Несуществование

— Смелее, Доктор Фил*, гулять так гулять! Мэрл Диксон плеснул в приоткрытое окно автомобиля янтарную жидкость прямо в заплывшее лицо лысого трупа, что пытался просочиться сквозь эту узкую щель. Кожа его напоминала изъеденный молью старый ковёр, отчего мужчина, сидящий за рулём подрагивающей от работающего мотора и грохочущей музыки машины, вновь зашёлся хриплым смехом. Помирать так с музыкой. Хотя отправляться на тот свет сегодня он конечно же не собирался. Если всё пойдёт, как надо, то одноглазый ублюдок получит свою пулю, а пустивший её благополучно скроется, пока губернаторская свита будет разбираться с кусачими. Так что помирать под музыку будут другие. И всё же кишки неприятно холодило предчувствие, потаённый страх, что он облажается, напортачит, как уже бывало в детстве и позднее, когда он кидал мелкого наедине с их батей. Облажается и в итоге погибнет. Нелепо и зазря. Прибавив музыке громкости, Мэрл нажал на педаль, вывел машину вперёд, на край парковки, и поднял взгляд на зеркало, чтобы убедиться, что трупы покорно следуют за ним. В зеркале промелькнуло что-то белое. — Ёб твою мать! — как ошпаренного, его бросило на руль. Бутылка выскользнула из пальцев, перевернувшись ему прямо на колени, а сам Диксон крутанулся и заслонился протезом от возникшего на заднем сидении мертвяка. Едва соображая от страха, он потянулся к винтовке, которая ещё недавно была любовно устроена им на пассажирском сидении справа. Только замкнутое пространство, в котором было особо не развернуться, спасло кусаку от тут же вынесенных мозгов. А Мэрла спасло от трагической и совершенно дебильной кончины только то, что кусака оказался совсем не кусакой. То, что при взгляде в зеркало заднего вида он принял за «боевой раскрас» любого уважающего себя трупа, на деле оказалось всего лишь свежими гематомами, расплывшимися по открытым плечам. — Так, блять!.. — Диксон спохватился и убрал с колен бутылку, оставившую постыдные мокрые пятна на штанах. — Ты как это?.. Забралась сюда? Он бы поверил в то, что его накрыли глюки, если бы действительно обнаружил в одном из тех вонючих тюремных матрасов старую зековскую заначку. В том, что колёса бухлом заливать — не лучшая идея, он сам неоднократно убеждался за всю свою долгую жизнь. Однако сейчас он был трезв как стёклышко, а эти несчастные пара-тройка-четвёрка глотков вискаря, которым он и так щедро поделился со своими смердящими друзьями, сползшимися благодаря старым добрым Моторхед, не могли сотворить с его мозгами настолько дурную шутку. Насколько вообще реально, что ни он, ни эта меченоска просто-напросто не заметили, как всё это время на заднем сидении валялось, допустим, бессознательное тело? Насколько правдоподобно, что это тело очнулось только сейчас — не во время рёва сигнализации этой самой машины, когда Мэрл возился с проводами, чтобы поставить тачку на ход, и не во время их с Мишонн трескотни за жизнь, а именно сейчас? А может он просто не заметил, как минуту назад одна из задних дверец открылась и закрылась, впуская в салон эту дамочку, что теперь светила на него своим фонарём под левым глазом? Да ничто из этого не звучало хоть сколько-нибудь адекватно. Конечно, глядя на эту сумасшедшую, можно было запросто поверить в то, что она спасалась от кого-то бегством, но как она проникла в окружённую кусачими машину?.. А то, что дамочка двинулась крышей, Мэрлу сразу стало ясно. Чего стоила одна только её полубезумная улыбка. — Мы далеко от тюрьмы? — выпалила она, придерживая свою потрёпанную сорочку, одна из лямок которой была порвана. Её как будто бы нисколько не смутили ни грязная ругань, ни ошалевший вид водителя, ни то, что он её чуть не прибил. И как будто не смущали стремительно подтягивавшиеся к ним кусачие, и гитарные рифы, рвущие воздух. — Тебя Губернатор подослал? — рявкнул Мэрл, тыча в незнакомку острым лезвием протеза, отчего она вжалась в спинку кресла. — А ну быстро выкладывай! Но он не помнил эту особу ни среди девиц Блейка, ни среди рядовых жителей города. Мог ли этот псих завербовать к себе на слепую службу новенькую? Самые разные догадки роились в его голове. А женщина наконец-то, кажется, поняла, что он тут с ней не шутки шутить собрался. — Я не знаю, о ком вы, — она опасливо съёжилась под его агрессивным настроем. — Я… Мне надо… — Или не поняла? Женщина покрутила головой, осматривая липнущих со всех сторон мертвецов, что корявыми пальцами пытались пролезть сквозь щели окон. — Зачем вы привлекаете ходячих? Мэрл нахмурился. Всего одно слово, и все подозрения в связи с Блейком вмиг отпали. В Вудбери в обиходе были «кусачие». «Ходячими» этих тварей называла только та кучка придурков, к которым его братишка так притёрся. — Чёрт, — он ткнул пальцем в кнопку на магнитоле. Музыка оборвалась, остались только совсем не мелодичные хрипы снаружи. — Как коповского сынка звать? — Рика? Карл. — А белобрысая девчонка старикана? — Бет?.. — Да мать твою, — выругался себе под нос Мэрл. — Тебя кто так разукрасил?.. Хотя забей, не до этого щас. Он на секунду зажмурился, пытаясь собраться с мыслями. И вот что ему теперь с этой бабой делать? Находчивый ум уже активно начал развивать «план Б», в котором бы побитая не только жизнью мадама могла бы сослужить хорошую службу в качестве отвлекающего манёвра или приманки для одноглазого и его дружков, но он тут же выкинул подобные идеи из своей головы. — Так, слушай сюда. Ща отъедем подальше — и сразу вылезай. Тюрьма в противоположной стороне, тупо дуй прямо, там указатели увидишь, — он бы и дал ей нож какой, да вот только с тех пор, как протез заменил ему холодное оружие, он редко таскал с собой ножи, а винтовка ему самому была нужна, так что дамочке придётся искать себе что по пути, а до того момента быть порасторопнее. — Всё ясно? Не став дожидаться ответа, Диксон вновь вжал педаль в пол, вырывая автомобиль из лап кусак. Ему и в голову не могло прийти, что женщина начнёт возражать. — Шуруй давай! — поторопил он её после остановки, когда заметил, что та не спешит, а всё таращится в окна, то в одно, то в другое. — Пока чисто. Если выскочит прямо сейчас, то успеет отбежать, а между тем мертвецы забудут о её существовании, как только он заново врубит музыку. — А вы? Что собираетесь делать? Зачем вам ходячие? Вы тут одни? — посыпались на него вопросы один за другим. — А Дэрил где? В другой ситуации Мэрл бы непременно присвистнул. Подумать только, побитая баба зовёт на помощь не доблестного шерифа, а спрашивает про его недотёпу-братца. — Надеюсь, братишка в тюрьме вместе с остальными, — буркнул Мэрл, поднажав ещё немного и отъезжая дальше, чтобы увеличить фору. — И сама пошла вон давай, дорогу я сказал. — Мэрл? — в её голосе промелькнул испуг, и как-то быстро позабылись все эти «вы». — Ты что, собираешься отомстить? Поэтому собираешь их? Хочешь напустить на тюрьму стадо? — Чё? — вот такого поворота он точно не ожидал. — Да я этих дебилов спасаю! Пока они там канителятся. — Тогда давай я помогу. Что надо делать? Было очевидно, что просто так от неё ему не отделаться. Он не мог взять и выпихнуть её из машины силой, не мог уговорить идти в тюрьму и не мешать ему заниматься делом. Да и пускаться в объяснения и вводить её во всю эту историю у него тоже не было времени. Поэтому оставалось действовать по старой доброй схеме — наплести с три короба. — Ладно, слушай сюда, — с преувеличенным недовольством сказал Мэрл, чтобы у дамочки создалось впечатление, будто она своим напором не оставила ему иного выбора и он — так уж и быть — согласен работать с ней в команде. — В паре миль выше по шоссе в сторону тюрьмы я машину оставил. Бензин залит, ключи в зажигании. Дойди до неё и подгони поближе, вот прямо сюда. Как закончу, сразу рванём обратно в тюрьму. Белый «шевроле», сразу увидишь. Разумеется, никакого «шевроле» и в помине не было. И оставалось только надеяться, что к тому моменту, как эта странная поймёт, что её надули, она решит направиться прямиком в тюрьму, а не возвращаться сюда. — Вот, — поспешил продолжить Мэрл, увидев, как женщина уже открыла рот, чтобы что-то возразить или сказать, и, проклиная мысленно всё на свете, выдернул штык из своего протеза, обёрнутого скотчем, — держи. Заместо ножа. Другого нет. Только не потеряй мне его там! Жертвуя своим оружием, которое ему может быть и не пригодится, Мэрл надеялся, что хотя бы это прибавит его словам убедительности. — Всё поняла? Белый «шевроле» вверх по дороге. Чтоб как штык была с ним тут через полчаса. Женщина затрясла головой, и тогда Мэрл сделал последний рывок. Машина вновь оставила недовольных кусачих ни с чем. На сей раз Диксон отъехал совсем далеко, выезжая на шоссе в обратном направлении, задавая таким образом непутёвой пассажирке правильный курс. Бросив на водителя последний взгляд, она наконец-то толкнула дверь и выскочила наружу. — Погодь! — в последний момент озарило Мэрла. Кое-как стянув с себя свою чёрную рубашку с коротким рукавом, он бросил её женщине. — Накинь что ли. Пропитанная потом, мятая и не самая новая. Но так, по крайней мере, дамочка освободит себе одну руку, которая пока что неизменно стискивала ткань её подозрительно белой сорочки, не давая той сползти слишком низко. — Спасибо, — успела вымолвить она, прежде чем Мэрл в нетерпении захлопнул за ней дверь, протянувшись через весь салон. И только когда он развернул автомобиль и устремился прочь, взглянув пару раз для достоверности в зеркало заднего вида, Диксон отметил, что дамочка, кажись, ещё и босая была. Откуда она вообще вылезла такая? Потом он обязательно расспросит её обо всех подробностях её появления. Однако мысли о ней всё равно странным образом вклинивались в размышления о предстоящей операции и нехило так мешали. А спустя четверть часа, когда Мэрл, двигаясь рывками в сторону заброшенного склада, вёл за собой разросшуюся стаю кусак, двигатель внезапно заглох. Одновременно с этим погасла приборная панель и смолкла музыка. — Ах ты ж, падла!.. Мэрл схватил винтовку и с силой распахнул дверцу, отталкивая ею одного нового кусаку, что вырулил к его тачке из-за ржавых мусорных контейнеров. Чёрт бы побрал эту бабу! Мало того, что потратил на неё драгоценное время, так оно, время это, ещё и решающим оказалось. Аккумулятор сдох, не дотянув каких-то несколько минут пути. Гигантские цилиндры водонапорных резервуаров были уже совсем близко. Не решившись пускать смердячий рой на самотёк так рано, Мэрл ещё какое-то время вёл их за собой, маяча прям перед самым носом и служа живой мишенью. Кусачие в первых рядах, видя желанную добычу так близко, своим хрипом и шарканьем не давали расслабиться тем, кто двигался позади, и так, по цепной реакции лишь с небольшими потерями их небольшая орда приблизилась к резервуарам, возвышающимся над заросшим пустырём. Здесь Мэрл и перешёл на бег, теряясь среди кустарников, а затем скрылся за углом барака со стенами из гофрированных стальных листов. Внутри стояла ужасная жара. За день солнце здорово напекло, и попадающая в глотку с каждым вдохом пыль вызывала острое желание зайтись хорошим таким, прочищающим кашлем. Вытерев тыльной стороной ладони мокрый лоб, Мэрл пристроился у окна, выходящего на внутренний двор. Над сверкающей серой крышей одной из припаркованных у входа в противоположное здание машин мельтешила синяя кепка Мартинеса. Латинос дымил и о чём-то трепался с каким-то взъерошенным хреном, которого Мэрл со спины никак не мог узнать. Возможно, один из новичков, которого подобрали уже после того, как Диксона объявили предателем. Новобранец, не упустивший шанса выслужиться перед боссом и не понимавший, во что на самом деле ввязался. Или понимавший. Его могло вполне устраивать происходящее. Мэрла же когда-то устраивало. Ещё двое из вражеского лагеря (подумать только, а ведь ещё какую-то неделю назад у него была своя хата в этом самом лагере) показались в поле видимости, совсем рядом, и скорее всего они прекрасно услышали, как в бараке справа от них что-то громыхнуло. Мэрл так увлёкся слежкой, что не учёл той вероятности, что с ним под одной крышей мог оказаться забытый всеми кусачий. Как он очутился здесь — забрёл следом или уже находился тут к тому моменту, как Диксон юркнул в укрытие, — всё это было неважно. Шум от борьбы с трупом поднялся достаточный, и мужчина, заляпанный кровью, уже был готов встретить нагрянувших вудберийцев во всеоружии, но у оставшихся снаружи людей появилась проблема посерьёзней. — Кусачие! — донёсся голос Мартинеса, и тут же послышался топот удаляющихся шагов. Не теряя ни секунды, Мэрл вновь подобрался к самому краю разбитого окна, выглядывая на улицу, чтобы видеть происходящее. Хоть их и застали врасплох, но губернаторский отряд сработал молниеносно. Чересчур шумно, но молниеносно. Из выбранного для переговоров помещения на улицу высыпало ещё четверо. Перекрикиваясь друг с другом, сперва они пустились разбираться с напастью сталью, но как только стало ясно (а произошло это очень быстро), что дело не обойдётся жалким десятком случайно забредших «не туда» тварей, в ход пошли пули. — Ну же, — нетерпеливо бормотал себе под нос Мэрл, буравя взглядом зияющий чернотой дверной проём за машинами, из которого всё никак не хотел показываться Блейк. «Неужели зассал, говнюк!» — пронеслась в голове какая-то совсем неестественная мысль. Нет, это было не в стиле Блейка. Он бы не стал отсиживаться за спинами своих. Чертыхнувшись, Диксон снял со своего протеза винтовку и стремглав метнулся к торцевому окну, откуда разворачивался вид на саму схватку. Сердце подпрыгнуло куда-то в глотку и ухнуло обратно, зайдясь галопом. Как он, чёрт возьми, оказался среди них? Или его и не было в том здании? Филип Блейк выделялся на фоне остальных. В то время как Мартинес, Шуперт, Кроули, Даг и остальные находились в постоянном движении, то подбегая ближе, то отдаляясь, этот человек уверенным шагом выступал вперёд, выстрел за выстрелом отправляя на тот свет подбирающихся монстров. Когда Мэрл уже был готов нажать на спусковой крючок, в тонкие линии прицела влетело побледневшее лицо того самого взъерошенного мужика, которого он видел с Мартинесом у машин. Мысли сбились в кучу, но пальцы не поспели за ними. Приклад врезался в плечо. Новый выстрел затерялся среди уже гремящих. — Отец! К рухнувшему наземь мужику кинулся такой же взъерошенный пацан. В шаге от них пошатывался Блейк, выронивший свой кольт и теперь уже обеими руками схватившийся за горло. Сквозь его пальцы сочились струйки крови. Хватая ртом воздух и разворачиваясь, словно в замедленной съёмке, он ошарашено пытался отыскать своим единственным глазом источник выстрела. Прежде чем его подхватили крепкие руки Шуперта и Мартинеса, он встретился взглядом с Мэрлом. Или тому просто почудилось. С раненым лидером о кусачих все быстро позабыли. Неудовлетворённый результатом, понимая, что другого шанса у него уже точно не будет, Мэрл, плюнув на собственную безопасность, пустился провожать беглецов чередой выстрелов. Однако удача совсем отвернулась от него. Бетонные столбы, баки, мусорные контейнеры и ржавые каркасы старых автомобилей приняли на себя весь удар, а когда, отчаявшись, он решил потратить последние патроны на шины взревевших машин, дверь в бараке с грохотом распахнулась, и пули засвистели уже в Мэрла. — Ты убил моего отца, мразь! Лицо парнишки исказила гримаса гнева и боли. Рубашка на его плече была порвана, а клетчатая ткань пропиталась кровью. Здоровой рукой он держал перед собой пистолет. Опьянённый эмоциями и полученной раной, а может просто понимая, что дни его сочтены, он, видимо, совсем не боялся, что метнувшийся за ближайший стеллаж человек, может в любой момент выскочить и ответить тем же. Да и Мэрлу всё равно нечем было парировать. Винтовкой теперь можно было разве что черепушки кусакам крошить. Правое плечо, распоротое пулей, прошедшей по косой, также не добавляло преимущества. Диксон упёрся спиной в заднюю стенку стеллажа, намереваясь опрокинуть эту грубо вытесанную фермерской рукой поделку на мальца, как только тот приблизится, но звук рухнувшего на деревянный пол тела привёл его в секундное замешательство. — Мэрл? — послышалось с той же стороны. — Хэй, братишка! — Мэрл постарался скрыть своё удивление и свою радость за типичным полунасмешливым тоном. — Ну и вовремя же ты! — он с облегчением ухватился целой рукой за ладонь возникшего из-за угла брата и, кряхтя, поднялся на ноги. — Хотя у меня и так всё было под контролем. Дэрил ничего не ответил, но Мэрл чувствовал на себе его прожигающий взгляд. Избавив полупокойника, которого младший Диксон только что вырубил, от ремня, Мэрл перетянул им руку повыше раны. И какая благородная муха его укусила, что он отдал свою рубашку той дамочке. Вот бы что сейчас очень пригодилось. Но, к счастью, пуля прошла не слишком глубоко, и жгут вроде как помог остановить кровотечение. — Ну чё там? Как обстановка? — Мэрл приблизился к брату, который в этот момент топтался у окна, оценивая количество кусачих на квадратный метр. — Свалили за ними, — мрачно констатировал Дэрил и покосился на вставшего рядом Диксона. Не соврал. Двор был усеян трупами кусачих, а те, которым повезло сохранить мозги в целости, сгрудились вокруг двух мёртвых вудберийцев и увлечённо копошились в их внутренностях. — Забей на него, укушенный уже не жилец, — бросил Мэрл Дэрилу, который вернулся к валявшемуся на полу пацану и, предусмотрительно забрав у того имевшееся оружие, принялся взваливать на себя бесчувственное тело. — Возьми арбалет, — сухо ответил тот. Забросив на спину винтовку, Мэрл подобрал с пола арбалет брата. С одной стороны он мог понять Дэрила… Хотя нет, всё равно не мог. С какого угла ни глянь — этот паренёк покойник. А если они с ним ещё возиться сейчас будут, то и сами ряды трупов могут пополнить. — Ну и что ты с ним делать будешь? Проку с него, как с пыльного тюфяка. Он не провёл в Вудбери и недели, чего он там знать может? А если и знает, то хрен чё скажет после того, как я его папашу пригрохнул. Дэрил проигнорировал это замечание, упрямо продолжив гнуть, вернее, нести своё. Молча, почти что демонстративно пропустив мимо ушей ещё несколько замечаний более здравомыслящего по своим собственным оценкам Мэрла, он двинулся прочь из барака. А такой же упрямый Мэрл не собирался ему помогать в этом может и доблестном, но абсолютно бессмысленном и глупом предприятии. Двигаясь вдоль стены по теневой стороне, они обогнули здание, оставляя позади внутренний двор и поле боя. Мэрл держал арбалет наготове на случай, если от их внимания укрылся какой-нибудь затерявшийся вудбериец, однако вокруг было ни души. Лишь последние кусачие, что так и не подоспели ко всеобщей заварушке, продолжали двигаться в сторону, где ещё недавно гремели выстрелы и раздавались крики. Их братья постарались обойти, и всё же пришлось потратить стрелу на одного особенно чуткого, что увязался следом. Прямо за бараком, где прятался Мэрл, их дожидался мутно-зелёный пикап, и стало наконец ясно, как Дэрил успел сюда так быстро. Этой развалюхи на территории тюрьмы Мэрл не заметил, а значит брат выцепил автомобиль уже по дороге. И действительно — сгрузив безвольную тушу подростка на заднее сидение и предусмотрительно связав его какими-то тряпками, обнаруженными там же, Диксон-младший принялся возиться с проводами в рулевой колонке. Мэрл тем временем кинул свою бесполезную винтовку на приборную панель и пошёл забирать стрелу из гнилого лба поверженного им кусаки. — Ты нахрена вообще полез? — подал голос Дэрил, когда дверцы с обеих сторон хлопнули, а пикап тронулся с места, подминая собой сухую траву. Сложно было разобрать, чего в его голосе было больше — осуждения или беспокойства. Кто-то сторонний мог бы удивиться — беспокойство от Дэрила Диксона? Мэрл и сам временами удивлялся. Его брат был тем ещё чурбаном, который перестал показывать свои чувства с тех пор, как ему пришлось одному выживать с их мудацким батей. Речь конечно же шла о тех чувствах, которые показывать было не принято, чтоб не прослыть слабаком и нюней. А Диксонам нельзя было быть слабыми. Так-то Дэрила легко было развести на эмоции и вывести из себя. Пара колких высказываний — и вот в тебя уже летит ответка: хоть злобный взгляд, хоть встречное оскорбление, хоть пустая банка из-под пива или что угодно другое, что подвернулось под руку, а то и кулак, если рядом ничего путного не оказалось. Но беспокойство? Тем не менее, иногда Дэрил — по-своему — давал понять, что ему не плевать. Когда приводил старшего брата в чувства после очередного отходняка или прятал от него дозу. Или вкалывал на нескольких работах ради того, чтобы у них были деньги на залог или более или менее нормального адвоката, хотя запросто мог плюнуть на всё и свалить в закат, начать новую жизнь. Мэрлу тоже было не плевать. Поэтому он сегодня и отправился на это дело один. Возможно, это стоило бы ему жизни. В глубине души, если отбросить прочь всё бахвальство, он это прекрасно понимал. Но был готов отдать свою никчёмную жизнь, чтобы избавить брата и — чёрт с ними — тех остолопов, к которым он привязался, от целого вороха проблем, которыми бы их обеспечил один-единственный шизанутый псих. Чтобы дать брату возможность продолжать быть тем, кем он стал. Как ни горько это признавать, но Мишонн права. Без Мэрла Дэрил стал кем-то большим, полноправным членом группы. А Мэрл без брата стал цепным псом Губернатора. Но признаться в этом вслух у него не хватало сил даже сейчас. — Ну, раз ты не спрашиваешь про чёрную самурайку, значит уже успел с ней пересечься. Чё, у самого извилин не хватает допереть? — Мэрл как обычно спрятал за грубостью минутную слабость. — Хоть десяток Мишонн ты этому хрену одноглазому подай — не отцепится. — Поэтому ты решил его грохнуть, — вот теперь в голосе Дэрила явно сквозило осуждение. — На нейтральной территории. Во время якобы мирных переговоров. Теперь у них появился отличный повод пойти на нас войной. Всем городом. Многократно прошедшие дожди уже не раз успели размыть дорогу, и теперь колёса пикапа натыкались на сплошные ямы, отчего всё в салоне тряслось и дребезжало. Казалось, ещё немного, и эта старая колымага просто развалится на ходу. — Да не грохнул я его, — буркнул Мэрл и под недоверчивым взглядом брата уточнил. — Только ранил. Если успеют прикатить в Вудбери, залатают. Док там что надо. Впрочем, такой расклад представлялся ещё более худшим. Без Губернатора с Вудбери можно было договориться. В конце концов, там оставалась Андреа, если этот ублюдок ещё не успел с ней чего сотворить. И если бы Вудбери действительно пошёл на тюрьму войной, то без Блейка во главе шансы у города были значительно ниже. Теперь же, если этот говнюк выживет, то он может ловко обернуть всё в свою пользу. — Можешь хоть на ходу из тачки вышвырнуть, но я хотя бы что-то сделал, — возмутился Диксон-старший, в голове уже успевший предсказать все возможные реакции брата, — пока вы сидели на жопе ровно и канителились. Не удивлюсь, если щас выяснится, что ты рванул за мной потому, что Кудряшка Граймс передумал сдавать нигершу, и тут-то вы нас и хватились! Чего молчишь? Так оно и было небось, да? — Нет! — рыкнул Дэрил, наконец-то выводя пикап на ровную асфальтированную дорогу. — Забей, короче. Чё сделано, то сделано. Но если ты собираешься с нами оставаться, то завязывай с этой хернёй. Завязывай делать всё втихаря. Мэрл хрюкнул. С нами. Теперь были «они» и Мэрл. Не то чтобы это удивило. Всего лишь уязвило. Язык так и чесался продолжить эту тему. Тем более что Диксону было что сказать. Особенно про действия втихаря и про то, почему это правило должно распространяться на него, но не на Граймса, к примеру. Однако пустому трёпу о том, на чём они с братом всё равно во взглядах не сойдутся, он предпочёл более насущные проблемы. — Так чего в итоге, бравый коп вспомнил о том, что он коп, и передумал заниматься работорговлей? — Дэрил молча зыркнул на него, что можно было расценить как «да», поэтому Мэрл продолжил. — И чё? Появился план получше? — Мхм. Только теперь, спасибо тебе, придётся переобмозговать кое-какие моменты. Раз Губернатор ранен, возможно, у нас есть в запасе немного времени, чтобы… — Стой-стой! Тормозни-ка у знака! — вдруг перебил резко оживившийся Мэрл, который до этого со скучающим видом смотрел в окно, наблюдая за проносящимися мимо деревьями и указателями. Прямо под одним из них он успел заприметить полуразложившееся тело. Из седых косм кусачего, пропитанных грязно-багровой слизью, торчал знакомый предмет. Пикап остановился в десятке метров, проехав мимо дорожного знака, и Дэрил сдал назад. — Твою ж мать, — пробормотал себе под нос Мэрл, вылезая из салона под ничего не понимающим взглядом брата. — Блять, — выругался он ещё раз уже после того, как вернул себе свой железный штык и заодно проверил жёлтые зубы мертвеца. Пасть твари была вся в свежей крови. Красные капли пропитали и песок на обочине, хранивший размытые очертания босых человеческих ступней. Кровавая дорожка уводила в чащу леса. — Чё такое? — послышался за спиной голос Дэрила, который, заинтересованный столь странной остановкой, выбрался на улицу вслед за братом. — Да этот хмырь, видать, кусанул ту бабу, — объяснил Мэрл с толикой сожаления, которое даже не успел толком осознать, потому что сожаление это быстро сменилось одним фактом, до которого он, слишком занятый другими мыслями, не допёр в самом начале. — Слушай, а чего это вы не шибко парились, что у вас баба пропала? — он ведь и правда ни разу не слышал, чтобы кто-то в тюрьме упоминал о чём-то подобном. — Ей конкретно так досталось. Рвалась к вам, думала, я собираюсь мстить за старые обиды. Он помахал своим протезом с ошмётками скотча перед уставившимся на него Дэрилом, который внезапно изменился в лице. — Имя? — прохрипел он, подступая на шаг к Мэрлу. — А чего, вариантов много? — усмехнулся Диксон, приседая на корточки и вытирая штык о свитер старикана. — Чёрт, Дэрилина, мы не на светском рауте были. Хрен знает, как её звать, — он выпрямился. — Но, стало быть, твоя подружка, — конечно, сложно было в это поверить, но чем чёрт не шутит. Времена нынче наступили тяжёлые. Может, упорство баб, не желающих остаться без мужика, возросло настолько, что пробило даже такое бревно, как его брат. — Про тебя в первую очередь спросила. А ты и не говорил, что… Эй, куда намылился! Ещё на середине его речи Дэрил вернулся к пикапу, откуда выхватил свой арбалет и теперь, вперившись в землю, направился прямо в чащу, куда и вёл кровавый след.