивнул, словно мужчина мог это видеть. — До встречи. — До встречи.       Сбросив вызов, Бэк вскочил с места и выключил ноутбук, набрасывая в голове временной план своих действий, но получалось откровенно не очень, поэтому в конце концов омега просто плюнул.       Бэкхён побежал в сторону лифтов, тыкая по кнопке первого этажа и едва не чертыхаясь вслух. Цифра над дверью мигала самым верхним, в то время как вторая кабина уехала у омеги прямо под носом. Решив не дожидаться, Бэк побежал к эскалатору.       Нужный этаж встретил редкими здесь покупателями и почти полной темнотой третьей части пространства. Некоторые отделы уже закрылись, в то время как офисная часть была окутана мраком почти полностью. Свет горел лишь в приёмной, куда Бэкхён и направился.       За столом секретаря никого не было. Настольная лампа горела явно по забывчивости, как была открыта и дверь в сам кабинет. Туда же Бэк уже не вошёл — ввалился, долю секунды переводя дыхание.       За столом картины была аналогичная — никого, на диване — тоже. Включив свет, Бэкхён подошёл к двери в ванную, собираясь стучать, однако и это уже было не нужно. Дверь приоткрылась, стоило омеге лишь задеть ручку, в то время как внутри было всё так же темно.       Растерянно отшатнувшись, Бэк вернулся к двери, но зацепился взглядом за стол. Беспорядка не было и в помине, однако в самом центре почему-то лежала бумажка. Записка, как выяснилось после, на которой был коротко написан адрес с припиской ниже:

«Уехал домой, как ты и сказал. Приезжай, если всё же захочешь. Моя температура тридцать семь, это смертельно, между прочим! И захвати чего-нибудь перекусить — в холодильнике мышь повесилась Ещё не поздно~»

— Придурок, — прошипел Бэкхён сквозь зубы, и засунул записку в карман, прежде чем покинуть кабинет.       Спускался Бэк по тому же маршруту, перехватывая одного из сотрудников с одним единственным вопросом, после чего направился прямиком к выходу, уже вскоре выбегая из молла на улицу. Однако омеге оставалось лишь проводить взглядом удаляющийся внедорожник и прислушаться к просьбе обеспокоенного мужчины уйти с мороза в здание. — Придурок, — повторил Бэкхён себе под нос, вернувшись за рецепцию минутой позже.       Мобильный тем временем вспыхнул извещением о сообщении от Чунмёна, поэтому Бэк незамедлительно двинулся в раздевалку, о Паке предпочитая пока просто не думать.

***

— Всё так быстро решилось? — спросил Чунмён с улыбкой, стоило Бэку сесть в салон автомобиля. Пакеты с покупками омега поставил на заднее сидение и поспешил пристегнуться. — Попросил подменить, — ляпнул омега первое, что пришло в голову, и постарался улыбнуться как можно более непринуждённо. — Твоё предложение было достаточно спонтанным, но коллеги вошли в положение. — На самом деле, я хотел сказать об этом ещё утром, — признался Ким, выезжая с парковки молла. — И сомневался ещё полдня. Глупо, наверное. — Смотря какие у тебя мотивы, — отозвался Бэкхён и пожал плечами, как бы подчёркивая, что что бы это ни было, его это не пугает. — Что за ресторанчик, кстати? — Традиционная кухня, но с целым списком вкуснейших десертов. По крайней мере, так мне сказали. Тихое и уютное местечко. Тебе понравится, я уверен, — заверил мужчина и улыбнулся уголками губ, прежде чем свернуть на перекрёстке.       Заведение и правда находилось всего в десяти минутах езды, поэтому уже вскоре иномарка была припаркована на небольшой стоянке. У Бэкхёна же догадок всё ещё не было.       Внутри заведения было тепло и пахло пряностями, распаляя аппетит. Скудный обед ситуацию только усугубил, поэтому первые минут пять пребывания в ресторане Бэк просто штудировал меню, пряча за книжкой собственную растерянность.       Омега никогда бы не подумал, что знал Чунмёна настолько хорошо, раз мог определить его нерешительность по сжатым в тонкую полоску губам. Делал Ким это очень редко, лишь когда был напряжён, и от вариаций причин этого его беспокойства Бэкхёну легче не становилось.       Внутри зала слышались отголоски бодрящей мелодии, заглушаемой гулом почти полностью заполненных столиков, в то время как за окном падал первый за эту неделю снег. Погода и атмосфера прямо-таки располагала к романтике, однако Бэк не очень бы хотел, чтобы Чунмён загорелся внезапной идеей поужинать вместе именно из-за этого. — Как прошёл день? — заговорил Бэкхён первым, порядком устав от неловкого молчания. Чунмён же словно только этого и ждал, потому что сразу же отложил меню, прочищая горло в попытке занять возникшую паузу. — Достаточно неплохо, даже хорошо. Ведём переговоры с одной компанией и пока счёт идёт в нашу пользу. Думаю, через неделю сможем перейти к подписанию контракта, но я не думаю, что тебе на самом деле это интересно, — произнёс Ким без упрёка и сцепил пальцы в замок. — К тому же, я немного не об этом хотел с тобой поговорить. — Вот так сразу? — Бэкхён неловко улыбнулся. С одной стороны, узнать о причинах этой встречи хотелось бы как можно быстрее, однако с другой — неизвестность пугала. Пока что омегу спасало только то, что с Чунмёном ему всегда было более чем комфортно, поэтому и сейчас чувство настороженности заметно приглушалось. — Вот так сразу, — кивнул Ким и сделал глубокий вдох, прежде чем начать. — Думаю, нам давно нужно обсудить всё происходящее, тебе не кажется? — Мужчина говорил без упрёка, словно констатировал самые очевидные вещи, но от угрызений совести Бэкхёна это ничуть не спасало. — Знаешь, я долго готовился к этому разговору и ломал голову, с чего мне начать, но потом понял, что с тобой мне не нужно начинать издалека. Нам всегда было просто друг с другом, но потом… — Всё слишком запуталось, — продолжил за альфу Бэк, уже догадываясь, к чему шла эта беседа. Чунмён был прав во всём, они оба понимали всю неоднозначность ситуации, но бегали бы от неё ещё долго, не позвони Ким сегодня сам. И Бэкхён признавал, что большая вина за это лежала всё же на нём. — Именно так, — согласился Ким, не скрывая своего облегчения. Беседа поймала мирную ноту, и оба не хотели с ней расставаться. — И не спеши винить в этом только себя, — словно прочитав чужие мысли, говорил Чунмён, сжимая замок из пальцев крепче. — Мы оба размыли границы дружбы, хотя повода, вообще-то, вовсе не было. С первой нашей встречи не было. Это легко понять, на самом деле, — усмехнувшись, произнёс мужчина, заметив, как выгнулась бровь Бэка. — Не в обиду тебе, но ты достаточно закрыт, Бэкхён. Это чувствуется. И если сначала я думал, что ты такой со всеми, то после знакомства с твоей семьёй пришёл к другому выводу. Ты открываешься не всем. Не полностью, по крайней мере, и я могу тебя понять, ведь у каждого должно быть своё, личное, но для отношений, подразумевающих нечто большее, чем дружба, это катастрофически маленькая степень доверия. Со мной такая же ситуация, и это о чём-то да говорит. И если честно, я всё ещё не очень понимаю, когда наша совместная тропа свернула не в ту сторону, в результате чего мы получили то, что получили. — Полную неразбериху. — Полнейшую, — согласился Чунмён, подхватывая чужую улыбку. — И как я уже сказал, нам стоило разъяснить всё это если не в первые дни нашего знакомства, то месяц назад уж точно. При всей твоей закрытости, тебя достаточно легко читать по глазам, Бэк. Хотя, возможно, дело в том, что я знаю тебя достаточно долгое время… Всё это неважно. Важно другое — то, что ты, похоже, нашёл своего человека. — Чунмён… — Нет, дай мне закончить, — приподняв раскрытую ладонь, попросил Ким и взглянул омеге в глаза. — Ты замечательный, Бэк. И ты должен быть счастлив с тем, кто действительно может тебя осчастливить, но этот человек не я. Как и ты — не мой. Мы оба всегда это знали, пусть даже подсознательно, но почему-то продолжали цепляться друг за друга, просто потому, что вокруг нас не было никого. Тогда не было. И это хорошо, иначе наши отношения превратились бы в череду лжи и лицемерия, а я не хочу так. Думаю, ты меня в этом поддержишь. Я ценю такого друга, как ты, Бэк, и не хочу, чтобы эта дружба прекращалась, поэтому… давай просто забудем обо всей этой неловкости и вернёмся к тому, с чего начали. К тому, как всё должно было быть между нами сейчас без романтики и надуманных воздушных замков. Это просто не наша история.       Договорив, Чунмён затих, словно давая возможность Бэкхёну всё обдумать, в то время как у омеги пока просто не было слов. Бэк не понимал, почему не допускал возможность, что всё это решить можно было так просто. Не понимал, почему бегал и трусил, когда знал, что Чунмён именно так и отреагирует. Сейчас за всё это было просто стыдно, и Бэкхён пока не мог сформулировать в голове что-то, похожее на извинения. — И не проси прощения, — опережая чужие мысли, заговорил вновь Ким. — Мы оба хороши. — Признавайся, ты телепат? — Закрыв рукой глаза, Бэкхён усмехнулся. Тишина в голове вновь наполнялась звуками, в зал словно хлынул поток шума, а напряжение, некогда не позволяющее омеге и плечом дёрнуть, лопнуло, словно мыльный пузырь. В глаза Киму смотреть было уже не страшно. Было просто спокойно. — Конечно! Ты думал, как я контракты заключаю на выгодных мне условиях? — отшутился мужчина с самый серьёзным видом, уже через мгновение подхватывая чужой смех. Облегчения или нет — сейчас было уже не важно. — Я такой дурак, — успокоившись, заключил Бэк и сжал пальцами переносицу. — Прости за это. — Я же просил… — Нет, прими эти извинения, — настаивал Бэкхён, уверенно глядя мужчине в глаза. — Я должен был инициировать этот разговор и уже давно, однако я продолжал отмалчиваться, неосознанно расценивая наши отношения как запасной аэродром. И это самое низкое. — Просто всё произошло слишком внезапно. Ты был не готов к этому. Бэкхён, — позвал Чунмён, перехватывая чужую ладонь. Альфа положил её на стол и накрыл тыльную сторону собственной, чуть сжимая тонкие пальцы. — Забудь об этом. Зла я на тебя не держу, как и ты на меня, поэтому не вижу смысла поднимать эту тему и дальше. Я лишь хочу, чтобы наша дружба на этом не заканчивалась. И под дружбой я подразумеваю вот такие встречи и совместные поездки на работу. Ничего не изменится. Мы просто избавились от недопонимая раньше, чем оно начало создавать действительно крупные проблемы. — Я говорил тебе, что ты замечательный, Чунмён? — не найдя ответа, произнёс Бэкхён, с улыбкой наблюдая за тем, как мужчина выпрямился в театральной польщённости. — Нет, но я не отказался бы услышать это ещё раз, — отозвался Ким, заставляя Бэка прыснуть в кулак. Альфа же вновь подвинул ему меню, как бы говоря, что им всё же стоит наконец что-то заказать, и Бэкхён сразу же открыл список десертов. — Сехун уже уехал? — Да, — оживился Бэк, водя пальцем по перечню сладостей. — Не угомонится, пока не познакомит нас со своим Ханем. И я, честно говоря, тоже. Папин энтузиазм, конечно, никто не переплюнет, но тем не менее. — Главное, чтобы этот омега остался невредим после знакомства, — хмыкнул Чунмён, вспоминая неимоверно крепкие объятья мистера Бёна. — Сехун об этом позаботится, — заверил Бэкхён и отвлёкся на звон сотового в кармане, прежде чем успел подозвать официанта. Нахмурившись, омега взглянул на определитель и в сомнении закусил нижнюю губу. — Ответь, — сказал Чунмён, замечая чужую нерешительность. На лице Кима не промелькнуло и тени обиды, что только подтверждало всё сказанное им до этого, поэтому омега всё же нажал на кнопку принятия вызова, поднося сотовый к уху. На том конце раздался кашель, длящийся около тридцати секунд, прежде чем звонящий наконец подал голос: — А мне казалось, что трюк с запиской был более чем убедительным. — Твоя температура всего тридцать семь, от этого ещё никто не умирал, — спокойно ответил Бэкхён, замечая, как Чунмён подавил смешок. Честно говоря, омега и сам бы посмеялся над этой ситуацией, если бы не знал, что Пак, в принципе, и не такое может своим мозгом сгенерировать. — Отлежишься, и всё с тобой будет нормально. — Где ты? — Не дома, — ушёл от ответа Бэк, вслушиваясь в тяжёлый вздох на том конце. — Если ты не дома, то должен уже быть у меня. Не можешь же ты где-то прохлаждаться, пока из меня тут жизнь уходит? — Могу, — возразил Бэкхён и откинулся на спинку стула. — И умело практикую. Серьёзно, прекрати дурью маяться. — Приезжай. — Пак… — Приезжай, — неожиданно поддержал Чунмён, доставая ключи от машины. — Я подвезу. — Кто с тобой? — Чанёль пытался произнести это максимально грозно, но вкупе с хриплым сопением этот вопрос большем походил на детскую обиду. — Не хочу тебя обременять, — проигнорировав чужие недовольства, Бэкхён виновато взглянул на Кима. Уезжать сейчас казалось омеге как минимум по-свински. — Даже не думай об этом! — отмахнулся альфа, первым вставая из-за стола и подхватывая с вешалки их куртки. — К тому же, мы уже обсудили всё, что хотели. Поехали.       На это ответить Бэкхёну было нечего. Скинув продолжающего ворчать Пака, омега направился к выходу вместе с мужчиной, с благодарностью принимая из его рук свою верхнюю одежду. Уже вскоре оба оказались в машине, где омега протянул листочек с адресом в неловкости и смущении, но благо, читать надпись Ким не стал. Автомобиль тронулся с места, стремительно отдаляясь от ресторанчика. — И всегда он был таким? — спросил Чунмён на полпути, притормаживая на светофоре. Бэку же даже переспрашивать не нужно было, чтобы понять, о ком шла речь. — К сожалению. Мне стоило бежать от него ещё десять лет назад, — хмыкнув, отозвался Бэкхён, комкая записку в пальцах. — Более наглых и самоуверенных людей я ещё не встречал. — Но ты любил его, — напомнил Ким о самом главном, взглянув на Бэка после чужого вздоха. — Я не придерживаюсь мнения, что это чувство ослепляет. Просто оно помогает видеть хорошие стороны, которые другие, возможно, не замечают. Именно их ты в Чанёле и разглядел. Ничего необычного. Вполне житейская ситуация, результатом которой может быть вполне себе полноценное счастье. — И давно ты понял? — О чём? — О наших прошлых отношениях, — уточнил Бэкхён, невольно замирая в ожидании ответа. — С того первого раза, когда увидел вас вместе. И убедился, когда застал его у тебя дома. По альфе видно, когда он влюблён. — Он идиот, — фыркнул Бэк, сложив руки на груди. — Влюблённый идиот, — сдался Чунмён со смехом и свернул на нужную улицу. — Нам свойственно творить глупости, когда мы дорожим кем-то, но у каждого они разные. Всё зависит от породы тараканов в голове. — В таком случае у Пака тараканы-инопланетяне, — констатировал Бэкхён, отстёгивая ремень безопасности после мягкого торможения. Рядом высилась высотка, отчего нервозность в омеге росла от секунды к секунде всё больше. — Спасибо, что подвёз. — Пустяки, — отмахнулся Чунмён, откидываясь на спинку сидения. — Мне всё равно по пути. — Ты живёшь в другой стороне, — изумлённо вскинув брови, напомнил Бэк и помолчал пару секунд, прежде чем поймал чужую загадочную улыбку. — Ты не шутишь сейчас? — насторожился Бэкхён, вычленив одну из догадок. Мужчина, однако, неопределённо повёл плечами, как бы говоря, что всё может быть. — И давно? Ты же понимаешь, что просто обязан будешь познакомить меня с ним? Он из твоей компании? — Мы пока ещё не в тех отношениях, — поспешил успокоить омегу Чунмён, не снимая с лица тёплой улыбки. — Но я надеюсь, что рано или поздно мы к этому придём. — Я тоже, — искренне ответил Бэкхён, неожиданно хватая альфу за запястье. — Ты заслуживаешь этого, как никто другой. Я очень за тебя рад, правда. — Спасибо, — поблагодарил Чунмён и кивнул на дверь. — А теперь беги. Тебя всё-таки ждут.       Напоследок обменявшись с Кимом улыбками, Бэкхён всё же покинул салон иномарки, не забыв забрать пакеты с заднего сидения. Проводив машину взглядом, омега сделал глубокий вдох и лишь после этого развернулся в сторону нужного подъезда. Помявшись несколько секунд, Бэк зашагал к дверям решительно, собирая макушкой пушистые хлопья снега.