Нас называют "прозрачные". Изнанка.

В нашем квартале никогда не было тихо, а в эти пять минут «разговора» с кошкой никто даже не зашел во двор, а ведь даже ночью под окнами на всю улицу тарахтят то большие пьяные компании, то проезжающие машины! Да и это странное небо… мне же не могло показаться, я точно видела кучу жутко ярких звезд, а не эту огромную черную тучу! И эта жуткая кошка… никакое нормальное животное не стало бы пять минут валяться на дороге, ожидая, пока к нему кто-нибудь подойдет. А то, как она вдруг задрала морду вверх, к этим самым звездам… будто она сама организовала мои глюки, которые и выдали картинку красивого неба. Ага. Я нарезала уже третий круг у подъезда. Все это — какая-то странная аномалия. Мне все привиделось… или нет? Слева раздался короткий ленивый мяв. И чего я продолжаю стоять на улице с этой кошкой? И чего она, собственно, ждет, устроившись у меня на подъезде, как на своем собственном? Ее выражение морды можно было описать словами «ну ты долго еще тут копаться будешь? Мне холодно, и я хочу бутерброд. Сейчас ты поднимешь задницу и откроешь дверь в теплое помещение. Ну… когда-нибудь откроешь, что-то до тебя долго доходит». Боже мой, я начинаю строить мысленный диалог с кошкой. — Ты… хочешь зайти? — нерешительно спросила я и осеклась. Теперь я веду беседу с ней еще и устно. Дожили. Здорово. Пока я осознавала натуральную дибильность происходящего, животное оживилось, потрусило к двери и уселось прямо у входа, обернув свалявшимся хвостом посеревшие от грязи лапки. Ладно-ладно, это тоже можно считать совпадением. Может, у нее тут кто-то живет? Ну, тот, кто ее выкинул или вроде того… точно! Я просто открою ей дверь, и она тут же прибежит к своей квартире… ну, то есть, к квартире хозяев, а я просто постучусь и убегу, мол, нашла вам вашу странную кошку в комплекте со звездо-глюками и возвращаю в целости-сохранности, сдачи не надо. И точно! Как только я открыла дверь, кошка и пулей влетела в помещение и скрылась на верхних этажах, и я не спеша потопала за ней, еще раз переворачивая в голове произошедшее. Живет она явно не на первом, не на втором, а на… Третьем. Терпеливо вылизывая хвост и не сводя с меня взгляда, кошка сидела аккурат посреди коврика прямо перед моей дверью, а я так и застыла в лестничном пролете, не зная, что делать дальше.

***

Маме это точно не понравится. Совершенно не понравится. Она против вообще любых животных в доме еще с моего седьмого класса, когда я попросила рыбок. Как мне объяснить ей наличие животного, которое тут же вычислило мою комнату и уселось попой на так и не прочитанную книженцию? «Мам, эта кошка тут показала мне звезды, ты только не вызывай, пожалуйста, скорую, я ничего такого не принимала. Ну я ее и впустила, потому что мне показалось, что это не просто так, а еще она в теории волшебная, а еще грязная. Ты, мам, все-таки трубочку то положи, я тебе еще не рассказала, как она сама нашла нашу квартиру.». Бутерброда к тому моменту, как я зашла в комнату, на тарелке не оказалось. Кажется, это уже я на всю голову волшебная. Но хотя бы помыть кошку надо… чтобы не казалось, что она переносит спид, сифилис и бубонную чуму. … — Нет-нет-нет-нет! Никакая кошка не любит воду. Никакая. А эта кошка была ненормальной с самого начала. Только я набрала тазик и включила душ, это чудище показалось в дверях и с громким «тыгыдык» запрыгнуло сначала на стиральную машинку, а потом, на зависть олимпийцам, бомбочкой занырнула в таз так, что добрая часть воды выплеснулась прямо на меня. Но вся любовь этого непонятного создания к водным процедурам улетучилась, стоило мне открыть шампунь… В конце концов, из ванны вылезло два мокрых и уставших существа. А еще волосатых — ух, сколько у нее волос с одного хвоста слезло… Хорошая новость: кошка меня так и не поцарапала. Плохая новость: в порыве сбежать от шампуня, неприязнь к которому у животного была соизмерима с моей любовью к физике, она запрыгнула на полку с остальными шампунями и опрокинула их все. Вероятно, в знак протеста. Видя этот хаос, я поняла, что будет очень нелегко убедить маму оставить кошку со двора. Это будет прямо трудно. Близко к слову «невозможно». Она ни за что не согласится, особенно если увидит, что я уже притащила ее домой. Хотя бы на первое время, но странную цветную кошку нужно было как-то прятать.

***

— Лин, поставишь чайник? — окликнула меня мама, вешая пальто на крючок и снимая плащ с Дмитрия. — Милый, я сама сниму, просто постой прямо. Она всегда холодна и раздражительна после таких посиделок, потому что ее «утомляет общество нетрезвых людей», в отличие от отчима, который в этом обществе расслабляется и чувствует себя свободно. С этим настроением, конечно, кошку не отпросишь, но даже у такого состояния была положительная сторона — мама слишком устала от вечера и не вспоминала об индивидуальном школьном собрании. — И достань хлеба! — добавила она, когда я уже уходила на кухню, но после какого-то звука, исходящего от Дмитрия, лишь отдаленно напоминающего речь, еще раз окликнула: — С колбасой! Надеюсь, они не заметят, насколько меньше стало этой колбасы за несколько часов, потому что… ну голодная была кошка, смотрела так, будто месяц ничего не ела… — Мам, а у тебя в детстве было какое-нибудь животное? — как бы невзначай заговорила я, проводя мыльной губкой по ножу. — Рыбки были… две. На третий день плавали кверху пузом. А почему ты спрашиваешь? — пожала плечами она и еще раз откусила бутерброд. — Да так… Если бы ты хотела завести кого-нибудь, то кого? Ну там собачку… или, может… кошечку… — Чучело, — после некоторых раздумий ответила она: — Не гадит, не рычит, по дому не бегает. Вопреки распространенному заблуждению, что чучело — это как-то жутко… — было начала она и вдруг осеклась. — К чему ты клонишь, юная леди? — последний вопрос прозвучал внезапно холодно и строго, и меня пробрало до мурашек. Окончание этого разговора уже можно было легко предсказать. Если так подумать, в свете сегодняшних событий было вообще не понятно, на что я надеялась. Мою маму, конечно, можно назвать справедливой и милой-ласковой-заботливой, но не тогда, когда речь заходит о животных. И не после внепланового вызова в школу. — Я… мне просто подруга в классе сказала, что хочет намекнуть родителям, что хочет котенка… — тут же соврала я. — И она не знает, как поделикатнее к этому вопросу подойти. Она боится, что родители все не так поймут. — А мы здесь причем? — выгнула бровь мама, отпивая чай. — Я подумала, что было бы неплохо сказать ваше мнение на этот счет. Ну, чтобы она знала, на что настраиваться. — Послушай, — мама мигом раскусила мою ложь. — Животных в доме у нас не было и не будет. Ты что, хочешь, чтобы оно испортило всю мебель и обувь, ободрало обои, покусало нас всех… — Да я же не о себе… — В любом случае. Животное — это большая ответственность, и зверья я дома не потерплю. Скажи своей подруге… Как ее там зовут? — Алиса, — сказала я давно заготовленное имя. — Да. Скажи Алисе, что она должна доказать, что способна обращаться с животными, а потом… где-то через месяц или два… только если родители не будут против, притаскивает… это. Чего раскисла-то? Не ты же все-таки блошку домой притащила, — смягчилась мама. — Животные — переносчики всяких инфекций, лишая, глистов… Пусть подумает, стоит ли рисковать. Лучше бы этого разговора не было.

***

Сегодняшний день вообще нельзя назвать простым. От такого резкого отказа стало совсем не по себе. С другой стороны, на что я вообще рассчитывала? На то, что при известии о новом питомце мама запляшет от счастья? Зайдя в комнату, я плотно заперла за собой дверь. Кошка уже успела свернуться калачиком на стуле, стоящим прямо по центру комнаты. Так все оставлять нельзя. Мама может зайти в любой момент, а я… а я не знаю, что делать с новым обитателем квартиры. Не с окна же ее выкидывать ей-богу! Завтра утром вынесу ее на улицу. Или… черт. По какой-то причине мне жутко не хотелось расставаться с кошкой. Во-первых, я только ее покормила (ну, может, она сама себя покормила моим бутербродом) и дала теплое место для ночлега, и вот если бы меня выпнули на следующий день после таких удобств, я бы, по крайней мере, обиделась. А во-вторых… наше с ней «знакомство» иначе как странным назвать нельзя. Было что-то в ней такое… Она, черт возьми, вызвала у меня непонятный глюк с небом. А потом она нашла мою квартиру, и как только я открыла дверь, сразу потрусила ко мне в комнату, словно она тут всю жизнь провела. Поразмыслив немного, я решила, что самым разумным выходом будет эту кошку прятать. Ладно, не самым разумным, но таким, который бы утолил мое желание кошку оставить и мамино — не иметь дома животных. Буду покрывать ее до поры-до времени, пока не… Я просто не знаю. Найду ей новый дом? Кошка-то вроде тихая, и проблем с ней быть не должно, только лоток найти. Место, куда определить нового постояльца, нашлось сразу — роль пентхауса будет выполнять бездонное «подкроватье», половина которого удачно блокировалась тумбочкой, а вторая половина… ну, ее можно будет закрыть книгами, например. Поэтому следующие полчаса, прислушиваясь к происходящему в коридоре, я методично выгребала из-под кровати всякий мусор. Время пролетело незаметно, и я даже не поняла, в какой конкретно момент моя уборка переместилась с заваленного подкроваться на остальную часть комнаты, и вот я, приспособив старый свитер под подобие лежанки, уже домывала пол, когда… ручка двери со скрипом подалась вниз. Реакции у кошки было значительно больше, чем у меня, потому что она, сиганув со стула, как ныряльщик-смертник, пулей залетела под кровать за какие-то доли секунды, а я успела только на ноги подняться, когда мама вошла в комнату. — Мою дочь похитили инопланетяне? — зевнула она, окидывая взглядом помещение. — А ну возвращайте, она там у вас такой хаос наведет, что все летающие тарелки накроются. Чего это ты вдруг за порядок взялась? Так, свитер вроде из-под кровати не торчит… — Просто споткнулась о книги и решила, что нужно навести небольшой порядок, — пожала плечами я, окидывая взглядом комнату. Кошка признаков присутствия не подавала… и слава богу. — Ты ведь в курсе, что сейчас пол двенадцатого, да? Упс. — Разбудила? — Немного. Она села рядом на кровать, как бывало, когда она хотела поговорить о чем-то серьезном. Я уже смирилась с тем, что рано или поздно она как-нибудь прокомментирует мою махинацию с вариантами по физике, но было бы много лучше отложить этот разговор для лучших времен… и лучшего места. Если кошка вдруг мяукнет или вообще подаст признаки жизни, я отдавлю ей хвост! — Знаешь, я наговорила тут про вирусы и заразу всякого… Не пугай свою подругу, ладно? Пускай… пускай просто поговорит с родителями. Не думаю, что они будут такими строгими… позже. Если она возьмет ответственность на себя, они… я не думаю, что они будут против. Ты уж прости меня. Дима повздорил с официантом и с таксистом, и я была вся на нервах. Но ты же знаешь, он тоже не любит… — каждое слово давалось ей с трудом. — Знаю, мам, — кивнула я, выдохнув. Это должен быть короткий разговор, да и… интересно, к чему она клонит, если сама пришла поговорить. — Я скажу ей, чтобы она сделала все прививки, выносила лоток… — Делала грязевые маски, ходила на дискотеки и подкрашивала шерстку. Да, дорогая, я знаю. В общем, передай ей, что мы с папой не против. И что ванная свободна. Уже почти двенадцать, а она еще даже уроки не сделала! — сказала мама, закрывая дверь в комнату. — И вынесешь завтра... все это? За время разгребания «подкроватья» я переместилась на тумбочку, а от нее начала перебирать письменный стол… так что огромный черный пакет с кучей ненужных бумажек уже стоял посреди комнаты. — Хорошо, — сказала я, подавляя улыбку. Черт, да это даже не хорошо, это отлично! Она разрешила кота, кот не вышел гулять посреди разговора, это успех! Осталось их познакомить… — Но пока не сделаешь прививки, чтоб лапы этого… животного в доме не было, — вернула себе строгую манеру речи мама, и у меня сразу отпало желание сказать «Але-оп» и жестом фокусника вытащить нового подкроватного жильца верхом на старом свитере. Ладно, торжественную часть знакомства придется немного отложить. — И уроки, дорогая. Сколько у тебя их завтра? — Шесть. Но мне делать немного. — Сядешь за них сейчас, или меня хватит инфаркт? — Как выйду из душа. — Ловлю тебя на слове. «И я тебя… — пронеслось у меня в голове. — Теперь не отвертишься!» Все-таки хорошая у меня мама. Поэтому… мы с этим Дмитрием и пытаемся создать видимость семьи для нее. Это делает ее счастливой. По этой же причине я не рассказываю ей о проблемах в школе, она все равно на собрания не ходит. Для нее у меня есть подруга Алиса — пример для подражания и образцовая тихоня. Мы часто с ней разговариваем на переменах, обсуждаем… всякое. Например, ее хобби — рисование. Мы задерживаемся допоздна из-за заданных учителем проектов или помощи в лаборантской, помогаем с мероприятиями, а в гости она не приходит из-за кучи репетиторов. Такой беззаботной и обычной видит мама мою школьную жизнь. Все прекрасно и цивильно. Ох, как чудно звучит: «Я и моя подруга Алиса». Меня с трудом не передергивает каждый раз, когда надо придумать причину, почему я задержалась в школе. «Мы с моей одноклассницей Алисой делали проект по биологии и не заметили, как наступил вечер». Примерно так я и сказала, пока ждала, когда же биологичка оставит кабинет открытым целых два урока, а потом судорожно отсылала подружке фотографию вариантов. Это даже не смешно.

***

Как я ходила в душ (вместе с кошкой, которая с отчего-то решила составить мне компанию и терпеливо сидела на стиральной машине, рассматривая свою умытую и уже обсохшую мордашку в зеркале) - это отдельная история, потому что со стороны происходящее походило на комедийный детектив. Кошка, успевшая возненавидеть ванную комнату и весь род шампуней в целом, самостоятельно прошла со мной в душ. Я уже было приняла такой жест за большую любовь к новой хозяйке, как по возвращению в комнату увидела, что книги, за которыми пряталось подкроватье, были отодвинуты. Вероятно, мама что-то заподозрила. Где-то в районе ванны вдруг раздались шаги, и теперь я была уверена наверняка: мама поняла, что я кого-то прячу. Осталось только понять, почему кошка как будто заранее знала об обыске комнаты. Пока что безымянная кошка-ясновидеца запрыгнула на стол и свернулась калачиком, чудом не скинув хвостом кружку. С уроками я провозилась до трех, хотя могла закончить еще на полчаса раньше: вместо того, чтобы лежать и спать, как все нормальные коты, мое то и дело выказывающее признаки интеллекта чудо решило помочь мне с домашкой. Ну, или поиграть с ручкой, которой я как раз выводила сочинение в тетради. Чуть позже новыми буквами в алфавите был приправлен даже мой плохой английский по ГДЗ. А затем кошке надоело, что я то и дело пытаюсь спустить ее со стола. — Нет-нет-нет, — зашипела я на разбойницу, которая нашла забавным тот факт, что вместе с карандашом, тетрадкой и кружкой (к счастью пустой) на пол падаю я, а потому продолжала накидывать сверху все, что попадалось ей под лапу и было достаточно легким, чтобы сдвинуть с места. — Наступлю на хвост! Угрозы на кошку действовали слабо, а вот линейки и ластики возбуждали в ней все большой гравитационный интерес. — Лапу! — то и дело отвлекалась я, когда животное с видом невинной прелести своей вышеупомянутой частью снова взялась мешать мне расписывать «эксерсайз намбер ту». Когда я ложилась спать, уже не безымянная кошка Лапа свернулась калачиком у подушки, а я мысленно прикидывала, все ли убрала со стола. Мало ли: милейшее в комнате создание решит продолжить свои исследования силы тяготения среди ночи или, еще хуже, днем. Проведя ладонью по мягкой кошачьей шерсти, я почти сразу почувствовала мурчание… ну, заведенного трактора, не иначе.

***

Сегодняшнее утро в противовес ко вчерашнему прошло куда более тихо. Лапа сама скрылась в подкроватье (мне оставалось надеяться, что подложенную туда стопку бумаг она воспримет правильно, как лоток). Так что я собрала пару пакетов с мусором, отодвинула ногой книги, которые уже несколько месяцев как нужно отнести в библиотеку, и пошла выкидывать мусор. Я едва смогла держать лицо, когда вернулась с улицы и увидела маму, которая, потягивая утренний кофе, рассматривала заваленные книжками полки. Стоя у меня в комнате. Буквально в метре от кровати с сюрпризом. Ладно уж, если она вчера не смогла ее найти, и вряд ли найдет сейчас. — Все свои мешки вынесла? — Ага, — я подхватила собранную еще с вечера сумку, которая… оказалась внезапно тяжелой. Сложив в голове два и два, я поняла: уже не страшно, если мама вдруг захочет исследовать подкроватье, потому что все самое интересное каким-то образом само закрылось в сумке. Осталось только каким-то образом сохранить лицо и сделать вид, что ничего не происходит. — Ты же вчера ко второму уроку только успела? Сегодня давай без опозданий, — поторопила меня мама и начала оттеснять к выходу, изничтожая шансы оставить Лапу дома. И с чего она решила покататься в сумке? И главное, каким образом она туда залезла и закрыла за собой молнию? — Давай-давай! Тебе экзамены в этом году сдавать, а с таким отношением к учебе… — подбадривала меня мама уже на пороге. Как можно более аккуратно закинув сумку с живым грузом на плечи, я вышла из дома. Миновав пару зданий, я открыла сумку… из которой на меня вопросительно смотрели два янтарных глаза, как бы говоря: «Ну и чего мы остановились? Едем дальше». — Тебе со мной в школу нельзя, — на эту мою фразу кошка понимающе мигнула глазками… и, как только я попыталась ее вытащить из сумки, она, вцепившись когтями в дно, истошно завопила, и я тут же ее отпустила, подняв руки в знак капитуляции. — Ладно-ладно. Только не шуми. — Мяу, — уже спокойно мяукнула Лапа. Надеюсь, странная умная кошка знает, что делает.

***

Чем ближе я подходила к школе, тем ярче вспыхивал в мыслях «график» сегодняшнего дня. Помимо того, что нужно было как-то пережить контрольную по физике, мне надо было стянуть варианты у исторички перед последним уроком. Блеск. — Эй, цветочек, — раздался противный голос справа, окончательно опуская мое настроения до уровня плинтуса. — Как спалось? — Мама не сильно ругалась? — подхватила Ира, улыбаясь во все тридцать два. — Повод быть осторожнее, да? — И не забудь про историю, — махнула рукой Алиса, отвлекаясь на то, чтобы повесить пальто. На самом деле, это мой шанс прекратить все. Сказать что-то вроде «нет, черт возьми, не в этот раз, я больше не буду подставлять себя». Я даже открыла рот… но слова встали комом в горле и никак не желали быть произнесенными вслух. В конце концов, мне не хочется найти свои учебники в аквариуме в кабинете изо. Повесив парку на крючок, я подняла рюкзак и направилась в класс. Там я оказалась совсем под звонок, так что, вытащив нужные учебники и тем самым освободив Лапе немного места, я уселась за свою парту, периодически поглядывая на сумку. Эта странная кошка вчера смогла мастерски спрятаться от мамы… не должна же она вдруг захотеть прогуляться по классу? Весь первый урок я наблюдала, как Алиса за соседней партой сердито тыкала ноготками в телефон. В какой-то момент она окончательно разозлилась на собеседника и, выплюнув что-то похожее на «Сука! Что за мудак?!», раздраженно кинула телефон в сумку. Я поймала себя на том, что как-то уж слишком долго за ней наблюдаю и - более того - мне нравится то, что я вижу. То, что все идет не по ее плану. Я хотела бы стать еще одной причиной ее беспомощной злости. Могла бы… подставить ее перед учителем. Я была бы счастлива, даже если бы она сейчас всего лишь порвала колготки, но было бы лучше, если бы кто-то пронюхал, что она списывает эту самостоятельную, и ее вызвали к директору. Или… Я… ни разу не конфликтный человек, но просто не могу остановить поток пакостных мыслей в сторону Алисы. Черствых, ни разу не правильных мыслей. Я долго не признавала того, что просто хочу быть лучше на ее фоне, что была бы счастлива, если бы с ней что-то случилось… но мой страх сказать что-то против или попасть «под горячую руку» постепенно перерос в скрытую агрессию. Это было неправильно, но и сделать с этим я ничего не могла. Переходя из одного класса в другой, я совсем забывала о том, что в сумке у меня гости, так как эти самые гости сидели тихо и вылезать не собирались. Я полностью ушла в мысли о том, как бы в этот раз не попасться и подкараулить момент, когда никого не будет в классе истории… и, пока витала в своих мыслях, оказалась в кабинете английского. На котором все полетело в тартарары. - Заренко сегодня присутствует? Заренко Алина? - традиционное начало почти каждого урока, причем не важно, на какой парте я сижу - учителя просто не запоминали ни моего имени, ни лица даже спустя два года обучения, более того, меня никогда не ловили даже на самом наглом списывании. Однако хорошенького понемножку - вчера эта фантастическая незаметность не смогла меня уберечь от гнева физички. - Здесь, - мне пришлось поднять руку, затем поднять ее выше и помахать ладонью. На английском класс разделяют на две группы и отправляют по разным кабинетам. Благо, девочки, которые успели уже трижды напомнить мне о «деле» были в другой группе, и поэтому я могла спокойно выдохнуть. Как позже выяснилось, это было затишьем перед бурей, и виной тому были ни внезапная самостоятельная, ни раздраженный учитель, ни даже ответ у доски (серьезно, кто вообще понимает этот чертов английский?). Пока я читала тест, запинаясь и искажая произношение, «как ученик второго класса», Лапе вдруг приспичило размяться. Я так и застыла с открытым ртом. Она грациозно и плавно выскользнула из сумки, тем самым привлекая внимание двух-трех человек. Оглядела еще не подозревающую о ней большую часть класса своими огромными желтющими глазищами и мяукнула так громко, что на звук обратил бы внимание даже проходящий мимо класса человек. Я не знала, что делать. А Лапа, удостоверившись, что внимание всех, в том числе и преподавателя, приковано к ней, потопала в мою сторону. "Лезь обратно в сумку", - мысленно взмолилась я. Учитель какое-то время простоял в ступоре, потому что, видимо, не знал, что делать в случае, если у кого-то из учеников из сумки, аки из шляпы фокусника, вылезет кошка. С ситуации хоть анекдот пиши, а вот мне хотелось провалиться сквозь землю. — Э-это что еще за животное? — бросил на меня гневный взгляд обычно тихий Андрей Николаевич. Его обескураженный тон резко перешел в требовательный. — Уберите его, сейчас же! Что это за чучело? Я еще раз спрашиваю, кто хозяин?! А кошка, видимо, поняла, что ей здесь не рады и обиженно уселась прямо у меня в ногах и та-ак преданно и невинно на меня посмотрела, что в других обстоятельствах я бы определенно растаяла. Еще недавно она проявляла чудеса тихого и неподвижного сидения в сумке… а сейчас она вдруг решила погулять. — Алина, это ваше? — страшный взгляд преподавателя снова был прикован ко мне, и я, переборов себя, кивнула. Ух и весело маме снова будет вторые сутки подряд забирать меня из школы. — Уберите это сейчас же, слышите? Уберите! Я подхватила не сопротивляющуюся кошку на руки. И куда ее деть? Обратно в сумку или на улицу? Почему она вообще вдруг вылезла? Я просто выйду с ней из класса, и там уже разберусь, куда там этой кошке приспичило. И позже объяснюсь перед учителем. Под пристальным взглядом одноклассников, изучающих живой уголок у меня в руках, я поспешила к выходу, но только я скрылась от любопытных взглядов в коридоре и закрыла за собой дверь, кошка соскочила с моих рук и потрусила… в совсем другую сторону, в продолжение совершенно пустого коридора. И тут я поняла, в какой ситуации оказалась. Меня ждал выговор от учителя английского, вторая поездка мамы в школу и серьезный разговор. Если вернусь в класс прямо сейчас и попытаюсь объясниться, может, смогу уговорить Андрея Николаевича не докладывать директору. Да и относить кошку никуда не нужно: Лапа сама решила убежать куда-то… ну, куда ей там нужно по ее кошачьим делам. Тем временем кошачий хвост был все дальше, и совсем скоро - меньше, чем через минуту - он исчезнет за поворотом в другую рекреацию. Лапа не оглянулась ни разу и шла вперед, словно ведомая чем-то. А мне следовало бы, наверное, вернуться в класс и как можно быстрее загладить вину. Если я пойду за ней, то момент извиниться и притвориться, что это даже не моя кошка, будет упущен. И, сверх этого, я пропущу урок, что только усугубит ситуацию. Мне определенно лучше вернуться в класс, но почему-то казалось, что, если я так сделаю, и Лапа сейчас уйдет, я ее больше не найду. Эта навязчивая мысль была до жути похожа на ту, что посетила меня вчера вечером.  Что-то важное проходит мимо меня. Я опомнилась только тогда, когда вдруг перешла на бег и почти нагнала Лапу, только-только завернувшую за угол рекреации. Стоило мне повернуть за ней, как я оказалась в новом коридоре, где кроме меня не было никого. Я остановилась и огляделась вокруг, но кошки действительно нигде не наблюдалось. Вокруг был только пустой школьный коридор.