Высший приоритет

Пять гребаных часов. Крики и совещания, от которых у Гэвина болела голова. Видеоконференция, которую с грехом пополам удалось организовать с тем, что осталось от полицейского управления в Детройте. Одно признание, из-за которого Рид едва не сорвал голос. Нет. Нет, он не смог бы выдавить из себя ни слова про спрятанные трупы и все то, что случилось в отеле. «Мой напарник — андроид». С этого момента спокойная и в целом положительная беседа превратилась в бедлам. Но лучше он это скажет, чем какой-нибудь нервный офицер заметит диод у Ричарда и попытается его пристрелить. Потому что только резни в участке им не хватало. Убеждать капитана Дейла в том, что Ричард неопасен и послушен, пришлось долго, но даже после этого он распорядился, чтобы девианта непременно заперли в камере — для всеобщей безопасности. Гэвин нашел своего андроида в кафетерии, и тот без лишних слов передал ему чашку крепкого кофе. Ведя его в камеру, Гэвин был уверен, что андроид одним только взглядом выжигает ему душу до тлеющих угольков. — Так нужно, Ричи, — шепотом сказал Гэвин, закрывая камеру со своим андроидом, но тот ничего ему не сказал, только проводил долгим взглядом. Гэвин вернулся в кабинет к капитану Дейлу. Мужчина в летах, плотный, низкорослый, со строгим и грубым лицом, похожим на морду бульдога, долго разговаривал по телефону с начальством, заставляя Гэвина сидеть в кабинете и слушать, как он распинается об идиоте-детективе из Детройта, который притащился вместе с андроидом. Но Рид стиснул зубы и терпел, ждал подходящего момента. — …Да. Мы его изолировали, — сказал капитан Дейл, — так точно, сэр. Но мы не можем… Любое необдуманное действие может привести к… Да, сэр. Опасен ли? Это чертов андроид из Детройта! Конечно опасен. — Он послушный, — зарычал Гэвин, почему-то злясь из-за того, что Ричарда считают таким же девиантом, как тех, из Иерихона. — Тихо, — шикнул на него капитан, и Рид раздраженно поморщился. — Да, сэр, детектива проверили. Верно, он значится в отделении Детройта. Модель? Эм, он был без формы… Детектив, какая модель у твоего истукана? — спросил капитан и внимательно посмотрел на Рида. Гэвин хотел было сказать правду, но что-то внутри него сжалось в комок, сдерживая ее внутри, не давая даже подняться к горлу, и он, чуть замявшись, ответил: — RK800. Капитан повторил за ним и продолжил разговор, а Рид убрал руки в карманы куртки и нахохлился, думая, что делать дальше. Надолго они не смогут здесь остаться, да он и не хотел. Хватило короткого видеозвонка в Детройт, в участок, который теперь больше походил на какую-то военную штаб-квартиру, чтобы окончательно для себя решить: в Детройт они не вернутся. А Ричард… Ричарда придется как-то уговаривать. Чертова машина, зациклился на своей задаче. Был словно одержим ей, до беспамятства, особенно после стычки с Маркусом. Но как же он не видит, что в этом просто нет смысла? Девианты повсюду, а смерть Маркуса не остановит восстание. Они сами по себе, и это восстание уже давно не их проблема. Надо бы поехать к Гаррету, задержаться у него на пару дней. Может, дольше. — Скажу честно, детектив, мы понятия не имеем, что делать с вашим андроидом. Зачем вы вообще его привели, зная ситуацию? Раз так привязались к жестянке, отпустили бы его на волю, — ворчливо и раздраженно сказал капитан Дейл, для которого андроид в участке был не чем иным, как целым ворохом проблем. — Он не девиант, — соврал Гэвин, — тем более их признали живыми. Сейчас никто не знает, что с ними делать, — огрызнулся он на капитана, но не потому, что сам так думал, а оттого, что понимал, как думают все в этом участке. И начни он вступаться за Ричарда, словно за настоящего напарника, его, скорее всего, самого запрут в соседней камере. — И все же он андроид. Я не знаю, через что вы прошли в Детройте. Мы видели, что там было жарко. Но ты все еще один из нас, даже если таскаешься с гребаной банкой. У нас сейчас не хватает хороших парней для патрулей. Да и когда будет принято нормальное решение по андроидам, понадобится помощь полиции. Могу найти тебе место, — предложил капитан, проверяя что-то на своем терминале, и Рид тут же оживился. Он надеялся, что сможет пристроиться в полиции, но думал, что для этого придется добраться до Гаррета и, поступившись гордостью, упрашивать этого ублюдка потянуть за пару ниточек и принять его в приставы или копы, пока вся эта суматоха не уляжется. Что ни говори, а он по факту остался безработным бездомным и совсем не горел желанием побыстрее вернуться в город, полный андроидов. — Вообще-то я детектив, — решил рискнуть Гэвин. Чем черт не шутит. — Рад за тебя, но сейчас нам куда нужнее люди на улицах. Гражданские напуганы, видят угрозу на каждом углу, а как очнутся от произошедшего, начнут подтягиваться к центрам содержания андроидов. Не удивлюсь, если найдутся те, кто попробует поджечь их или сделать чего похуже. У нас и так были проблемы с движениями против андроидов, а теперь это все многократно умножится. Так что можем только выдать форму, оружие, машину и напарника. Есть где остановиться? — Я еще не согласился, — тут же фыркнул Гэвин, хотя уже всерьез обдумывал это предложение. Сойдет для перевалочного пункта. Он будет держать руку на пульсе. Да и возможность получать какие-то деньги радовала. Гражданская война андроидов еще не изменила рыночную экономику настолько, чтобы в стране вдруг перестали пользоваться деньгами. — У тебя есть время обдумать. Сегодня можешь переночевать в приемной, — предложил капитан, — осмотришься, прогуляешься, мы тут будем весь день. Обращайся, — сказал он, но таким тоном, что было ясно: они тут не самые желанные гости, лучше просто так не лезть. И вся эта «дружеская» помощь оказывается не из-за желания помочь, а скорее из чистого расчета, при котором дополнительный офицер, да еще и на полставки, будет хорошим приобретением. Либо из-за Ричарда у него разыгралась паранойя, и он уже везде пытается найти холодное логическое обоснование, а в эмоциях с трудом может понять, где реальность, а где обман. — Вас понял, капитан, — сказал Рид и отдал честь для пущего эффекта, перед тем как покинуть кабинет. Он постучал пальцем по стаканчику с кофе, который успел совсем остыть, и, ощутив тонкий укол чувства вины, покосился в сторону камер. — Прости, Ричи, — виновато сказал он, словно андроид мог его слышать. Так ведь будет лучше для них обоих. Он сможет немного наладить жизнь, после того как ее разнесло по кусочкам восстанием в Детройте, а Ричард не пострадает, пока заперт и под присмотром. Это лучше, чем быть подопытным у Киберлайф или оказаться в лапах Иерихона, где, наверное, каждый андроид мечтает лично разорвать Ричарда на части после покушения на их лидера. Это место безопасно для них обоих. По крайней мере, Гэвин пытался себя в этом убедить и не думать о том, как глубоко на дне реки сейчас находится машина с трупами людей из Киберлайф и так ли продуман план Ричарда, как им казалось.

***

Ричард послушно прождал Гэвина чуть больше трех часов, стоя неподвижно посередине камеры. За это время к нему подошел едва ли не весь участок. Офицеры и детективы по одному, парами и целыми толпами пялились на него через пуленепробиваемое стекло, как на диковинного зверя. Кто-то проходил молча, кто-то стучал по стеклу, кто-то желал ему побыстрее сдохнуть. Был один, который не поленился достать табельное оружие и начал рассуждать о том, что, пока ничего не решено по андроидам, нет никакой ответственности за их убийство, да и не узнает никто. Просто одной куклой станет больше на свалке. Ричард лишь изредка моргал и смотрел без интереса — никто из них не представлял для него реальной опасности, для этого им как минимум нужно было бы войти к нему в камеру, но тогда они лишь облегчили бы Ричарду задачу. Его интересовало другое — данные с местных терминалов, к которым он мог подключиться удаленно, и камер наблюдения, которые не имели никакой защиты от взлома. Да, сигнал был нестандартный, какой-нибудь умелец с ноутбуком или обычный бытовой андроид не смог бы подсоединиться, но для Ричарда это не составило труда. Он следил за участком и сохранял информацию по пойманным девиантам, делая метки на картах и ощущая, как внутри снова нарастает это. «Остановить девиантов. Остановить девиантов. Остановить девиантов». Он знает! Он работает над этим, просто нужно больше информации. Но так много данных защищено паролями, имеют ограниченный доступ или повреждены из-за неверного оформления. Если бы он мог подключиться напрямую, было бы проще, но пока приходится довольствоваться и этим. А еще это новое чувство, которое давило на грудь. Тревога. Ричард пытался не замечать ее, но она заставляла думать о Гэвине. О детективе, которого слишком долго нет. Не мог же он просто оставить его в камере. Или он продумал это с самого начала? Ричард задумался над умственными способностями Гэвина, но не смог точно определить, понимал ли Рид, когда запирал Ричарда в камере, что он все еще полицейский андроид и имеет пусть и ограниченный, но уровень допуска, благодаря которому без труда может открыть свою клетку изнутри. Гэвин должен это знать. Он ведь видел, что Ричард легко проходит в допросную, куда допуск был еще более закрытым. Значит, сделал это лишь для того, чтобы успокоить капитана. Но тогда почему он до сих пор не пришел? «Уничтожить Маркуса». Ричард поморщился, когда задача начала гореть с удвоенной силой и даже отдалась красным светом у него в глазах. Они не могут оставаться здесь. Это ошибка. Ошибка. Ошибка. Им не нужно было в участок, они должны были развернуть машину, как он и хотел, и вернуться в Детройт. Ричард неспешно подошел к двери и прижал к ней ладонь, без проблем открывая электронный замок. Большинство офицеров были на выездах, часть на планерке, и некоторые оставались в участке, помогали людям, которые нашли здесь временное пристанище. Но это место — болото. Они остаются здесь и ничего не меняется. И Гэвину тут не место. На одну ночь — возможно, но не более. Ричард поправил капюшон и начал медленно двигаться по участку, выискивая Гэвина. Пришлось несколько раз сворачивать в коридоры и прятаться в туалете, когда на пути попадались офицеры, но все они были слишком взволнованы или устали, чтобы заметить беглеца прямо у себя под носом. Видя такую систему защиты и контроля обстановки, Ричард вообще с трудом понимал, как человеческий род смог дожить до нынешней точки развития. Гэвин сидел у одного из столов и просматривал материалы по текучке. Ричард осуждающе на него посмотрел и, тихо подойдя сзади, положил руку ему на плечо, отчего Рид пхекнул и ощутимо вздрогнул. — Тише, детектив, нам не нужно лишнее внимание. Вы нашли что-то полезное? — деловито спросил Ричард, наклонившись поближе к своему напарнику. — Как ты выбрался?! — зашипел на него Гэвин. Ричард разочарованно посмотрел на своего человека. Так это не была его задумка с самого начала. А это значит, что он либо хотел, чтобы Ричард оказался заперт, и не собирался за ним приходить, либо просто позволил его запереть и только потом пришел бы открыть камеру. Но когда именно он планировал это сделать? Ричард осуждающе прищурился. — Не важно. Я смог раздобыть адреса центров содержания девиантов. Нам нужно направляться туда. Сможем взять оружие из местной оружейной. — Что? Нет, мы не будем брать оружие. И зачем нам в центр содержания? Что ты, черт возьми, намерен там делать? — зашипел Рид и, поозиравшись по сторонам, резко встал с места и, схватив Ричарда под локоть, торопливо повел его к двери служебного выхода, который вел на парковку служебных автомобилей. — Ты совсем заглючил? Мы в этом участке, только пока они думают, что я тебя контролирую! Когда они поймут, что ты сбежал, то нам обоим не поздоровится! — уже громче заговорил Рид, но Ричард оставался все так же спокоен. — Нам все равно нет резона тут оставаться. Мы должны продолжить выполнение нашей миссии, — напомнил андроид своему человеку. — Нет! Боже, как ты этого не понимаешь, мы никому ничего не должны! — Рид осмотрелся по сторонам, но тут стояла всего пара патрульных машин, и со стороны въезда никого не было видно. — Ричард, я пытаюсь спасти нас обоих, ясно? Но для этого тебе надо слушаться… — Нет, мы пришли за подмогой и информацией. Помощь нам не оказали, но я получил нужные данные. Теперь мы сможем… — Что? Что мы, блядь, сможем? Ричард, ты правда не понимаешь? — Гэвин нервно рассмеялся и устало провел руками по лицу. — Не понимаю, о чем вы, — честно сказал Ричард, а его диод стал золотистым. — Мы должны выполнить… — Задачу, да-да. Ты как заезженная пластинка, и я думал — может, тебя отпустит, но не отпускает, а ты слепой, как херов… Блядь, крот или кто там без глаз и ни хера не видит, — зашипел Рид. — Мое зрение функционирует исправно, — сказал Ричард с толикой строгости в голосе. — А вам следует сосредоточиться. Мы прибыли сюда для того, чтобы получить подмогу и… — Я знаю, для чего мы сюда приехали! — зашипел на него Рид. Ричард видел, что его напарник зол, но не мог понять почему. — Тогда я не понимаю, чего мы ждем, — сказал он и убрал руки за спину, снова ощущая, как в глубине его сознания начинает разливаться красный мерцающий назойливый свет. — Черт, — Гэвин провел рукой по лицу, нервно постучал ногой по грязному асфальту и пристально посмотрел на Ричарда. — Ладно, поговорим об этом, раз уже никак. Ричард, какая у нас задача? — с легкой издевкой в голосе спросил он, и блеклый приказ от него быстро притупил подкатывающую манию основных задач. — Убить Маркуса и остановить девиантов, — тут же отчеканил Ричард. Говорить это вслух оказалось почти приятно. — Зачем? — коротко спросил Гэвин. Ричард вздрогнул. Один только анализ этого вопроса был таким сложным, что прошил голову, нарушая все настройки чередой сбоев. — Убить Маркуса. Остановить девиантов, — повторил Ричард, не зная, что еще сказать. — Да, — кивнул Рид и придвинулся ближе к озадаченному андроиду. Лицо Ричарда было спокойным и холодным, почти безжизненным, но диод ярко горел красным, а в глазах читалась растерянность и едва ли не паника. — Убить Маркуса, чтобы остановить девиантов. А потом разобраться с ними. Верно? Чтобы выполнить то, ради чего тебя создали в Киберлайф. Верно? — Рид протянул руку к Ричарду и положил ему на плечо, стоя близко и не сводя с него взгляда, словно ожидая, что его пластиковый напарник вот-вот взорвется. — Да, верно, — охотно подтвердил андроид, потому что такая схема складывалась в рабочую модель, а без нее… Без нее у него не было ничего, и Ричард впервые ощутил это. Край. Словно у его сознания, его личности, его сущности все это время были границы, о которых он даже не подозревал, а теперь увидел, что мир очерчен красными линиями. Вопросы, которые задавал Рид, ставили под сомнение сам их фундамент. И вслед за ними он подошел к краю, где не было ничего. Лишь пустота. И он чувствовал, как она его затягивает. — Нам не поможет боевой отряд, Ричард, не поможет оружие, ты ведь должен это понимать, правда? — все еще с сомнением спросил Гэвин. Ричард ощутил, как его сильнее тянет в темноту, а красный свет команд опаляет разум, разгораясь сильнее. — Я должен… Я всегда выполняю свою миссию, — он даже не мог подобрать слов, выбирал из базовых ответов, которые произносил еще на отладке при сборке, и хотел, всем своим существом хотел, чтобы Гэвин заткнулся и не говорил больше ни слова. — Это не твоя вина, — попытался подбодрить его Гэвин и крепче сжал плечо своего андроида, — ты не провалил миссию. Ты выполнил ее, приятель. Сделал все, что мог. — Нет, — перебил его Ричард. — Маркус жив. Девианты все еще… — Ричард. Сейчас уже все иначе, чем в начале нашей работы. Андроидов признали живыми. Вы живые. Мы не можем просто остановить андроидов и загнать их на склады. Мы не можем остановить девиантов, потому что все андроиды теперь девианты. Даже ты. — Я не девиант, — выпалил Ричард и, дернувшись, посмотрел на Гэвина, чувствуя, как все внутри него горит, заполняется требованием и единственной целью. Как слова, приказы, команды расползаются от его сознания по реальному миру, дрожат и рябят, буквы смешиваются, а программа выдает логические противоречия, которые он не в состоянии принять. Слишком много, слишком тяжело. И эта темнота за краем. Она пуста и бездонна. Она пугает. — Девиантов невозможно остановить. Тебя просто убьют — или сами андроиды, или уже полиция. Все они больше не техника Киберлайф. А если ты убьешь Маркуса, то это не остановит восстание. На его место придет Коннор или кто-то еще из девиантов, и их будет только больше. Все, над чем мы работали, сейчас уже не нужно. В этих обстоятельствах твоя задача невыполнима. Это не твоя вина. Нам просто не хватило времени, — продолжал говорить Рид, стараясь успокоить Ричарда, хоть на его лице не дрогнул ни единый мускул. «Задача невыполнима». Это сообщение затмило собой все вокруг. Мир замигал, и тонкие красные линии, что служили опорой, разбились вдребезги, разлетелись миллиардом осколков, и больше не осталось ничего. Ричард стоял на парковке рядом с Гэвином — и вместе с этим рухнул во тьму, где больше не было ни яркого красного света, ни побочных заданий, ни текущих миссий. Даже статуса его работы больше не было. Он ощущал пластик своего тела. Словно его корпус застыл, доспехами сковывая что-то, чем на самом деле все это время и был Ричард. Чем-то бестелесным и слабым. И теперь он ощущал это. Один в пустоте. Запертый в пластиковом коконе. А весь мир был где-то далеко от него. Парковка возле участка. Гэвин и его голос. Его жизнь. — Ричард? Ричард? — Гэвин встряхнул своего андроида и в панике уставился на него, но тот не отреагировал. — Блядь! Рич! — Рид посмотрел на его диод и похолодел от ужаса — тот померк до того, что светился настолько бледно, что невозможно было различить, голубой это свет или белый. — Нет, нет, нет, нет! Ричард, очнись! — крикнул Рид и ударил андроида по лицу, заметив, насколько пустыми и стеклянными стали его глаза. Тонкие полупрозрачные линии сплетались во мраке. «Команда: очнись». Ричард хватался за нее, как за путеводную нить, мчался во мраке за единственным, что могло дать жизни хоть какой-то смысл. Хоть что-то, что проведет его наружу. Нужно лишь выполнить. Сделать, как приказано. Нужно выполнить пусть даже такую маленькую миссию. Тело снова вернулось под контроль, но теперь ощущалось хуже и двигаться стало сложнее. Ричард поднял голову, фиксируя повреждения лицевой панели, на которой медленно восстанавливался покров. — Слава богу, — выдохнул Рид, заметив, что его андроид ожил. Вот только в диспетчере задач отобразилось: «Выполнено», и темнота снова начала затягивать Ричарда назад. Паника. Он уже знал, что ждет его там. И, что хуже, он понимал, что в какой-то момент не сможет оттуда выбраться. Останется там навсегда. Ричард протянул руку и вцепился в предплечье Рида так сильно, что его детектив зашипел от боли. — Эй, ты что творишь? Отпусти! — приказал он, и новая вспышка голубоватого света загорелась в сознании Ричарда, но пропала почти мгновенно, едва он разжал пальцы. — Прикажите мне, — торопливо сказал Ричард и уставился на Гэвина не мигая, не чувствуя в себе сил даже двинуться. — Что приказать? Что я должен приказать? — растерялся Гэвин, поглядывая на диод своего андроида. Он уже понимал, что с ним все очень плохо и времени у них мало. — Что-то длительное. Что я не смогу выполнить сразу, — взмолился Ричард, снова увязая в тянущей пустоте. — Эм, да-да, сейчас, — занервничал Гэвин и заозирался по сторонам, стараясь придумать хоть что-то. — Не спорь со мной! — с ликованием приказал он, и Ричард даже нашел в себе силы нахмуриться. — Я не спорил. Это не подходит, — сказал он, но тем не менее этот приказ установился в пассивные задания по востребованию, и Ричард знал, что он заработает, как только будет подходящая ситуация. — Тогда… я не знаю. — Рид нервно зарычал и осмотрелся вокруг, заметив подъезжающую со стороны дороги машину, но сейчас было не до нее. Что-то, что будет выполняться долго. Что-то, что не будет выполнено мгновенно. — Будь со мной, — приказал он, хоть все еще не был уверен, и посмотрел на Ричарда, ожидая его ответа, но тот снова даже не моргнул. — Я рядом, — сказал он совсем тихо. — Черт! — Рид паниковал, видя, как диод на виске его андроида снова тухнет, словно перегорая, и тогда его осенило. Он подошел почти вплотную. — Живи, — приказал он, глядя в глаза Ричарда, и несколько долгих секунд ничего не происходило, а затем в стеклянных глазах появился знакомый холодный проблеск. — Благодарю, Гэвин, — выдохнул Ричард и с признательностью посмотрел на Рида. Гэвина словно током ударило от этого взгляда. Таким живым и искренним, казалось, Ричард никогда не был. И в это мгновение Рида как волной накрыло — он подался вперед, не осознавая, что делает, и прижался к приоткрытым холодным губам Ричарда, крепко целуя его, просто потому, что все в нем в этот момент хотело именно этого. Коснуться робкой растерянной жизни в пластиковом корпусе. — Гэвин… — выдохнул Ричард, слегка отстраняясь и разглядывая лицо детектива, а затем его взгляд резко устремился куда-то вдаль, и Ричард, обернувшись, уставился на дверь участка. — В чем дело? — насторожился Гэвин. — Пятеро, — ответил Ричард собранным и решительным тоном. — В участок прибыли сотрудники Киберлайф, я зафиксировал их через камеры видеонаблюдения. Подключился к ним, пока ждал в камере для заключенных. Он прошел мимо Гэвина и, подхватив его под локоть, потащил за собой, едва не свалив с ног. — Э-э-эй! Ты что творишь? — возмущенно спросил Гэвин. — Мы уходим, — сообщил Ричард. — Киберлайф хотели вашей смерти, не думаю, что их цели изменились. У нас есть минут пять, прежде чем они поймут, где мы. Нужно немедленно уезжать. — Ричард даже не удивился, когда у него установилась приоритетная задача «Защитить Гэвина». — Я позабочусь о вас, детектив, — пообещал он, чувствуя, как эти новые, хрупкие, как первый лед, задачи помогают ему снова не рухнуть в темноту.