Жить

      — Это нападение нельзя просто так оставить! — Не Мин Цзюэ впечатал свой кулак в твёрдый маленький стол, заставив чашку, стоящую на нём, перевернуться.       Три дня минуло с нападения на орден Гу Су Лань. Победителей состязания с 1-го по 20-е место клан Вэнь пригласил на охоту за демоном. Пригласил… скорее уж, наказал явится там. Не повезло и Жонгу, брату Шу Ли. Сама же девушка в 20-ку лучших не попала, заняла почётное 30-е место.       Приняв Янь Ли с распростёртыми объятиями, клан Шуанг, едва прознав причины их столь спешного возвращения, не замедлили свои действия. Рано, как же рано они вышли на свет. Но горевать по этому поводу нельзя. Слишком многие им были знакомы, слишком многими они уже дорожили, чтобы скрыться под барьером, как в прошлый раз. Не хотели они оставлять, ставших родными, людей за барьером. И глава возрождающегося ордена принял решение: созвать всех глав орденов, не задевая орден Ци Шань Вэнь.       Встал вопрос, хотят ли ордена объединятся? Нет, но кто им сказал, что в гости к клану Шуанг приглашены все они? Нет, приглашены по отдельности. То-то было шуму, когда они встретились в одном зале. Не Мин Цзюэ едва ли не ядом плевался, Цзинь Гуань Шань шипел рассерженной змеёй, остальные молчали.       Слово дали Ши Су, что принимал у себя гостей. Он боялся, что назревает война. Боялся ещё с момента пройденного турнира, где всё время замечал пристальный взгляд главы ордена Вэнь. Оценивающий взгляд. И нападение на орден Гу Су Лань подтвердил его подозрения — быть войне. И только внимательно выслушав главу Шуанг, остальные смогли смириться с присутствием здесь друг друга.       — Открытое наступление будет подобно барану, бьющемуся о дубовые ворота. — отозвался Цзинь Гуань Шань, в этот раз и вовсе не касаясь своего излюбленного золотого веера. Цин Хэ Не едва смог пропустить оскорбление мимо своих ушей, сдержавшись лишь благодаря своей воле.       Шу Ли, сидящая за спиной своего отца, как возможная наследница (по выводам прошлого), молча слушала гнев и возмущение глав орденов. Все они были напуганы, все насторожены и готовы хоть сейчас ринуться в бой, дабы защитить свои семьи. Слишком могущественным и многочисленным был орден Вэнь, и слишком поздно это заметили остальные.       Неужели их ждёт то же, что и в прошлом? Многочисленные смерти, потеря родных и близких, жизнь в страхе и одиночестве?       — Если мы не дадим отпор, что будет? Что будет, если орден Ци Шань Вэнь получит желаемое? — тихо спросила Шучун, дёрнув отца за край его халата. Мужчина слегка вздрогнул, словно забыв, что здесь присутствует и его дочь. Её вопрос заставил мужчину задуматься. Сидящий недалеко, недавно прибывший спасённый Лань Си Чэнь, решил подать голос, услышав её вопрос.       — Полагаю, тогда они успокоятся. Но будет много смертей. Ещё больше, если мы дадим отпор. — мужчина сложил ладони в замок, подпирая подбородок, и слегка нахмурился, размышляя.       — Нужно выяснить, кто попадёт под удар следом. — Цзян Фэн Мянь приложил кулак ко рту, задумавшись. — Чтобы оградить этот орден и дать фору другим приготовиться.       — Полагаю, орден Цин Хэ Не, как боевая мощь, попадёт под удар первыми — подал предположение Ши Су, перебирая пальцами чётки, что недавно подарила ему жена для успокоения.       — Не думаю. Слишком много сил уйдёт на его подавление. Мой орден же не слишком важен, так как можно предположить, что я сразу перейду на сторону Вэнь. Орден Гу Су Лань, как самый правильный и стойкий, был уничтожен первым. Дальше будет ваш орден, Цзян Фэн Мянь. Ваша любовь к семье, ваши стойкие убеждения и неприязнь клана Вэнь к вашему приёмному сыну известна всем. Прошедший турнир только усилил мои подозрения. — выдал Цзинь Гуань Шань, после чего смочил горло зелёным чаем, что ему подали.       — Наш орден будет самым последним… Боевая мощь, по их мнению, не настолько сильна, хотя и не слишком известна. Мы ведь не раскрываем всех техник пришедшим ученикам. Огромный плюс — женщины. Но если орден Вэнь узнал о полнолунии… — мужчина вздрогнул, резко повернув голову к своей дочери. Ужас отразившийся на его лице нельзя было сравнить ни с чем. Главы переглянулись между собой, не понимая, о чём речь.       — В ночь, — Шу Ли подсела к своему отцу, ложа ладонь поверх его и слегка сжимая, чтобы поддержать и успокоить. — когда луна показывает полный диск, входит в свою мощь, она поёт песнь. Песню, что слышим лишь мы, дочери луны. В эту ночь мы уязвимы, слабы и находимся в трансе. Наш клан, те, кто не подвержен этой силе, следят за дочерьми луны. Мы себя не контролируем, идём, куда указывает луна, делаем, что она указывает. Были несколько случаев, когда, ничего не видящие сёстры упали со скалы, разбившись насмерть. Они просто шли на зов луны и ничего вокруг не видели. В эту ночь все силы положены на защиту, на охрану лишь них. И если об этом станет известно, мы не сможем дать отпор.       — В прошлом нам помогло лишь то, что никто не знал об этом нюансе, но если… — дрогнул голос стойкого мужчины, что не сдержал порыва, прижав к себе дочь. — мы должны поставить барьер. Взять столько людей, сколько позволяет остров, и отгородиться. — Его твёрдый голос напоминал ей сталь.       — Шуанг Ши Су — осторожно позвал его Цзинь Гуань Шань, надеясь вразумить главу, что стал ему другом.       — Это касается ваших орденов. Вряд ли орден Вэнь интересует простой люд. — он смог заставить себя отпустить хрупкое тело, оторвать от сердца родной огонёк, и повернулся к главам ордена. — Слабые, женщины, дети, готовьте их к переезду к нам.       — Не слишком ли резко и быстро? — Не Мин Цзюэ высказал свою неуверенность и подозрение, на счёт такой быстрой реакции и решений. Тут встал вопрос: а не хочет ли клан Шуанг сам стать во главе, шантажируя остальных тем, что у них в заложниках их жёны, дети? Всё же какой-то клан, внезапно появившийся в пределах земель, столько лет скрывавшийся, и вдруг! Не подстроено ли всё это?       — Не Мин Цзюэ, я понимаю твоё недоверие и принимаю его. Мой клан лишь хочет защитить то, что ему дорого. А некоторые из вас для нас не последние люди. — Ши Су не стал упираться, не стал оправдываться или уходить от ответа, он лишь отдал всё на суд остальных глав, мол, хотите, не хотите — ваше дело и ваша жизнь.       — Хорошо. — тяжёлый вздох Цзинь Гуань Шаня известил о его принятом решении. — сейчас предлагаю поделится своими силами, узнать, кто что может, какие силы насчитывает клан и выстроить стратегию. — Вскочивший было на его слова Не Мин Цзюэ, тут же был остужен. Хотя, как же, будет он тут перед всеми разбрасываться секретами своего ордена! — Сейчас, — довольно громко, затыкая возмущённого Не Мин, заявил Гуань Шань. — сейчас важно лишь одно: защитить, выжить и по возможности дать отпор, забыв обо всех наших разногласиях.       — Мои люди собирают армию, что по данным пока насчитывает 150 голов. Но эта цифра растёт. — Поджал губы Си Чэнь. — Почти все наши техники всем известны, мы ничего не скрывали. Вы знаете, что мы не ближнего боя солдаты. На нас заклинания.       — 300 голов. Лучники 100 голов, 150 голов ближний бой, 50 голов заклинатели. — коротко выдал Цзинь Гуань Шань.       — 300 голов. — недовольно скривил свой нос Не Мин Цзюэ от похожей цифры, но продолжил. — 235 голов ближний бой, 40 голов заклинатели, 25 голов лучники.       — 200 голов. 180 ближний бой, остальные заклинатели и лучники. — кивнул Цзян Фэн Мянь. Когда взгляды обратились на Ши Су, тот поджал губы, собираясь с мыслями.       — 106 голов. 30 заклинатели и лучники, 36 ближний бой, и остальные 40 энергия. — выдала вместо отца девушка, тут же недовольно смотря на него.       — 39 — поджал он недовольно губы, настаивая на своём. Тем временем, девушка повернула голову к главам, замечая их вопросительный взгляд.       — Дочерей луны 40. — настояла на своём девушка. — Они вмещают в себя энергию. Эту энергию мы используем для пополнения сил остальных. Так же этой энергией мы удерживаем сильные щиты и усиливаем ловушки. Заклинатели, что выбились из сил, приходят к нам, мы пополняем энергию. Мы ещё не знаем, какой у нас лимит, потому как никогда не использовали силы на полную. Но подозреваю, что тот запас, который мы копили на протяжении многих лет, будет кстати.       — Значит, все согласны с тем, что первым нужно обезопасить клан Юн Мэн Цзян? — Ши Су обвёл взглядом таких разных, но объединившихся ради общей цели людей и, ловя взглядом кивки, облегчённо выдохнул. — Значит, переходим к распланировке…       День уверенно близился к вечеру, а следом и к тёмной ночи. Мужчины склонились над продолговатым столом с картой местности, бурно обсуждая пути обхода и распланировку ловушек, которые собирались установить в Пристани Лотоса. Сейчас же мужчины разошлись во углам, ожидая ужина и отдыхая, обдумывая всё, что сегодня на них свалилось. И среди тишины плавно заскользил голос Шу Ли, сидящей недалеко от Си Чэня.       — Пристань Лотоса, одно из самых прекрасных мест, где я побывала. Птица у вас вкусная, да и цветы мне очень нравятся. Спокойная водная гладь, покрытая сплошь из лотосов. Я любила сидеть в тихой комнате с Янь Ли и смотреть, как Вэй Ин прячется в них от госпожи Юй Цзы Юань. Пиньинь всегда посмеивалась, когда я не могла найти его среди кувшинок, она-то сразу замечала палочку для дыхания, которую он мастерил. Жаль, что вскоре это прекрасное место превратится в поле для боя. — Си Чэнь слегка улыбался, слушая её рассказ. Сам он был в Пристани Лотоса всего один раз, а всё равно запомнилось ему это место. Внезапная догадка поразила его настолько, что он не смог сдержаться, и воскликнул.       — Лотосы! — в два голоса прозвучало от Си Чэня и Фэн Мянь. Услышавшие это остальные, подобрались.       — Их много. Они повсюду и идеально подходят для ловушек и — Цзян Фэн Мянь не смог сдержать искрящего взгляда. Тяжёлый вздох Не Мин Цзюэ прервал его разговор. Замолчав, Фэн Мянь, как и остальные, обратили на него внимание.       — Я хочу, чтобы всё, что я сейчас скажу, не вышло дальше вашей могилы. Орден Цин Хэ Не превосходные бойцы ближнего боя, превосходные лучники и менее превосходные заклинатели. — мужчина помолчал, собираясь с мыслями, и никто не торопил его. Мгновение спустя, Не Мин Цзюэ продолжил.       — От главы к главе приходит опыт и все тайны нашего ордена, все знания, все поверья. И…- мужчина сглотнул, едва ли не силой выдавливая из себя последующие слова — есть заклинание, которое преображает трупа, давая ему чужой облик. Способны выполнить его не все, но думаю, что у вас это получится. — Взгляд темных, как сама ночь, глаз упёрся в Шу Ли, заставляя ту вздрогнуть всем телом.       — Клянусь, знание, о котором вы мне поведаете, уйдёт со мной в могилу. — Она сложила руки, склонив голову в поклоне. Но единственное, что она сейчас испытывала — это ужас. Был ли тот ужас связан с тайным заклятием, либо с приближающейся войной, но его она испытывала каждой клеткой своего тела.

***

      — Кто тут у нас… — довольная улыбка сама по себе возникла на лице Вэнь Чжао. Перед ним, не сдержав стона, рухнула на колени Шу Ли. В глазах отражался пылающий дом почтенного главы ордена Юн Мен Цзян.       Внезапный треск заставил присутствующих замереть, тут же повернув голову к источнику звука.       — А, простите, это я. — Смущённо проговорил Вэнь Нин, качнувшись в бок, удачно закрывая тех, на защиту которых она подставила себя.       — Что ты будешь делать дальше? — Громко кашлянув, словно подавившись, девушка села, выпрямив свою спину и, достав белый платок, стёрла с лица грязь.       С момента, как спал барьер, мужчины стали доставать из воды, в которой до этого находились, трупы. В основном трупы состояли из перевоплощённых женщин, детей, мужчин, которых успешно переодели в фиолетовые одежды. Шучун, до этого поддерживающая барьер, кинулась в сторону, привлекая к себе внимание Вэнь Чжу Лю, именованного как Сжигающий Ядра.        В это время другая группа успешно переправляла оставшихся в ордене людей через воду, к противоположному, от шедших кораблей, берегу. Остальные кинулись в сражение. Как они и предполагали, орден Вэнь даже не обратил внимания, что адептов Пристани Лотоса было на порядок больше. Со стороны начался каскад небольших взрывов. А это значило, что корабли подошли довольно близко, и времени стало ещё меньше. Шучун искала госпожу Юй Цзы Юань, чтобы так же переправить её подальше из этого места.       Сверху пришло подкрепление вместе с главой Цзян Фэн Мянь. На сердце у девушки потеплело, но она тут же собралась с мыслями и продолжила поиски по дороге, бросая в трупы огонь. Так как трупы были давно разложившимися, орден Вэнь, как не самый глупый, мог заметить подмену и всё пошло бы крахом, а вот на сгоревшие трупы никто не обратит внимания.       Один из адептов ордена Ци Шань Вэнь хотел было её прирезать, и ему бы это удалось, потому как воин из Шучун, откровенно говоря, дерьмовый, однако, подоспевший Вэнь Нин не дал ему это сделать.       — Какого…       — Глупец! Не видишь, кто перед тобой? Эта женщина не воин! — воскликнул Цюнг Лин, не давая адепту своего ордена и слова вставить.       — Что ты здесь делаешь? — зашипел Вэнь Нин, дёргая девушку за локоть и уводя подальше от бушевавших. Повернувшись к парню, Шу Ли приложила к его щекам свои ладони.       — Нет времени объяснять. Пали все трупы, что увидишь. Ничего не спрашивай, просто пали их все. — И развернувшись, ринулась вперёд. Она верила ему, и верила, что тот поможет. В нём не было ни капли злости, ни капли ярости. Она это ощущала.       — О, нет…- перед ней лежали брошенные на полу Цзян Фэн Мянь и Юй Цзы Юань. Паника затопила её сознание. Не зная, что делать, Шу Ли просто кинулась к лежащим телам, едва ли не расплакавшись от облегчения. Живы, едва дышали, истекали кровью, но были живы. За спиной её вырос Вэнь Нин, замерший и так же растерявшийся.       — Смотри, чтобы никого не было. — Шучун кинула на него взгляд и перевернула вначале госпожу, а после и господина на спину. Женщина была меньше ранена, а потому девушка тут же стала вливать в неё свою энергию. Кровь это не остановит, не регенерирует, но у неё будет больше сил и больше возможностей выжить. Спустя мгновение женщина разлепила глаза, а Шу Ли уже занималась Фэн Мянем. Госпожа хотела уже броситься на Вэнь Нина, но заметила, что тот только смотрит по сторонам, явно помогая.       Это выбило из неё последние силы, которые она имела. Тяжело дыша, Шучун в четыре руки с Цзы Юань перевязала раны мужчины, и они медленно двинулись к воде.       — Цюнг Лин, иди впереди, смотри, чтобы никого не было. Я доверяю тебе. — поймав его взгляд, проговорила девушка и, получив ответ кивок, продолжила идти. Цзы Юань молчала, доверяясь девушке и поддерживая мужа. И только у воды, Шу Ли сдёрнула с пояса мужчины колокольчик и распустила его волосы, снимая головной убор. Спустя минуту к зашедшей в воду паре выплыло два человека, вытаскивая на поверхность два трупа, точь в точь похожих на Цзян Фэн Мянь и Юй Цзы Юань.       — Мы сделали всё, что могли. Они ранены, плыви как можно быстрее. — Кивнула адепту клана Шучун, после чего повернулась к Вэнь Нину. — Помоги дотащить их обратно. — после чего они так же удачно смогли оттащить трупы в ту же комнату. Благо, никто уже здесь не ходил, а звуки битвы доносились довольно далеко. Едва девушка повернулась от трупов, как перед ней пронеслась Ван Лин Цзяо, тут же замирая и не сдерживая радостной улыбки. Как же ей повезло!       Вэнь Нин ничего не успел сделать, как рядом возник Вэнь Чжу Лю, и парень смог лишь изобразить, что тяжело дышит, как от бега. Уловив краем глаза движения парня, Шу Ли повторила его, начав тяжело дышать, как загнанный зверёк.       — Вэнь Нин, хорошо постарался. — Ван Лин Цзяо ухватила своими тонкими ручонками локоточек девушки и толкнула к ногам подошедшего возлюбленного       — Кто тут у нас…       Повсюду были трупы, которых охватывало пламя, пожирающее всё, что под него попадалось.       — Дорогой, ты ведь будешь любить меня? — противный голос Ван Лин Цзяо отозвался болью в висках. Сил встать не было, но девушка и не пыталась. Пока парочка миловалась собой, Шучун подползла к телам, проделывая манипуляции, которые ничего бы не заподозрили.       — Что ты там делаешь? — недовольно отозвался Вэнь Чжао, поворачивая к ней голову, и девушка показала недавний колокольчик, который она забрала, и заколку.       — Эти люди были для меня почти семьёй. Позвольте мне с почтением проститься с их телами и совершить ритуал прощания. По всем правилам. — сложив ладони, она склонила голову в поклоне, совершенно не испытывая уважения к этому самовлюблённому типу. Долгие три минуты думал младший сын главы над её просьбой, после чего хмыкнул, отвернувшись от тел, и направился к чудом уцелевшим ступеням.       — Развесить здесь символ солнца. Пусть все знают, кому принадлежат эти земли.       — Господин дал добро. — отозвался сталью голос Вэнь Чжу Лю, после чего девушка облегчённо выдохнула. — Господин, у Цзян Фэн Мяня и Юй Цзы Юань есть дочь, Цзян Янь Ли. А так же Цзян Чэн и Вэй У Сянь смогли сбежать.       — Передайте мой приказ: найти и убить! — И вновь послышался странный звук, на который обратили внимание. Девушка по возможности натурально вскрикнула.       — Кажется лодыжку подвернула. — пояснила она, но Вэнь Чжу Лю всё равно кинулся к воде, откуда показался Вэнь Нин. — О, а я надеялась, когда ты подскользнулся, что ты там утонешь. — как можно более язвительнее хмыкнула девушка, тут же отворачивая голову от парня, скривив свои губы. — Святые панды, если бы ты только не погнался за мной, я бы успела сбежать.       Вэнь Чжань захохотал, как только услышал, что парень просто упал в воду. Насколько же неуклюжим тот был!       — Отпустите? — без надежды спросила девушка, вновь привлекая к себе внимание, но заметив взгляд Вэнь Чжао, лишь покорно вздохнула, принимая свою судьбу и молясь, чтобы её приняли и родные. ***       — Цзян Чэн, что ты делаешь? — Вэй У Сянь из последних сил сдерживал напор своего шиди, что яростно выкрикивал и рычал от бессилия, ярости и боли, терзавшей его.       — Этот мерзавец ещё там!       — Если ты вернёшься, то обретёшь себя на верную смерть! Я знаю, что ты хочешь отомстить, но не сейчас. Ты забыл, что тебе сказала госпожа? — упоминание о матери заставили парня схлынуть и рыкнуть особенно громко. Видя, что тот перестал брыкаться, У Сянь отстранился от брата. — Цзян Чэн… отомстить никогда не поздно, но мы…       — Прочь! — Резкий поворот, и кулак впечатывается в щеку Вэй Ина, заставляя того отшатнуться и отклонить голову. — Почему… почему ты решил спасти Лань Чжаня, почему ты вечно лезишь не в своё дело?! Сдохни! Я хочу, чтобы ты умер!       Новый удар последовал за предыдущим, и Цзян Чэн схватил парня за грудки. В глазах его пылала ярость, а голос сорвался на задушенные хрипы. Повалив Вэй У Сяня на землю, Цзян Чэн принялся его душить, продолжая кричать и не отрывать взгляда от шеи, которую хотелось сломать. Но едва подняв голову, он наткнулся на пустые серые глаза, заставившие его замереть, наследник осознал, что делает, и отпустив шею, осел на ноги У Сяня, роняя слёзы. Он чуть не убил друга, брата, которого любил, с которым провёл почти всю свою жизнь. Он потерял родителей, дорогих ему людей, весь свой орден… и для чего? С какой целью?       — Мне нужны мои родители — мама, родная, любимая, строгая мама, что воспитывала их, бранила, изредка хвалила и так яро защищала… их обоих. Отец, глава, на которого они ровнялись, которого любили ещё сильнее, которого уважали и ценили. Больше нет их тёплых улыбок, нет добрых или строгих слов, нет их поддержки и их взглядов. — Я хочу, чтобы они жили!       Рыдания наполнили окружающий их лес и дождь, который подарила им Пристань Лотоса, прощальный дождь, что заглушал их рыдания и всхлипы, смывая всю ту боль, всё то отвращение, какое они чувствовали на себе. И лишь спустя потоки горести и боли, ушедшие вместе со слезами, Цзян Чэн очнулся, обнаружив себя в объятиях неродного брата, который успокаивал его, поглаживал по спине и не отпускал. Но если Цзян Чэну и полегчало, У Сяню до точности наоборот. Взгляд его был всё так же пуст, а лицо не выражало эмоций. Тут то он вспомнил, что видел там не только родителей, но и Шуанг Шу Ли, что всеми силами прикрывала их. Прикрывала их. Теперь она в заложницах. Если её не убили. Что с ней будет дальше? Она станет рабыней, наложницей, служанкой? А может, выйдет замуж за одного из этого треклятого клана, чтобы дать главе сильное потомство? Если бы на её месте была Янь Ли, чтобы было?       — Ты бросил её там. — выплюнул Цзян Чэн, вставая с земли и брата, смотря на так и не поменявшееся выражение лица. У Сянь поднял голову, внимательно вглядываясь в покрасневшие глаза шиди, и поднялся следом.       — А ты не понимаешь? Глупый шиди. Ты важнее не только для меня. Но и для тех, кто выжил. Для сестры, для тех, кто отправился вместе с ней. Ты будущий глава, тебе отдана и моя душа, моя жизнь и моя преданность. — Его голос хриплый, усталый, сломленный, безжизненный вогнал Цзян Чэна в ступор. Впервые он видел Вэй У Сяня таким. — Она до последнего оставалась в клане, защищая нас. Она до последнего отвлекала внимание от нас. И если сейчас ты направишься мстить, не собрав силы, не придумав плана, с пустым ядром, ты лишишь Янь Ли единственного дорогого ей человека.       Вздрогнув от последних слов, парень весь как-то сжался, понимая насколько он ещё мал и импульсивен. Насколько не готов к этой жизни и в то же время поразился поведению брата. Да, брата, всё ещё родного и любимого.       — Сердце моё осталось там. Похоронено вместе с телами лежащих госпожи и господина, вместе с Шу Ли. Всё остальное принадлежит тебе. Но пока ты не наберёшь сил, пока не вернёшь сияние в ядро, я не позволю тебе убить меня. И буду защищать до конца своей жизни, пусть даже положу на это целое море мертвецов, полных дьявольских сил.