Немного другой поворот

      Лань Чжань был напряжён всем телом, ему было неловко, ведь Вэй Ин был так близко. Прикосновения голой кожи заставляли полыхать жар в сердце нефрита. Несмотря на ледяной холод воды в источнике, участки кожи под руками Вэй Ина буквально горели. И тут Лань Чжань решился — или сейчас, или никогда. Одна его рука приобняла его талию, а другая легла на голову с пушистыми волосами. Лань Чжань наклонил свою голову и мимолётно прикоснулся губами ко лбу Вэй Ина. — Ты не представляешь, как я по тебе скучал…каждый прожитый без тебя день отзывался ноющей болью тоски, и я виню себя в том, что не смог защитить тебя, — несомненно Лань Чжаню было сложно говорить об этом, но он поклялся себе, что не отступит. Рассказать о своих чувствах было не страшно, страшно было то, что после такого их отношения уже не будут прежними. Любимый может разочароваться в нём, ведь все знали, как Старейшине И Лин нравятся хорошенькие девушки. Вэй Ин тем временем, застыв, глядел вниз, и тогда Лань Чжань продолжил: - Вэй Ин, я люблю тебя, и я хочу, чтобы ты был со мной, навсегда…       Лань Чжань мысленно облегчённо вздохнул — он сказал, и это главное, всё остальное не важно. Вэй Ин просто был в ступоре, и даже вчерашний ступор не сравнится с этим. В голове запутался целый клубок из мыслей типа: чтооо? кааак? какого чёрта?       Лань Ван Цзи счёл его длительное молчание отказом и отпустил, лицо его стало таким же как и прежде, наверно, как он и думал несколько недель назад, ему придётся быть одиноким до конца своих дней, ведь Вэй У Сяня он любил больше жизни. А дорогой сердцу человек просто посмеётся над ним… какой позор!       Да и кто ему вообще нужен? Никакие красавицы не сравнятся с ним. Вэй Ин был чем-то большим, чем все остальные, чем-то самым особенным и прекрасным. Как жаль, что он теперь непрежний и длинные шёлковые волосы уже не те, но сквозь черты лица Мо Сюань Юя виднеется он, его выражение, то самое, которое может быть только у Вэй Ина: его улыбка, его радостные глаза. Но всё это было не важно, не важно, что тело теперь другое, хоть Мо Сюань Юй и был очень даже симпатичным, да и похож он был на Вэй Ина, душа осталась той же. Лань Чжань любил его любым, это буквально одержимость и зависимость которую нельзя убрать, она всегда будет в нём. — Лань-гэгэ…я хочу быть с тобой, — со странным упором сказанные слова глубоко поражали, — хочу быть рядом в пути самосовершенствования и любить тебя так же, как и ты меня! — Вэй Ин искренне сказал эти слова и коснулся губами губ Лань Чжаня. Вэй Ин всегда восхищался вторым нефритом клана Лань и всегда признавал это, его каменное лицо, не выражающее ничего, строгий взгляд, идеальная осанка, всегда приглаженная одежда без единой помятости и волосы, волосы которые выглядели так прекрасно, наверно, были как пух, лёгкими и гладкими и идеально прямо стремились вниз по его спине как водная гладь. Когда Лань Чжань произнёс эти слова, Вэй У Сянь понял, что то, что он отрицал многие годы оказалось правдой. Сейчас в некогда спокойных глазах стояли слёзы, слёзы боли и счастья, которые так хотелось выплакать. — Вэй Ин… — всхлип, потом ещё и снова, Лань Чжань заплакал, такую роскошь он мог себе позволить лишь изредка, в годовщины смерти Вэй Ина. Много лет он скрывал ото всех свои чувства, и никто кроме брата и не догадывался, какую скорбь несёт в себе неподражаемый во всём Хань Гуан Цзюнь. — Эй, гэгэ, не надо, — Вэй У Сянь положил его голову себе на плечо и гладил, успокаивая. — Всё хорошо, я больше не уйду, — твёрдо сказал и крепко обнял почти успокоившегося Лань Чжаня.       Как там говорят у них? Только с истинной избранницей муж из клана Лань может показать свои истинные чувства. Только с Вэй Ином Лань Чжань может вести себя не так, как со всеми. Первое, что сделал Лань Ван Цзи — поплакался на плече любимого. Жаль, что они начали с самого грустного. — Лань Чжань, я тоже тебя люблю, почему ты всегда был таким хмурым, прогонял меня? Я-то думал, что ты меня всем нутром ненавидишь, а получается вот так… — Вэй У Сянь мило улыбнулся так, как улыбается только он.       В шальной голове Вэй У Сяня возник коварный план, и он, отстранившись от груди Лань Ван Цзи, страстно впился ему в губы, поцелуи были быстрыми, отрывистыми, а ещё солёными. Но ловкий язык У Сяня успел юркнуть в его полуоткрытые губы и соприкоснуться языками. Ох, эти солёные поцелуи были наполнены гаммой чувств и эмоций. Взяв Лань Чжаня за руку, Вэй Ин пошёл к берегу небольшого холодного озера, где лежали их одежды.       Он быстро накинул на себя ханьфу, кое-как запахнув для приличия, и взглянул на Лань Чжаня, который уже успел одеться. О, взгляд этот говорил сам за себя и явно не сулил ничего хорошего. Вэй Ин подмигнул нефриту и убежал в сторону цзинши. Ван Цзи неторопливо последовал за ним.       Когда Лань Чжань вошёл в свои покои, то увидел сидящего на полу Вэй Ина, который опустошал кувшин с «Улыбкой императора». А он-то отсутствовал всего каких-то полчаса для неотложного дела… — Зачем ты пьёшь сейчас? Ещё день… — Для смелости, — внезапно прервал Вэй Ин и подошёл к Лань Чжаню, — гэгэ, поцелуй меня?       В недоумении Лань Чжань выполнил его просьбу, воплотя в нежный неторопливый поцелуй. Когда воздуха стало не хватать, Лань Чжань отстранился, а по спине прошла волна мурашек от того растрёпанного вида юноши перед собой: неясный взгляд, лёгкий румянец и нетерпеливость. Несомненно, хмельного Вэй Ина было приятно целовать, ощущая на губах сладковатый вкус алкоголя.       Лань Чжань начал наступать медленными шагами, тем самым вынудив Вэй Ина отступать назад, пока он не споткнулся о кровать и не упал, шлёпнувшись на неё мягким местом.       В комнате стало жарко. — Что ты делаешь, гэгэ? — в хитрых глазах всё же не скрылась нотка неуверенности. — Мгм…разве не ясно? — сейчас в нём чувствовалась настоящая грация хищника. В янтарных глазах сверкнул взбудораженный блеск, а зрачки в миг расширились. Таким голодным взглядом смотрят хищные кошечки на аппетитный кусочек рыбки на тарелке, и рыбкой сейчас был Вэй Ин, тарелкой — кровать, ну, а кошечкой — Лань Чжань.       Лань Чжань не стал в лишний раз болтать и легко толкнул Вэй Ина на постель, залезая к нему следом. Приблизившись к своей желанной цели, он её вновь поцеловал, но, что действительно стоит отметить, в этот раз поцелуй вышел донельзя нетерпеливым.       Внешне угадать мысли Лань Чжаня можно было только по глазам, и никак нельзя было ожидать от него такого нажима. Мокрые обрывистые поцелуи, вперемешку с ощутимыми укусами срывали с нежных губ Вэй Ина тихие вздохи. Руки мужчины тоже не бездействовали. Одна приспустила тонкую ткань, тем временем, другая уже вовсю поглаживала бархатную кожу на груди и спускаясь к животу и бокам. — Гэ..гэ, постой, — но его никто не слушал.       Голос бедного Вэй Ина, который находится в замешательстве, обрывался, ибо на восстановление дыхания ему не давали времени. А Лань Чжань знал: куда надавить, где потрогать и погладить. Откуда? Кто его знает…       Шаловливые руки Ван Цзи уже изучали немного выпирающие тазовые косточки юноши, чуть спустив его штаны. Когда рука мужчины скользнула к его промежности и накрыла её, Вэй Ина будто ударило током, и он тотчас же дёрнулся назад. Ему даже удалось перевернуться и на четвереньках отползти подальше от Лань Чжаня, но тот его перехватил как маленького ребёнка и вернул на место.       Похоже, Вэй Ин успел выпить слишком много, иначе как можно объяснить его странное поведение? Лань Чжань, может, и не показывал этого, но такой ход событий ему определённо нравился — так веселее.       Окончательно сняв штаны Вэй Ина, Лань Чжань провёл пальцами, еле касаясь горячей кожи внизу живота. Затем взял в руку подрагивающий вместе с телом член юноши и чуть сжал. Казалось, будто У Сянь на миг замер от потрясающего ощущения, но за этим последовал особенно громкий стон. Он схватил волосы Лань Чжаня и сжал их в потных ладонях. Сердце бешено стучало, а живот скрутило в тугой узел, тянущийся вниз от возбуждения.       Ван Цзи чуть подвигал рукой вверх-вниз. Его действия заставляли Вэй У Сяня прогибаться в спине и дышать через раз или даже два. Голову Лань Чжаня вскружил восторг. Он наклонился и самым кончиком языка коснулся розового соска Вэй Ина, тот мгновенно отозвался: — Гэ…гэ, п-прошу, не мучай меня…       Но Второй Нефрит был неумолим. Лань Чжань снял со лба ленту и принялся обматывать ею член такого чувствительного сейчас Вэй Ина. Когда холодная ткань ленты коснулась плоти, затягиваясь у основания, старейшина, ощутив сдавливающий дискомфорт, приподнял голову и удивлённо воскликнул: — Гэгэ, твоя...м лента как…же.       Бедному Вэй Ину не дали договорить и сунули в рот пальцы. Старейшина понял, что по-другому никак, ведь Мо Сюань Юй сам по себе был маленький. Вэй Ин принялся активно действовать, обсасывая пальцы, обильно смачивая их. Он так старался, что капелька слюны потекла по шее и скрылась где-то внизу.       Лань Чжань не переставал ласкать любимого, в то же время легко целовал его лицо, вспотевшее и напряжённое, как и всё тело. Наконец мужчина убрал пальцы: — Умница, — Лань Чжань убрал вторую руку от промежности юноши, но приблизил другую.       Ван Цзи поглаживал бедро У Сяня, как бы говоря «я буду осторожен», в то время, как пальцы уже добрались до тугого колечка мышц. Вэй Ин тут же весь сжался и сдавил тело Лань Чжаня, невольно зажимая между своих ног. Неровно задышал и потёрся нижней частью тела о его торс. Вэй Ин представил, как, наверно, вскоре будет хорошо и это сносило крышу.       Подумав, что скорее умрёт, чем дождётся разрядки, Вэй Ин попробовал расслабиться. Тут же один из тонких аккуратных пальцев Лань Чжаня протолкнулся внутрь, медленно и мучительно, словно нарочно хотел расквитаться...было за что. — А!.. А-ах… Гэ..гэ, — сладкий стон достиг ушей второго нефрита, и он будто проснулся. Вэй Ин продолжал обнимать возлюбленного, но в этот раз потянул его волосы чуть сильнее, чем прежде, — ммм. Мужчина уже успел добавить второй палец и сейчас двигал ими вверх—вниз и разводил в стороны. Вэй Ин оказался очень чувствительным там. Ловкие пальцы Ван Цзи касались той самой чувствительной точки, но не часто, чтобы извести Вэй Ина, в его планах было ещё помучить и утомить неутомимого.       Лань Чжань посчитал, что трёх пальцев достаточно и вскоре вытащил их из горячей глубины тела юноши. Но тут же их заменил его язык. Лань Чжань буквально уткнулся лицом в его мягкие половинки, вдыхая с гладкой кожи несильный запах мыла. Кончик языка щекотал розовую хризантемку Вэй Ина, и тот ясно давал понять, что ему это нравится. Внезапно всё прекратилось. Его перевернули на живот и поставили на колени. — Гэгэ…сними её. — Что снять? — Л-ленту, пожалуйста, — помолчал, но чуть помедлив добавил, — Господин… Лань, по...жалуйста, — пока он пытался хоть как-то восстановить дыхание, Лань Чжань провёл от самого низа языком вдоль позвоночника Вэй Ина и укусил за загривок. По телам обоих пробежали мурашки, это заставило Вэй Ина до боли выгнуть спину, задыхаясь от ощущений, но это было ещё не всё. Видимо Лань Чжань решил расквитаться за все тринадцать лет разом. Он отстранился и подул на мокрую дорожку, а рукой тем временем разматывал ленту. — Ах..гэгэ..ну же, — «Я больше не могу ждать!» Вот что это было, У Сянь сам уже был готов насадиться на своего гэгэ, поэтому уткнулся носом в подушку и выпятил попку. Незамедлительно получив награду за хорошее поведение, ведь он был послушным, Вэй Ин кончил с протяжным стоном, стоило только Лань Чжаню медленно войти в него. — Вэй Ин, твоя очередь делать мне приятно, — Лань Чжань прошептал любимому на ушко томным голосом, который был слишком уж непривычен для него.       Развлечения только начинались, ведь весь вечер и ночь впереди…